Чёртов конкурс

«Япония или Корея… Корея или Япония… О Дахён, мне так жаль… Не хочу оставлять вас всех. Мои подружки… Моя лучшая подруга Дахён… Я люблю тебя. Я всех вас очень люблю». ***

      В пятницу Момо не заявилась в школу. Многие говорили о том, что из-за того, что сопюра сорвала церемонию вознаграждения, она была выгнана со школы. В это я не очень-то и верю. Момо ни при каких обстоятельствах со школы не выгонят. Кроме того, что она является несомненным вторым лидером нашего класса, так она ещё и школьный президент. Она актуальна везде: в культуре, в спортивных играх, в простом продвижении. Было бы глупо исключать такое золото.       С того нашего разговора я не могу найти себе места. Момо была не в настроении и снова расстроилась, когда я перешла за рамки личного пространства. Здесь я вижу свою ошибку: мы не общались много-много лет, и мне не следовало так сильно давить на одноклассницу. Должно быть, она уже пожалела, что рассталась со мной. Я тоже сочувствую, что вновь оттолкнула человека от себя. За всё время, что мы поддерживали тесный контакт, я поняла, что нужно ценить то, что происходит сейчас, а не тянуться за невозможным ввысь. Постараюсь больше не допускать таких ошибок. Я даже придумала, как буду извиняться перед Момо.       От Саны и Наён я узнала, что Момо уехала. Куда ― неизвестно. Девчонки тоже не знают настоящую причину переезда Хираи. От этого им ни горячо ни холодно. Они восприняли отсутствие одноклассницы довольно безразлично. Ясно, почему: зависть ― злая шутка. Сана вообще боялась что-либо говорить сопюре, а сейчас вовсю горланит о том, что она королева, а Момо ― ошибка. Без Момо в школе поднимают бунты. Учёба уже не кажется такой смирной, потому что президента в школе нет. Откуда-то вдруг взялись Сана и Наён, которые всем твердят, что это место ― их. «Момо, я скучаю», ― подумала про себя я.       Выходные я провела с полным отсутствием интереса к живому миру. Ужасно кружилась голова, и не было желания лечить больное горло. Дни и ночи я проводила лёжа пластом на кровати, поднималась лишь для гигиенических процессов и трапез. В школу отправилась, не сделавши уроки, и получила первую «F» по корейскому. Прямо тогда, когда в школу заявилась комиссия по делам несовершеннолетних. Оказалось, что заболела Ю Чонён. Но она заболела очень глупо: залезла в холодильник в школьной столовой. Теперь повсюду установлены камеры и дополнительная слежка в виде страшных пузатых охранников (пока они добегут до виновников, те уже успеют убежать). На нашем уроке как раз присутствовала старая бабуля. Нужно было видеть её удивлённое лицо, когда учительница Ким начала на меня кричать. Говорила, что из всесильной старосты я превратилась в бестолковую неудачницу. Про конкурс, кстати, умолчала.       Время летело быстро. Уже середина мая. Момо так и не приехала. Я много ей писала, отправляла на старый домашний адрес письма. Интересовалась жизнью в Инстаграме. Соперница мне не отвечала. Я видела, что она была в сети вечером, тогда, когда мы в последний раз прогуливались. Тогда я предлагала ей прийти ко мне в гости с ночёвкой, потому что родители собираются отъехать на неделю. Момо не сказала ничего. Значит, она знала, что уедет. Больше Момо в сети не было…       Такое хладнокровие обижает. Почему Момо не предупредила меня? О том, что произошло в семье Хираи, я могу только раздумывать. Хотелось бы узнать, как прошёл душевный разговор Момо с родителями. Её всё-таки повели к психиатру?       Взяв ноги в руки я отправилась на примирение с Чеён. Нужно было обязательно извиниться, что я так бессердечно обвинила подругу в том, что Чеён, поистине добрая и открытая девчонка, сделать не могла. А надулась она на меня так сильно, что убежала к Джихё. Уж очень выбесила меня эта Сон, когда ласково переговаривалась с одноклассницами. С теми, которые ей раньше не нравились. При мне их оскорбляла. Теперь же бегает по коридорам и пищит, что нашла себе лучшую подружку. Назло мне, если что.       Чеён жила на другом конце города. Ехать до неё пришлось три часа, если учитывать ещё и то время, что я долго стояла в магазинной очереди. Решила для примирения захватить любимые овощи Чеён. Знаю я, как подруга страстно любит правильное питание.

***

      ― Хочешь анекдот? ― снова сдурела моя дорогая подруга. Я была очень неправа, когда дурно выражалась о Чеён. ― Я видела Джихё и Наён после уроков под лестницей. Уж не знаю, чем они там занимались, но Джихё такая краснющая была! Я спросила: «Вы чё такие горячие?», а Наён как засмеётся! Прикинь!       ― Наён променяла меня, эх, ― досадно проговорила я. ― Я думала, у нас любовь.       ― Так тебе нравится Наён? ― Чеён изумлённо выпучила глаза.       ― Нет. Я просто шучу. Мне нравится странный мальчик, который отсылает записочки, ты забыла?       ― И зовут этого мальчика ― Хираи Момо? ― подруга рассмеялась.       Настала моя очередь краснеть.       ― Не нравятся мне девушки, ― сердито пробурчала я. Быть слишком оскорблённой у меня никогда не получается, потому что подруга опять закатилась.       ― Всё хорошо, Тофу. Упустим тот момент, что Момо отдала тебе своё место. Её же дома за это так отругали…       Я слегка напряглась. А если это и послужило причиной тому, что Моморин улетела? Она никогда больше не вернётся, и я окончательно потеряю с ней связь? А потом её заменит Сана… Кажется, я запуталась. До недавнего времени Хираи была для меня потерянным местом, а тут вдруг посидела на её бёдрах, послушала душевные откровения и думаю о том, что между нами может что-то произойти. Глупости! Чеён вновь захохотала.       Подруга рассказывала подробности с брезгливым выражением лица. Между ней и Момо плохие взаимоотношения возгорелись ещё с шестого класса. Девушки сцепились на школьном стадионе. Я увидела их потасовку из окна и, выпрыгнув из окна, сбежала к ним. Хираи так остервенело била Сон кулаками в лицо, что у меня от страха всё поплыло перед глазами. Не помня себя, я подскочила к Чеён и ухватила её за толстовку. Подруга только отмахнулась от меня, как от приставучей мухи. Момо, не рассчитавшая силы, пихнула меня так больно, что от удара закололо в груди. Мина, которая выбежала вслед за своей подругой Момо, заверещала. Только тогда Хираи ослабила хватку и оттолкнула нас от себя. Чеён рухнула на землю и, хныча, принялась стирать с лица кровь. А я лежала рядом, не в силах подняться, и слушала глупые смешки незнакомых ребят позади. Момо молча стояла и смотрела на меня сверху вниз. Тогда я, стараясь кричать как можно громче, выпалила, какие у меня ужасные одноклассницы… Подняться на ноги мне помогла напуганная Мина. Чеён помогла дойти до дома, и лишь там я дала волю горьким слезам.       Впервые я увидела жестокую сторону Момо. И из-за чего она налетела на Чеён? Не поделили модный журнал?       ― Ты, кстати, узнала, кто написал записочку? Пошли побьём? ― воинственно проговорила Чеён.       ― Это Цзыюй.       ― Цзыюй?       ― Ага. Там китайские иероглифы. Или как они называются…       ― Погоди, Чжоу Цзыюй? Она ж хорошая! Как она могла так подло с тобой поступить? Может, это какая-то ошибка?       ― Она дважды была замечена на территории школы поздним вечером. Может, даже трижды. Четырежды. Не важно, короче, ― я жестикулирую. ― Не думаешь, что Цзыюй могла делать в школе так поздно? Притом, что записки были разбросаны сразу, как только она покидала библиотеку. Мы с Моморин уже всех оббегали: Джихё не может, Сана не умеет, «мама» вообще на тусах была весь тот цикл, что записки летали. А ты, сама знаешь, не сделала такого. Остаётся только Цзыюй.       ― А-а…       Перед тем, как попрощаться, мы с Чен-Чен запланировали на завтра поход к однокласснице. Чеён уже придумала, что ей скажет. Решила взять с собой нож ― так, на всякий случай. Вдруг нужно будет обороняться. У подруги даже руки затряслись от того, что её старая школьная знакомая пошла против меня.

*** «Я изменилась. Теперь он мне не нужен. Я стала самостоятельной. Он бегает за мной и умоляет вернуться. Знаете, что я отвечаю? «Ты не нужен мне». Мне нужен кое-кто другой. Сейчас мы не видимся, но её улыбка заставляет меня думать, как она прекрасна. Я скучаю. Родители заняты своими делами. Но я уже готова к тому, что произойдёт позже. Поэтому у меня под кроватью одна очень полезная вещица. Если братец уж слишком начнёт распускать свои и без того длинные руки, мне придётся ею воспользоваться. Ох, простите. Я кажусь слишком жестокой. Но нет, это действительно нужно мне. Годы с ними ожесточили меня. Я не могу поступить иначе. Если вы и это не увидите… Позвольте мне умереть».