Падение демона

Слухи по школе разлетаются быстро, и скоро всем становится известно, что Ева Шевченко лежит в коме от передозировки наркотиками. На большой перемене никто из учеников не выходит курить, так как скоро должен приехать Хенкин старший. Киса сидит напряженно, нервно постукивая пальцами по парте. Мел всем своим видом излучает спокойствие, читая книгу, а Хенк даже в сторону Кисы не смотрит, все еще злиться на него, и поэтому мониторит телефон, не обращая на друга никакого внимания. Остальные в классе с большим интересом обсуждают новую сплетню, выдвигая свое мнение касательно этой ситуации. И вот, в томительном ожидании, наконец-то, открывается дверь, и входит Константин Анатольевич, за ним следом идет высокий мужчина лет сорока, потом школьный психолог Анна Степановна и шеренгу замыкает директриса. — Добрый день, всем, еще раз, — здоровается Марьяна Федоровна, нервно оглядывая ребят. — Константина Анатольевича и Анну Степановну вы все прекрасно знаете, в представлении они не нуждаются, — она кивает им головой и слабо улыбается. — А это, — указывает рукой на мужчину, который стоит рядом. — Павел Олегович, инспектор по делам несовершеннолетних. Вы все знаете, какая неприятная ситуация случилась с вашей одноклассницей Евой Шевченко. Поэтому он с вами всеми отдельно поговорит в присутствии Анны Степановны. Киса поднимается глаза и встречается взглядом с Хенкиным старшим, который смотрит на него одновременно с подозрением и отвращением, и Киса понимает, что его начинает потряхивать от злости. Он кривит губы, и нервно дергает ногой, отводя взгляд от Хенкина, смотря куда угодно, лишь бы не на него. Мел сидит рядом, и рукой хлопает Кису по коленке, чтобы тот успокоился и не выдавал своего настроения, это помогает и парень перестает дергаться, успокаиваясь, и мысленно про себя повторяя, что у бати Бори на него ничего нет. — Итак, Рита, может начнём с тебя? Вы все-таки с ней были близки, — спрашивает директриса, подзывая ее к себе. Девушка встает из-за парты, и кривит лицо на брошенное не подумав, Марьяной Федоровной «были», как-будто Ева уже умерла, и идет к ним, кинув мимолетный взгляд на Кису. Это не уходит от внимания инспектора и Константина Анатольевича. Первый хмыкает, смотрит на парня, слегка нахмурив брови и вместе с Риткой выходит из класса, а за ним Анна Степановна, Хенкин старший и Маришка. — Пиздец, че она на меня именно вылупилась? — Киса снова начинает злиться и нервно кусать нижнюю губу. — Любой, блять, подозрительный взгляд в мою сторону и Хенкин тут же радостно ладоши потирает, что наркошу за жопу может схватить, — чувствует, что опять хочет что-то ударить, но сейчас остаётся только сильно сжимать кулаки. — Кис, спокойно. Чего ты ожидал? Что он с распростертыми объятиями к тебе кинется? Тем более, он всегда на тебя так смотрит, пора бы привыкнуть уже давно, — Мел своим спокойствием пытается заразить друга, но получается плохо, слишком много неприятных событий за этот день, выводило Кису из себя, и он это прекрасно понимает. Сейчас словами его не угомонить, ему поможет только что-то долго пиздить, чтобы рук потом не чувствовать, орать, срывая голос и вливать в себя литрами алкоголь, шлифуя это все косяком. Киса не отвечает, тяжело вздохнув отворачивается, и смотрит в окно, про себя молясь, чтобы цирк этот поскорее закончился, срочно нужно закинуться седативным, чтобы забыть этот день. *** Рита заходит вместе со всеми в кабинет информатики и садится за первую парту. Инспектор присаживается за стол учителя, кладет на него черную папку, достается оттуда листы и ручку. Анна Степановна садится рядом с Ритой, ласково ей улыбается и ободряюще хлопает по спине. Хенкин с директрисой располагаются на задних рядах. — Итак, Маргарита, — начинает Павел Олегович. — Рита, — поправляет она его, ведь ненавидит, когда ее полным именем называют. Так делает только мама, когда отчитывать ее начинает. — Хорошо, Рита, — инспектор слабо улыбается и продолжает. — Ты с Евой дружишь, все верно? — Не то, что бы мы с ней близкие подруги. Так, общаемся, за одной партой вместе сидим, — отвечает она и чувствует дрожь в голосе. Ситуация ей не нравится от слова совсем. Ева в коме от передозировки наркотой — вообще пиздец, Киса ведет себя странно, узнав об этой новости, понятно почему — он же барыга, и сто процентов связан с этой историей, тут к гадалке не ходи. Но, если он впутает в эту историю Мела, она своими собственными руками его придушит, тело расчленит, и без какого либо сожаления, в море этот мусор выбросит. Мела она никому тронуть не даст, ведь влюблена в него очень давно, и очень сильно, а за Еву переживает, близкими подругами хоть они и не были, но очень часто общались, и Рите она нравилась, как человек. — Понятно, — кивает мужчина. — Ты знала, как у нее обстоят дела дома? Есть ли у нее молодой человек? Может быть проблемы с учебой или одноклассниками? — Все как у всех, — Рита пожимает плечами. — Дома все норм, вроде, с учебой и одноклассниками тоже. Насчет парня….- она задумывается на мгновение и с отвращением продолжает. — Это Рауль Кудинов. Не знаю, как ее вообще к нему занесло, он же полный конч. Рита слышит, как сзади, где сидит Хенкин и деректриса, скрипнул стул. — Я правильно понимаю, он старше ее? — спрашивает инспектор в упор смотря на девушку. — Да. — Хорошо. Он ее обижал? — спрашивает это, делая вывод на основе слов Риты о том, какой Рауль человек. Девушка молчит. Не знает, нужно ли рассказывать ему правду, примеряя риски, и про себя рассуждая, будут ли какие-то последствия от этого у участников этого разговора — то есть самой Риты, и непосредственно у тех, о ком идет речь. Все — таки, это отношения Евы и Рауля, и касаются они только их двоих. За ней итак уже идет слава местного трепла. Рауля если и прижмут, то только за связь с малолеткой, но папаша мэр быстро отмажет, так что на него Рите, было глубоко насрать. Но, Ева может разозлиться, если узнает, что это она все разболтала ментам и училкам о их взаимоотношениях, если конечно выживет… Этой мысли Рита пугается, тут же мотает головой в разные стороны, отгоняя ее от себя, и инспектор принимает это действие за ответ. — Я понял, — записывает что-то на листке и снова смотрит на девушку, которая метается в сомнениях, он это замечает и терпеливо ждёт, когда она решится сказать. — Да, — отвечает тихо, опускает глаза в пол. — Он ее бил. На ее ответ инспектор поджимает губы, и нервно стучит ручкой об стол, ожидая продолжения, не давит на нее с расспросами, чему Рита особенно благодарна. Собираясь с силами, она тяжело вздыхает и продолжает. — Она начала встречаться с ним около года назад. Я вообще удивилась, когда узнала, что он решил вступить с ней в отношения. Ну типа, знаете, он почти весь город своим прибором пометил, и на что-то серьезное был не способен. Потом я заметила синяки у нее на руках, и спросила, откуда они появились. Она тогда сказала, что упала и ударилась, ничего серьезного, но с тех пор перестала открыто одеваться. Наверное, боялась, что другие заметят и тоже начнут лезть с расспросами. Через некоторое время, когда мы на физру переодевались, я снова заметила на ней синяки, и уже серьезно спросила ее, зажав в угол. Ева расплакалась, сказала, что встречается с Раулем и что он любитель причинять боль во время секса, а еще жуткий ревнивец и собственник, к каждому столбу ее ревновал, ну а получала она за все на свете от него, — Рита остановилась и посмотрела на Анну Степановну, которая все это время нежно гладила ее по спине. Риту это успокаивало, и она благодарно кивнула женщине в ответ. — Что было дальше? — спрашивает инспектор, попутно все записывая. — Я сказала, чтобы она перестала с ним встречаться, что он абьюзер и никогда не изменится в лучшую сторону, не прекратит ее мучить, и дальше только будет хуже. Она ответила, что не может его бросить, боится. — Никто не мог помочь ей решить этот вопрос? — Ее некому было защитить. Она живет с мамой, которая вечно бухает, и в хрен ее не ставит, и бабушкой, но тут сами понимаете, не вариант ее впутывать. Отца у нее нет, братьев старших тоже. — Я понял, — инспектор поднимает глаза и смотрит на Риту, задаёт главный, интересующий его вопрос, который Рита ждет с опасением. — Ты знала, что она употребляет наркотики? — всматривается в ее лицо внимательно, тем самым, говоря, что сразу заметит, если она соврет. — Нет, — Рита не врет. Она правда не знала, ведь близкими подругами, доверяющими друг другу секреты, они не были. Конечно она замечала, что Ева в последнее время ведет себя странно, выглядит болезненно и почти ни с кем не общается, но списывала это на проблемы дома и отношения с Раулем, считала, что лучше не лезть не в свое дело. — Хорошо, — кивает инспектор. — Позови сюда следующим Ваню Кислова. *** Киса идет по коридору, и мысленно успокаивает себя, чтобы никак не выдать то, что он пиздецки сейчас боится. Заходит в класс информатики, старается не смотреть на Хенкина и директрису, и садиться рядом с Анной Степановной, напротив инспектора. Старается принять расслабленную позу и натянуть на себя безразличный вид. — Итак, Иван, — начинает Павел Олегович. Киса медленно втягивает ноздрями воздух, когда слышит свое имя, называть его так может только мама, и больше никто другой. — Что можешь рассказать о Еве? — Ни че, — отрезает резко, не дополняет, просто смотрит на мужчину напротив себя. — Вы не общались? — спрашивает тот, не сводя с Киса напряженного взгляда. — Нет, — отвечает коротко, пытается унять внутреннюю дрожь, чувствует, как Хенкин его спину взглядом прожигает, хочется встать и разъебать его жабью морду стулом. — Понятно. Может быть, ты слышал, что у нее есть проблемы дома и с парнем? В таком маленьком городе, ведь все друг о друге, всё знают, даже несмотря на то, что не общаются. — Это типа какие? — Киса хмурится, не понимает к чему ведет инспектор. — Ну, например, что мама ее часто выпивает, и Еву это сильно расстраивало. Что дома на нее не обращают внимания, как и в школе, — на последнем слове мужчина укоризненно смотрит на директрису, затем переводит взгляд на Кису и продолжает. — А парень ее частенько избивает, — заканчивает он, и внимательно смотрит на парня. Нет, Киса всего этого не знал. Он никогда не общался с Евой близко, их лишь связывали наркотики и секс, никогда не говорил с ней по душам, потому что ему было абсолютно похуй, что происходило в ее жизни. Он первые, несмотря на то, что они одноклассники, заговорил с ней на тусе, вроде это было у Локона дома, год назад. Ева обычно редко приходила на подобные мероприятия, ее туда за собой таскала Ритка, которая их просто обожала. Киса тогда сильно напился, и кажется перебрал с таблетками, но вечер этот отлично запомнил. Он вышел на улицу перевести дух, покурить, подышать свежим воздухом и не много отрезветь. На ступеньках сидела Ева, курила, держа в руках бутылку вина. Киса сел рядом с ней и закурил сигарету, внимательно оглядывая девушку с ног до головы. — Че одна тут сидишь, жопу морозишь? — спрашивает и забирает у нее бутылку вина, отпивает, тут же морщится и отдает обратно. — Ненавижу эту вашу женскую ссанину. — Там слишком душно, много людей и музыка громко орет, — отвечает монотонно, на парня не смотрит, медленно делает затяжку, выдыхает дым и поднимает голову, разглядывая ночное небо. — Че тогда сюда приперлась? — усмехается Киса, все так же смотрит на девушку, отмечая про себя, что минимум, она подходит под его типаж стройной фигуркой. — Выпить хотелось, — Ева безразлично пожимает плечами, поворачивает голову и смотрит на него в упор, и неожиданно задаёт вопрос. — У тебя есть что-нибудь? — В каком смысле? — делает вид, что не понимает, все — таки не доверяет девушке, так как совсем ее не знает, но видит, как она снисходительно улыбается и не много расслабляется, улыбаясь ей в ответ. — Что именно интересует? — А что поможет забыться? — спрашивает, потому что не знает, никогда не пробовала наркотики, только алкоголь и сигареты. — Есть меф и экстази, трахаться под ними сплошное удовольствие, — Киса облизывается, ухмыляется, следя за реакцией Евы, кажется он нашел что-то интересное на сегодняшнюю ночь. — Ну, седативки и косяки, так, тупо расслабиться. — Тогда первое, — быстро делает выбор девушка. Киса ликует, широко улыбается, уже представляя, как классно сегодня потрахается. — У меня к тебе будет просьба, — говорит приглушенно, почти соблазнительно. — Для тебя, все что угодно, котенок, — подмигивает ей в ответ в интригующем ожидании. — Лишишь меня девственности? — просит именно его, потому что знает, что он в этих делах опытный, так как пол города перетрахал. — Нетронутый цветочек, — делает вывод Киса, все еще больше радуясь, что именно он перехватил Еву, а не кто-то другой. — Хочешь, чтобы я был у тебя первым? — подбирается ближе к ее лицу, облизывает свои губы, в упор смотрит на нее из-под своих кудрявых волос. Видит, как Ева переводит на них взгляд и тянется рукой, чтобы убрать. — Блин, как ты так все время ходишь? Не удобно же, ты ваще че нить видишь? — смеется звонко и Киса улыбается в ответ. — Меньше слов, больше дела, — встает, отряхивая штаны и дает Еве руку, она ее принимает и встает вслед за ним. — Пиздец у тебя руки ледяные, — Кису аж самого холодном пробирает, настолько они холодные. — Они всегда такие, — пожимает плечами девушка, терпеливо ожидая дальнейших действий. — Найдем свободную комнату и не много порезвимся, — говорит резво и пошленько улыбается, не отпуская ее руку. Заходит внутрь, ведя Еву за собой, оглядывается вокруг и замечает лестницу, ведущую на вверх. Удача точно сегодня на стороне Кисы, первая попавшаяся комната, оказывается пустой, и он заводит девушку во внутрь и закрывает за собой дверь на замок. Ева проходит, снимает куртку и кидает ее на кровать. Парень повторяет за ней, предварительно вытаскивая зиплок с розовыми таблетками, из кармана, поворачивается к девушке, и с широкой улыбкой на лице, трясет им в воздухе. — Учишь меня плохому, — ухмыляется в ответ на его действия, и закусывает нижнюю губу. Киса понимает, как сексуально она сейчас выглядит и ему хочется с ней поиграться. Он медленно, словно хищник, подходит к Еве и кладет свои руки на ее талию, притягивая к себе. Берет таблетку в рот и кладет на язык, и девушка быстро догадывается, чего он хочет этим добиться. Она прильнула к его губам, запуская язык ему в рот, пытаясь забрать таблетку, и ей это быстро удается. Ева резко отодвигается от парня, чтобы проглотить ее и перевести дыхание. Киса уже чувствует подкатывающее возбуждение, он берет вторую таблетку и быстро кидает ее в рот, проглатывает и оглядывает комнату. — Мы походу в родительской спальне Локона, — ухмыляется парень. — Пиздец заводит, что потрахаемся на их кровати, — смотрит на девушку и видит, что она хмурится. — Что такое, котенок? — подходит ближе, сцепляя руки на ее тонкой талии, боится, что она сейчас сорвется с крючка. — Че то не дает, — отвечает Ева и парня умиляет ее незнание. — Подожди, минут через двадцать начнёт действовать, не ссы. Давай, я пока тебя подготовлю, — хищно улыбается, убирает волосы назад и кусает за мочку уха. Видит туалетный столик, хватает Еву за руку и наклоняет грубо вперед. Она поднимает глаза и смотрит на себя в зеркало, а затем переводит взгляд на Кису, стоящего позади. Он поглаживает ее по спине, и наклоняется к уху, сцепляя тонкие пальцы на ее шее, снова кусает за мочку и тут же облизывает. Смотрит на нее в упор, взгляд не отводит и следит за ее реакции. Ева закатывает глаза, инстинктивно поддается вперед, выпрямляясь, и чувствует приятную щекотку между ног, ведь впервые до нее дотрагивается парень. Киса ухмыляется, и приподнимает юбку, сжимает упругие, округлые ягодицы, и чувствует нарастающее возбуждение в штанах. — Давай-ка, по скорее это снимем, — шепчет он, кивая на ее колготки. — Тебе скоро станет очень жарко. Она кивает в ответ, и снимает их одним резким движением, тянется к замку на юбке, но Киса ее останавливает, сам хочет этим заняться. Медленно расстегивает и снимает ее, оставляя стоять Еву только в трусиках и свитере. Отходит не много назад, чтобы полюбоваться, облизывается, понимая, что сорвал джекпот, особенно когда девушка начинает медленно двигать бедрами в лево и в право, оглядываясь на него, слегка прищурившись, прикусывая пухлые губки. Киса подлетает быстро обратно, и шлепает ее по ягодицам, от чего Ева игриво вскрикивает и жмется спиной к его груди, чтобы потереться об выпирающий на штанах бугор. Парень рычит ей на ухо, хватает за грудь через свитер и начинает нежно мять. Девушка мягко стонет, запрокидывает голову на его плечо и блаженно прикрывает глаза, заводит руку назад и хватает его за шею. В такой позе они стоят какое-то время и Ева резко начинает чувствовать приход. Ее глаза широко распахиваются и она смотрит на себя в зеркало, эта картина дико ее возбуждает. Она прикусывает язык, потому что челюсть начинает непроизвольно двигаться, слышит все звуки отдалено, как-будто уши заложило, и возбуждение накатывает на нее с новой, яркой силой, от чего она сжимает ноги вместе. — Тебя торкнуло? — шепчет Киса и облизывает ее ухо. — Пиздец, ты горячая. Он начинает поднимать ее руки вверх, цепляет края свитера и снимает его. Удивляется, ведь видит неожиданно приятную картину — она не носит бюстгальтер, через толстую ткань свитера, сначала и не понял этого. Аккуратная, маленькая грудь, отражается в зеркале, Ева видит себя и смущено хочет закрыть ее руками, но Киса останавливает ее и снова шепчет хрипло на ухо. — Это преступление, скрывать такую красоту. Берет ее грудь в руки и ласково сжимает в ладонях, аккуратно крутит соски, попутно целует Еву в шею, оставляя мокрые дорожки от поцелуев. Девушка начинает все громче стонать, и сильнее тереться ягодицами об его член. — Покусай меня, — просит она, глаза закрыты, а рука уже копается в его кудрях. Киса улыбается, его пиздец как она возбуждает, даже не много удивляет ее смелость и открытость, ведь она девственница, или это от наркотиков, но сейчас ему плевать, хочется, чтобы Ева растаяла в его руках. Выполняет просьбу незамедлительно, кусает слабо, чтобы не оставить следов на ее шее. — Сильнее, — голос уже хрипит, ее рука со всей силы начинает сжимать его волосы, отчего Кисе становится не много больно. — Следы останутся, — отвечает он, но Ева его уже не слышит, глубоко дышит, глаза все так же закрыты. Кису будто током ударяет, понимает, что таблетка начала действовать и на него. Он снимает с себя футболку, так как ему резко становится жарко. Ева поворачивается, садится на туалетный столик, и смотрит на него с диким желанием, все время облизывая, и кусая губы. — Не кусай так сильно, — подходит к ней и берет за подбородок, поглаживая большим пальцем ранки, заглядывает в глаза и видит как сильно ее зрачки расширены. — Когда отпустит, будет больно, ты сейчас не чувствуешь, как сильно их кусаешь. Но Еве все равно, она весело смотрит на него и тянет к нему ручки, словно ребенок просится на руки. Киса ухмыляется и берет ее за талию, поднимает и хватает за бедра, чтобы было удобнее нести, а она пытается крепко держатся за его шею, обвивая его торс ногами. Парень бережно кладет ее на кровать, оглядывает ее стройное тело и понимает, что уже не может терпеть. Наркотик дает в голову сильно, распыляя эйфорию по всему телу, отчего стояк уже просто выпрыгивает из штанов. Киса начинает стягивать с Евы нижнее белье, и следом снимает свои спортивки. Пристраивается между ее ног, разводя колени девушки в сторону, поглаживает пальцами внутренне бедро, касаясь половых губ. Ева смотрит на его действия в упор, тяжело дышит, сжимая пальцами простыню. — Какая ты мокрая, течешь просто пиздец, — трогает лобок аккуратно, и медленно массирует клитор, говорит отрывисто, у самого челюсть начинает двигаться туда — сюда, и чувствует, как Ева начинает сильно трястись. — Что такое? — спрашивает испугавшись, нависая над ней. — Это от возбуждения, — Ева шепчет ему прямо в губы, тяжело дышит. — Такое чувство, что меня сейчас разорвет, ощущаю все сразу, слишком много эмоций внутри. Терпеть не могу, — этого для Кисы достаточно, соглашается с ней, понимающе кивая в ответ, и медленно вводит один палец внутрь, целует ее шею, кусает сильнее, чем в прошлый раз, от чего Ева выгибается в его руках, сладко постанывая. Киса ловит ее стон и жадно впивается в губы, сплетая их языки, Ева только мычит в ответ, зарываается пальцами в его волосы, сжимая их. Парень начинает аккуратно вводить второй палец, расширяя территорию и наращивает темп, потому что если не вставит ей в скором времени, то сам взорвется от сильного перевозбуждения. Ева стонет без стеснения, не сдерживается, закатывает глаза, чувствуя, как ее окатывает жаркой волной, приливая кровь к лицу. Она снова закусывает свои свои губы до крови, не жалеет их, ведь не чувствует боли, поэтому не понимает с какой силой это делает. — Кусай лучше пальцы, — Киса видит это, берет ее руку и подносит к губам, насильно пихая их в рот. Ева отворачивается, не хочет, поэтому перехватывает его руку и засовывает его тонкие пальцы себе в рот, посасывает их, кусает не сильно и в упор смотрит на Кису. Он видит, как в ее глазах словно черти танцуют, рычит ей в шею и вытаскивает пальцы. — Не мучай меня, — просит умоляюще Ева. И он уже не может больше себя контролировать. Снимает боксерки, и сплевывает на руку, берет член в руку и водит по нему вверх-вниз, не отводя взгляда от Евы. — Смотри на меня, — приказывает ей, и она слушается, томится в приятном ожидании. — Если будет больно, скажи. В первый раз всегда неприятно, — Киса нависает над девушкой и целует ее в лоб. Ерзает, между ее ног, пристраиваясь пахом, и медленно начинает входить не во всю длину, смотрит на Еву, наблюдая за ее реакцией, видит, как она замерла. — Ты норм? — тихо спрашивает и целует в щеку, попутно отодвигается и снова входит, делает все медленно и аккуратно. Она кивает в ответ, закрывает глаза и обнимает его за плечи. — Ну, погнали, — Киса хищно улыбается, и начинает двигаться сильнее, пытаясь проталкиваться внутрь, чтобы войти во всю длину. Вытаскивает член и резко входит, Ева распахивает глаза, и притягивает парня к себе, вцепившись пальцами в его спину, оставляя царапины. Чувствует как по телу разливается теплое наслаждение, сжимает от сильного возбуждения стенки влагалища, и Кисе становится тесно внутри нее. — Блять, какая ты узкая, — рычит ей на ухо, кусает мочку и наклоняется к шее. — Похуй на следы, — впивается со всей силы, оставляя на нежной, белой коже багровые отметены. Его горячие движение туда сюда, только сильнее приносят удовольствие, Ева не сдерживает громких стонов, и Киса боится, что даже сквозь громкую музыку, люди внизу услышат, как она кричит от удовольствия. — Блять, малыш, будь тише. Ты же не хочешь, чтобы сюда все завалились и смотрели, как мы трахаемся? — затыкает ей ладонью рот, начиная рванными толчками вдалбливаться в тело девушки, чувствует, что скоро кончит и только сейчас осознает, что забыл надеть презерватив. Выругивается, но не останавливается, смотрит на Еву и тянется к ней, жадно целует искусанные губы, толкается в ней во всю длину в последний раз. Быстро вытаскивает член и ведет по нему рукой сверху вниз, чувствует, как внутри что-то задевается и приятно разливается по всему телу, расслабленно закрывает глаза, и тяжело выдыхает. Это был первый раз, когда они потрахались, Киса думал, что он будет и последний. Но Ева стала брать все чаще у него наркоту, правда только легкие косяки, потому что одна боялась принимать что-то жесткое, но неожиданно попросила его натренировать ее в плане секса, хотела стать опытной. Кисе это только было в кайф, он подсел на эту игру плотно, ему нравилось учить ее всем азам, подстраивать ее под себя, чувствовать ее неопытность и понимать, что он у нее во всех смыслах первый. А когда до него дошел слушок, для кого она так старалась, он просто озверел в секунду, думал, что прибьет ее, когда увидит. Так он готовил свою девочку для Рауля? Для, блять, уебка Рауля? Киса уже привык, что она только его, и ему ни с кем не хотелось ее делить, а тем более с сранным Раулем, сказала бы она раньше, он не задумываясь послал ее нахуй. Нет, он не влюбился в нее, не дорожил ею, ему просто нравилось чувство, что кто-то ему полностью принадлежит, что это он сделал ее такую. Но случилось то, что случилось, сделанного уже не вернуть. Поэтому Киса оборвал с Евой все контакты, пробухал три дня, избил парня из параллельного класса, трахался, как не в себя, даже не запоминая лица девчонок, и вроде начал постепенно приходить в себя. Но когда видел ее снова и снова в школе, ярость закипала в нем с новой силой, ему хотелось впечатать ее в стену и сказать, что она тупая шлюха. Но, он держался из последних сил, ведь бить девок — последнее дело. А через полгода, она первая ему написала. Попросила принести, что-то потяжелее косяков, и Кису это насторожило, ведь Рауль не был замечен за употреблением химии. Тогда то, ему и захотелось ее помучить, вспомнить так сказать былые деньки, сразу сказал ей, что деньги не нужны, пусть расплачивается сексом, хочет проверить не растеряла ли навыки. Ева предложение сразу отвергла, неделю никак с ним не связывалась, но прекрасно понимала, что другого барыги не найдет, доверяет только ему. Конечно она согласилась, стала изменять Раулю, и трахаться с Кисой за наркоту, с этого момента он больше никогда не прикасался к ее губам. А Ева все ниже и ниже падала в пропасть, парень только наслаждался ее падением, ведь сам подтолкнул ее к краю этой бездны, с желанием, чтобы она страдала.