Kiss of lily

[12:03] Яркие улыбки сопровождаются искорками в глазах и громким смехом. В квартиру, полную солнечного света, заваливаются счастливые влюблённые. На верхней одежде блестящие снежинки заливаются радостью, а волосы обоих немного взъерошены. Тэхён не сводит взгляда с человека, чьё присутствие заставляет его сердце биться чаще. Всё как в первый раз. Ким чувствует себя ровно также, как и несколько месяцев назад. Он любит. Любит как никогда в своей жизни. Он хочет всегда видеть Чонгука рядом. Смотреть в большие глаза, где виднеются самые прекрасные звёзды и целовать мягкие губы, которые тают как сахарная вата.  Парни разуваются и проходят в зал, оставляя гору коробок в красочной упаковке на диване. Подарки есть для каждого. Для Юнги – новая музыкальная аппаратура, а для Ханы – дорогие духи и брендовая обувь. Хосок тоже не останется без презента. Тэхён долго выбирал для него новый профессиональный фотоаппарат, с множеством объективов. Скоро все должны собраться и вместе пообедать. Компания договорилась провести время и в уютной обстановке, после ночного празднования и шума.  Ким ставит тяжёлые пакеты с продуктами на стол и принимается подготавливать рабочую поверхность. Сегодня он снова шеф-повар их личного закрытого ресторана.  [13:07] Вся квартира заполнена ароматом запеченного мяса и пряными травами. На обеденном столе уже расставлены тарелки и столовые приборы, закуски и напитки. Тэхён нарезает последние ингредиенты, пока младший обнимает его сзади, оставляя нежные поцелуи на шее. Слышен тихий смех и шёпот, рассказывающий о Любви. Руки сжимают сильнее, не желая отпускать. Чон, прикрывая глаза, наслаждается сердцебиением любимого. Если старший будет напевать строчки из, заевшей в голове, песни, то он обязательно их продолжит. И если Ким будет говорить о чём-то незнакомом, то Чонгук выслушает всё, вникая и поддерживая разговор. Он любит.  Дверной звонок, за которым следует громкий стук. Младший в момент напрягается. Не хватало ещё нежданных гостей, которых недавно «встречала» его мать. Парень осторожно проходит в коридор и заглядывает в глазок.  Юнги.  Парень шумно выдыхает от облегчения. Пара щелчков и перед глазами встаёт чудесная картина. Мин с остатками ночного веселья на лице, поддерживающий вялого Хосока, дабы тот не рухнул. Позади виднеется слегка растрепанная Хана с розовыми щеками и припухшими глазами.   — У вас же ключи есть, – подхватывая «тело» говорит Чонгук.  — Дурень, они то есть, но отдирать Хосока с пола я не хочу. Он же сразу упадёт, – перебрасывая друга на плечи младшего.  — А Хана? – переводит взгляд на сестру. — Ладно… – они все не в состоянии. — Он со вчерашней ночи и до сих пор пил? – закрывая входную дверь интересуется Чон. — Чего он такой убитый?  — Мы, на самом деле, не так уж и много выпили, – пара секунд раздумий. — Хотя, может он догнался где-то, пока я не видел, – разминая спину говорит Юнги. — Привет Тэ, – кидает взгляд на занятого Кима.  В ответ парень машет рукой, стараясь не отвлекаться.  — Этот чёрт всю ночь не давал никому покоя, танцевал как в последний раз и рвался на улицу. Серьёзно, я с ним так намучился… – вздыхает  и усаживается за обеденный стол.  — Роль няньки так тебя и не отпустила, как я вижу, – смеётся Чонгук, укладывая Хосока на диван.  — Да, почти восемь лет прошло, – вспоминает маленького шестнадцатилетнего Чона и мягко улыбается.  — Старый ты уже. – язвит младшая, разуваясь в коридоре.  — Ц… – наигранно и со вздохом.  А вы так выросли.  В голове Юнги всплывает момент их знакомства. Яркая картинка тёмной летней ночи и самого незабываемого дня. Долгие разговоры о наболевшем и о планах на будущее, о простом и невозможном. Приходят и воспоминания о том, как он прикрывал Чонгука и Хану перед родителями, как забирал их из полиции и как катал по спящему Сеулу. В глазах старшего проскакивает нежность и ностальгия. Он всегда заботился о своих младших, он как и они, сам нашёл свою семью.  Одинокий Лис тогда отыскал настоящих друзей.  /flashback/ Поздний вечер кутает своей романтикой. На улице тепло и доносится свежий аромат цветов. Где-то вдалеке слышен рёв машин и музыка из заведений. Люди отдыхают и наслаждаются моментом, пьют и поют в караоке, громко смеются и увлечённо что-то обсуждают. Лето в самом разгаре и жарит своим теплом кожу. Чонгук и Хана вылетают из полицейского участка, пока замученный Юнги выходит следом и набирает чей-то номер.  — Алло, да мама, с ними всё хорошо. – поджимает плечом телефон и достаёт свой чёрный портсигар. — У Чонгука сел телефон, а Хана не видела звонков. Не волнуйтесь, – зажимает между губ ментоловую сигарету и поджигает обратную сторону. — Да, я с ними поговорю. Да, да, и поругаю тоже, – выдыхает дым. — Они останутся у меня сегодня. Да, мама, до свидания.  Звонок сбрасывается. Мин вновь затягивается сигаретой и устало потирает переносицу. Взгляд проходится по цветущим деревьям и уличным фонарям и останавливается на двух мелких «заключённых», что бессовестно смеются в нескольких метрах от него.  — Нет, ну серьёзно! – слышится от девушки, пока Чон ярко улыбается слушая её рассказ.  — Вы двое! – звучит резкий голос. — Что это было, а? – выгибает бровь. — Ах, вы меня с ума сведёте! – тянет разочаровано.  — Ну Юнги… – слышится виновато от Чонгука. — Они первые… – потирает ссадину на лбу.  — Да плевать мне кто первый! Вы чего туда полезли? – испепеляет глазами старший.  — Но всё же хорошо! – встряёт блондинка и тут же стыдливо закусывает губу.  — Хорошо? – округляет глаза Юнги. — Вы хоть знаете чего мне только стоило вас отсюда достать, ещё и чтобы вашим родителям не позвонили? – повышает тон и вновь подкуривает.  — Прости! – почти одновременно говорят младшие. — Спасибо большое, что не сказал маме, – продолжает Хана.  — Я устал от вас, – смягчается Мин и тушит окурок. — Вы сегодня у меня, пойдём, – разворачивается и машет рукой.  Прохладный ветер бьёт в лицо, а из машины доносится любимая мелодия «Love Me Again» – John Newman. Пахнет свежестью и сладостью липы. Приятный аромат. Тёмное небо выглядит так знакомо, а звёзды сегодня невероятно красиво улыбаются. Картинки за окном быстро стираются, сменяясь на новые. Огоньки Сеула греют своей жизнью. В сердце будто разливается тысяча июльских дней. Всё на своих местах.  В крови адреналин и радость от избежания проблем. Свободные от всего и так далеко от всех. Учёба, работа, ссоры и тайны уходят на второй план. Сейчас они вместе, а значит всё действительно хорошо.  «Feel with all the strength I found, There's nothing I can't do! I need to know now, know now: Can you love me again?» Небольшая уютная квартирка с незаконченным ремонтом. В зале не так много мебели, но всего хватает. Повсюду коробки и у окна красуется цифровое пианино. На стене висят напечатанные фотографии и плакаты музыкальных легенд. Посреди зала расположился небольшой столик с вазой розовых пионов, а на полу валяются смятые бумажки с текстами забракованных песен. На плите закипает кастрюля с рамёном и Юнги насыпает поздний ужин по тарелкам. Компания усаживается на подушки у стола и приступает к еде. В животах урчит, а от лапши исходит приятный аромат. Слышится звук открывающихся жестяных баночек и шелест упаковок от треугольного кимпаба. Несмотря на неприятности, вся тройка весело смеётся и что-то обсуждает. Вместе хорошо.  — Я хочу в кемпинг, – жуя говорит Хана.  — Чего так неожиданно? – усмехается самый старший.  — Идея хорошая, только вряд ли родители разрешат, – шморгает от остроты Чонгук.  — Тогда… – задумывается девушка. — После моего совершеннолетия мы обязаны отправится в такую поездку.  — Ещё не мало времени – целых три года, – отпивает из баночки Мин.  — Эй! Ну и что? – Хана указывает палочками на парней. — Мы обязаны!  — Хорошо-хорошо, я обещаю, – Юнги поправляет, мятного цвета волосы, и мягко тянет вверх уголок губ.  — Мясо на гриле, пиво и костёр, – мечтательно говорит Чон.  — Да, когда мы будем взрослыми, – продолжает блондинка и достаёт из кармана телефон. — Мне нужно памятное фото и возражений я не принимаю! — Сопротивляться бессмысленно, – старший наклоняется к Чонгуку и слышится тихий смех.  — Эй! Я вообще-то всё слышу! – хмурит брови Хана.  Щелчок. В галерею старенького айфона добавляется невероятно ценное воспоминание. Фото с тремя друзьями, где видно искренние улыбки и горящие глаза. Они не знают что будет в будущем, но каждый уверен в том, что узы, созданные ими сейчас, будут только крепчать. Взгляды бегают с одного лица на другое, смех и радость искрится очередной, но такой особенной ночью.  «They rule the worst of me, Destroy everything, They bring down angels like you. Now I'm rising from the ground, Rising up to you.» /end flashback/ В сердце тепло. Юнги оглядывает комнату, задерживая взгляд на той самой фотографии, на лучшем друге, который с нежностью касается своего возлюбленного и в итоге останавливается на девушке, что завязывает волосы в высокий хвост. Она красива. Невероятно красива. Вчерашнее чувство вновь застилает глаза. Что это? Почему оно так рвётся наружу? Место поцелуя, что невзначай оставила девушка, начинает гореть огнём и в душе закрадывается… Страх? Непонимание? Тревога?  Он пока не может разобрать. В ночь Рождества они с Ханой много говорили, вместе пили и танцевали. Ничего особенного. Абсолютно ничего, чего они бы не делали ранее. Почему вдруг он вновь испытывает то, что скрыл глубоко в своем сердце?  /flashback/ Глубокая ночь забрала Сеул в свою власть и разукрасила лица Людей яркими улыбками. Звёзды весело подмигивают и в воздухе висит тот самый аромат, которым пахнут только особенные моменты. Фонари легко освещают пустые улицы и где-то вдалеке слышен шум дорог. Холодный ветер вздымает волосы, а с неба срываются хрупкие снежинки. Позади остаются бары и рестораны, клубы и громкая музыка, шоты текилы, виски со льдом и множество вкуснейших коктейлей. Море алкоголя утопило проблемы и серые будни в водах безмятежности. Никто ни о чём не беспокоился, отпуская душу восвояси.  — Первый снег! – выкрикивает блондинка, ловя кристаллики ладонями. — Он всегда выпадает именно в мой день рождения! – с горящими глазами оборачивается на друзей.  — Ага, конечно, – хмыкает Чон. — Это правда! – хмурится девушка, несильно ударяя брата в плечо.  — Как скажешь, – икая смеется Чонгук и резко останавливается, меняясь в лице. — Что-то мне не хорошо, – сдерживая рвотные позывы. — Эй, тихо, нам немного осталось до дома! – беспокойно говорит Мин и подходит к другу, придерживаяя того под руками. — Дотерпи, – вздыхает. — Только не на улице, умоляю, – он в отчаянии.  — Фу, Чонгук, как же так, – язвит младшая. — Совсем меры не знаешь! – качает головой и смеётся себе под нос.  — Ахринела? – выкрикивает Чон. — Мне вспомнить как ты жалобно умоляла меня подержать тебе волосы?  — Заткнись! – прожигающим взглядом смотрит блондинка.  — То-то, – вновь икает парень.  Уставшие, но всё ещё разгорячённые друзья шатаясь плетутся домой. Девушка кутается в пушистую шубу, и делает осторожные шаги на каблуках, пока сзади уставший Мин тащит полусознательного Чонгука. Сегодня они отдыхали в компании друг друга, посетили пару клубов и баров, а напоследок забежали в круглосуточный магазин. Помимо воды и влажных салфеток, они купили кучу закусок. Что-то никогда не меняется. Хана наконец-то стала совершеннолетней, так что компания веселилась до последнего. На всех правах девушка пробовала новые напитки, без страха быть осуждённой старшими. Чон на пару с ней растворился в сигаретном дыму и дал себе волю, пока Юнги до последнего старался сохранить разум в трезвости, дабы за ними приглядывать. Но… Блондинка умеет уговаривать, так что и Мин смог по-настоящему расслабиться.  Вообще-то, Хане стоило больших усилий затащить самого старшего в ночной клуб. Тот отнекивался, мол «Возраст уже не тот» и что он совсем не подходит для таких мероприятий, только мешать будет. Ну что за бред? Ему только двадцать пять лет, а он уже ворчит как старый дед. Девушка не принимала отказы, и в итоге всё получилось именно так, как она и хотела.  Все трое заваливаются в квартиру Юнги. Тёмные тона в мебели и светлые в основном оформлении интерьера, прямые линии и простые украшения, что дополняют общую атмосферу. В гостиной, помимо мягкого дивана и стеклянного столика, большую часть пространства занимает старенькое поцарапанное пианино. То самое, которое стало его первой любовью. В коридоре включается свет и Мин не разуваясь ведёт Чонгука в уборную. По лицу младшего видно, что тому просто необходимо отчистить желудок и освежиться под холодной водой. Парни скрываются в ванной комнате, а Хана, снимая находу шубу, проходит на кухню с большим пакетом купленной еды.  Пока старшие возятся за закрытой дверью и шумит вода, девушка решает разобрать покупки. Нужно сделать что-то перекусить, а то в животе просто зверский голод. Крайний раз они все ели около восьми часов вечера, а сейчас уже глубокая ночь, с намёком на скорый рассвет. Одними закусками они точно не наедятся. Блондинка ставит кастрюлю на плиту и достаёт две упаковки чаджамёна. До закипания воды ещё несколько минут, так что Хана достаёт прочие закуски и напитки.  — Чонгук, я буду припоминать тебе это до конца жизни, – бубнит Мин и помогает младшему дойти до дивана в зале. — Чёртов смертник, сколько он выпил?   — Не знаю, думаю он очаровал бармена и тот подливал ему больше, чем нам, – улыбается девушка и забрасывает лапшу в кипящую воду.  — Не удивлюсь, – смеётся парень и накрывает друга тёплым пледом. — Что готовишь?  — Чаджамён, я тысячу лет его не ела, – разворачивается к старшему и поправляет золотистые локоны. Юнги ещё раз окидывает уставшим взглядом Чона, и, убедившись что тот засыпает, подходит к подруге. На волосах и чёрных ресницах застыли крохотные капельки воды, подобные жемчужинам, а с губ почти стёрлась винного цвета помада. Невероятно красива. Блондинка занята приготовлением еды, глаза бегают из стороны в сторону, а Мин не способен сказать даже слово. Не хочется прерывать тишину. Внутри, под грудой костей, что-то явно начинает жечь.  — Юнги, – парень не сразу слышит как к нему обращаются. — Юнги, садись кушать, – наконец он приходит в себя.  Мин глубоко погрузился в свои мысли, что вьюгой воспоминаний застелили глаза. Не так давно он познакомился с младшими, а оказывается прошло уже четыре года. Время летит очень быстро. Он и не заметил как те окончили школу и стали совсем самостоятельными. Ему больше не нужно забирать их после уроков и не нужно прикрывать перед родителями. Чонгук и Хана теперь в полной мере ответственны за свое будущее, а он… Нет, Мин никогда не сможет отречься от своего места в их дружбе. Он всегда будет для них опорой и защитой, но как же непривычно видеть этих двоих в роли взрослых.  После очень позднего ужина, или раннего завтрака дымка алкогольного опьянения сошла с лиц друзей, осталась лишь лёгкая расслабленность. Звучат разговоры и самый искренний смех, тарелки пусты, но вот души полны тепла и радости. На кухне горит неяркий свет, создающий уютный полумрак, а в зале на диване спокойно спит Чонгук, заботливо укрытый мягким пледом. За окнами так и кружатся хлопья снега, что в миг тают на, усыпанном жёлтыми листьями, асфальте. Прохладный ветер уводит в медленный танец ветви деревьев, срывая последние поцелуи осени.  Парень и девушка сидят на кухне за небольшим столом и мило болтают. Телефоны стоят на зарядке и посуда покоится в раковине. Глаза пересекаются и взгляды оставляют после себя недосказанность. Что они скрывают? Что не могут поведать друг другу?  — Ну так это правда! – наигранно возмущается блондинка. — Именно поэтому в такие моменты Люди и загадывают желания! – доносятся обрывки диалога.  — Да, но они не всегда сбываются, при этом вера почему-то живёт. Наверное, это уже остаточная традиция и детская наивность, – говорит Мин и прокручивает на своём запястье серебряный браслет.  — Не совсем, – янтарная радужка искрится светом. — Разве это не прекрасный момент отдаться своему сердцу и искренне поверить в чудо? Подумай, сколько есть способов загадать желание! – улыбка расширяется. — Кто-то просит заветное у падающей звезды, кто-то шепчет об этом, когда выпадает ресничка, а кто-то верит в совпадение чисел! — Это безусловно прекрасно, в этом есть волшебство момента, но разве Люди потом не разочаровываются? – вопросительно выгибает бровь старший.  — Разочаровываются, но мечты живут вечно. Некоторые из них мы способны воплотить сами, а некоторые так и останутся сокровенным и тайным, – Хана опускает взгляд.  Юнги следит за каждой эмоцией на лице подруги и сердце замирает от каждого её слова. Она права. Который раз она оказывается настолько проницательна. Совершенно простой разговор об обычных и таких привычных вещах, но в душе ноющая боль закручивает узлы из ласковых чувств старшего. Он смотрит на девушку и ощущает покалывание в области груди. Мину нравится видеть её такой вдохновлённой, нравится сидеть с ней и говорить на абсолютно разные темы и проводить с ней время наедине. Ему что, нравится сама Хана? “You gave me a shoulder when I needed it. You showed me love when I wasn't feeling it. You helped me fight when I was giving in. And you made me laugh when I was losing it.” (Get You the Moon – Kina feat. Snow.) — А у тебя есть желание? – делает паузу. — Есть ли то, что я смогу исполнить? – по коже бегут мурашки, он говорит со всей серьёзностью.  Девушка не знает что ответить, вопрос друга застал её врасплох. Она снова теряется в глазах парня и путается в своих эмоциях, но ни на секунду не сомневается в своих чувствах. Что шепчет ей сегодняшний вечер? Что рассказывает морозный ветер и о чём секретничает багровая листва?  — Танец, – выпаливает блондинка и затаивает дыхание.  — Медленный танец? – переспрашивает Юнги, а по горлу течёт гадкий страх. Чего же он боится? Что пугает его в эту долгую минуту? Всё просто. Мин познакомился с девушкой, когда той было шестнадцать. Она была подростком, она была ребёнком для уже совершеннолетнего парня. Он воспринимал её как сестру, и её чувства казались для него чем-то несерьёзным. Юнги надеялся, что она перерастёт эту влюблённость, но её взгляд не поменялся даже спустя столько лет. Старший тяжело переживал эти чувства подруги, ведь он никак не смог бы ответить на них. Между ними слишком весомая разница, учитывая что Хана была ещё совсем юной и с рюкзаком за спиной.  — Да, это моё желание, – голос Ханы становится тише и звучит уже не так уверено.  Юнги встаёт со своего места и осторожно протягивает руку подруге. Он видит удивление и радость в её глазах и где-то вдалеке мелькают силуэты дрожащей надежды. Ладонь в ладони и они совсем близко друг к другу. Парень легко кладёт руку на талию младшей, наблюдая за её реакцией. Ему очень не хочется напугать Хану своими действиями. Для него безумно важно её доверие.  “'Cause you are, you are –  The reason why I'm still hanging on. 'Cause you are, you are – The reason why my head is still above water.” (Get You the Moon – Kina feat. Snow.) Грудная клетка вздымается и горячее дыхание приятно опалят нежную кожу. Волосы золотистого цвета легко спадают на плечи девушки, а выбившиеся из укладки пряди блестят в свете тусклых ламп. Один шаг и второй. Мин сжимает холодную руку подруги и в сердце прорастают самые красивые цветы. Может быть его чувства не такие уж и неправильные? Может быть так и должно быть? Парень совсем не знает за какую мысль ухватиться.    Хочется быть ближе, хочется почувствовать касания по всей коже. Хочется раскрыть свою, и поймать чужую душу. Хочется узнать что будет, если они соединятся. Старший отпускает ладонь Ханы и медленно ведёт рукой по её спине и лопаткам, проходится по шее и зарывается пальцами в светлые волосы. Другой рукой он прижимает её ещё теснее к себе и вдыхает сладкий аромат. Он хочет держать с ней один зонтик да двоих в проливной дождь, хочет придавать смысл ярким звёздам и слушать музыку, отдавая ей левый наушник. Он бы отдал ей Луну. Он бы отдал ей себя.  Хана обнимает парня в ответ и прислушивается к биению чужого сердца. Оно вот-вот вырвется из груди, как и у неё. Так тепло. Ей нравится вот так стоять с ним в тишине, когда слышен шум улиц и тиканье настенных часов.  Они только вдвоём. Рядом никого. Оба молчат о своих чувствах, ни слова не говорят. Может они и не нужны? Они вжимаются друг в друга всё больше, будто боятся потерять. Этого никто не увидит, никто не узнает, но воспоминание останется отпечатанным на сердцах обоих. Нечто интимное и тайное. Нечто необъяснимое и неприкосновенное.  “And if I could, I'd get you the moon, And give it to you. And if death was coming for you, I'd give my life for you.” (Get You the Moon – Kina feat. Snow.) /end flashback/  Тогда он с тяжестью в груди отрёкся от своей тяги. Дружба. Вот тот вердикт «Судьбы», который был придуман самим Мином. А сейчас? Сейчас его пугает неизведанное и до боли знакомое под сердцем. Это ломает кости, впивается в мышцы и раздражает кожу. Он осознаёт, что перед ним больше не маленькая девочка с цветными прядями и взрывным характером, а вполне взрослая девушка, способная принимать непростые решения. Это слишком сложно. Как он в один миг может поменять своё восприятие? Как он может видеть в ней женщину? Имеет ли он на это право, после всего пережитого вместе?  — Тэ… – «безжизненно» тянет Хосок, что вырывает и Юнги из собственных мыслей. — Налей мне пожалуйста водички, – откидывая голову назад и прикрывая веки.  — Пьянь, – бубнит себе под нос Ким, но послушно выполняет просьбу брата. — Всё готово, – перекладывая ароматное мясо на тарелку говорит Тэхён. — Юнги, вино в холодильнике, – проходя мимо.  — Да, Шеф, – ухмыляется Мин, поправляя рыжие пряди.  — Вы собираетесь пить? – округляет глаза Хана, застыв в дверях ванной комнаты.  — А что такого? – быстро моргает Чон в недоумении.  — Вчера не хватило? – выгибает бровь младшая. — Мы, – указывая на Тэхёна. — В отличии от вас, не пили как в последний раз, – улыбается парень.  — Да ну, Чонгук, мы правда совсем понемногу выпили, – яро жестикулируя оправдывается Юнги.  — Как же… – кидая многозначительный взгляд на Хосока.  Чон только делает вид, что не верит. Наверно. Как знать? Это на самом деле не столь важно. Сейчас они все вместе, в одном доме и с одинаковыми счастливыми улыбками. Что может быть важнее этого?  За столом как всегда смех и счастливые улыбки. Каждая тарелка полна еды, как и сердца друзей полны своих переживаний, тайн и чувств. У кого-то неприятное прошлое, а у кого-то настоящее. Это самая жестокая игра в покер. Никто не знает у кого какие карты, а вместо фишек детские и взрослые травмы, секреты и даже жизни. Всё прячут козыри, до самого конца.  В умах Людей решения и выборы, обстоятельства и ошибки. Жизнь подстерегает и готова напасть в любой момент, и только от нас зависит реакция на её козни. А что, если я вам скажу, что это не плохо? Жизнь учит нас многому, сквозь боль, радость и непонимание. Все трудности созданы именно для того, чтобы мы стали опытнее и оказались в наилучших обстоятельствах, из всех возможных. Мы в праве поступать так, как диктует нам сердце. Мы всегда можем изменить исход.  late За окном сахарной пудрой падает снег. Морозный ветер колышет тонкие ветви деревьев, а лужи покрылись льдом. Слышен шум машин. Люди скрываются в тёплых куртках и пушистых шубах. В квартире почти полная тишина. Полумрак. Посуда убрана, а на столе одиноко стоит рамка с фотографией трёх друзей. Подарки распечатаны, на полу обрывки упаковочной бумаги. На диване сопит Хосок в обнимку с Юнги. Забавно и мило. Спальное место на полу сегодня не пригодилось. На кухне сидит уставший Тэхён, а рядом бутылка красного полусладкого.  — Как тебе ужин, – обращается Ким к младшему, как только тот выходит из душа.  — Всё было невероятно вкусно! – обходит и становится за спиной любимого.    Родные объятия, которые заставляют покой и умиротворение разливаться по венам. В нос бьет запах пряных трав. Рядом хорошо. Пальцы перебирают тёмные пряди волос, а веки прикрываются. Ресницы дрожат. Горячее дыхание обжигает тонкую кожу. Внутри зажигаются звёзды и расцветают невообразимо красивые цветы. Чувствуют друг друга, чувствуют каждой частью тела. Даже во вдохе и молчании ощущается Любовь. Чистая, страстная и самая крепкая. Чонгук очень сильно влюблён, как и Тэхён. Они нуждаются в каждой секунде вместе. Хочется провести в объятиях друг друга вечность. Целовать и слушать глупые шутки, ездить по ночному городу и видеть цветущую улыбку.  — Детка... – сжимает ладони младшего. — Я люблю тебя. — И я люблю тебя, – усаживается рядом. В голову резко ударяет мысль о доверии. Чонгук доверил бы Тэхёну всего себя и свою жизнь. Он бы даже не сомневался. Старший знает практически всё. Знает о родителях, о травмах и переживаниях, о проблемах сестры, но…есть вещи, которые ему ещё неизвестны. Сделать шаг? Поведать то, от чего внутри всё сжимается?  Иметь секреты в отношениях очень сложно. После открытия правды тяжело как человеку, который хранил их, сжигая себя изнутри, так и человеку, который внезапно всё узнаёт, и ощущение будто пронзает сотнями иголок. Рассказать хочется, но язык скован. То, что сидит под сердцем долгие годы, явно не хочет вылезать наружу.  Страшно, но любимый всё выслушает и поможет. По-другому и быть не может. Чон много думал о своём «секрете». Хотя это даже сложно назвать чем-то тайным, долги матери – часть его прошлого, что до сих пор пленит отголосками ужаса. Он обязан рассказать Тэхёну обо всём. Не может он хранить это в себе так долго, ведь сожрёт же, хрустя костями. Они поговорят, действительно обсудят каждую мелочь, просто немного позже. Сегодня был чудесный день, и так не хочется грузить мысли чем-то иным.  «Когда он зажигает свой фонарь, то в небе как будто бы появляется ещё одна звезда или цветок.» («Маленький принц.»)  [03:46] Полумрак и смятые простыни. На столе разбросаны какие-то бумаги, а рядом стакан с виски. В кресле сидит задумчивый Сокджин. Запах сигарет. Дым оседает в лёгких. Между губ зажат фильтр, а глаза устремлены куда-то в пустоту. В мыслях продумывание и решимость. Атмосфера гнетущая.  — О чём думаешь? – прикрываясь одеялом интересуется Чимин.  — Я хочу отобрать всё, – не переводит взгляд, слишком поглощен.  — Что? У кого? – выгибает бровь Пак.  — У Тэхёна, – делает глоток терпкого алкоголя. — Сделка сорвалась, да и один его вид выводит из себя. Ещё и его новый парень, – раздраженно дёргает уголком губ. — Кукольные глазки, – цедит сквозь зубы.  — А что он? – Чимин встаёт и подходит к Киму.  — Ничего, – отмахивается старший. — У них видимо всё прекрасно. — Так если у них всё так хорошо… – руки скользят по плечам и Пак обнимает Джина. — Может тебе отобрать именно его? – небольшой поцелуй в щёку.  — Хорошая идея, малыш, – усмехается Ким. — Ты сегодня радуешь, иди сюда. – Сокджин поворачивается.  Вовлекает в поцелуй и усаживает к себе на колени. Звуки соприкасающихся губ. Руки плавно ведут по голому телу. Изменщик и предатель всё также вместе. Они нашли друг друга.  Идея в голове Джина зарождается как по щелчку пальцев. Что же он придумал?