Одержимый

      Допрос продлился до самого утра, после чего инквизитор Ростор широким шагом вышел из камеры навстречу своему ученику и команде медиков, которых тот собрал заранее. Врачи, последний час слышавшие чудовищный вой из-за двери и ощущавшие отзвуки психического воздействия, выглядели как затравленные псы, ожидавшие очередную порку. Они совершенно не владели собой и потому от инквизитора не скрылось удивление, возникшее на лицах санитаров, что видели его спокойную и надменную походку. — Он ваш, — махнул Ростор в сторону камеры. — Относитесь к нему как к равному себе, ибо его верность чиста.       Поклонившись, врачи просеменили в дверной проем, откуда сразу же донеслись сдержанные возгласы. Очевидно, вид допрашиваемого ввел в ступор даже таких прожженных профессионалов. — Тебе нужно отдохнуть, наставник, — заботливый Грегор тут же оказался рядом и взял инквизитора под руку. — Ра-Фих подготовил для нас комнаты.       Вместо ответа Ростор кивнул, и от этого движения из его уст вырвался тяжелый вздох. Если бы в коридоре сейчас оказался кто-то еще, он бы мог сильно испугаться, взглянув в лицо инквизитора, которое казалось белым, словно у призрака.       Психический допрос отнял много сил, но, к сожалению, не дал ничего, на что рассчитывал инквизитор. Парень оказался чист, непогрешим, в какой-то степени даже отвратительно благочестив. — Я так понимаю, он свой? — Непринужденно спросил дознаватель, когда они оказались у кабины лифта. — Увы.       Каждое слово давалось Ростору с большим трудом, и он даже начинал жалеть о том, что проявил такую сильную подозрительность. Впрочем, инквизитор Ростор жил слишком долго, чтобы позволять слабостям влиять на его работу. Он знал слишком много историй, когда агент Инквизиции проявлял преступную неосмотрительность, из-за чего в конечном итоге погибал.       Тем временем лифт почти поднялся до нужного этажа, и Грегор сделал наставнику жест, чтобы предупредить его. Инквизитор снова выпрямил спину, подавляя болезненные импульсы, потому что не собирался показывать слабости перед столь низшими сотрудниками Муниторума.       В рабочем зале уже вовсю кипела работа. Разумеется, как только черные плащи инквизиторов возникли среди полицейской формы, люди стали опасливо оборачиваться и почтительно кланяться, но в основном, вечернее благоговение прошло. Вероятно, новости о покушении на губернатора наконец дошли до масс, а капитан участка успел вбить в головы своих подчиненных особенное старание к работе.       Пока Грегор медленно вел наставника к гаражу, мимо промчалась группа полицейских в панцирях и с оружием наготове. Под потолком зазвучали объявления о крупных демонстрациях в нескольких районах уровня. — Похоже, снова начинается бардак, — буднично заметил дознаватель. — Я бы больше боялся, если бы его не было, — пожал затекшими печами инквизитор, краем глаза замечая капитана де Грасса. — Инквизитор Ростор, — полицейский почтительно кивнул, останавливаясь у самого портала в гараж. — Вы покидаете нас? — Ненадолго, — ответил Ростор, принимая из рук ученика информационный планшет. — Здесь информация, которую вы должны передать своим подчиненным, а так же список указаний, которые вы должны выполнить до моего возвращения. В мое отсутствие вы организуете рабочие места для моих слуг, и позаботитесь об их временном проживании.       Капитан взял в руки планшет инквизитора, говорившего тоном, не терпящим возражений. — Я все понял, инквизитор, — кивнул де Грасс, уступая дорогу. — Я могу узнать, что с моим сотрудником?       Ростор, который уже было шагнул через порог, остановился и метнул какой-то странный взгляд в сторону полицейского. — Благодарите Императора, что ваш мутант оказался чист и слаб, капитан. И тем не менее, на время расследования Инквизиции, он переходит под мое прямое руководство. — Как вам будет угодно, — тихо произнес де Грасс, хотя собеседник уже вышел в гараж потеряв всякий интерес к разговору. — Проклятый сукин сын…       Инквизитор Ростор кисло улыбнулся, услышав эти слова в мыслях капитана, но не стал оборачиваться. Он прекрасно знал, какой занозой в заднице может быть для местных властей, но конкретно Мишель де Грасс виделся ему исполнительным и надежным служителем Императора. А человеку дела можно простить небольшую глупость, если он ей не злоупотребляет. — А получше не нашлось? — Недовольно спросил инквизитор Грегора, когда тот остановился у малинового кабриолета со складной крышей. — Я же гильдейский агент, а не шут из Карниворы. — Это самое приличное, что я смог найти. Не забывай, что мы на нижнем уровне. Так что придется соответствовать.       Ростор тяжело вздохнул и потянулся к пуговицам плаща. Им предстояло добраться до отеля, где распорядитель Ра-Фих арендовал комнату для инквизитора и его полевых агентов. — Остальные уже там? — Спросил Ростор, садясь рядом с креслом водителя. — Ждали вас, — задумался дознаватель, проворачивая ключ зажигания.       После нескольких попыток, автомобиль все-таки завелся, выплюнув целую тучу выхлопных газов и заревев двигателем. — Но Клод ушел. Решил побродить по местным кабакам и узнать что-нибудь. — Вечно ему не сидится на месте, — печально посетовал инквизитор, убирая инсигнию во внутренний карман изумрудной жилетки с гербом гильдии Херба. — Похоже этот охотник никогда не переменится. — Нам же лучше, наставник, — весело ответил Грегор, выводя автомобиль на автостраду.       Стрелки хронометра приближались к полудню, и дороги уже были заполнены машинами, стремящимися к центру города. Несколько раз мимо инквизитора промчались патрульные, сирены которых оглушали даже сквозь плотно закрытые окна, а на одной из соседних эстакад, Ростор разглядел «носорог» арбитров, бесцеремонно расталкивающий застрявшие в пробке машины.       Время от времени на тротуарах и навесных мостах встречались группы людей самого агрессивного вида. Как правило они были одеты в рабочие комбинезоны, а в руках сжимали грубо сколоченные таблички с надписями, намалеванными красной краской.       Какие-то из этих табличек призывали к свержению губернатора, что делало их хозяев главным объектом внимания полицейских в тяжелой броне.       Другие же напротив, требовали от губернатора или его приближенных какой-либо ясности, очевидно намекая на то, что правитель улья до сих пор не удосужился выйти с народом на связь. — Как думаете, чем сейчас занят Гевьин? — Спросил Грегор после того, как они проехали огромную стачку, где лояльные властям рабочие схлестнулись с бунтовщиками. — Кутит, очевидно, — утомленно произнес Ростор, глядя как в растущую толпу вливается все больше людей. — После такого стресса и разговора со мной, он наверняка отправился пить с кем-нибудь из приближенных. Возможно, с маршалом. — Идиот, — покачал головой дознаватель. — И все-таки, наставник, почему мы спустились сюда? — Чтобы скрыться. — От кого? — Грегор резко повернулся к учителю. — От заговорщиков. — Просто ответил тот, глядя в окно. — Ты знаешь, кто они? — Нет, но мне очевидно, что это кто-то из высшей аристократии. Иначе как заклейменный псайкер мог подняться так высоко в шпили и оказаться незамеченным? — Но он ведь псайкер, — резонно заметил водитель. — Он мог «отвести глаза» или вовсе стать невидимым для толпы. Разве нет? — Не думаю, — Ростор почесал гладко выбритый подбородок. — Несмотря на то, что его способности соответствуют уровню «эпсилон», он не смог бы в одиночку пробраться в набитый гостями и охраной дворец губернатора. Его провели, я в этом убежден. — Думаете, его специально вытащили из лап тех контрабандистов? — Хороший вопрос, Грегор, а какие твои мысли? — Если рассматривать все происходящее с точки зрения заранее спланированной акции, то мне думается, что да. Те, кто натравил псайкера на губернатора, ранее выкрали его у охотников за головами. И при этом они успели вовремя, чтобы наши братья из Маллеус не добрались до псайкера первыми. — Неплохо, — одобрительно кивнул Ростор, наслаждаясь ходом мыслей ученика.       Каждый раз, когда появлялось время, инквизитор предпочитал устраивать такие рассуждения, давая подопечному почувствовать себя полноправным агентом. — И все же я не понимаю. — Почему мы спустились сюда? — Прочел мысли собеседника Ростор. — Да, — тот на мгновение замялся, понимая, что произошло. — Что именно ты планируешь тут найти? — Следы, которые точно укажут нам на заговорщиков. У нас нет ресурсов, чтобы мы могли перепроверить авторизационные коды каждого, кто был вчера у губернатора. Даже если бы у нас был савант, это заняло бы не один месяц. — А тот парнишка полицейский не поможет? — Едва ли, — отмахнулся инквизитор. — Несмотря на хорошее образование и природные навыки, он и рядом не стоит с выпускниками семинарии Диалогус.       Тем временем, поднявшаяся над улицами эстакада сделала крюк между жилыми массивами и внезапно оказалась у огромной площади.       Это можно было сравнить с атриумом в богатом доме, только вместо этажей, выходящих на открытое пространство холла, здесь можно было разглядеть края уровней. В недосягаемый вышине чернели толстые пласты стали и перекрытий, над которыми летали грави-скифы и гравитационные грузовики. На подуровнях, находящихся между основным средним и нижним, инквизитору удавалось даже разглядеть маленькие точки людей, прогуливающихся или бегущих куда-то.       Но в основном, конечно, это были протестующие.       Впрочем, не они привлекли внимание Ростора, а огромная гололитическая статуя Ипмератора. Гологитический проектор, похожий на сплюснутый гриб, вырастал из рокрита площади и проецировал голубоватый циклопический образ бога до самого верхнего уровня, который уже находился под открытым небом.       Размеры «статую» поражали и вселяли благоговение, дрожью отдававшееся внутри. — А вот и гостиница, — недовольно отметил Грегор, будто бы желая подольше посмотреть на гололитический образ. — Наконец-то… — Выдохнул инквизитор, но обернулся к ученику. — Что тебя беспокоит? Машина остановилась около парадного входа. — Что ты читаешь мои мысли. — Это второе. Что еще? — Ладно, — Грегор поднял руки над рулем, словно сдаваясь. — Мы здесь уже месяц провели. А беглец все-таки проскользнул мимо. — И это лишний раз подтверждает, что мы имеем дело с хитрым и могущественным противником, — назидательно произнес инквизитор, доставая из кармана ампулу со стимулятором и долго рассматривая ее. — Мы напали на след трех мелких культов и активно следили за ними, в надежде, что кто-то выведет нас к псайкеру. Ты помнишь отчеты? — Да, — буркнул под нос Грегор. — Они были малоактивны и словно бы ждали чего-то. — Вот именно. И не смотря на провал покушения, в ближайшую неделю улицы будут заполнены бунтовщиками. Отличная возможность провернуть что-то, что привлекло бы слишком много внимания в обычных условиях. — Значит, у тебя все продумано? — Усмехнулся дознаватель. — Разумеется, — Ростор снова вздохнул и вернул инъектор в карман. — Теперь мы просто наведем немного шума при помощи арбитров. Разорим одно гнездо и посмотрим, что будут делать остальные. Страх облавы заставит их действовать. Либо они поторопятся, либо попытаются спрятаться еще глубже.

***

      Артур проснулся лишь на следующее утро, с некоторым удивлением обнаружив себя в лазарете участка. Его тело все еще пронизывала предательская слабость, но основные неудобства причиняла жуткая мигрень.       Только спустя несколько минут после пробуждения волна болезненных воспоминаний захлестнула юношу и заставила его скорчиться в гримасе ненависти. И все-таки он был жив, относительно здоров и, судя по отсутствию наручников, что приковывали бы его к кровати, был свободен.       Примерно в этот момент в лазарет зашел врач. — О, ты наконец-то проснулся, — с легкой радостью произнес он, подходя ближе. — А я уж думал делать запрос на перевод в госпиталь. Как ты, малыш?       Что же, в сравнении с мускулистым и рослым медиком, Артур действительно казался мельче обычного. — В порядке, — коротко ответил юноша, свешивая ноги с кровати. — Как обстановка?       Врач усмехнулся вопросу. На его памяти все полицейские задавали именно его после того, как долго отсутствовали на службе. При этом, никого из них не смущали обстоятельства, которые отправили их на больничную койку, как и периодическое отсутствие конечностей. Им лишь бы скорее на службу, и не важно, что фактически они на ней чуть не отправились к Богу-Императору. — Бардак, — легкомысленно пожал плечами врач, беря медицинский ауспекс и сканируя тело подопечного. — Губернатор выступил всего пару часов назад, но беспорядки это уже не остановит. Арбитры и Муниторум объявили повышенную готовность. — А что с инквизитором?       Врач уже было открыл рот, чтобы ответить, но что-то его остановило. В конце медблока хлопнула дверь, и кафельная плитка эхом стала разносить чьи-то приближающиеся шаги. — Инквизитор Ростор призывает тебя на службу Императору, парень, — произнес властный голос.       Артур поднял голову и увидел того самого телохранителя-дознавателя. — Меня зовут Грегор, — молодой ученик инквизитора протянул руку в знак знакомства. — Мой наставник интересуется твоим самочувствием. — Полагаю, мое имя вы уже знаете, госпо… — Брось это, — протянутая рука зависла в останавливающем жесте. — Просто Грегор. А мой хозяин — инквизитор Ростор. Понятно? — Да, Грегор, — утомленно кивнул Артур. — Вот и славно, — дознаватель улыбнулся и пожал руку собеседника, что так и зависла на половине пути. — Я надеюсь, он уже готов, док?       Врач отложил сканер на кушетку. — Да, его показатели в полном порядке. — Замечательно, тогда собирайся. Твоя форма вон там в углу. Я жду тебя у дверей.       После этого Грегор развернулся и вышел из лазарета, оставив обоих полицейских в легком замешательстве. — Какой-то он слишком доброжелательный для инквизитора, — задумчиво протянул врач, кладя одежду Артура на кровать рядом.

***

      Оказавшись в рабочем зале, Артур сразу понял, что слово «бардак» не описывает даже в малой степени все, что происходило сейчас на улицах.       Пока он отлеживался в бессознательном состоянии, радикально настроенных бунтовщиков стало больше, и они начали не только размахивать плакатами и устраивать драки, но и принялись совершать куда более серьезные действия. Под потолком почти каждые десять минут раздавалось объявление об очередном поджоге, коктейлях молотова или даже огнестрельном оружии.       Юноша с тревогой провожал взглядами все новые отряды тяжело вооруженных полицейских, которые вместе с арбитрами забирались в штурмовые «носороги».       За прошедший год на службе, подобный масштаб протестов он видел впервые и внезапно задумался, что никогда за свою жизнь дворянином даже не слышал о подобных событиях. Верхний уровень всегда представлялся ему оплотом спокойствия и безопасности, и юноша ошибочно проецировал это положение на весь улей.       Как он и сказал, Грегор ожидал Артура у дверей в лазарет. Как только юноша вышел, дознаватель еще пару минут терпеливо стоял в стороне, наблюдая за его реакцией на все происходящее. Чем это было вызвано, Артур сказать не мог, но, очевидно, он чувствовал подозрение со стороны ученика инквизитора.       И тем не менее, сам Грегор вел себя достаточно дружелюбно, в отличие от своего начальника. Он позволял себе шутить, вел непринужденные беседы о тяжести полицейской работы и всеми силами пытался расположить собеседника к себе.       Артур в свою очередь вел себя осторожно, не желая открыто противостоять агенту Инквизиции, но при этом совершенно честно не пытаясь обидеть его.       Так они добрались до помещения, которое де Грасс подготовил для оперативников Ростора. Это был просторный кабинет, заставленный столами и когитаторами. В царившем здесь полумраке сидели десятки темных фигур, лица которых отражали зеленоватый свет экранов.       Грегор провел Артура к свободному месту. — Здесь собрана вся информация, которая имеется у нас на данный момент. Время от времени она будет обновляться, если наши оперативники найдут что-то важное. Твоя задача на сегодня — изучить это все свежим взглядом. Если тебе будет что-то нужно, позови Фрэнки. — Френки? — Не понял Артур. — Да. Френки! — Громко позвал Грегор в темноту.       Тут же из самого темного угла вышла высокая фигура. Юноша вздрогнул, глядя на бледное лицо сервитора-официанта, одетого в темно-синюю ливрею с украшенным косметикой лицом. — Френки, это Артур, — дознаватель положил руку на плечо слуги. — Теперь он тоже твой друг и ты должен ему помогать, понятно? — Артур — друг, — послышался механический голос из плотно сомкнутых губ. — Помогать Артуру. — Думаю, вы сработаетесь, — ученик инквизитора улыбнулся, но в царившей темноте это было похоже на хищный оскал. — Ты свою задачу понял, Артур? — Да, — заикаясь, кивнул юноша. — Изучить. Попытаться найти что-то новое. — Хорошо. Настоятельно тебя прошу никуда не пропадать. Ростор хочет поговорить с тобой, когда вернется. — Когда вернется? — Да, сейчас он… — Грегор на мгновение замялся, подбирая нужные слова. — …сейчас он разминает свои старческие кости, отрабатывая удары на еретиках.