Встреча, изменившая всё

      Пока Вэнь Сюй звал слугу, который принёс тот самый чай, Цзышу прокашлялся и сплюнул в ту самую чашку сгусток крови, смешанной с ядом. Поднявшись на ноги, он встретил вошедшего мужчину улыбкой гостеприимного оборотня. У слуги, при виде оскала бледного, как снег, главы Шэнь, на лице проступила испарина и он сделал шаг назад, натыкаясь спиной на закрытую дверь. Попытка найти дверную ручку вслепую не увенчалась успехом, и он отвёл взгляд от главы клана Шэнь лишь на мгновение, но этого было достаточно.       В несколько шагов добравшись до дверей, у которых замер отравитель, Цзышу взял его за горло, слегка сжимая пальцы и поднимая над полом. Мужчина, который по комплекции был лишь чуть меньше Сжигающего Ядра, закряхтел, вцепился в запястье удерживающей его руки, силясь оторвать её от своего горла, но не смог. — Кто приказал тебе отравить наследника Вэнь? Говори, отброс, пока я не вырвал тебе гортань. — Глава Шэнь, что вы… — Эта мразь пыталась вас отравить. Не знаю, кто ему это приказал, но скоро выясню. По части добывания информации я дам фору кому угодно, — Цзышу прищурился и сменил руку, которой удерживал слугу. Хватка левой руки была чуть слабее, чтобы мужчина мог говорить, но главное не сила. — А теперь говори, сучий потрох, чей приказ ты выполнял? — Г-глава Яо, — выдавил из себя прислужник. Шэнь посмотрел на тыльную сторону своей ладони, прищурился и сдавил горло сильнее. — А-агх! — Лжёшь, тварь. По глазам вижу. Своей ложью ты усугубляешь ситуацию, а значит выбираешь медленную и мучительную гибель. Ты же знаешь, где я живу? — Д-долина Хаоса. — Ве-ерно, — протянул Цзышу, не замечая, что допустил в голос утробные ноты. — Долина Хаоса, населённая всевозможными тварями. Большая часть которых плотоядная и совершенно точно не откажется от небольшой закуски.       Слуга затрясся, вспоминая, какие страшные слухи бродили и до сих пор бродят среди народа. Говорили, что в Долине обитает тварь, которой взрослый мужчина лишь на один зубок; проглотит и не заметит. Да и о Непревзойдённом Демоне забывать не стоит. Говорили, что глава Шэнь смог попросить его об услуге и, судя по всему, остался цел и невредим. — Кгх! — В облаках витаешь? — если этот радостный оскал голодного людоеда кто-то назовёт улыбкой, того стоит окунуть с головой в ледяной источник, чтобы он раскрыл глаза. — Давай так. Если ты, собака, честно отвечаешь на вопрос, я передам тебя страже, чтобы тебя отвели в Огненный дворец. — Н-нет! Т-только не туда! — О, второй вариант тебе не понравится ещё больше. Одна из моих приближённых воспитала девушку с поразительным талантом к ядам. Будь то создание или подбор противоядия. В моём распоряжении весь доступный ей арсенал. Стоит мне её позвать, как ты на собственной шкуре познаешь всю прелесть тех ощущений, которые испытал бы наследник Вэнь. У меня невосприимчивость к ядам, так что мне он не причинил вреда.       Мужчина затрясся, а Цзышу расплылся в радостной улыбке. — Так вот, у неё есть яд, способный причинить немыслимую боль. Ты будешь молить отрубить тебе руку, лишь бы прекратить мучения. Но знаешь, в чём прелесть этого яда? Он не смертелен. Представь себе несколько часов, а то и дней, наполненных сводящей с ума болью, которую невозможно унять.       Дрожь била тело слуги, который в красках представлял все те ужасы, которые ему описывал Шэнь. Не верилось, что он выпил отравленный чай, но эта бледность, красноватый налёт на губах… он точно его выпил! О нём говорили как о главе, который выполняет свои обещания. И если все его слова правдивы… — О, что это? От тебя несёт страхом. Нет, даже ужасом. И ты всё ещё не ответил на мой вопрос. Такая верность… — Я с-скажу! Это приказ…       Всё произошло моментально. Мужчина захрипел, на губах пузырилась чёрная пена. Едва увидев первые признаки, Цзышу отбросил тело слуги подальше и сам отпрыгнул, напряжённо глядя на содрогающегося в конвульсиях отравителя. С каждым мигом Шэнь темнел лицом, понимая, что эту нить, ведущую к заказчику, безжалостно обрубили. — Что с ним? — задал вопрос Вэнь Сюй, всё это время хранивший молчание.       Хозяин Долины какое-то время молчал, глядя на то, как мучается отравитель. Его тело начало стремительно разлагаться, источая при этом характерный запах гниения. Всё это время, до последней стадии разложения, когда мышцы начали сходить с костей, мужчина всё ещё был жив. Жизнь покинула разложившееся тело лишь тогда, когда грудная клетка оказалась обнажена. Сердце ещё пыталось качать кровь, но это было бесполезно. Процесс необратим. — Проклятье, одно из древних. Оно было забыто на сотни лет, по причине своей жестокости. Вы сами видели, что происходит с жертвой. Тот, кто обрёк слугу на подобную участь, очень не хотел, чтобы о его причастности узнали. — Вы… так спокойно об этом говорите. — Я живу уже так долго, что могу читать лекцию о таких проклятьях. У меня было много времени, чтобы разузнать о секретах древних времён. Наследник Вэнь. — Что? — У вас есть доверенные люди, способные вас защитить? Те, кто доказал свою верность. — Есть. — Не отходите от них. И озаботьтесь безопасностью брата. Думаю, это не единичное покушение. — А вы? — Я позабочусь о безопасности А-Хуа и ненадолго покину город. Нужно кое в чём убедиться.       Не сказав больше ни слова, Цзышу вышел за дверь. Его шаг был стремителен и вместе с тем беззвучен. Странное предчувствие свербело в груди, нервируя сверх меры. Он не знал причины и направления, но понимал, что должен идти. Словно опасность грозит не Хохуа или сыновьям Жоханя, а…       Посетив комнату девочек и убедившись, что все на своих местах, Шэнь велел Чжулю быть начеку и никого не впускать. А-Сян и А-Су не выпустят девочек, наследника и учеников, Чжулю же никого не впустит к ним. Помещение он проверил, запечатал своей силой тайный вход в одной из стен и покинул Дворец через ближайший балкон. Он летел на мече, собираясь переместиться порталом чуть позже. Странное ощущение гнало его вперёд, словно он куда-то опаздывал. — Гусу, да? Что же понесло тебя туда?

***

      Вэнь Жохань был вынужден покинуть Безночный город незадолго до того, как прибыл глава Шэнь. Разбирая отчёты он наткнулся на странное происшествие. Отложив этот отчёт в сторону, продолжил разбор, но ему попался схожий случай. И вот тут-то заклинатель заподозрил неладное. Сверив ключевые моменты, он оставил А-Сюя за главного — встречать прибывших на Совет глав кланов — и отбыл в провинцию близ Гусу.       Прибыв на место, Верховный заклинатель провёл опрос среди жителей и адептов своего Ордена, которые не ожидали увидеть Главу в этом захолустье.       Переговаривались между собой, заклинатели были уверены, что с Верховным заклинателем во главе они быстро расправятся с нечистью, что осмелилась ступить на земли Ордена Цишань Вэнь. Впрочем, слишком расслабляться они не спешили, видя серьёзность Главы. И раз он так сосредоточенно проверяет талисманы, им тоже нельзя плошать. Кто знает, может быть благодаря своим навыкам они привлекут внимание и их переведут куда-нибудь в крупный город.       Согласно докладам, в ближайшем лесу начали пропадать люди. Массово. Сначала жители небольшой деревеньки, но всё списывали на хищников. Но вот пропали торговцы, пошедшие по тракту вдоль леса. Однако ничего, кроме людей и лошадей, не пропало. Товары, выручка с продаж, драгоценности остались на месте, но их обладатели исчезли. Следов на месте обнаружено не было, пока в один из дней патруль не зашёл в лес глубже, чем обычно. — На деревьях висели люди, — рассказывал один из адептов, стараясь не слишком трястись в присутствии Главы Ордена. — Мы сняли одного и его лицо… оно было перекошено от ужаса. Я было подумал, умер от страха, но на его теле было много порезов. Кровь стекала к волосам, отчего казалось, что в том участке леса беспрестанно идёт дождь. — Где этот мертвец сейчас? — В лесу. И мои товарищи тоже. — Что это значит? — нахмурился Жохань, повернув голову в сторону докладчика и его командира. — Почему мне не сказали, что среди адептов также есть жертвы? — Прошу прощения, Глава, — командир опустился на колено, склоняя голову. — Я вступил в должность лишь пару дней назад, ещё не успел вникнуть во все дела. — Ладно. Ты сказал, твои товарищи остались в лесу. Как же ты выбрался?       Адепт долгое время не отвечал, словно бы страшась реакции Верховного заклинателя. Командир толкнул его, замечая, что у Главы кончается терпение. — Меня вывел призрак. — Призрак? — У него телосложение, как у юноши лет шестнадцати. Облачённый в красно-золотые одежды, с закрытым маской лицом. Я смог разглядеть только белые волосы и цвет глаз. Ярко-голубые.       Помимо воли Жохань вспомнил слова Сюя о том, что у двоих воспитанников главы Шэнь, обладающих шевелюрой белого цвета, глаза синего цвета. Однако они выглядят лет на девять-десять, не старше. Если только им не под силу менять облик так, как это делает Пепельное Бедствие. — Он вытащил меня из ловушки, в которую я провалился. Удержал за шиворот. Чуть не придушил в процессе, но тут я сам виноват, пытался вырваться. — Удержал? Разве призраки материальны? — удивился начальник надзирательного пункта. — Этот был.       Верховный заклинатель отпустил заклинателей и остался в предоставленной ему комнате один. Хотелось всё тщательно обдумать, но не успела догореть палочка благовоний, лагерь заполонили тёмные твари. Как они смогли сюда проникнуть, если Жохань самолично обходил периметр и проверял охранные талисманы, обдумать можно и позднее, а пока стоит разобраться с нечистью.       Число тварей не так уж и велико, однако было несколько особей, с которыми простые адепты оказались не в силах справится. Жохань заметил ещё во время обхода, что здешние заклинатели особой силой не отличаются. Они в плане силы уступают даже заклинателям из побочной ветви клана Вэнь, в которой рождаются преимущественно целители. Но даже они были бы полезнее этих слабаков. Их сослали сюда из-за каких-либо проступков и по причине низкого уровня развития Золотого ядра.       На борьбу с тварями пришлось потратить немало сил, поскольку большая часть адептов была просто не в силах противостоять тёмным сущностям. Поселение было усеяно трупами, было много раненных, часть которых не доживёт до утра. Верховный заклинатель презрительно скривился, понимая, что отложи он это дело хоть на день, от этого поселения не осталось бы ничего. Не осталось бы ни единой души.       В живых и относительно невредимых остался один лишь начальник надзирательного пункта. Стоя в центре разрушенного поселения, заваленного трупами, он не сводил глаз со стоящего к нему спиной Главы Ордена. Вэнь Жохань не поворачивал головы, когда в стороне от него твари рвали молодых парней. Даже сейчас он стоит над телом мужчины, глядя при этом куда-то вдаль. Кажется, ему нет дела до жертв.       Верховный заклинатель, который получил несколько несерьёзных царапин — сражаясь в одиночку, он порой не успевал отразить атаку — не сводил глаз с леса, от которого шла ещё более тёмная энергия. Ощущения отличались от тех, которые были во время появления Пепельного Бедствия. В тот раз, когда Хозяин Долины появился на озере Билин, его аура была жгучей, и казалось, что даже воздух нагрелся. Но что-то подсказывало, что он сдерживал свою силу. А тот, кто находится в той части леса, выплёскивал ауру, сообщая о своём приближении. Энергия более тёмная, тяжёлая, жестокая.       Что-либо предпринять не хватило времени. Нечисть, особенно подобного уровня, способна на быстрое перемещение. Недавно не было видно даже её тени, но вот она стоит. Точнее, он. Это был мужчина, облачённый в одежды зелёных оттенков. Его лицо было не лишено изящества, но всё портило высокомерное выражение и губы, скривлённые в презрительной усмешке. — А я не мог понять, почему эти твари так долго доставляют мою еду, — голос новоприбывшего напоминал стальной скрежет, вызывая неприятные мурашки. — Хм?       От мужчины в бело-алом исходила смутно-знакомая энергия. Или она шла не от него, а с его стороны? Хотя, он человек, так что этого просто не может быть. А никого такого же неживого здесь не было. Были ещё колебания на это счёт, ведь ощущение чего-то знакомого не пропадало, но Ци Жун отбросил сомнения. Он был голоден и слаб, а после встречи с братцем Се и Хуа Чэном иначе быть не могло. — Твоя плоть поможет мне восстановить силы, — ухмыльнулся Лазурный Фонарь, полагая, что человек, тем более раненный, ничего не сможет ему противопоставить.       Суждение было ошибочным, поскольку заклинатель, даже пропустив несколько атак тёмных тварей, был способен дать отпор. И раны, нанесённые его мечом, не желали затягиваться. Возможно виновата была духовная энергия, которая у живых уникальна. Ци Жун не знал, да это и не волновало его. Сопротивление и бессмысленная борьба мужчины злила, прибавляя сил и скорости для атак. Чем быстрее он разберётся, сломит это сопротивление, тем скорее сможет поесть и восполнить силы.       И Жохань начал понемногу сдавать позиции; пропустил несколько ударов, отчётливо слыша хруст собственных костей, а затем поспешил отступить, стирая кровь с кожи. На щеке и шее образовались порезы. Не слишком серьёзные, но неприятные. Однако, что хуже всего, оппонент рассёк ему предплечье, задел запястье и повредил ногу. Он больше не мог держать меч и двигаться так же быстро, как в начале боя. — Как бы силён ты не был, ты всего лишь человек, — слизывая с пальцев кровь Верховного заклинателя, обронил Ци Жун. Распробовав вкус, он прищурился, глядя на мужчину. — Я предпочитаю есть девушек, юношей и детей, их плоть по-особенному сладка. Но ты… кто ты такой? — Глава Ордена Цишань Вэнь, Вэнь Жохань. — Мне это ничего не говорит. Но раз ты занимаешь высокий пост… это объясняет, почему ты силён. Но теперь ты умрёшь. — Нет ещё того создания, перед кем я преклонюсь, — стараясь стоять прямо, процедил Жохань.       Ци Жун хотел бросить что-нибудь едкое, когда ощутил, что откуда-то из-за спины человека приближается обладатель огромных сил. Чувствуя нарастающую мощь, он бросил взгляд на землю, где кровь убитых скопилась в лужи. Жидкость содрогалась. Что-то приближалось сюда на огромной скорости, источая при этом уровень сил, близкий к уровню Непревзойдённого. Возможно оно почувствовало уровень заклинателя и теперь идёт сюда, чтобы сожрать его? — Это моя добыча!       Ладонь с сомкнутыми вместе пальцами была направлена в сердце павшего на колено заклинателя, но её перехватила бледная рука… с чёрными ногтями. Энергия Ци Жуна, что был довольно силён для своего ранга Свирепого, столкнулась с аурой новоприбывшего, очевидно уступая. Воздух начал нагреваться, давая понять, что остановивший смертоносную атаку пребывает в дурном настроении.       Жохань, из последних сил оставаясь в сознании, поднял взгляд на того, кто спас его жизнь. Его спаситель, облачённый в тёмно-зелёные одежды, стоял к нему боком, не сводя с него глаз.       Шэнь Цзышу, глядя на него сверху вниз, испытывал смешанные чувства. С одной стороны, попросив привезти дочь, он должен был самолично её встретить и как минимум подготовить своих детей к возвращению их сестры. А он что сделал? Отправил письмо, а после покинул город, столкнувшись с нечистью и понеся огромные потери.       С другой же стороны, кое-что было странным. По пути сюда он видел охранные талисманы и они были испорчены. На них был нанесён лишний символ, который сводил на нет смысл начертания. Понятно, что сделать это мог лишь кто-то изнутри. И учитывая, что на наследника было совершено покушение прямо во Дворце… — Идиот, — обронил Непревзойдённый, глядя на то, как закатываются глаза Жоханя и тот падает на землю, лишившись сознания. — Ты ещё нахрен кто?! Это моя добыча! — напомнил о своём существовании Ци Жун, и дёрнул рукой, высвобождая её из плена пальцев незнакомца. — Он не добыча. И у меня есть что с него спросить, так что… — С какого хуя ты решил, что я тебя послушаюсь, сукин сын?! — состроив глумливую гримасу, Лазурный Фонарь подался вперёд, щурясь. — Да ты смерти ищешь, я погляжу! — А ты кто такой, чтобы так дерзить передо мной? Сдохнуть хочешь?       Цзышу смотрел на стоящего перед ним ублюдка и пытался понять, где мог видеть такую физиономию. Но прежде, чем он вспомнил, на ум пришёл доклад Мэйлин. О том, кто безобразничал в городе и пытался пробраться во Дворец Скорби.       Ци Жун понял, что дело нечисто, когда увидел, как глаза собеседника начали светиться. Ядовито-лиловые глаза. Этот цвет и ощущение… он слышал о чём-то подобном. — Ты, — Шэнь прищурился, не сводя взгляда с отступившего на шаг Свирепого, — ты тот ублюдок, что чинил беспорядки в моих владениях. — Твоих? А ты, мать твою, кто вообще…       Ци Жун подавился своими словами, сопоставив, где он бывал и на чьей территории мог нахулиганить. Мест, владык которых он не хотел бы встречать лицом к лицу, было всего двое. И если Хуа Чэн в любом облике скрывает правый глаз повязкой, то тот, что перед ним — нет. — Х-хозяин Долины? — Ты, гниющий выкормыш гиены, смеешь стоять передо мной и вести столь смелые речи, — делая шаг за шагом к отступающему Ци Жуну, Шэнь усиливал температуру вокруг. Его духовная энергия испаряла влагу под ногами своего хозяина, разгоняя пар. — Да я за меньшее убивал. Хочешь я повешу тебя на твоих же кишках? За свою долгую жизнь я узнал очень много, в том числе слабые места таких существ, как ты. Я знаю множество пыток, от которых ты не умрёшь. И сменить оболочку ты тоже не сможешь. — П-подожди, давай…       Не желая слушать, Хозяин Долины моментально приблизился и ударил противника с размаха в челюсть, дробя кости. Он направлялся сюда, пребывая в ярости, но увидев то, что стало с Вэнь Жоханем, а также послушав слова, извергающиеся из гнилого рта ничтожества, творящего неизвестно что в его городе, в его владениях… нужно было срочно на кого-то излить свою ярость, и Лазурный Фонарь, называющий себя Четвёртым Бедствием, оказался рядом как нельзя кстати.       Избивая уже молчащего Ци Жуна — он был уже не способен кричать — Цзышу вколотил его в землю и хотел продолжить, но остановился, вспомнив, что неподалёку находится потерявший сознание Вэнь Жохань, раны которого пусть и не были смертельны, но многочисленны. Кровопотеря пока ещё не смертельна, но если промедлить ещё немного…       Посмотрев на неподвижно лежащего Верховного заклинателя, Шэнь постарался взять себя в руки. Инстинкты толкали его забыть о живом и завершить начатое, испепелить нахала, что осмелился открыть свой рот в его присутствии, глядя на него так нагло… — Проклятье, — процедил Хозяин Долины, в несколько шагов оказываясь рядом с Главой Вэнь. Подняв его на руки и нахмурившись на то, как безвольно запрокинулась голова, Цзышу посмотрел в сторону лежащего неподалёку меча. Подхватить его энергией не вышло, так что пришлось идти самому. Взявшись за рукоять, Шэнь зашипел, отдёрнув руку. — Какого? Что хозяин, что меч, оба испытываете моё терпение.       Подцепив меч ногой, он подкинул его и встал так, чтобы оружие вошло в ножны на поясе Жоханя без вмешательства с его стороны. Удача была на его стороне и ему больше не пришлось прикасаться к мечу Верховного заклинателя.       Бросив взгляд на всё так же лежащего Ци Жуна, Цзышу цокнул языком и щёлкнул пальцами, вызывая лиловое пламя. Сдохнет и сгорит — хорошо, не сдохнет, но осмелится вновь заявиться в его владения… обратится пеплом.       Хенг покинул пространство в рукаве-цянькунь и послушно завис над землёй, позволяя хозяину наступить на лезвие. Поднимаясь выше, меч уносил Непревзойдённого и его ношу подальше от объявшего надзирательный пункт беспощадного лилового пламени. Они ненадолго задержались — Шэнь не хотел спалить заодно ещё и лес; он наведается сюда позже и найдёт логово Ци Жуна — а после Цзышу открыл портал, переносясь в местность неподалёку от Цишаня.       Стража Дворца не скоро сможет забыть, как к ним с неба спустился заклинатель, удерживающий Главу их Ордена на руках. — Зовите лекаря! — рявкнул глава клана Шэнь, кинув на зевак и слуг такой взгляд, что они бросились врассыпную.

~ ~ ~ ~

      Жохань приходил в себя медленно, с трудом осознавая это. Нос щекотала смесь запахов, ни один из которых не был резким. Из узнаваемых были сандал и запах свежей травы. Был какой-то ещё, но он был незнаком. И всё же не вызывал отторжения. До слуха не доносилось никакого звука, словно он находился в одиночестве, что радовало.       Лёжа с закрытыми глазами, он пытался вспомнить, что произошло перед тем, как сознание покинуло его. Он помнил бой с нечистью, много трупов, а потом пришёл какой-то мужчина. Он был сильнее прочих и имел все шансы прикончить Верховного заклинателя, но… кто-то вмешался. Кто-то, увидеть кого в том месте он ожидал меньше всего.       Распахнув глаза, Глава Вэнь дёрнулся вперёд, но упал назад на подушки, не сдержав сиплого вздоха сквозь зубы. — Очнулся, наконец.       Услышав этот голос, Жохань повернул голову и затаил дыхание, не сводя взгляда с сидящего за столом Цзышу. Одетый в светлые просторные одежды, с накинутым на плечи ханьфу светло-пурпурного цвета, Шэнь выглядел непривычно. Чёрные волосы струились по плечам и спине, свободные от заколок. Часть передних прядей была заведена за голову и зафиксирована шнурком, но не более того. Лицо расслабленно, на губах лёгкая улыбка, глаза сужены в лёгком прищуре. — Ты снова мне должен, — усмехнулся Шэнь, посмотрев на пришедшего в сознание заклинателя. — Уже думал, как рассчитываться будешь? — Ты…       Цзышу нахмурился, услышав в голосе Жоханя хрипы, и отложил рукописи, поднимаясь на ноги. Приблизившись, он собирался проверить состояние заклинателя и дать ему попить, но не ожидал от едва пришедшего в сознание заклинателя подобной прыти. Что толкнуло его это сделать, Шэнь не знал, а спросить не смог.       Едва Непревзойдённый оказался в пределах досягаемости, Вэнь вцепился в его одежды на груди и рванулся вперёд. Шэнь ошеломлённо замер, чувствуя прикосновение горячих губ. Это было мимолётное касание, их губы едва успели сомкнуться, как уже разомкнулись, но его хватило, чтобы кожу начало жечь.       Глядя на Жоханя, повалившегося на подушки — снова лишился сознания — Цзышу пытался осмыслить произошедшее. Слишком неожиданны действия Жоханя, слишком неодназначна его собственная реакция.       Раздался стук в дверь. — Глава Шэнь? — в покои Главы вошла Вэнь Цин, что уже поднялась до места главного лекаря Дворца. — Он приходил в себя, но снова потерял сознание. Вверяю его твоей заботе. — Благодарю за доверие.       Кивнув, Цзышу направился к двери. Ему многое нужно обдумать.