Обнимая ветер

Утро не переставало удивлять. Сначала мелким моросящим дождём, спустившимся на побережье вопреки всем прогнозам и отправившим под откос послеобеденные планы Хэ Сюаня — ремонт его любимого плавучего дома приходилось отложить. После — внезапным приглашением от друга, никогда не слывшего ранней пташкой, разделить завтрак. И в довершение всего, ещё более неожиданной компанией парня этого самого друга, приветливо махавшего сейчас из-за столика у окна. Лапшичная, где они с Хуа Чэном договорились пересечься, была хорошо знакома обоим. Едва войдя, Хэ Сюань повернул направо и упёрся взглядом в уютный тихий уголок в самом дальнем конце зала, где они обычно обсуждали дела и новости. Но вместо друга обнаружил там Се Ляня — чистую, светлую и единственную любовь Хуа Чэна. Видеть его здесь было приятно, но удивительно — будучи старше и обладая тонким пониманием ситуации, Се Лянь крайне редко вмешивался в отношения между друзьями и завсегдатаем их регулярных посиделок не был. Можно даже сказать, несколько лет они вовсе не встречались вот так, без особого повода и вне каких-то мероприятий. - Аааа...А-Чэн? - вместо приветствия растерянно протянул Хэ Сюань. - Привет, а-Сюань, - мило улыбнулся в ответ Се Лянь. - Сань Лан отошёл обсудить какой-то рабочий вопрос по телефону, просил передать, чтобы делали заказ без него. - Привет, - запоздало осознав степень собственной бестактности, ответил Хэ Сюань и уселся на диванчик напротив. Ситуация становилась всё менее понятной: друг был крайне занятым человеком, впрочем, как и его парень, всецело посвящавший себя благотворительности. Выбирались куда-либо вдвоём эти ребята редко. Тот факт, что они почему-то решили потратить драгоценные минуты совместного времяпрепровождения на унылый завтрак с Хэ Сюанем скорее немного настораживал, нежели льстил. В тот момент, когда растерянность в недопроснувшемся мозгу Хэ Сюаня начала приобретать нотки паники, в дверях лапшичной возникла высокая фигура в небрежно накинутой на одно плечо красной куртке. - Ты уже здесь, заказали что-нибудь? - совершенно обыденным тоном произнёс друг, подходя и ожидаемо опуская приветствие. Похоже, странным этот завтрак казался лишь Хэ Сюаню. - Я, да. А? - Давай начнём с кофе, иначе он до обеда будет так на нас смотреть, - ухмыльнувшись, продолжил Хуа Чэн с нескрываемой нежностью глядя Се Ляню в глаза. В иные моменты счастье этих двоих немного задевало Хэ Сюаня, заставляя втройне осознавать собственное одиночество. Особенно остро это ощущалось после отмены препаратов, став одной из причин, вынудивших когда-то в спешном порядке покинуть островок их неземной любви в самом центре города, занимавший пол-этажа старинного особняка. В тот момент, два года назад, Хэ Сюань был не в силах смотреть, как друзья, буквально вытянувшие его из депрессии, нянчившиеся с ним уже который месяц, в каждую деталь своего взаимодействия вкладывают столько любви друг к другу. Глядя на их тихое счастье и не будучи способным сдержать боль, временами вгрызающуюся в мозг горькой завистью, он ощущал себя самой последней, гнусной и грязной тварью. И в итоге, предпочёл просто сбежать - спрятаться в своей плавучей норе. Даже яхта, навевавшая воспоминания о семье, не рвала его сердце на части так рьяно, как тёплые улыбки сонных друзей, встретившихся утром на кухне. Но теперь, по прошествии времени, Хэ Сюань вполне мог созерцать чужую привязанность и даже радоваться их незамутнённому счастью. Правда всё это не делало более понятным происходящее. Он было решил задать прямой вопрос, но примерно в тот же момент заговорил Хуа Чэн. - У гэгэ к тебе есть деловое предложение. - сразу перешёл к главному друг. - В его новом проекте, посвященном экологической составляющей локального туризма, срочно нужен человек... - Я не могу. - не вдаваясь в подробности, отрезал Хэ Сюань. - Да послушай же ты, идиот... - Нет, значит нет. - медленно начиная заводиться, повторил Хэ Сюань. Уж кто-кто, а Хуа Чэн должен был знать, что ни в каких проектах, связанных с постоянной командной работой, его ближайший друг не участвует. Никогда, и ни для кого. А других проектов у его возлюбленного гэгэ отроду не водилось. - Прости, это я должен был сказать, - непонятно к кому обращаясь, начал Се Лянь. Голос мужчины был мягким и тихим, но уверенным, отчего слова звучали даже весомее, чем у его резковатого и напористого парня. Его, действительно, хотелось послушать и даже, возможно, послушаться. Эта затаённая в речи магия помогала Се Ляню находить инвесторов и склонять к сотрудничеству самых непробиваемых воротил бизнеса. Хотя, возможно, дело было и во вспыльчивом возлюбленном, незримой тенью маячевшем на фоне, в чьих руках находилось слишком много разномастных агентств и фирм. - Мне очень нужна твоя помощь, а-Сюань. - Моя? - недоуменно уточнил Хэ Сюань, сам не заметив, как мгновенно сдал оборонительные позиции, переходя к диалогу. - Да, именно твоя, - ласково и чуть смущенно улыбнулся Се Лянь — Мне нужен человек, готовый провести две недели в море, на яхте. Пройти вдоль побережья на юг. Закаты и рассветы, маленькие приморские деревушки с их людьми и деликатесами, паруса и вся вот эта романтика, которая так нравится людям. Мы должны это показать, пока ещё есть что показывать — экологическая ситуация на побережье с каждым годом всё печальнее... - Но я не готов, - попытался отказаться Хэ Сюань. - у меня яхта... - Вот именно, друг! У тебя есть яхта, руки и навыки. И насколько мне известно, нет денег даже на оплату стоянки, - безо всякого стеснения вклинился в разговор Хуа Чэн. - Ну, Сань Лан, - мягко одёрнул его мужчина в белом. - разве так можно?! - С ним, гэгэ, только так и можно. - смягчив тон, ответил Хуа Чэн. - Он сейчас будет полдня отпираться, тратя твоё время. И моё. Подошедшая официантка поставила перед сидящим с краю Хуа Чэном поднос с кофе, этим нехитрым действием чуть снизив накал обстановки. Се Лянь немедленно забрал стакан с любимым карамельным латте и помог девушке разобраться, кому какой из оставшихся напитков предназначается, пока вспыльчивые друзья продолжали буравить друг друга взглядами. - Сань Лан в чём-то прав, - всё тем же бесхитростным и мягким тоном начал Се Лянь, не дождавшись конца немого противостояния. - Мне нужен человек, на которого можно будет положиться. Кто-то, не заинтересованный в самопиаре, готовый пройти весь путь, уделяя максимум внимания важным для проекта аспектам. Нужно рассказать о людях, поколениями живущих в гармонии с природой, принимающих её дары и заботящихся о сохранении мест, где они родились. Это будет серия коротких прямых эфиров, плюс блог и небольшие видео-репортажи из конкретных мест, где вас будут ждать. - Но, я же не блоггер, и не журналист. - наконец-то Хэ Сюаню было, что возразить по существу. - У меня нет необходимых навыков для такого. Я за всю жизнь сделал десяток фото. И половина из них — ценники на оборудование... Постой-ка, «вас»? То есть, «нас»? - Именно, - просиял Се Лянь, словно только и ждал этого вопроса. - Ты не будешь отвечать за блог и всю журналистскую составляющую путешествия, тебе даже общаться ни с кем не придётся. Ну, если, конечно, сам не захочешь. Для всего этого с тобой будет Циньсюань! - Что?! То есть, кто? - Это друг гэгэ, ты должен помнить его, вас представляли друг другу на прошлой вечеринке в честь пятилетия «Красного паланкина». Упомянутый «Красный паланкин» был ещё одним детищем его разностороннего друга и представлял из себя небольшое туристическое агентство, специализирующееся на путешествиях внутри страны, по большей части, свадебных. К сожалению, всё, что Хэ Сюань помнил о том празднике — хороший бар, много добротного шотландского виски. В тот вечер он пришёл с единственной целью — как следует надраться. И заодно, выбросить из памяти весь предыдущий «рабочий» день, ещё лучше — предыдущие несколько лет. Хэ Сюань не работал в привычном понимании этого слова, но тем не менее имел довольно чёткий график. Он сдавал свой плавучий дом для фотосессий и прогулок. Чаще всего это были съёмки для рекламы, заказы на которые ему регулярно подбрасывали сотрудники одного из агентств Хуа Чэна. Чуть реже случались семейные фотосессии, иногда косплей или детские съёмки в пиратском стиле. Всё планировалось заранее, график был расписан на месяц вперёд, и подвижки в нём случались крайне редко. Были даты, но которые Хэ Сюань не брал никого и никогда — дни рождения членов семьи, и дата их гибели. И в этот раз он не собирался изменять печальной традиции, но запланированная накануне съёмка сорвалась по его вине, а ещё через день одной из моделей нужно было возвращаться к работе над ТВ-шоу в Пекине... Всё было проплачено, никаких способов отказаться не нашлось, оставалось только принять горькую шутку судьбы и смириться. А в довершение всего оказалось, что фотосессия будет для свадебного журнала. Миленькая, невысокая девушка, так похожая на его хрупкую Мяо-эр, в белом, словно морская пена, платье порхала и кружилась по палубе, обнимаясь с длинноволосым юношей. Хэ Сюаню невыносимо было видеть их разыгранное, точно по нотам, притворное счастье, слушать щебет модели и радостно-лиричную музыку, поставленную фотографом «для настроения». Уйти, не смотреть, заткнуть уши наушниками, завернуться в кокон из одеял и не вылезать, до тех пор, пока ночь не ляжет на пристань, прогоняя болезненные видения... Даже этого он не мог, будучи ответственным за безопасность на борту в процессе съёмки. Когда пытка неслучившимся в его жизни праздником, наконец, завершилась, Хэ Сюань наткнулся на сообщение от друга со временем и местом вечеринки в честь юбилея его маленькой компании, который, по странному стечению обстоятельств, тоже пришлось экстренно переносить неделю назад. Хэ Сюань счёл это знаком. Напиваться в одиночку не хотелось, а традиция спать весь день напролёт, игнорируя целый мир, была нарушена, и он, натянув первые выпавшие из шкафа толстовку и джинсы, отправился на встречу с ассортиментом бара, ни секунды не сомневаясь, что на этом пункте в подготовке мероприятия друг не сэкономил. В итоге, сам Хэ Сюань помнил, лишь гладкие бока стакана, взволнованное лицо Се Ляня и удивлённое — Хуа Чэна, совершенно не ожидавших увидеть его на празднике в годовщину семейной трагедии. И вот теперь оказалось, что ему кого-то там представили, и с этим неведомым кем-то придётся работать, хуже того — две недели жить под одним парусом. - Я его не помню. - невесело отозвался Хэ Сюань. - Зато он тебя помнит, - как-то странно усмехнулся в ответ друг. - Циньсюань сам вызвался. Он очень милый и легкий, отлично умеет находить общий язык с людьми. Можно сказать, общение — его конёк. Тебе не придётся думать ни о чём, кроме моря. Он не будет тебе мешать, не захочешь — словом не потревожит. Он очень чуткий. - продолжал рекламировать своего приятеля Се Лянь. - И он лучший оператор, которого я знаю. Могу скинуть тебе ссылки на его прошлые работы, хочешь? - Не хочу, - прозвучало слишком резко, Хэ Сюань виновато поднял глаза на вмиг растерявшего весёлость Се Ляня и поспешил продолжить. - Я доверяю твоему мнению. Если ты говоришь, что он хорош, значит так и есть. - То есть, ты согласен, - с нескрываемым воодушевлением подытожил собеседник. - Гэгэ нашёл очень щедрого инвестора для этой затеи, и он готов полностью оплатить не только все расходы, связанные с путешествием, но и страховки для вас двоих, и даже, - Хуа Чэн картинно воздел руки к небу, подчёркивая значимость последующих слов. - аренду яхты по рыночной цене. За две недели ты заработаешь достаточно, чтобы ещё полгода не высовываться со своей посудины. Пожалуй, в случае Хэ Сюаня последний аргумент сыграл решающую роль. После смерти семьи он сократил до минимума все социальные взаимодействия, если бы не закончившиеся за период затяжной депрессии деньги, он бы и теперь не говорил ни с кем, кроме пары, сидящей сейчас по другую сторону стола. После пожара, унесшего жизнь отца и Мяо-эр, все средства родителей и принадлежавшая семье собственность ушли на возмещение ущерба и выплаты пострадавшим. Хэ Сюаню осталась только яхта, ставшая одновременно и домом, и единственным источником дохода. - Мне нужно подготовиться, - по всему выходило, что отказаться не получится, и он решил хоть немного оттянуть неизбежное. - яхту привести в порядок... - Спасибо, а-Сюань, - просиял Се Лянь, как-то очень по-детски схватив его руку, - я так рад, что ты согласился. - Просто мы вместе непобедимая команда. - рассмеялся, склонившись к плечу своего парня, Хуа Чэн.