Голубая кровь и предрассудки

Пэнси шла в сторону кабинета по ЗОТИ, прикидывая, сколько у нее осталось времени до помолвки. Вероятнее всего, празднование состоится летом. А затем, после школы - свадьба. Следующее, что от нее будет требоваться - родить наследника. Тяжело вздохнув, слизеринка лелейно прикоснулась к своей черной тетради, в которой у нее были сноски, заметки и несколько статей, которые бы она хотела попробовать, отправить на рассмотрение в журнал. Как-то сидя на матче между Слизерином и Когтевраном, Пэнси оказалась в плену у вдохновения и не могла оторваться. Было даже не слышно, как к ней подсела эта чудаковатая блондинка Лавгуд и сказала ей, что у нее талант. А так же, что если та захочет, то может попросить своего отца выпустить что-то в "Придиру". Пэнси бы послала девушку со своими предложениями и подачками, куда подальше, ведь у той же самой слизеринки и ее семьи возможностей больше. Вот только своими связями воспользоваться не получиться из-за отца, а это какой-никакой шанс. Да, отец был бы в бешенстве, если бы наткнулся на статью своей строптивой дочери. - Пэнс, привет. Я соскучился. - Со спины девушку обхватили чьи-то руки, а судя по наглости и голосу, их обладатель был Теодор. Паркинсон в последнее время стала все больше присматриваться к своему жениху. Он был объективно красив, бесспорно умен. Естественно, благороден, чистокровен, богат и интеллигентен. Его чувство юмора и подход всегда расслабляли. Парень всегда был на приколе, легко мог поддержать. Он был идеальным, за исключением одного "но". Тео был навязан ей насильно. Однако, внимание брюнета было приятно ей. Легкий флирт, шутки и глуповатые подкаты поднимали ей настроение. Пэнси старалась разглядеть в нем кого-то большего, чем друг, но пока выходило не очень. - Тео, в следующий раз, руки оторву, ясно? - Паркинсон закатила глаза и оттолкнула парня от себя подальше. В кабинете уже собрались студенты Гриффиндора и Слизерина. На задних партах уже расселись Поттер с Уизли, спереди них развалился неуклюжий Долгопупс с Финниганом, имя которого, она никак не могла запомнить за столько лет обучения. Дафна, как последний предатель уселась к Миллисенте Булстроуд. Слизеринка заметила на втором ряду, Гермиону, которая подняла бровь, смотря на нее. Паркинсон заметив рядом с ней свободное место, хмыкнула и села рядом с гриффиндоркой. Стоящий сзади Тео ворчал что-то себе под нос, напоминающее "Бред какой-то", а затем плюхнулся сзади девушек. Раскладывая пергаменты, чернила, учебники и прочие принадлежности, слизеринка чувствовала взгляды, направленные на них с Розье. Действительно, сенсация - Гриффиндорка и слизеринка сидят за одной партой и еще не вскинули палочки. Знали бы они, сколько раз эти палочки они уже направляли друг на друга, то непременно их хватил бы сердечный приступ. По правде говоря, девушки снова стали общаться после их встречи на свадьбе. Пересекались в библиотеке, иногда молчали в кабинете плаксы Миртл, когда кому-то становилось плохо. Они до сих пор не лезли друг другу в душу, просто отправляли сообщение по монеткам, которые гриффиндорка зачаровала, чтобы те нагревались при коротких сообщениях. Так девушки всегда знали, где друг друга искать. Им это было нужно. - Друзья еще не успели разорвать тебя из-за твоей новой фамилией? - Повернувшись к соседке, спросила Пэнси. - Как видишь, живая... - Поджав губы, нахмурилась гриффиндорка. Пэнси думала о том, знают ли ее друзья, что проживает их подруга? Знают, что Гермиона жила под одной крышей с Темным Лордом, что подвергалась Круцио? Что была сломленной в день той самой, непреднамеренной свадьбы, которую огласили, как самое известное событие года? Пресса сделала свое дело и выставило все, как самый счастливый день для парочки и их семьи, но Паркинсон видела ее. Гермиона была потеряна, предана и почти сломлена. В ней еще горит этот гриффиндорский огонек, но что-то уже было не так. Слизеринка бы не заметила этого, но она делила с ней комнату целый учебный год в Шармбатоне. Чтобы не проживала эта девушка, такой она видела ее впервые. - Они ничего не знают, да? - Пэнси беглам взглядом указала в сторону ее друзей. Гермиона смотрела на слизеринку, пока ее фасад беззаботности стал давать трещины. Пэнси видела их. Узнавала. Они были с ней такими разными, но такими похожими. Несколько мгновений, незаметных для окружающих и Розье наконец покачала головой в отрицательном жесте, а после повернулась сторону задних парт. - Если узнают, ничего хорошего все равно не выйдет. Главное, что с ними все хорошо. - Мия, у тебя синдром мученика, ты в курсе? - засмеялась слизеринка, выводя девушку из чувства вины и апатии. - Знаешь, раньше я воспринимала тебя, как патологическую стерву. - Улыбнулась гриффиндорка. Брюнетка не знала смеяться ей или съязвить, но ощущения были теплыми. Пэнси знала, что Гермиона не имела ввиду ничего плохого, поэтому расслабилась. - Да? А что же сейчас? - Я и сейчас того же мнения, просто теперь это меня не раздражает. - Засмеялась девушка. Пэнси правда старалась держаться холодно в обществе ее однокурсников, но та легкость, что появилась во время разговора с девушкой, заставила ее отпустить себя и подхватить смех. Звонкий, чистый, такой нужный. Пока девушки заливались во всю, другие не могли поверить своим глазам. Где-то сзади один брюнет протирал свои очки, чтобы удостовериться, что зрение его не подводит, а рядом сидящий рыжий кипел от злости. В это время в кабинет влетел Малфой, который при виде той же картины, резко остановился, а после отмерев, прошел к Теодору. Усаживаясь рядом, Драко все еще недоверчиво поглядывал на парочку перед ним. - Я что-то пропустил? - Подтягивая сумку к себе, заговорил слизеринец. - Если бы я знал... - Подперев голову рукой, Тео снова уперся взглядом в свои конспекты. **** Гермиона шла в сторону Большого зала в приподнятом настроении. Она всегда чувствовала себя хоть на чуточку легче от общения с Паркинсон. Брюнетка была единственной, кроме Драко, кто знал больше других. Пусть гриффиндорка никогда не рассказывала ничего, Пэнс была не глупа и неплохо сопоставляла факты. Не было никаких жалостливых взглядов, участливых улыбок. На их месте было молчание, разделенное на двоих, были поединки, где срывались все маски, а еще были шутки. Много шуток, так неподходяще и подходяще одновременно. Девушка услышала голос своего друга, который бежал ей в след и запыхался. Она остановилась и стала ждать, когда тот догонит ее, чтобы вместе пойти на обед. Желудок постоянно урчал, ведь позавтракать с утра она не успела, поэтому ей хотелось, как можно скорее оказаться за столом и съесть целую дюжину всего. - Гермиона, что все это значит? - щеки парня начали окрашиваться в розоватый оттенок, а голос принял стальные нотки. - О чем ты? - Не понимала девушка, обдумывая что такого произошло, что могло так вывести парня из себя. Рон подождал пока другие ученики пройдут мимо них. Когда же коридор стал менее многолюдным, сжал кулаки и недовольно посмотрел на девушку, закипая все сильнее. - С каких пор ты таскаешься с Паркинсон и сидишь с ней за одной партой? - Гермиона опешила от такого наезда, думала, что произошло что-то серьезное, а получается вся эта экспрессия из-за того, что она села с представителем слизеринского факультета? В голове появились разные сценарии, как можно было бы разразиться на друга собственным недовольством. Друг вел себя, как ребенок и это ее бесило. - Перестань, Рональд. - Сложив руки на груди, девушка постаралась избежать скандала. - Гермиона, ты дружишь с нашим врагом! - Вспыхнувшего Уизли, было не остановить, пока тот не выскажет все, что у него на уме и не важно, хотел тот другой его слушать или нет. Это было в стиле Рона. - С врагом значит? - Да, с врагом. Герм, тебе не кажется, что в твоей жизни стало как-то слишком много слизеринцев? - Пока Рон активно жестикулировал и сыпал в ее сторону своим негодованием, она старалась оправдать его поведение, но не смогла. - Рональд Билиус Уизли! - Зарычала девушка. - Я спускала тебе твое поведение слишком долго, нянчилась с твоим хрупким самолюбием, но это уже переходит все границы. Все, хватит! Надоело! Я не заслуживаю такого отношения, ясно? Гермиона уже хотела уйти в сторону башни, так как есть перехотелось, но решила пойти в ва банк и высказать все. Пусть даже потом, она пожалеет о своих словах. - О, и еще кое-что, где же был ты, когда у меня были тяжкие минуты? Как ты себя вел в этот момент? - Гермиона шла на парня, который с каждым словом сжимался и тушевался. - Она была рядом, а не Вы! Так что я не обязана объяснятся! Сорвавшись с места, девушка ушла, снова сдерживая слезы из-за того, что друг заставил ее вспомнить о своих самых потаенных обидах, которые были в целом-то беспочвенны. Гермиона понимала, что если бы ее друзья знали все, что происходит, было бы все иначе и она не чувствовала бы себя такой брошенной и одинокой. Все было бы иначе. Но все идет так, как идет. Поэтому сейчас она бежит к своей комнате с снова подступившимся чувством обиды. **** Драко сидел в главном зале и периодически бросал взгляд на гриффиндорский стол. Он точно видел, что Гермиона шла прямо за ним, так почему же она все еще не пришла? Заметив кипящего Уизли, блондин напрягся. Особенно после того, как Уизлетта подскочила со своего места и крикнула на брата о том, что тот идиот. Взмахнув своими ярко-рыжими волосами, девушка прошла мимо нищего и задев того плечом, выбежала из зала. Пока Малфой обдумывал, что же произошло и где его жена, то чуть не упустил интересную реакцию на младшую Уизли своего друга. Мулат, кажется, даже не дышал. Было занимательно наблюдать за человеком, которого ты знаешь с детства, затапливающего слюнями все вокруг из-за определенной девушки. Забини никогда не отличался привязанностями или платоническими чувствами. Он называл себя "Свободолюбивым мореплавателем". Мол зачем прирастать к одному острову, когда столько в мире всего неизведанного. Пихнув друга в бок, слизеринец не удержался. - Ты что запал на Уизлетту? - Ты бредишь, Малфой. - Итальянец закатил глаза и ответил более раздражительно, чем когда-либо. Драко не верил глазам. Его друг и правда был влюблен. Посмотрев в сторону красно-золотых, Драко удостоверился, что Гермиона так и не пришла. А затем перевел взгляд на ее дружков, остановившись на Поттере. Понимая, насколько ситуация неприятная, блондин заговорил. - Ага, а еще Поттер не избранный. Кстати, о нем - он ее парень, если ты не заметил. - Пока блондин говорил, то заметил напрягшуюся спину собеседника при упоминании шрамоголового. - Так что перестань мучить себя. Либо, признайся ей, хоть и шанс того, что она бросит мальчика-который-все-никак-не-сдохнет равен нулю, либо верни себе гордость и обрати внимание на кого-то другого. Малфой понимал, как жестоко это звучит. Понимал, что, кто бы что не сказал, мулат вряд ли послушает. И здесь дело не в упрямстве, а в том, что сердцу не прикажешь. Драко сам множество раз пытался обманываться, пробовал смотреть на других, трахать других. И где он сейчас? Все на том же месте, хоть и гриффиндорская принцесса принадлежит теперь ему. Да, ему просто повезло. Но Мулат, повезет ли так ему? - Отвали. - Буркнул друг и уткнулся к себе в тарелку.