Я пока тебе друг, не превращай меня в обратное

      Нурлан долго привыкал жить без него.       Ему казалось, что Лёша живёт внутри него: Нурлан узнаёт его в звонком смехе с незнакомыми людьми, в своих шутках, в заимствованных привычках, манере разговаривать. Продолжать можно бесконечно.       Он думал, что забыл его, но Лёша поселился в подкорке сознания крепко и основательно. Ощущение, будто он всегда был в его голове. Хоть Нурлан иногда и не думал о нём, даже забывал, знакомый образ постоянно всплывал во снах, а его голос постоянно слышался в толпах.       В первое время он по привычке доставал из пачки по две сигареты, и потом раздражённо хлопал себя по лбу и запихивал лишнюю обратно. С третьего раза эта привычка забылась.

***

      Однажды Нурлан заметил, что бо́льшая часть его зарплаты уходит на алкоголь и сигареты. Его, конечно, повысили на работе, деньги прибавились, но это совсем не значит, что он должен спускать всё на никотин и спирт.       Он много раз пытался бросить. Нурлан мог месяц ничего не пить, но тогда каждая недавно купленная пачка сигарет стремительно пустела, гораздо быстрее предыдущей.       Мог и не курить подолгу, специально пряча из виду пепельницы и зажигалки. Но тогда на глазах из ниоткуда появлялись стеклянные бутылки, быстро увеличиваясь в количестве и заполоняя всё место в квартире.       Он много раз пытался бросить. А потом привык медленно убивать себя, каждый день про себя утверждая, что это вовсе не зависимость.

***

      А постоянные воспоминания — вот что было зависимостью.       Может, судьба готовила его к чему-то? Посылала небесные знаки? Каждый сон — кошмар, и в каждом — Лёша.       Он видел его везде, даже когда выходил в магазин за продуктами. Пускай каждый такой поход почти всегда заканчивался очередью в круглосуточном алкомаркете, Нурлан полюбил так делать.       Он стоял около полок с бутылками дешёвого вина и думал, что взять в этот раз. Сегодняшняя смена оказалась неожиданно тяжёлой. Сабуров сто раз успел перенервничать и накричать на сотрудников в ответ на то, что те повышали на него голос и не так выполняли свои обязанности. Понаберут молодых и неопытных стажёров, а ему потом отчитываться за них начальству.       Так что его желание потратиться и взять сегодня бутылочку подороже было вполне оправдано.       Но внезапно Нурлан замер на месте. Он услышал подозрительно знакомый голос. Обернулся и заметил такую же знакомую светлую макушку.       Резко отвернулся и потупил свой взгляд в пол. Поморгал пару раз, а потом посмотрел на бутылку вина, что сжимал в правой руке. Он же трезвый. Ещё даже не выпил. Откуда такие галлюцинации?       А потом знакомый голос громко и нецензурно выразился, и тут уже все сомнения отпали. Это был Лёша. Нурлан так и стоял спиной к кассам, думая, а не скрыться ли сейчас в отделе с сырами и оливками. Смотреть в сторону очереди он не хотел. Боялся.       И подошёл к явно уставшей на вид кассирше лишь тогда, когда все люди в очереди облегчённо вздохнули и вслух отчитали ушедшего дебошира.       По их словам, мужчина — то есть Лёша — был пьян. Нурлан старался не осуждать, сам иногда стоял за этой же кассой в четыре утра с похмелья, покупая вторую, и явно не последнюю на следующие три часа бутылку.       Но он не понимал. Раньше Лёша никогда не устраивал представлений. Особенно в общественных местах. Как же должна была измениться его жизнь, чтобы он пошёл на такое?       Да ладно, как будто Нурлан был таким же каких-то семь месяцев назад. С того момента прошло почти ровно семь месяцев. И он тоже изменился, в худшую для себя сторону.

***

      Вовсю распивая недавно купленное вино, Нурлан откопал в выдвижном ящике потёртую зажигалку и полпачки старых сигарет. Закурил и вышел на балкон. Благо, весенняя погода позволяла.       На улице было приятно прохладно, и пахло летней ночью. Нурлан закрывал глаза, затягивался и вспоминал минувшее время. Дни, когда они были вместе, вдвоём. Хоть это и было осенью, тёплыми вечерами на улице стоял запах позднего лета, всё не желавшего отпускать.       Его идиллию нарушил какой-то грохот. Непонятный стук. Он перевесился через край балкона и посмотрел вниз. У двери подъезда стоял Щербаков. Видимо, не мог вспомнить код от домофона и от досады стукнул кулаком по железной двери.       Нурлан поспешил покинуть балкон, начиная паниковать. Там стоит Лёша. Он снова в этом городе, у этого дома. Как он здесь вообще оказался? А где был всё это время?       Не успел он и глотка сделать, как в дверь позвонили. Кого там ещё принесло в такое время? Если это опять тётя Люба с этажа… а может и соседи снизу…       Он, как и был, с тлеющей сигаретой в правой руке, пошёл открывать дверь. Смотреть в глазок он привычки не имел. И очень пожалел об этом.       Перед ним стоял Лёша.