Ain’t no time to waste
18 апреля 2023 г., 17:57
Чанбин уже в третий раз пытался объяснить девушке у стойки ресепшена, кто он такой и почему ему необходимо встретиться с председателем Баном. Улыбка на его лице всё ещё оставалась безупречно вежливой, но внутри раздражение медленно начинало закипать. Он даже успел усомниться в собственном английском, потому что миниатюрная секретарша в откровенно тонкой розовой блузе продолжала смотреть на него с одинаково заинтересованным выражением и всё так же отрицательно качала головой.
— Я понимаю, что встреча не назначена. Но, возможно, вы хотя бы сможете сообщить о моём визите? Я приехал по вопросам сделки с Со Энтерпрайз, — Чанбин тяжело выдохнул, машинально вытер ладонью лёгкую испарину со лба и попытался заглянуть за стойку, за которой девушку почти не было видно.
— Мне очень жаль, но я не могу, — снова заученно ответила она, расплывшись в улыбке.
Через секунду вдруг тихо хихикнула, прикрыв рот ладонью, словно ей в голову пришла неожиданная мысль. Быстро набрала короткий номер на рабочем телефоне, наклонилась ближе и почти шёпотом уточнила:
— Простите… как, говорите, вас зовут?
— Со Чанбин, — медленно повторил он и нервно потёр переносицу, чувствуя, как терпение постепенно заканчивается.
Девушка кивнула, пококетничала в разговоре с кем-то по телефону, накручивая прядку волос на пальчик, снова улыбнулась и наконец положила трубку.
— Пойдёмте, я провожу вас в переговорную. Это на пятом этаже.
Она мягко поманила его за собой и, поправив подол слишком уж короткой юбочки, легонько застучала каблучками по глянцевому паркету. Пока они ждали лифт, девушка закусила пухлую губу и отвела взгляд, когда Чанбин в очередной раз поблагодарил её за помощь.
— Хорошего дня, — Со кивнул на прощание, открыл дверь переговорной и, глубоко вдохнув, уверенно вошёл внутрь. И почти сразу понял, что снова поспешил с выводами.
— Полагаю, вы явно ожидали увидеть не меня, — Ли Минхо растянул губы в почти кошачьей улыбке.
Он уселся в мягкое кожаное кресло, расслабленно закинув ногу на ногу, и взглядом указал на место напротив.
— Если честно, да. Я хотел поговорить с председателем, — Чанбин аккуратно закрыл дверь, подошёл ближе и, заметив эту едва заметную насмешку, всё же сел напротив. Сразу подался вперёд корпусом, упершись локтями в колени, будто заранее готовясь к неприятному разговору.
— Поэтому решили ехать прямо в компанию? Логично. Только вот… Кристофер здесь почти не бывает. У него офис в пентхаусе, — Минхо улыбнулся шире, почти так же, как раньше делал сам Бан, и медленно, оценивающе прошёлся взглядом по Чанбину. Заметив его лёгкую растерянность, он тоже подался вперёд и сцепил пальцы в плотный замок. — Вы приехали обсудить пилотные испытания системы?
— Не совсем, — Чанбин поджал губы, выдержал паузу и нахмурился в противовес тому, как собеседник приподнял удивленно бровь. — Не сочтите за грубость, но есть вопросы, которые я хотел бы обсудить именно с председателем.
— Вот как, — Ли перестал улыбаться. Некоторое время он молча изучал чужое лицо, затем чуть наклонил голову и заговорил уже тише. — Тогда и Вы простите мне мою бестактность. Кристофер не обсуждает каждую запятую в контракте со всеми подряд. Это абсолютно не его заботы. Не тот уровень, понимаете?
Чанбин едва заметно напрягся.
— Это крупная сделка. От неё многое зависит…
Он не договорил, вовремя остановился и заставил себя выровнять тон. Руки сами собой сомкнулись в замок, чтобы не выдать лишней жестикуляции.
Минхо тем временем спокойно поднял со стола папку, достал один лист и, не торопясь, продолжил.
— Господин Со, это крупная сделка для вас. Лично для вас. Для нас же очередная причуда руководства, — он прищурился. — Если вас интересует мое мнение, то знайте, вы должны быть рады подобной уникальной возможности. С помощью Бан Индастриз Вы сможете открыть Со Энтерпрайз вход на австралийский рынок. Да, Вы скажете, что уже несколько лет активно реализуетесь в Корее, но на самом деле, это все равно, что торговать жевательной резинкой со вкусом мяты в огромном гипермаркете.
Чанбин физически почувствовал, как услышанное его зацепило.
— Мы провели анализ, господин Ли. Мы понимаем, какие преимущества получим и какую цену заплатим, — Со сделал голос жёстче, хотя внутри уверенность уже дала трещину. — Именно поэтому я хотел обсудить это с председателем. Это полномочия руководителей, понимаете?
— Конечно, — Минхо снова дёрнул уголками губ, но теперь в этом не было тепла. Приветливая улыбка вновь сверкнула нескрываемым высокомерием. Он развернул лист к Чанбину и вложил его ему в руки. — Посмотрите на подписи.
Подцепив со столика брендированную ручку компании, он кончиком ее невесомо провел по строчкам в самом низу.
— Функциональный заказчик системы — председатель правления, Кристофер Бан. На одной ступени с ним руководитель проекта с вашей стороны — генеральный директор Со Энтерпрайз, ваш отец. Теперь переходим ниже: ответственные лица, курирующие деятельность в рамках контракта. С нашей стороны — я, Ли Минхо, начальник управления эксплуатации и развития информационных систем. С вашей стороны — господин Чхве, под началом которого система и была разработана.
Он сделал паузу.
— А теперь найдите себя.
Чанбин знал, что смысла искать не было. Но всё равно опустил взгляд.
— Верно, — тихо выдохнул Минхо. — Вы всего лишь исполнитель с доверенностью на подпись от лица отца. Не более. Всё еще считаете, Крис должен вас выслушать?
В комнате стало тихо.
Со перечитал строки ещё раз, будто надеялся увидеть там что-то другое. Не увидел. Когда он вновь поднял взгляд, Ли уже не улыбался. Тот смотрел крайне спокойно, без насмешки, почти устало.
— Не тратьте своё время, господин Со, — сказал он ровно, со вздохом отвернувшись к окну. — Мы с вами можем сделать всё максимально быстро и профессионально. Задавайте все вопросы мне. А отвлекать председателя… ради этого не стоит.
---
Когда Хёнджин вернулся вечером в их люкс, Чанбин уже доедал свой ужин из ресторана отеля. Они на секунду замерли, обменялись долгими, внимательными взглядами и почти одновременно выдохнули, будто без слов поняли, как прошёл день у каждого. Джин отчасти виновато поджал губы. Он снял пиджак, опустил его на спинку дивана, обошёл барную стойку и остановился за спиной мужа, положив ладони ему на плечи. Чанбин, казалось, смотрел в уже пустую тарелку, но на самом деле просто избегал лишних движений. — Как погулял? Тебя долго не было, — голос был мягким, по-прежнему чутким. Эта его извечная внимательность к супругу, признаться честно, в последнее время смущала Хёнджина где-то в глубине души. Он не чувствовал, что мог бы отплатить в той же степени. — Да… нормально. Время быстро пролетело. Джисон предложил пройтись. Доехали до Харбор-Бридж, зашли в пару магазинов, потом перекусили на набережной, — Хван хмыкнул, будто сам себе, и добавил уже сдержаннее. — В целом… было весело. — Я рад, что тебе понравилось, солнце, — Чанбин невесомо коснулся его руки на своём плече и слегка повернулся, одарив Джина лёгкой полуулыбкой. — Завтра позвони Сынмину. Он, скорее всего, тоже уже не знает, куда себя со скуки деть. Хёнджин хотел ответить, но что-то в выражении лица Бина остановило его. Резкий скачок кадыка, слишком быстрый взгляд, напряжённые губы. Он почувствовал неладное сразу. Через несколько секунд Чанбин всё же попытался заговорить, разомкнул пересохшие губы, но слова будто застряли у него поперёк горла. Он опустил голову, отвёл взгляд и только потом произнёс: — Отцу стало плохо. Давление… резко подскочило. Мама сказала, пульс был под сто шестьдесят. И всё это после разговора со мной… Он замолчал, едва заметно качнув головой. Хёнджин тихо обошёл стол и сел рядом, не задавая лишних вопросов. Просто потянулся и осторожно развернул лицо мужа к себе, заставляя его снова встретиться взглядом. — Сейчас ему лучше? — Хёнджин прошептал хрипло, встревоженно сжав пальцы мужа своими, а, получив в ответ лишь неопределенное пожатие плечами, добавил ещё тише. — Что у вас случилось? — Ничего необычного для моей семьи, — Со усмехнулся, но псевдо-веселье болью отразилось на его лице. Он попытался сбросить напряжение, несколько раз сведя лопатки, и откинулся на спинку стула, тщательно подбирая слова. — Я вновь разочаровал его. Не знаю, как у меня это получается постоянно… Позвонил, хотел просто сухо отчитаться о положении дел, но ты же знаешь, я так не умею. Если отец задаёт вопросы, на них нужно отвечать. Если он чего-то ожидает от меня, я должен это понимать и делать. Я прекрасно осознавал, что эта сделка — итоговый экзамен для меня. И вот я здесь второй день, а уже всё завалил… — Как ты думаешь, чего он хотел от тебя в этой ситуации? — Хёнджин прокручивал этот вопрос в голове не один день. Впервые серьёзно задался им ещё в самолёте, затем, словно на контрасте с Кристофером Баном, взглянул на мужа под другим углом. Пытался связать поведение Бина с поведением австралийца и с наставлениями отца, особенно с брошенным напоследок «глядишь, научишься чему…», но никак не ожидал, что неозвученные претензии — в том числе и его собственные — так быстро выльются в откровенный разговор. — Я был уверен, что отец поручил это мне ради полной вовлечённости в процесс. Чтобы я знал каждую деталь, каждое слово, сказанное здесь, в Сиднее, нашими партнёрами. Ты же понимаешь, я всегда был его ушами и глазами в компании. Но теперь… после его сегодняшнего крика «ты не заслуживаешь права даже на подпись в документах» и сброшенного звонка… я задумался. Правильно ли я вообще понимал его действия? Я не знаю, Хёнджин, — Чанбин закончил почти шёпотом, нервно потер шею привычным движением и устало прикрыл глаза, пытаясь унять настырный гул в голове. Джин едва слышно вздохнул, внимательно всматриваясь в лицо мужа, будто оценивая уместность собственных выводов. Подвинул стул ближе и привлёк его внимание лёгким поглаживанием по бедру. — Бинни, послушай. Я отчасти понимаю и тебя, и господина Со. У тебя есть набор качеств, за которые тебя, если честно, можно назвать идеальным. Идеальным супругом, идеальным начальником, идеальным сыном. Ты ответственен, заботлив, послушен. Ты добрый и чуткий. Ты готов горы свернуть ради близких. Но вместе с тем… — Но?.. — Чанбин зажмурился, полностью сосредоточившись на его вкрадчивом голосе. Он всё так же бездумно переворачивал вилку из стороны в сторону, терпеливо ожидая продолжения. — Ты никогда не проявляешь инициативы… — Хёнджин сглотнул вязкую слюну и судорожно выдохнул. Двусмысленность сказанного не хотелось ни сглаживать, ни оправдывать, потому что подобные мысли поселились в голове Хвана уже давно. Лишь выдержав короткую паузу, давая Бину осмыслить услышанное, Джин всё же продолжил уже конкретнее. — Ты живешь словно по плану, написанному твоими родителями. Работа, дом, выходные, праздники. Твой внешний вид, твоя одежда, даже марка машины. Иногда это доходит до абсурда даже в мелочах. Твой день начинается со звонка родителям и иногда тем же заканчивается. Ты спрашиваешь разрешения на покупку вещей, бросаешь всё и сразу выполняешь любые их просьбы, даже в ущерб собственным планам, и… — И это плохо, по-твоему? — Со посмотрел на него в ответ неожиданно строго и немного отодвинулся, будто не веря собственным ушам. На знакомое, любимое лицо Хвана он вдруг взглянул так, словно видел его впервые. — Значит… и в наших отношениях я тоже не оправдал ожиданий? — Нет же, послушай, — Хёнджин болезненно прикусил губу, чувствуя, как в горле разрастается тяжелый ком. Но сворачивать с этого разговора он уже не хотел. Их брак слишком давно разучился осмысленно говорить по-настоящему. Обычно всё заканчивалось бессвязными истериками Джина и молчаливыми попытками Чанбина его обнять и успокоить. А сейчас впервые за долгое время хотелось просто сесть, как взрослые люди, и честно выговориться. — Все эти твои качества вовсе не плохие. Они… идеальные. Словно из какой-то сказки про чудесного мальчика. Но пойми, пожалуйста, в этом мире невозможно выжить только на одной доброте душевной. — Я не понимаю тебя, Джинни. Это всё звучит как очень жестокая издевка, — Со устало потер переносицу и глаза по очереди, поднялся со стула и проигнорировал ладонь Хвана, мягко сжавшую его бедро в попытке остановить. — Прости меня, но… Думаю, я не готов сейчас к подобному разговору. Он направился в сторону спальни. Хёнджин несколько секунд с усилием воли уговаривал себя промолчать. Проследив взглядом за спиной мужа, он резко отвернулся в противоположную сторону, но всё-таки сорвался на тон выше прежнего. — Твой отец годами строил свой капитал, чтобы однажды передать его тебе — единственному сыну. Но пока ты остаешься таким мягкотелым и несамостоятельным, он просто не сможет отойти от дел и уйти на покой. Получилось гораздо жестче, чем Джин хотел. Но Чанбин всё же остановился у самой двери и медленно обернулся. — Ты должен был руководить этой сделкой с самого начала. Сам принимать решения. Сам действовать, пока был шанс, — уже тише закончил Хёнджин, вновь тяжело встретившись с ним взглядом. Напряжение между ними стало почти физическим. Почувствовав обжигающую дорожку слезы на своей щеке, Джин резко поднялся, собираясь уйти в ванную, но Чанбин вдруг остановил его перед собой мягким касанием ладони к груди. — Ты сейчас говоришь не о работе… Верно? — Со сбивчиво выдохнул, ощутив под ладонью быстрое биение чужого сердца. Хёнджин медленно прокрутил кольцо на безымянном пальце. — Не только о ней… Да… — тихий шепот растворился в полумраке апартаментов одновременно с негромким щелчком двери ванной комнаты.---
Утро встретило Хёнджина холодной постелью и отсутствием привычного завтрака. Он успел виновато искусать припухшие губы, взъерошить и без того спутанные после сна волосы и раздраженно швырнуть подушку куда-то к окну, прежде чем дверная ручка с легким скрипом опустилась вниз, впуская в комнату Чанбина. Джин почему-то вдруг ощутил такую неловкость за вчерашний разговор, что даже побоялся посмотреть на мужа. Их ссоры в последнее время случались слишком часто, и, кажется, оба уже забыли, как вообще мирятся нормальные пары. Со, впрочем, решил сделать выводы из разговора и проявить инициативу первым. Пусть и с небольшим опозданием, зато с горячим кофе и шоколадными круассанами. — Уже почти двенадцать. Если не встанешь сейчас, потеряешь последний шанс избежать головной боли на весь день, — Чанбин едва заметно улыбнулся, осторожно поставив поднос на прикроватную тумбочку, и скользнул заботливым взглядом по супругу. Хёнджин снова всю ночь раскрывался, отпихивал одеяло ногами, а спустя несколько минут сворачивался в дрожащий комочек. Бин знал это наверняка, он просидел рядом без минуты полноценного сна, перебирая его черные шелковистые волосы в редкие спокойные моменты. Джин выглянул одним глазом из-за подушки, тут же зажмурился, словно маленький котёнок, и уткнулся лицом обратно в простыни, пробормотав что-то совершенно невнятное. Чанбину пришлось наклониться ближе, упершись ладонями в матрас, чтобы разобрать хоть слово. — Что?.. — Прости, прости, прости… Мне так неловко. Не стоило говорить всё это… — Хёнджин резко скользнул руками по его плечам, обнял за шею и потянул ближе к себе, выдыхая теплый воздух куда-то под ухо, прежде чем оставить там мягкий поцелуй. Со тихо засмеялся, одной рукой скользнул под подушку и, приобняв мужа, ответил такими же легкими, нежными поцелуями у виска. — Нет. Стоило, — произнес он спокойно. — Я подумал и… Постараюсь… учесть это всё в будущем. Хёнджин смущенно поджал губы, явно пытаясь срочно придумать более безопасную тему для разговора. Позволил Чанбину чуть отстраниться и, заглянув ему в глаза, почти шепотом уточнил: — А булочки прям с шоколадом внутри, да?.. Со молча кивнул, продолжая тихо смеяться, поцеловал его в кончик носа и, не дав добраться полноценно до губ, осторожно потянул за плечи вверх, помогая сесть удобнее. — Ким звонил, предложил съездить на пляж на пикник. У меня сегодня, наверное, не получится, я попробую ещё раз связаться с этим Баном. А ты можешь поехать. Что скажешь? — Чанбин аккуратно передал чашку с кофе в подставленные ладони Джинни и даже не заметил его задумчивого взгляда. Со сел рядом, откинул мешающее одеяло и его краем накрыл вечно холодные стопы мужа. Лишь после услышал тихое, почти робкое: — Вчера не удалось встретиться с ним?.. Бин со вздохом покачал головой и едва заметно улыбнулся. Хёнджин же на секунду замер, тщетно пытаясь подобрать подходящие слова. Произошедшее накануне всплыло перед глазами вдруг максимально четко, и Хван осознал не столько бестактность обоих, сколько наглость и самоуверенность Кристофера. А еще абсолютную неловкость от необходимости объяснения ситуации мужу. — Знаешь, Джисон вчера… дал мне визитку помощника председателя. Того… гиперактивного. Феликса, — он улыбнулся, но сам почувствовал, что вышло слишком натянуто. Чанбин удивлённо округлил глаза, а затем задумчиво нахмурился. Джин поспешно попытался снять чехол со смартфона и вытащил оттуда матовую карточку с контактами Ли, протянув её старшему. — Вот, держи. Всё равно сказали, что с председателем напрямую, к сожалению, никак не связаться. — Джинни… спасибо. Что бы я без тебя делал? — Бин облегчённо хмыкнул, внимательно изучая визитку, и тут же оживился. — Я даже не подумал об этом. Действительно, есть же этот паренёк Ликс. Через него будет проще выйти на Бана. Они ведь вроде как… довольно близки, да? Тебе так не показалось? Хван коротко рассмеялся, стараясь звучать естественно. — Что? Ты думаешь… они…? — он прикусил губу и хитро сощурился, играя в привычную лёгкость. Чанбин будто бы вдумчиво потер подбородок и шёпотом добавил: — Думаю, этот Ли Феликс точно не так прост. Дело даже не в манерности и не во внешности. Это просто ощущается на подсознательном уровне. Как… гей-радар, знаешь? А вот Бан… — Пфф… стопроцентный натурал, — Хёнджин отмахнулся рукой, потянулся за остывшим кофе и спрятал за краем кружки свой взгляд. Тихий смешок мужа и его «да, наверное, ты прав» прошли мимо. А в голове снова всплыло вчерашнее. Касание чужих пальцев к ткани его джинсов. Самодовольная усмешка уголком губ. И тягучий, физически осязаемый взгляд, которым его тогда обвели с головы до ног. — Милый? Так что насчёт пикника, поедешь? — голос Чанбина будто донёсся издалека и резко вернул в реальность действеннее любой пощёчины. Хёнджин неосознанно покраснел кончиками ушей, упрямо прикусил губу и перевёл взгляд на сладкие круассаны. — А? Да… да. Мне нужно пару часов, чтобы собраться…---
Стойко выдержав затянувшийся разговор мужа по телефону с Ли Феликсом и проводив Чанбина до дверей на встречу с вышеупомянутым, Хёнджин громко вздохнул и буквально рухнул на диван в гостиной, закатив глаза к потолку. Он снова остался один, и к этому, пожалуй, уже можно было привыкнуть за годы, прожитые вместе. Однако, дома хотя бы находились какие-то дела, работа, бытовые заботы, хобби в конце концов. Здесь же, в Сиднее, каждая минута тянулась бесконечно, растворяясь в мысленных спорах с самим собой. Всплывали нелепые и неприятные события последних месяцев, несбывшиеся планы, те самые выдуманные перед сном сценарии будущего, где он неизменно был счастлив. Можно было, конечно, отвлечься. Позвонить родителям или, например, лучшему другу Чонину, что остался в Сеуле коротать осенние дожди. Можно было заняться привычным досугом — сделать парочку откровенных селфи в зеркале, чтобы потом отправить Со в разгар рабочего дня. Можно было устроить себе полноценный спа-уход: патчи под глаза, маска на волосы, отбеливающие полоски на зубы, любимая ритмичная музыка, лёгкий макияж с укладкой и час любования перед зеркалом. Как и всегда, Хван выбрал последнее. Это было для него своеобразной терапией. Он успел лишь принять душ, тихо напевая себе под нос песни из плейлиста, тщательно нанёс увлажняющий крем, отжал полотенцем мокрые длинные волосы и накинул халат на голые плечи, когда в дверь монотонно постучали три раза. Ким Сынмин, как обычно, оказался пугающе пунктуален — до назначенной встречи оставалось ещё около получаса. — Чёрт… Уже иду, подожди, — крикнул Джин из ванной, на ходу натягивая тапочки и спеша пересечь простор номера. Появляться перед кем-то в таком неподобающем виде он не любил, но Сынмин был не из тех, кто стал бы это осуждать. Пожалуй, только комментировать. — G'day. О… Я не вовремя? — голос прозвучал на тон ниже под конец, почти шёпотом. Хёнджин замер. Увидеть на пороге Кристофера Бана — да ещё и с бутылкой шампанского в руках — он совершенно точно не ожидал. Если бы не эта его фирменная улыбка, Джин решил бы, что ему просто показалось. — Я… Извините за мой вид, — Хван судорожно сжал рукой ворот халата на груди и неловко отступил в сторону. Впускать мужчину внутрь казалось плохой идеей, но и оставлять в коридоре — ещё хуже. Если визит Бана был обусловлен рабочими вопросами, Джин бы уточнил и с улыбкой вежливо попросил его заглянуть позже. Если же он пришел наладить контакт более неформально, что ж, на правах супруга Хёнджин мог бы, пожалуй, сыграть свою роль добродушной хозяйки. — Дадите мне минутку? Я оденусь и вернусь. — Не стоит, я заглянул ненадолго. Да и… Вам очень идёт, правда, — тихо хмыкнул австралиец и, вопреки своим же словам, спокойно прошёл вглубь апартаментов, поставив бутылку на низкий журнальный столик. Дверь за ним Джин закрыл скорее по инерции. В голове всё ещё крутилась эта странная, слишком личная реплика. — Чанбин уехал буквально час назад. Вы с ним разминулись, — Хёнджин неловко усмехнулся, пытаясь перевести разговор в нужное русло, и убрал волосы за ухо, отведя взгляд в сторону. Кристофер же, напротив, кажется, чувствовал себя абсолютно свободно и не испытывал дискомфорта. Он уселся в кресло, закинул ногу на ногу и с тем же интересом продолжил его рассматривать, широко улыбаясь. — Мистер Со снова оставил вас здесь совсем одного? Поразительно, — он покачал головой, будто искренне удивляясь, затем провёл рукой по своему колену и перевёл взгляд на бутылку. — Тогда, возможно, вам пригодится мой небольшой презент. Знакомые виноделы раз в пару месяцев присылают мне что-нибудь на пробу. В этот раз оказалось игристое. Сухое, немного терпкое, с фруктовыми нотами. Он чуть прищурился. — Прочитал описание и сразу вспомнил о вас. Короткая пауза. — Решил принести в качестве извинений. Мне показалось, вчера вы уходили… не в лучшем настроении. Хёнджин удивленно приоткрыл губы, намереваясь ответить, но нужных слов не нашлось. Он осторожно сел на край дивана, сведя колени вместе, и, прежде чем все же подал голос, сглотнул, что прозвучало оглушающе громко в этой звенящей тишине. — Нет, что вы. Просто… мы немного устали. Перелёт был долгий, акклиматизация, новое место, сами понимаете, — улыбка вышла лёгкой, почти похвально естественной. Кристофер тоже улыбнулся, опершись локтем на подлокотник и прикрыв губы пальцами. — Можно на «ты», — с короткой паузой отозвался он хрипло, не сводя внимательного взгляда с Хвана. И зачем только он посмотрел в ответ — прямо ему в глаза? — Не думаю, что это допустимо, — Хёнджин слегка нахмурился и с усилием отвернулся. Чанбину этот мужчина подобных уступок не делал, лишь позволял себе лёгкую фамильярность, почти насмешливую, ироничную. Джин не был наивным и к подобному вниманию к своей персоне давно привык, потому мысленно сделал вполне определённые выводы. Хотя… вдруг ему всё же показалось? — Да ладно. Я не настолько старше. Зачем эти лишние стены между нами? — Кристофер чуть подался вперёд корпусом и тоже отвёл взгляд в сторону. Он молчал некоторое время, словно обдумывая что-то, бегло облизнулся, затем поднялся и, уже с новой едва заметной улыбкой, потянулся ближе, чтобы мягко опустить ладонь на плечо Хвана. — Кажется, возникло какое-то недопонимание. Я не хотел задеть мистера Со… или обидеть тебя, Джинни. Хёнджин едва не поперхнулся вдохом, расплывшись в ответной улыбке скорее от удивления, чем от самой ситуации. Нет, ему не показалось. Кристофер Бан явно оказывал ему знаки личной симпатии. Оставалось только понять, как следовало бы на всё это реагировать. — Не хочу показаться бестактным, но у меня сегодня есть планы. Мне скоро нужно выходить, поэтому… — Джин одним ловким движением ушёл от прикосновения, поправил сползшую ткань халата и тоже поднялся, встав напротив. — Лучше загляните к нам как-нибудь вечером. Бинни как раз вернётся после шести. — Очень жаль, но не получится. Мне придется оставить Вас на несколько дней из-за срочной командировки в Голд-Кост, — Кристофер словно подыграл ему, вернувшись к более формальному тону, хотя не сдержал звучного смешка и внимательного прищура. Он сцепил руки за спиной и, уже сделав показательный шаг в сторону выхода, обернулся, кивнув на бутылку. — И всё же… попробуйте. А потом напишите мне, что думаете. Буду рад обратной связи, мистер Хван. — Спасибо за подарок, мы с мужем обязательно продегустируем, — Хёнджин улыбнулся шире, уже заметно наигранно, даже неосознанно похлопав ресницами чуть чаще обычного. Если играть, то до конца. — Хорошего дня, — почти равнодушно бросил Бан, неприметно кивнув головой у самой двери. На миг он задержал взгляд на Хване, будто снова что-то обдумывал, медленно оглянулся по сторонам, словно изучая территорию, и вышел. Лишь перед тем, как дверь закрылась, он выдохнул чуть громче, чем следовало. — И вам, Кристофер… — шёпотом отозвался Хёнджин в уже пустых апартах, ещё несколько секунд глядя ему вслед.---
Ким Сынмин был слишком хорошо воспитан и уже слишком долго работал на семью Со, чтобы не знать наизусть все негласные правила этикета личного секретаря. Как бы ему ни было любопытно, как бы ни скребло внутри это игривое чувство от непонимания ситуации — он бы не подал виду. Он вышел из лифта и повернул налево по длинному коридору, глядя на красный ковролин под идеально начищенными ботинками, когда услышал глухой звук чужих шагов и тихий хлопок двери. Подняв голову, Сынмин едва заметно прищурился — незнакомый мужчина вышел из номера семьсот семь и направился ему навстречу, засунув руки в карманы брюк и даже не взглянув на Кима. Сынмин не стал останавливаться. Лишь когда они прошли мимо друг друга, он достал телефон и ещё раз проверил свою переписку с Хёнджином. «Апарт 707, седьмой этаж». Ошибки быть не могло. — Ладно, не моё дело, — пробормотал он себе под нос, мельком глянув в сторону лифтов: двери уже закрылись, кабина ушла вверх. Он выждал пару минут для приличия и только потом постучал.---
Чанбин соврал бы, если бы сказал, что не удивился выбору места для встречи с Ли Феликсом. В бизнес-среде обычно предпочитали рестораны с высоким чеком, традиционную кухню для масштабных ужинов или, в крайнем случае, спешелти-кофейни для лёгких деловых встреч. Когда австралиец предложил пересечься для короткого разговора, Бин рассчитывал именно на последний вариант. Но никак не ожидал увидеть кафе-кондитерскую с огромным меню мороженого и десертов. — Господин Со! Я здесь, — Ли поднялся со своего места и приветливо замахал рукой с широкой улыбкой. Несколько посетителей обернулись на его глубокий голос и тут же принялись разглядывать его с ног до головы. Чанбин и сам не смог не отметить, что тонкая розовая блуза с пышными рукавами и белые джинсы-скинни идеально вписывались в атмосферу и выгодно подчёркивали внешность юноши. — Добрый день, мистер Ли. Признаться, не ожидал, что вы так быстро согласитесь на встречу. Спасибо огромное, — Бин вежливо улыбнулся и сел напротив. Круглый столик оказался слишком тесным, они случайно задели друг друга коленями, и Со тут же неловко извинился, пытаясь устроиться удобнее. — Всё в порядке! Кстати, можно просто Феликс. Или Ликси, мне так даже больше нравится, — Ли закусил губу и прищурился, медленно скользнув взглядом по лицу, шее и груди Чанбина, прежде чем перевести его на ламинированное меню перед собой. — Я был здесь неподалёку и вдруг безумно захотел мороженого. Вы любите сладкое, Чанбин-ши? — А… по настроению. Посоветуете что-нибудь? — Бин добродушно хмыкнул и тоже посмотрел в перечень позиций. Всё, как и ожидалось, было на английском, но он не стал вчитываться — проще было довериться выбору собеседника. — Обязательно попробуйте с киви. Маст-хэв в Австралии, — Феликс облизнулся и коротко взглянул на него, поддержав лёгкий смех. Официант подошёл вовремя, они сделали заказ, и, оставшись одни, наконец перешли к делу. — Мне показалось, вы не удивились моему звонку… но всё же. Извините, что отвлёк в выходной. Я ни в коем случае не ставлю под сомнение ваши методы работы, просто хочу быть максимально полезным для своей компании в рамках сделки, — Чанбин не сразу заметил, что нервно теребил пальцами салфетку. Поймал себя на этом он слишком поздно. Хёнджин бы на это точно закатил глаза. Отец бы насупился и строго одернул за подобное проявление эмоций при переговорах. Но вот Ли… — Ох, вы можете звонить мне в любое время дня и ночи. Я выслушаю и помогу, чем смогу. Кто, если не я? — Феликс хихикнул чуть звонче и потянулся вперёд, почти невесомо накрыв ладонью руки Со. Удивление Чанбина было слишком очевидным. Они просидели так ещё несколько секунд, глупо глядя друг на друга. — Спасибо… Вы сможете организовать для меня встречу с мистером Баном? — Бин попытался смягчить неловкость, аккуратно высвободив руку. — Понимаю, у него плотный график, но… К счастью, в этот момент принесли заказ. За высокой горкой разноцветного мороженого Со смог спрятать бегающий взгляд и тихий вздох. — Ухх… Это будет сложно. У него каждая минута расписана, — Ли улыбнулся так, будто и не было никакого напряжения, и переключился на десерт. Ну, почти. Он медленно поднял вафельную трубочку и мягко обхватил её губами, откусывая с почти демонстративной плавностью. Слишком выверено. Слишком… показательно, почти театрально искусно. Чанбин хрипло кашлянул, прикрыв рот ладонью. Кажется, австралийцы либо не знали, что такое дистанция, либо делали вид, что не знают. — Понимаю. Но мне кажется, я упускаю что-то важное… — Со всё же поднял взгляд на уровень чужих глаз. — Дело не сдвинется, пока мы не обсудим детали лично и не закроем спорные моменты. Сказать это спокойно стоило больших усилий. Слишком уж отвлекал собеседник напротив. В бизнес-школах Бина никогда не готовили к тому, что человек напротив во время диалога может тягуче медленно слизывать подтаявшее мороженое с пластмассовой ложечки. — Спорные моменты… — почти промурлыкал с улыбкой Ликс, на мгновение разорвав зрительный контакт и опустив взгляд в стол. Интересно, это всё же были румяна на его щеках, или же он и вправду немного покраснел? — Мне нужна хотя бы одна встреча. Полностью на его условиях, — продолжил Чанбин, удерживая тон ровным. — Если потребуется, я подключу нужных специалистов из Сеула, организуем совещание по протоколу. Или же наоборот, поговорим без лишних людей. Бильярд, гольф… что угодно. Он чуть смягчил тон, чтобы в словах не звучало ни капли давления. Феликс тяжело вздохнул, отодвинул тарелку и упёрся локтями в стол. Провёл рукой по своим волосам, тут же подцепив прядь и накрутив её на палец. Он молчал дольше минуты, будто намеренно растягивал паузу, слегка покусывая пухлую губу. А потом всё же улыбнулся. — Вам сложно отказать, Чанбин-ши… — протянул он мягко. — Я подумаю, что можно сделать, и позвоню с решением. Короткая пауза. — Но вы останетесь мне должны. Он сказал это легко, почти шутливо. Но в голосе не было ни грамма шутки.
