Встреча, изменившая всё

      Едва переехав, члены клана Шэнь разбрелись по территории. Дети носились по резиденции, заглядывая во все помещения и раздумывая, какие комнаты занять. Им в этом составлял компанию Вэй Ин, бегая по резиденции наравне с семилетними детьми. Даром что скоро четырнадцать лет сравняется. На все смешки А-Яна он фыркал и отшучивался, убегая от наследника с задорным хохотом. Не один раз катал на плечах малышку Сю; бежал быстро, но не настолько, чтобы девочка испугалась. И заливистый девичий смех был ему наградой.       Цзышу обустроил свой кабинет, разложил всё необходимое так, как привык, и вышел, чтобы призвать подопечных к порядку. Но сделал это не сразу, дав им время порезвиться. Его внимание привлекли мальчик и девочка, что до сих пор не сообщили никому своих имён. Он допускал мысль, что они просто не хотят говорить свои имена. И всё же так дальше продолжаться не могло.       Дети играли с мячом, пока наследник и первый ученик проходили через тренировку с Чжулю — переезд переездом, а распорядок нарушать нельзя — когда к ним приблизился глава клана. Он был добр с ними, не повышал голоса и не заставлял ничего делать. Но вот он подошёл и сказал: — Вы двое, пойдёмте со мной.       Он обращался к безымянным брату и сестре с синими глазами. Это обращение не удивило родственников и они, взявшись за руки, последовали за главой клана. Они не знали, куда их ведут и что заставят делать, но мысленно уже прощались с ребятами.       Цзышу привёл их в беседку, стоящую неподалёку от пруда с водяными лилиями. Глава Шэнь смотрел на них какое-то время, а после заговорил: — Поскольку вы так и не назвали своих имён, я принял решение дать вам новые. — Что? — хором выдохнули дети, ожидая совсем не этого. — Отныне вам придётся взаимодействовать, общаться, учиться. И я не могу во время учёбы называть вас по внешнему признаку. Потому счёл приемлемым дать имена вошедшим в клан Шэнь детям.       Девочка получила имя Тяньши*. Узнав значение, покраснела и опустила голову, сжав в кулачках ткань одежд. Ткань была прочная и не слишком изысканная, но вовсе не из-за того, что глава клана был скуп, вовсе нет. Он так поступил из-за того, что в столь юном возрасте дети весьма подвижны, и вместе с тем несколько неуклюжи. Во время игры запросто могут упасть и испачкаться. Любая изысканная ткань теряет свои свойства из-за частой стирки, потому было решено сделать повседневную одежду из крепкой и вместе с тем удобной ткани, что не будет причинять неудобств.       Мальчик получил имя Тянькун*. Его глаза засияли и он пытался подавить улыбку. Из них двоих он родился первым, потому справедливо считал себя старшим братом. И как "небо" он будет защищать своего "ангела". — Полагаю, имена вам подходят, — улыбнулся Цзышу и погладил детей по головам. Те застыли под его ладонями, широко раскрытыми глазами глядя на его лицо. — Теперь вы можете представляться своими именами и не смущаться, когда другие называют друг друга по молочному имени.       Близнецы переглянулись, а после подались в едином порыве, обнимая своего спасителя за ноги. Жмурясь от того, что Шэнь застыл без движения, Тянькун и Тяньши хотели отстраниться, когда почувствовали на спинах руки мужчины. Он ласково поглаживал их, ответив на объятия. Дети зарылись личиками в складки одежд Цзышу, скомкав руками ткань. Их никто не окрикнул и не оттолкнул, наоборот, принял в свои объятия, давая время на то, чтобы совладать с чувствами.       С тех пор близнецы хвостиками бегали за Цзышу, подгадывая момент и цепляясь за одежды мужчины. Тот только посмеивался, отвечая на объятия и даря ласковые прикосновения, от которых Тянькун и Тяньши смущённо алели щеками, пряча улыбки. Они не хотели никому говорить, но никто никогда прежде так не обнимал их, не касался с такой нежностью. И единожды почувствовав, они стали нуждаться в этом ежедневно. И глава Шэнь дарил им то, что было нужно.       Спустя неделю после переезда в резиденцию, из Дворца прилетел ворон. Цзышу не был удивлён, поскольку такие доклады Мэйлин присылала едва ли не каждые два дня, а потому не придал особого значения. Пока не увидел цвет ленточки, перевязывающей послание. Ярко-алая, знаменующая происшествие, которое без его присутствия не разрешится.       Прочитав послание от Мэйлин, Непревзойдённый сурово нахмурился и начал постукивать пальцем по столешнице. Дети, увидевшие выражение его лица, притихли, гадая, что же за новости он получил, раз так переменился в лице. Никогда прежде они не видели главу клана в подобном настроении. — Мне придётся ненадолго отлучиться по делам, — наконец обронил Шэнь, окинув взглядом подопечных. — С вами останутся все, кроме Юймин. Она пойдёт со мной. — Слушаюсь, глава. «— Что-то случилось в Долине?» — насторожившись, переглянулись Муан и Бэй. Этот же вопрос они задали вслух, когда дети покинули трапезную. — Не в ней. Кое-какой наглец осмелился нарушить запрет о возвращении в мир смертных без моего ведома. И это накануне шествия, — Цзышу покачал головой. — Сколько не делай предупреждений, непременно найдётся тот, кто ослушается. И ведь подождать оставалось лишь один день. Тогда врата открылись бы и можно было спокойно прошествовать по миру людей.       Шэнь покинул резиденцию ближе к вечеру, убедившись, что все барьеры в полном порядке. Те, кто оставался, были предупреждены о неприемлемости прогулок после захода солнца. Даже вечерняя пробежка для первого ученика и наследника была отменена. Впрочем мальчишки не спешили радоваться. Это была не первая такая ночь и они знали, чем можно заняться. Тем более теперь, когда численность клана повысилась. Как старшие ученики, они должны были позаботиться о младших.       После посещения Дворца, Цзышу взял с собой несколько особей нечисти, что была хороша в выслеживании, и отправился по следу. То, что последнее время он был несколько занят и в основном жил в мире людей вовсе не значит, что его запреты можно нарушать. Кроме того, если возникло желание покинуть Долину, надлежит спросить разрешения у Мэйлин, что отвечает за порядок в отсутствие Хозяина. Будучи Хранительницей, она способна прочесть ауры и сокрытые мысли посетителей.       След привёл Непревзойдённого в мелкую деревеньку близ реки. Что уж привело сюда нарушителей неизвестно, однако это было не столь важно. За нарушение порядка, а также поджог винной лавки, что стояла близ Дворца, провинившаяся нечисть подлежит испепелению. Мелкие демоны, что осмелились на подобный проступок в городе Хозяина Долины, визжали, пытаясь сбить с тел лиловое пламя. Запах гари разносился вокруг поднявшимся ветром. Серые одежды хлопали на ветру, сверкали, отражая свет, лиловые глаза. Пепельное Бедствие равнодушно наблюдал за догорающими останками нечисти, не обращая внимания на сгущающуюся темноту.       Врата демонов открылись.       Шествие призраков совпадало с возвращением Шэнь Цзышу в Долину, и он решил пройтись. Его подопечные в безопасности, а сам он давненько не прогуливался просто так, без особой цели. Эта ночь была особенной и не повторится до следующего года, так почему бы не воспользоваться возможностью?       Встречая по пути своих подданных, которые приветствовали господина и присоединялись к шествию, Шэнь заметил вдали отблески божественного сияния. Они были совсем слабыми, словно божество, спустившееся на землю, обессилено. Но куда больше его привлёк другой человек, сидящий в телеге с сеном. И это был не старик. — Что это? — Почему нельзя пройти? — Ах, чтоб тебя! — один из узников, нёсший свою отрубленную голову подмышкой, ударился лбом о бортик телеги. Не видя препятствия, но примерно зная расположение, принял пинать ногой по колесу. — Никак не пройти! Это происки нечисти! — Мы сами нечисть! — Возможно вас не пускает барьер, — испустил смешок Шэнь, прекрасно видя белую шёлковую ленту, что защищала телегу. — Не приближайтесь. — Господин прав. Давайте лучше обойдём. — Здесь можно пройти!       Шэнь усмехнулся и поднял глаза, посмотрев прямо на пассажиров, сидящих в телеге. Один был одет в белые одеяния монаха, одежды другого же были краснее клёна. Вот на нём взгляд Бедствия задержался на мгновение дольше. Знакомый мальчишка, что вёл себя заносчиво лишь оттого, что оказался таким же, как Цзышу, сейчас не выдержал его взгляда, опустив глаза. Он вознёсся, но предпочёл пасть, став демоном. И пусть они в этом были схожи, между ними была пропасть. — Ты чего? Всё в порядке, — сказал монах, когда юноша в красном подсел ближе, прижимаясь к плечу. — Не в порядке. Мне страшно.       Услышав это, Хозяин Долины расхохотался. Нечисть, участвовавшая в шествии, при виде развеселившегося Непревзойдённого, начала пятиться. Сидящий на телеге юноша напрягся, смотря на Демона исподлобья. С их первой и последней встречи прошла не одна сотня лет, но он до сих пор вспоминал те обстоятельства, при которых эта встреча произошла. Столкнувшись сейчас, он не знал, что тот предпримет.       Се Лянь смотрел на мужчину в серых одеждах, что выделялся за счёт своего облика. Он выглядел, как обычный человек, но из образа выбивались хищность черт, чёрные ногти, чрезмерная бледность кожи, которая была наиболее заметна из-за серости одежд. Длинные чёрные волосы рассыпались по плечам, шёлком спадая на спину и грудь. Чёрное ханьфу, спущенное до локтей, сливалось с царящей вокруг темнотой, разгоняемой призрачными огнями.       Посмотрев на спутника юнца в красных одеждах, Цзышу заметил, что он не сводит с него настороженного взгляда. Шэнь изогнул бровь, «ты удивлён, что я вас вижу?», а после расплылся в лукавой улыбке. Приставил палец к губам в жесте, призывающем к молчанию, хитро прищурившись. — Хозяин Долины? — Возвращаемся домой, — отвернувшись, Непревзойдённый посмотрел на Юймин. Взметнулся край чёрного ханьфу, сверкнуло кольцо. — Да.       Когда шествие исчезло где-то вдали, Се Лянь всё же решил спросить: — Что за Хозяин Долины? — Так именуют Пепельное Бедствие. В отличие от того же самого Хуа Чэна, он редко даёт о себе знать, вот почему о нём нечасто вспоминают. Но о нём стоит помнить.

***

      Отгремели последние раскаты, молнии более не разрезали небеса, демонстрируя гнев природы. Пусть погода чуть улучшилась, она не имела ничего общего с настроениями небожителей. Все были раздосадованы из-за проигрыша. И кому? Демону!       Хуа Чэн, тот самый Демон, одержавший победу над тридцатью тремя небожителями, спустившись на землю, отправился срывать злость на храмах богов, что отказались от собственных слов. Он нисколько не жалел, что не отозвался на зов небесного колокола, возвещающего о его вознесении. Не желал иметь ничего общего с теми, кто не держит данное слово.       Пребывая в раздрае, он натолкнулся на неторопливо шествующего по землям странника. Странно было то, что перед этим Хуа Чэн видел мелких демонов, в страхе убегающих куда подальше. При этом они бормотали что-то о долине и её хозяине. Достигший ранга Непревзойдённый, Демон мог лишь предположить, о ком шла речь. До этого ему не было дела до других, ведь лишь один человек был ему важен.       Странник же, судя по ощущениям, человеком не являлся. Но если так, зачем же маскироваться? Да ещё и в то время суток, когда обычные люди сидят по домам? Уровень силы у него был не слишком высок, что не помогало в определении сущности. Либо он был не слишком силён, либо же просто подавлял свою силу. Но опять же зачем?       Раздражение крепло и Хуа Чэн не смог пройти мимо. Его раздражал даже намёк на белые одежды, а этот странник был одет в траурные одежды.       О том, что допустил ошибку, он догадался в тот же миг, как встретился с собеседником глазами. — Почему ты бродишь здесь?       Увидев лиловые глаза, новоявленный Непревзойдённый едва не попятился. — С кем ты так разговариваешь? — чуть нахмурился Шэнь, окинув взглядом пространство. А убедившись, что кроме них здесь больше никого нет, хмыкнул. — Поразительно. Давно, слишком давно я не встречал подобных тебе. Тех, кто осмелится не то что заговорить, в глаза мне посмотреть. Как твоё имя? — Хуа Чэн. — Никогда не слышал. Хотя… в селении к югу отсюда что-то говорили о тебе. Ты вызвал на бой небожителей и одержал победу. Это говорит о тебе, или как о неплохом бойце… — Благодарю, — Хуа Чэн хотел закончить разговор и уйти как можно дальше, но остался, услышав продолжение. — Или как об идиоте. Какая должна быть причина, чтобы сунуться туда в одиночку? Хотя стоит признать, что эти небожители были не особо сильны даже во время моего вознесения. — Вы бог? — Был им. Примерно одну палочку благовоний. А после был низвержен, о чём ни капли не жалею. До меня доходили слухи что-то о божестве, сумевшем вознестись дважды. Это ж кем надо быть, чтобы рваться туда снова, упав единожды?       Хуа Чэн мог стерпеть насмешки в свой адрес, но стоило прозвучать лишь намёку на издёвку в сторону Его Высочества…       Сверкнул Эмин. Сабля двигалась молниеносно, и Хуа Чэн был уверен в своей победе, когда послышался скрежет стали о сталь. Эмин столкнулся с белоснежным мечом, испускающим мягкий свет, что только усиливался, начиная слепить. — Неожиданно. Значит, ты всё же идиот. Тебя не учили, что стоит трезво оценивать свои силы, исходя из уровня силы оппонента? Впрочем, ответ уже известен. Хватило же дурости пойти в атаку.       И тут Хуа Чэн в полной мере ощутил сокрытую до сей поры духовную силу противника. Подавляющая, склоняющая к земле мощь, на порядок превосходящая его собственную. Да, он только-только покинул гору Тунлу и не мог даже вообразить, что найдётся кто-то подобный.       Бой был скоротечен и Хуа Чэн лежал на земле, слыша звон обездвиженной сабли. Его самого оплетал кнут, прижимая к земле и не давая пошевелиться. Белоснежный сияющий меч нависал над саблей, медленно вращаясь вокруг своей оси. Обманчивая плавность и неспешность могла обернуться стремительной атакой, которую невозможно рассмотреть. Что и говорить о реакции. — Вы… убьёте меня? — Ты слишком много о себе воображаешь, малыш. Твоя смерть мне ни к чему. — Тогда зачем? — Считай это бесплатным уроком. Этот Шэнь хотел донести до тебя, что не стоит недооценивать соперника. А если всё же недооценил, атакуй продуманно, просчитывай свои действия, а не бросайся, очертя голову. Кстати. Твоя сабля хороша, но советую подумать над вспомогательным оружием. Это может быть не обязательно оружие. Какой-то отвлекающий манёвр. Как мой кнут, например.       Цзышу протянул руку и кнут змеёй скользнул к хозяину, выпуская из своих объятий Хуа Чэна. Тот сел, шокировано смотря на то, как кнут, что так сильно сдавливал его, практически обжигая сквозь одежду, теперь ластится к ладони Демона с лиловыми глазами. — Ты удивлён, — кивнул Шэнь, отдав кнуту мысленный приказ вернуться на руку. Кнут подчинился, оплетая руку и забираясь в рукав. Там, скрытый от чужого взгляда, он впитывался в кожу, вновь становясь рисунком на теле. — Могу понять.       Движение пальцем и белоснежный меч летит в руку Непревзойдённого, слегка звеня. Шэнь улыбается, проводя пальцами по лезвию. Клинок дрожит, начиная сиять ещё ярче. Свет меркнет, когда сталь возвращают в ножны за левым плечом. — Я допускаю, что произнёс что-то, заставившее тебя выйти из себя, — задумчиво обронил Цзышу и выставил перед собой руки, слегка кланяясь: — Прошу извинить, если мои слова показались тебе оскорбительными. — Н-ничего, — неожиданно для самого себя отозвался Хуа Чэн и поклонился в ответ, хотя совершенно точно не собирался этого делать. — Тогда этот уходит первым, — Шэнь ещё раз поклонился, оправил рукава и сделал шаг, намереваясь пройти мимо. Но поравнявшись, по какой-то причине замер, обронив: — Помни об этой встрече. Если судьбе будет угодно, наши дороги пересекутся вновь. И надеюсь в следующую встречу мы не скрестим клинки.       Хуа Чэн ещё какое-то время стоял на месте, глядя вслед Непревзойдённому. И увидел, как тот одним движением руки создал портал, в котором и скрылся. Увидев это, Демон удивился и поспешил к тому месту, где обрывались следы нового знакомого. В воздухе витал слабый запах благовоний и вишни, но не было ни единого намёка на остаток духовной энергии.       Собиратель цветов под кровавым дождём ещё долго вспоминал Пепельное Бедствие и старался быть в курсе касательно его дел. Чтобы ненароком не пересечься с ним.

***

      Вернувшись в резиденцию лишь к утру, Цзышу, как ни странно, пребывал в приподнятом настроении. Его повеселило поведение Хуа Чэна, так что он не стал ругаться на нарушивших режим сна подростков. А-Ин и А-Ян этому поразились и уже было напряглись, но выдохнули, увидев, как Шэнь подхватил на руки подкравшихся к нему близнецов, улыбнувшись на их повизгивания. Тэньши и Тэнькун рассмеялись, обвив руками шею удерживающего их на руках главу клана.       Прошла пара недель, которые были потрачены заклинателями на наблюдение за активностью клана Шэнь, но ничего предосудительного не происходило. Адепты, которых было легко узнать по сине-красным одеждам, ходили на Ночные Охоты, помогая нуждающимся. Люди, которым они помогли, уже будучи наслышаны о главе клана Шэнь, хитростью вручали заклинателям благодарность. Девушки хихикали, смущаясь комплиментов, в которых рассыпался Муан, и с интересом поглядывали на Бэя, который предпочитал выполнить свою работу и вернуться в резиденцию.       Без неприятностей также дело не обходилось, ведь в клане Шэнь находился Чжулю, заработавший прозвище Сжигающий Ядра. Это случилось вскоре после шествия призраков. Чжулю отправился на задание, поскольку согласно слухам нечисть принялась убивать людей. По всем признакам это был оборотень, так что Чжулю отправился в путь. С ним пошёл Муан, но им пришлось разделиться.       Выяснилось, что людей убивали такие же люди, ищущие наживы. Обрядились нечистью и пугали людей. А пока те в испуге убегали из домов, бежали к соседям, преступники забирали из домов все деньги и более-менее ценные вещи. Эти воры оказались не простыми обывателями, а заклинателями, которые были изгнаны из кланов. Объединившись в группу, они творили бесчинства, при этом умудряясь раз за разом избегать наказания. Они могли остаться безнаказанными, если бы не начавшиеся убийства.       Им не повезло встретиться с Чжулю. Он выжег их Ядра, превратив в обычных людей без возможности вернуться к привычной жизни. Его ненавидели, проклинали и боялись. Сжигающий Ядра стал главной страшилкой для заклинателей и те поостереглись связываться с кланом Шэнь, главу которого Чжулю сопровождал во время редких путешествий. Вскоре все пришли к выводу, что роль Сжигающего Ядра — быть телохранителем главы клана Шэнь, которому просто повезло приручить такого зверя.       Как и ожидалось, к резиденции клана Шэнь вскоре потянулись дети и подростки. Среди них было полно босяков и крестьян, которые пришли попытать счастья. Не все оказались с задатками, но никого не гнали прочь. Тех, кто не обладал достаточным количеством духовной энергии для формирования Золотого Ядра, обучали грамоте и предоставляли выбор — остаться в резиденции в роли слуг, или же получить займ для открытия лавки. Кто-то оставался, ответственно подходя к новым обязанностям, кто-то же выбирал второй вариант и занимался торговлей. Разумеется, их прежде обучали, как заниматься продажей того или иного товара, а уже после доверяли деньги. И не было ни одного случая, когда кто-то проявлял неблагодарность. Все помнили, благодаря кому удалось выбраться из нищеты.       Глава занимался тренировками учеников, пока Юймин следила за восстановлением младших детей. По вечерам они собирались все вместе, и Цзышу играл с Вэй Ином в паре. Гуцинь и флейта завораживали слушателей своим звучанием, так что вскоре от девочек поступила просьба об учёбе игры на музыкальных инструментах. Сю и Тэньши потянули за собой и других девочек, что пришли учиться заклинательству. Шэнь не возражал, но поставил условие, что прежде они должны окрепнуть. Всё же для девочек пребывание в той яме не обошлось без последствий. Что до остальных, им нужно немного подрасти.       ~ ~ ~       Не прошло и месяца, как и от Великих Орденов был нанесён личный визит. И прибыл не кто-нибудь, а первые ученики. Глава Вэнь так и вовсе отличился, прислав со своей стороны Вэнь Сюя. Никто больше не послал своего наследника; хотя возможно у других дети были ещё слишком юны. А может посчитали, что наследник — это слишком много для того, чтобы прибыть к едва возникшему клану, который ещё и малочислен. Так что первые ученики чувствовали себя крайне неуютно, находясь в обществе наследника Великого Ордена.       Уж неизвестно, что случилось с почтовыми птицами, отправленными с предупреждением о визите заранее, но с первых мгновений стало ясно — их не ждали. Об этом свидетельствовало то, чему они стали свидетелями.       Глава Шэнь, обнажённый по пояс, показывал ученикам стойки для фехтования и последовательность шагов. Стоял он спиной к воротам, а потому не видел, что в проёме показались посетители. Мальчишки, внимая наставлениям, просто не заметили их, потому как не отводили взгляда от фигуры учителя.       А посетители не могли вымолвить ни слова, находясь под впечатлением. Они все, исключая Вэнь Сюя и Не Реншу, уже давно забыли, каково это, тренировка с главой клана. Главы Вэнь и Не находили время для тренировки одного поколения в день. Вэнь Жохань, даже занимая пост Верховного заклинателя, мог уделить час-полтора тренировкам с адептами. — Всё запомнили? — Да, глава! — Начали. А-Син, ты направляющий. Так. Раз. А-Лин, руку выше. Два. Локоть опусти. Слишком низко, чуть выше. Вот так. Три. Хорошо. Выпад. Разворот.       Цзышу, заметив, что ученики смотрят на что-то позади него, обернулся и увидел посетителей. Мимолётное движение бровей, немой вопрос, а после лицо разгладилось, вновь отражая лишь спокойствие. — Продолжайте, — кинул он своим ученикам, а сам направился к скамейке, на которой лежала одежда. Он шёл без спешки, но вместе с тем не слишком медленно. Ровная походка, плавный шаг.       Одевшись и вернув на пояс меч, Шэнь направился прямиком к посетителям. На его лице не было ни единого намёка на удивление, словно он ждал их прибытия. Хотя это было не так. — Приветствую наследника Ордена Вэнь, — лично Цзышу видел лишь одного, а потому и обратился к нему: — Что привело вас сюда?       Последовали приветствия с называнием имён, а после цели визита. Самыми краткими были ответы заклинателей Вэнь и Не. От Ордена Лань и вовсе никого не было. Первый ученик Ордена Цзян лаконично поведал причину прибытия, а после вытащил из-за пазухи конверт, вручая его главе Шэнь. Адепт Ордена Цзинь же повёл себя так, что Цзышу захотелось скинуть сопляка с лестницы, раз десять подряд. Впрочем, время ещё не пришло. Успеется.       Шэнь слушал их внимательно, а после принял из рук наследника Вэнь свёрнутое трубкой послание. Он стоял спиной к учащимся, но каким-то образом определил, что те не занимаются, а глазеют в сторону посетителей. — Если кто не выполнит норму, вы все побежите с первым учеником и наследником вечером! — не оборачиваясь, но повернув голову, чтобы посетители не допустили даже мысли, что это было предназначено им, крикнул Цзышу.       Ученики пихали товарищей, чтобы возвращались к выполнению упражнений. Всё же бегать вечером, практически до самого ужина, не хотелось никому. Поначалу они не верили, что их могут подвергнуть такой пытке, но когда они спросили шисюна Вэя, тот так скис, что выяснять лично расхотелось всем. — Что же, я понял. Прошу за мной. Продолжим разговор в более подходящей обстановке.       Адепт Ордена Цзинь шёл в хвосте и едва слышно бормотал, что так следовало поступить сразу же, ведь они проделали такой путь. Вэнь Сюй и Не Реншу шли сразу за Шэнем, а потому слышали, как он фыркнул. Они оба, а также ученик Цзян, относились к поведению адепта из Ланьлина неодобрительно. В конце концов, перед ними глава клана. Да, недавно образовавшегося, но клана.       Так что когда адепт в золотых одеждах неожиданно споткнулся и распластался, никто ему на помощь не кинулся. Даже слуги, явно вышколенные и работающие здесь не первый день, прошли мимо, повинуясь едва заметному жесту главы. — Эй! Мне поможет кто-нибудь?! — В чём дело? — Цзышу обернулся и вскинул брови. — Неужели заклинатели Ордена Цзинь настолько слабы, что не в состоянии подняться своими силами?       Прикусив язык, юноша в золотых одеждах поднялся, отряхнул одежду и поравнялся с первым учеником Цзян. Глядя себе под ноги, он едва успел остановиться, чтобы не наступить на возникшую буквально из ниоткуда кошку. Та, мяукнув, обнюхала всех юношей, потёрлась о ноги главы клана Шэнь и убежала, махнув напоследок хвостом.       Послышался топот, а после на Цзышу напали из-за угла. — Глава клана! — хором вскричали близнецы, с улыбками глядя наверх.       И лишь после заметили присутствие посторонних. Тяньши, пискнув что-то неразборчивое, юркнула за спину главы Шэнь, выглядывая из-за его рукава. Тянькун же, насупившись, прижался спереди. Они не видели главу клана целое утро, а теперь из-за этих нежданных гостей, которых сюда никто не приглашал, не увидят ещё какое-то время.       Цзышу мягко улыбнулся, положив руку на плечи мальчику, а после произнёс: — А-Ши, А-Ун, подождите меня в беседке. Или найдите А-Цин, хорошо? Я скоро к вам приду.