Встреча, изменившая всё

      Отправив подопечного отдыхать, Цзышу бросил взгляд на документы и сел за стол. Ничего особенного, подборка информации и гулящих по Поднебесной слухов, но изучить всё же нужно. Учитывая, что сидеть тихо он больше не намерен. И связано это было отнюдь не с тем, что он соскучился по миру людей, вовсе нет. Вэй Ин уже совсем скоро, точно так же, как А-Яо, покинет его. Упорхнёт из-под его опеки, а стало быть, вольётся в мир заклинателей. А мир этот, без прикрас, был настоящей ямой змей.       Ты ничего из себя не представляешь, если за тобой не стоит кто-нибудь сильный.       Так было в его время, а сейчас это мнение усилилось во сто крат. Сильный пожирает слабого, мелкие кланы заклинателей вливаются в кланы посильнее, а если адепты способностями выше среднего, то и в Великие Ордена. Людей перекупают, словно скот, игнорируя простой люд, что страдает от этой миграции. А нечисти и мертвецам безразличны людская корысть и стремления. Свободные заклинатели, коих стало куда меньше, чем годы назад, не могли справиться с наплывом опасности.       Ещё одна сторона, ценящаяся у нынешних заклинателей из кланов, кровное родство и кровные же связи. Если дитя родилось вне брака, его именуют бастардом и не желают признавать. Оно не достойно принятия в клан и чудо, если становится простым адептом, которого обучают наравне с другими. Случается ведь и такое, что дитя выбрасывают на улице, если не умерщвляют. А ведь то, что ребёнок не виноват, и он может быть силён, мало кого волнует. Да и мало кто может сразу определить возможности развития духовных сил.       Что уж говорить о том, что в клан не принимают выходцев из народа. Полагают, что заклинатель этот будет посредственный и гонят со двора, едва ли не сплёвывая вслед. В итоге тот становится свободным заклинателем, толком не обученным, и рано или поздно либо лишается жизни, умирая молодым, либо же находит место, где ценят силу, а не происхождение. Таких, к сожалению, крайне мало. Оттого много смертей, оттого плодится нечисть.       Закончив с бумажной работой, Цзышу отправился на поиски Юймин. Та нашлась в комнате, за общением с детьми. Так происходило уже второй раз, когда она выхаживала и объясняла сложившуюся ситуацию спасённым детям. Первым был А-Яо, и он был спасён самой Юймин, пусть исцелением занимался Цзышу.       Дети притихли, когда в комнату вошёл богато одетый высокий мужчина, с серебряными украшениями в волосах. Хотя это стало видно лишь когда он повернулся к детям спиной, чтобы закрыть дверь. — Приветствую главу клана Шэнь, — поклонилась Юймин, догадавшись, что Хозяин Долины не хочет, чтобы дети знали, кем были спасены.       Подсказкой было то, что Непревзойдённый не сменил облик и всё ещё выглядел как человек. Никакой излишней, бросающейся в глаза белизны кожи, никаких чёрных ногтей и хищных черт лица. — Как у нас дела? — Всё хорошо. Насколько это возможно в сложившихся обстоятельствах. — Что же, в таком случае можно поговорить.       Шэнь не стал приближаться к детям, чтобы не пугать их, потому опустился на ближайший стул. Оправив рукава, он посмотрел на не сводящих с него глаз наблюдателей и произнёс: — Моё имя Шэнь Цзышу, я являюсь главой клана Шэнь. Сейчас мы временно находимся на постоялом дворе. Я рад, что вы пришли в себя и, насколько могу судить, идёте на поправку. Назовёте свои имена?       Дети посмотрели на Юймин, что встала за спиной господина и лишь увидев, как она ободряюще улыбнулась, слегка кивнув, начали называть свои имена.       Двое, что имели схожие с А-Яо черты лица, оказались братом и сестрой. Девочку звали Сю. Её брат носил имя Су.* Они были близнецами, но происхождение сказывалось и у них были заметны весьма узнаваемые черты лица небезызвестного Главы Цзинь. Третий же рождён другой женщиной, но был оставлен на пороге дома родителей близнецов, так что воспитывался вместе с ними. Отличался светло-пепельным цветом волос, да цвет глаз был другой, но лицом был похож, так что их нельзя было назвать неродными. Его имя было Дэшэн*. Все трое были сверстниками, им было по семь лет, и все трое промолчали на вопрос о фамилии.       У двух мальчиков был почти идентичный цвет волос, но при этом они были детьми разных семей и носили разные фамилии. Хотя фамилии назвать отказались. Да и черты лица разнились, потому родственниками они друг другу не приходились. Тот, чей цвет волос был светлее, а глаза наоборот более темные, отзывался на имя Ронг*. Другой носил имя Канг*.       Один мальчик имел светло-каштановые волосы и искристые тёмно-серые глаза. Он смотрел с интересом, хоть и не без настороженности. Чуть изменить черты лица и его можно назвать родственником А-Ина. Вполне возможно они подружатся. Усянь открытый и способен расположить к себе кого угодно. Мальчика звали Вэньхуа.*       Ещё два мальчика были черноволосы и темноглазы. Тёмно-карие глаза на бледных и измождённых детских лицах казались чёрными. Эти двое друг другу приходились кузенами. Тот, у кого глаза имели более светлый оттенок, Цян*, чуть понурил голову и опустил плечи, словно пытаясь сжаться и стать ещё меньше. Его кузен, Чжань*, был чуть более смелый и бросил на Непревзойдённого ответный взгляд. Они были младше близнецов Мин, им было лишь шесть лет.       Промолчали лишь два ребёнка, отличающихся от остальных белым цветом волос и незамутнённой синевой глаз, и оттого чувствовали себя неловко под взглядами остальных.       Итого, из десяти детей, девочки было всего две. И они были разными, словно день и ночь. — А-Юй? — поняв, что пауза затягивается, произнёс Шэнь.       Названная склонилась и шепнула ему на ухо: — Они не помнят своих имён. По крайней мере, мне так сказали.       Цзышу кивнул и продолжил говорить, отвлекая внимание от начавшей краснеть парочки: — Вы наверняка были удивлены, проснувшись в незнакомом месте, тогда как думали, что дни ваши сочтены.       Эти дети прошли через чудовищные условия, так что Шэнь не намеревался смягчать или подбирать слова, меняя суть пережитого. Обстоятельства их «встречи», если её можно так назвать, непрозрачно намекали, что дети будут не в силах верить, что кошмар закончился. Убедить их в безопасности можно только делом, слова не будут иметь веса. — Могу лишь сказать, что те, кто поступил так с вами, встретили ещё более незавидную участь. — Они умерли? — Их съели? — Они напоролись на нечисть?       Предположения были озвучены лишь тремя детьми. Все трое были теми, у кого на теле было обнаружено определённо рабское клеймо. Остальные меченные, коих было ещё четыре, помалкивали. — Нет. Они повстречались с одним из Бедствий. Хозяином Долины.       Дети замолчали, изредка хлопая глазами. У них не было родных, с тех пор как они попали в клан заклинателей, никто не мог их запугивать Непревзойдённым Демоном, однако люди кругом судачили и они, несмотря на то, что были молоды, слышали об одном из четырёх Бедствий.       Непревзойдённый Демон, Хозяин Долины Хаоса, повелевал лиловым пламенем, что не щадило никого и ничего. Повстречать на пути этого Демона было равносильно смерти в мучениях. Поговаривали, что ни один виновный не избежал кары; кто-то попытался бежать, но пламя вспыхивало на нём, даже если он думал, что сумел скрыться. Люди говорили, что Пепельное Бедствие может управлять нечистью из своей Долины, оттого господа бессмертные не могут очистить мир от его существования. — Я хочу вас спросить. У вас есть к кому пойти? Родственники, друзья родителей.       Дети молчали. Некоторые поджимали губы, парочка хмыкнула, безмолвно сообщая мнение о родственниках. Вполне вероятно, что в ту выгребную яму, носящую имя «клан заклинателей», их как раз родители и бросили. Это объяснило бы их нежелание называть свою фамилию. — В таком случае вы можете остаться здесь.       Поднявшись, Цзышу прошёл к двери, намереваясь уйти. Но неожиданно замер, а после, какое-то время помолчав, спросил, обернувшись: — А-Юй, они ведь способны спуститься в трапезную? — Да, глава. — Чудесно. В таком случае прикажи служанкам, чтобы подготовили одежды для детей. Буду ждать вас всех на ужине. — Господин, что-то случилось? — А-Яо принял решение отправиться в путь.       Юймин понимающе кивнула и поклонилась, когда Шэнь развернулся, уходя. Он всегда ходил беззвучно, даже когда принимал облик человека, так что дети довольно долго молчали, переглядываясь и украдкой бросая взгляды на оставшуюся стоять девушку. У них были вопросы, в том числе о том, что значили слова главы Шэнь «можете остаться здесь». Их также удивляло то, что глава клана лично посетил таких, как они.       Цзышу открыл портал и переместился во Дворец Скорби прямо из своей комнаты, предварительно переодевшись в простые чёрные одежды. На место стройки резиденции он решил заглянуть на обратном пути, после посещения Долины. Тем более резиденция клана будет строиться на территории Долины. Пусть это привлечёт внимание заклинателей и породит закономерный вопрос, почему Пепельное Бедствие позволило мелкому клану обосноваться в его владениях, но лучше и безопаснее Долины Цзышу места не знал.       Расплетать то, что наплела из его волос А-Цин не стал — ему нравилось то, что пряди прибраны и не лезут в лицо. Кроме того, сейчас последнее, что его волновало, это волосы. Теперь минимум два Ордена знают о нём, как о Шэнь Цзышу — заклинателе, причём достаточно сильном, чтобы убить трёхглазого пурпурного вепря и ограничить воздействие собственной духовной силы на определённых людей.

*

      В Долине серьёзных проблем не было, с мелкими нарушениями порядка справлялась Мэйлин. И справлялась безукоризненно. Неплохим подспорьем ей был недавно прибывший оборотень, брошенный сородичами из-за раны. Та была серьёзной, кровопотеря огромной и казалось, его ничего не спасёт. Но ему повезло — на него наткнулся голем, управляемый Хранителем Долины.       Всё это Цзышу выслушивал на ходу, направляясь в главный зал. Туда должен был подойти этот самый оборотень, чтобы предстать перед Хозяином Долины. Через это проходили все, даже самые безвредные создания. Впрочем, во владениях Непревзойдённого таковых было немного. Шэнь прибыл в Долину ночью, пока подопечные спали. Это произошло перед их визитом в Безночный город. Получив сообщение от Мэйлин, Шэнь открыл портал и был встречен уже на подходе к главному залу. — Сначала было непонятно, почему сородичи бросили его. Помимо того, что серьёзность раны могла стать причиной, выяснился ещё один момент. Даже в его воспоминаниях я такого не увидела. Не понимаю, как так вышло. Приношу свои извинения, — извинилась Мэйлин, склоняясь. Но выпрямилась, повинуясь взмаху руки. — Что за момент? — Он стал известен далеко не сразу, поскольку во время лечения я была сосредоточена на ранении, а помощницы по какой-то причине не могли снять повязку с головы, хотя ткань намокла и стала грязной. — И что же, он до сих пор в ней? — чуть нахмурился Шэнь, но скорее заинтересованно, нежели недовольно. — Теперь она чистая, Хозяин Долины. Полагаю, он сменил её самостоятельно. — Что же, посмотрим на этого оборотня.       Оборотень шёл за големом и постоянно тянулся то к одежде, выданной сестричками-швеями, чтобы её поправить, то к повязке на голове, что находится там, кажется, с самого его рождения.       Войдя в главный зал Дворца, куда его приводили лишь единожды, во время проверки, Сяодун* увидел свою спасительницу. Но не успел он поздороваться, как дыхание сбилось. Лёгкие сдавило, а на плечи опустилась невероятная тяжесть.       В кресле, что пустовало во время первого визита сюда оборотня, сидел мужчина и рассматривал его. Судя по позе и тому, как госпожа Мэйлин стоит рядом, этот господин выше её по статусу. Оборотень ни разу его здесь не видел, но если судить по поведению госпожи Мэйлин, он видит кого-то вроде… — Градоначальник, — заглянувший в главный зал разведчик подтвердил все самые худшие опасения оборотня и с поклоном удалился, повинуясь взмаху руки. — П-приветствую градоначальника, — бухнулся на колени, пусть и с явный опозданием. Но откуда же ему было знать, кого он перед собой видит?       Воцарилось молчание, но Сяодун не решался подать голос и напомнить о своём существовании. Однако когда осмелился бросить взгляд из-под ресниц, моментально напоролся на пристальный взгляд лиловых глаз, в глубине зрачков которых разливалась тьма. — Встань.       Оборотень повиновался, но не смел смотреть на градоначальника снова. Он смотрел в пол, а потому не видел, как Демон обменялся взглядами с Хранителем. — Тебя никто не убьёт, если будешь смотреть куда-то ещё, — послышался лёгкий смешок. — Впрочем, если тебе так легче, пусть. Я позвал тебя из-за слов Мэйлин. Все новоприбывшие, будь они даже на пороге смерти, проходят обязательную проверку. Все, без исключений. — Но я ведь прошёл… — Ты показал не всё. Не так ли? — Госпожа Мэйлин видела… — Я скажу это лишь сейчас, так как ты ещё не знаешь здешних порядков, — Хозяин Долины говорил негромко, но отчётливо. Даже поднявшись и направившись к оборотню, он не издал ни звука. Сяодун вздрогнул, когда голос Непревзойдённого послышался совсем рядом: — Я не люблю повторять дважды. Если же приходится, это вызывает моё недовольство. И тогда в ход идёт он. Шэнли.       Сяодун ожидал, что в зале кто-то появится, но вместо этого на полу, мягко обвивая ноги Демона, возник кнут. Взгляд привёл оборотня к левой руке стоящего в паре шагов от него Пепельного Бедствия. Длинные узловатые пальцы держали белую рукоять с чёрной оплёткой, при этом не сжимая слишком сильно; скорее бережно.       Одно движение, и кнут словно бы по своей воле оплёл торс и плечи оборотня. Когда же он попытался пошевелиться, ничего не вышло. Ощутив давление, будучи физически сильным существом, Сяодун предпринял попытку порвать путы, но ничего не вышло. — Не сопротивляйся. Чем сильнее дёргаешься, тем теснее объятия Шэнли. — Чего вы хотите? — Хочу услышать правду. И да, лгать не советую. Шэнли чувствует ложь. Малейшее лукавство, даже малая неточность ответа повлечёт за собой последствия. В зависимости от серьёзности лжи, ощущения будут разниться. Малая ложь, слабое наказание. Наглое враньё, и ты будешь стонать от боли.       Возможно не самый честный способ узнать что-либо, но у Цзышу не было выбора. Он должен был знать, кто попал в его владения. Мэйлин готова была поручиться за этого оборотня, хотя прежде никогда не выказывала подобного рвения в отношении кого-либо. Это интриговало, хотелось узнать, чем он сумел добиться подобного расположения. И оттого факт сокрытия какой-то информации, до которой не смогла добраться даже Мэйлин, казался подозрительным.       Как после стало ясно, повязка была непростой и являлась средством сокрытия дефекта.       На лице оборотня был ожог. Он задевал лоб и часть левого глаза. Увечье сохранялось даже если оборотень менял облик. Как он сам рассказал, из-за уродства над ним насмехались, издевались, нередко били, пока он не научился защищаться. Он был совсем молодым, едва прошедшим через свою первую охоту. Но даже после того, как его добыча практически сравнялась с добычей любого другого оборотня, ничего не изменилось.       После получения ответов Цзышу отозвал Шэнли назад и ещё какое-то время стоял неподвижно, что-то обдумывая. На павшего на колени оборотня он не смотрел, глядя на что-то поверх его головы. — Жди здесь.       Шэнь развернулся и покинул главный зал, взглядом указав Мэйлин на едва не дрожащего оборотня. То, над чем он думал, требовало некоторого времени для подготовки. И пока его нет, пусть Хранитель Долины присмотрит за Сяодуном.       Вернувшись, Хозяин Долины заметил ещё более бледного оборотня. К бледности прибавилась ещё дрожь и испарина на лице, плюс бегающие глаза. А стоило раздаться голосу Непревзойдённого, Сяодун содрогнулся всем телом, задрожав сильнее: — Он выглядел лучше, когда я уходил. Что ты ему сказала? — Ничего. Он сам себя накрутил. Подумал, что вы его выгоните.       Выгонять его Цзышу не собирался. Более того, приблизившись, он вручил оборотню полумаску, закрывающую верхнюю половину лица. Сяодун вздрогнул от его приближения и уже хотел отползти, когда рассмотрел подаваемый ему предмет. — Это… мне? — Тебе. Повязка пусть и защищает надёжно, но привлекает гораздо больше внимания. Маска в этом смысле лучше. Первым нескольким, кто спросит что под ней, ответишь, что это личный приказ Хозяина Долины. И от тебя отстанут. — Н-но это… использовать ложь про приказ… — Это будет не ложь. Раз отныне ты будешь помогать Мэйлин, ты служишь мне. И я вправе отдать тебе подобный приказ.       Цзышу отошёл от оборотня и опустился в кресло, наблюдая за дальнейшими действиями теперь уже подчинённого. Тот бережно удерживал в руках дар Хозяина Долины, не торопясь надевать. — Господин, как вы нашли умельца, что сможет так быстро изготовить маску? — приблизившись, поинтересовалась Мэйлин. — Я изготовил её сам. Своей духовной силой. — Что? Но это… — Затратно и сложно? Возможно. Однако она гарантированно не сломается, её не отнимут и не тронут без его на то позволения.       Видя, как засверкали глаза Мэйлин, Цзышу испустил смешок и произнёс: — Теперь у тебя есть официальный помощник. Надеюсь, что вы меня не подведёте. — Мы постараемся оправдать ваше доверие, Хозяин Долины, — Мэйлин склонилась в уважительном поклоне и Сяодун последовал её примеру.

*

      После проверки дел во Дворце, Шэнь вышел на крыльцо и встал на меч, отправляясь к месту строительства. Он мог переместиться туда порталом, поскольку бывал на месте, причём не раз, но захотелось осмотреть владения с высоты. Да и на резиденцию стоило посмотреть сверху. Оценить территорию и удостовериться, что ничего не было упущено.       Территория для резиденции претерпела заметные перемены. К примеру, кое-где появились деревья, хотя в прошлый визит их определённо не было. Здания были полностью завершены и в них уже появлялась мебель. Площадки для тренировок, мишени для стрельбы из лука, несколько брусьев и полоса препятствий. Помимо них, небольшая арена с трибунами, где можно будет проводить внутренние соревнования. — Как скоро закончите? — обходя коридоры, спросил Цзышу. Он уже посетил тренировочные площадки и остался доволен. Общежитие для адептов ему тоже понравилось. Главное, в комнатах будет тепло даже зимой, когда температура упадёт. — Осталось недолго, ваше превосходительство, — уважительно отозвался один из демонов, заведующий строительством. Его звали Ливей* и он был наиболее прочих похож на человека. Не будь рога, он выглядел бы неотличимо от человека. — Работы практически завершены. Осталось укрепить стены и завершить зал, что вы просили подготовить. Дня два-три, не больше. — Отличная новость. В таком случае буду ждать письма.       Вернувшись, Цзышу провёл для учеников тренировку и отпустил их пораньше, сообщив, что ужинать они будут все вместе. Кроме того, он их кое с кем познакомит. Подростки были более чем заинтригованы, так что в ванную побежали наперегонки. Выносливость всех троих была на высоте, потому отстающих не было. А-Яо наслаждался этим временем, понимая, что уже завтра покинет ставший домом постоялый двор, с которым связано множество воспоминаний.       Дети шли за Юймин, то и дело прикасаясь к выданной им одежде. Она была одинаковой, светло-зелёной, и они подумали, что их решили оставить на этом постоялом дворе в роли прислуги. Ведь за всё пребывание здесь они не видели ни одной служанки; госпожу Юймин они считали одной из заклинательниц. Даже когда выглядывали из комнаты, заслышав чьи-то голоса, никого не увидели.       Войдя в трапезную, что была способна вместить человек сорок, дети замерли, не зная, куда им идти дальше, но Юймин направилась прямо к главе клана, уже сидящему за столом. Как заметили дети, тот уже сменил одежды на простые тёмно-серые, сохранив только причёску. — Вот и они. Подойдите ближе.       Дети сбились в кучку под обращёнными на них взглядами. Подростки, что были старше лет на пять, удивлённо их рассматривали, а после перевели взгляды на главу клана. И без слов хотели узнать, кто это.       Шэнь хотел ответить, когда в зал вбежала А-Цин. Она подбежала ближе, но когда до Цзышу оставалось шагов десять, замедлила шаг, поправила одежду и степенно приблизилась, приветствуя родителя. — Итак, теперь все в сборе. Знакомьтесь.       Непревзойдённый безошибочно назвал детей по именам, заставляя их лишь удивляться. Прежде никто не брался за труд запоминать их имена. Называя кто как. Иной раз обходились простым «эй ты, сюда иди». Внимание к синеглазым мальчику и девочке обострилось, поскольку их имена названы не были. — Они остались без отчего дома, а потому я принял решение принять их в клан. Согласно моим наблюдениям, они все, без исключения, имеют задатки для формирования Золотого Ядра. Прежде они жили в клане заклинателей, но почему-то не проходили обучение. — Там говорили, что мы не имеем на это права, — обиженно насупившись, произнёс Чжань. — И что слишком слабы. — Чушь, — фыркнул Цзышу и жестом указал детям на свободные места. Стол был сформирован из других столиков, так что места было достаточно. И при всём при этом создавалось впечатление единства. Они все сидели за одним столом. — Это они слишком слабы, раз не смогли рассмотреть потенциал. А он есть у каждого из вас.       Детям оставалось лишь удивляться и к концу ужина они с трудом могли сдерживать смех. Усянь, полностью приняв их как часть клана, привычно дурачился, рассказывал какие-то истории о своём походе по рынку Безночного города, кривлялся и жизнерадостно смеялся. Чэнмэй, первое время поглядывающий в их сторону, пододвигал к ним тарелки, если видел, что они не достают. Так же поступал и А-Яо, улыбаясь и впитывая царящую в трапезной атмосферу. А-Цин смотрела с интересом, улыбаясь девочкам, что косились на неё и смущённо алели щеками, словно непривычные к такому хорошему отношению. И в некоторых их повадках она узнавала себя. Пусть она была слишком мала и мало что помнила, но всё же кое-какие воспоминания всплывали. — Отец, а где же Бэй, Муан и Чжулю? Они к нам не присоединятся? — Бэй и Чжулю отказались, милая, — ответил Цзышу, прекрасно видя, что новоприбывшие прислушиваются к разговору. — Муан же отправился в резиденцию. Уж не знаю, зачем, не сказал.       На то, что А-Яо их покидает, подростки отреагировали по-разному. А-Цин заплакала, обнимая юношу и прося никуда не уходить. Обещала поделиться с ним сладостями и научиться танцевать с веером. Как связан танец с веером и уход Мэн Яо не понял никто.       Мальчики проявили понимание и даже предприняли попытку успокоить свою младшую сестричку. На что получили по пинку в голень и порцию усиленного рёва, поскольку тела у подростков уже были крепче, чем у А-Цин. И она скорее себе причинила боль, нежели им. Успокаивали её теперь уже втроём, обещая сладости, покатать на плечах и на лошади.       Цзышу стоял в стороне от творящегося бедлама и улыбался. Он видел, что страдания А-Цин не совсем искренны и она всё сильнее льнёт к А-Яо, что растерялся наравне с остальными и уже практически поддался уговорам остаться ещё на денёк.       Похоже, всё же придётся вмешаться. — А-Цин, отпусти А-Яо, — приблизившись, Шэнь мягко погладил девочку по голове и та, о чудо, отцепила свои пальчики от одежд юноши. Подняв дочь на руки, Цзышу бережно утёр слёзы платком и вручил его А-Цин. — Ты очень его любишь, но пришло время А-Яо отправиться в путешествие. Вы провели вместе столько счастливых лет и я понимаю, что тебе трудно отпустить его. Но сделай над собой это усилие. Ему нужно идти. — Верно, А-Цин. Тем более он же не навсегда уходит. И будет заглядывать в гости. Верно же, А-Яо? — А-Ин говорит правду. Мы ещё обязательно встретимся, — мягко улыбнулся Мэн, бережно взяв А-Цин за пальчики. — Обещаю.       Девочка насупилась, но после медленно кивнула. Она помнила, что так же, как Цзышу, его подопечные держали свои обещания. Это было то, к чему Шэнь приучил их за эти годы. — Ладно. Но ты обещал!       Цзышу улыбнулся и спустил дочь с рук. Потом вытащил из рукава продолговатую шкатулку, обтянутую золотым шёлком, и протянул её удивлённому Мэн Яо. — Возьми. Я обучил тебя всему, чему смог. Это подарок.       А-Яо, едва дыша, поднял крышку и выдохнул, во все глаза глядя на серебряный колокольчик на тонкой изящной цепочке. Лиловая кисточка чем-то неуловимо напоминала глаза наставника Шэнь, не говоря уже о бусине, прикреплённой между колокольчиком и кисточкой. — Наставник, это... — Отличительный знак. Никакая нечисть, что тебе повстречается, не сможет не узнать мою духовную силу, заключённую в этой бусине. Если по какой-то причине бусина будет разбита, я об этом узнаю. Береги себя. — Наставник, а почему у нас таких нет? — насупился Вэй Ин, наблюдая за тем, как Яо пристёгивает цепочку к поясу. — Не доросли ещё, — фыркнул Шэнь, потрепав надувшегося подопечного по макушке. Но добавил, сжалившись: — Придёт время и ты получишь от меня такой же.       Усянь довольно улыбнулся и больше не дулся. Раз наставник сказал, что он получит такой же колокольчик, когда придёт время, значит так и будет.

***

      Ещё до того, как резиденция была закончена, новости о том, что был образован новый клан, распространились по Поднебесной со скоростью лесного пожара. Обсуждали не столько сам клан, сколько его месторасположение. Окраина Долины Хаоса, которую населяет всевозможная нечисть, в том числе редкая, а оттого ценная.       Сплетни о расположении резиденции Цзышу распространял сам, отправив в разные концы Поднебесной своих подопечных и подчинённых. Муан, Бэй, Юймин, двойняшки Юэ, Чжулю — все были задействованы. Чем больше территории охватят слухи, тем больше вероятность скорого появления учеников.       Клан Шэнь отличался от прочих тем, что его глава не ставил в приоритет кровные связи. Будь ты даже последним босяком, но имеешь минимум духовных сил, тебя примут. Есть вступительный тест, но в нём нет ничего сложного. Пройдут даже дети. Поговаривали, что в этом клане привечают даже простых путников, которым нужен ночлег и защита от непогоды.       Именно такие слухи начали гулять среди населения. Осведомлены были как заклинатели, так и обыватели, без капли духовных сил. Однако именно среди последних нашлось несколько тех, кто прибыл из поселений, которым помогал Шэнь Цзышу. Народ не сидел по сёлам, ездил на ярмарки, да фестивали, и там, за вином да едой, рассказывал истории. — Он представлялся свободным заклинателем, не просил ничего, но защищал. Мы пытались отблагодарить, но он ничего не брал, говоря, что просто следует своей мечте помогать людям. — В нашем селении было так же. Спас нас, а награды не взял. Староста даже предложил одну из своих дочерей, но мастер Шэнь так ловко отказался, что у девки сразу очередь из женихов образовалась. Его по сей день добрым словом вспоминают. — Остались среди заклинателей порядочные люди. Я вам так скажу: зная, что теперь есть клан и его глава господин Шэнь, можно быть спокойным. — А если он тоже зарвётся и станет как эти, из Великих Орденов? Они ведь не принимают прошений от мелких поселений. — Этот не зарвётся. Ты его просто не видел, старина Ли, потому и не веришь. Господин Шэнь словно небожитель. — А как красив. Как силён, — вздыхали украдкой девушки и некоторые женщины, в том числе замужние.       Не остались равнодушными и заклинатели. Кто-то знал о Цзышу по Ночным Охотам, во время которых сталкивались и даже сражались рядом, кто-то ориентировался на услышанное со стороны. Были и недоброжелатели, куда же без них, да только они предпочитали помалкивать в окружении людей. Но стоило найти единомышленников... в основном все претензии сводились к тому, что этот господин Шэнь носит светлые одежды. Да такие, в которых скорее на Совете кланов сидеть, а не по лесам да горам на нечисть охотиться.       Так мелкие кланы начали прощупывать почву, пытаясь узнать, силён ли, многочислен ли клан, какие у его главы планы. Глава клана Шэнь, однако, хранил молчание, не отвечая, а может даже не читая послания. Кто-то мог посчитать, что заклинатель попросту возомнил о себе невесть что из-за знакомства с Главой Вэнь. О его посещении Безночного города теперь не болтал разве что немой.       На деле же, Цзышу редко заглядывал к себе в кабинет, и проверял корреспонденцию от случая к случаю. У него и без того хватало дел.