Госпожа некромаг

На практикум по магической криминалистике для старшекурсников поступило столько заявок, что пришлось создать лист ожидания. Зайдя в класс, студенты увидели, что половину помещения занимает дом, точнее, три полуразрушенные стены и дощатый пол. С торчавших наверху потолочных балок свешивалась паутина. Ветхий пол покрывали бурые пятна. Начиная урок, профессор Оуэн объяснила: — Для нашего занятия профессор Снейп создал модель места, где произошло несколько убийств. Модель выполнена невероятно качественно, и ощущается, как настоящее место преступления. Я много их перевидала, но эта — лучшая. Так что, профессор Снейп, если вам надоест работать в школе, уверена, наши криминалисты примут вас с распростертыми объятьями. — Не сомневаюсь, — буркнул Снейп. Перспектива оказаться в объятьях министерских криминалистов его явно не вдохновляла, и в целом вид у него сегодня был еще более недовольный, чем обычно, и еще более бледный — из-за темных мешков под глазами. — Итак, это не настоящее место преступления, а сложная иллюзия с элементами протеевых чар, — продолжила Джулия. — Протеевы чары! Но ведь это значит, что эти убийства действительно где-то произошли? — поразилась Эмилия Сильверстайн. — Молодец, отличное рассуждение! — обрадовалась Джулия. — Неплохо, мисс Сильверстайн, — вступил Снейп. — Я действительно использовал протеевы чары, чтобы создать связь с настоящими смертями, которые произошли далеко отсюда. Иначе наша модель не была бы действующей. Пять очков Рэйвенкло. Было бы десять, если бы вы не выскакивали с места, а дождались, пока профессор Оуэн или я зададим вопрос и предоставим вам слово! Джулия поймала его взгляд и дернула бровями: «Зачем так жестко? умный же ребенок!» Северус поджал губы в ответ: «Так надо. Нельзя их распускать». — Итак, с помощью этой модели мы покажем, как криминалисты определяют, где именно произошло убийство, и как был убит человек, — продолжала Оуэн. — Для этого используется порошок из костей фестрала или фестралий, — Снейп показал всем баночку с белым порошком. — Кто может видеть фестралов? — Те, кто видел чью-то смерть, — ответил рыжий Чарли Кроули. — Верно, Кроули. Только те, кто был свидетелем чужой смерти. Частицы костей фестрала обладают тем же свойством, поэтому, чтобы их могли видеть все, их скрепляют с частицами какого-нибудь нейтрального вещества. Поскольку у фестралов особая связь с миром мертвых, порошок из их костей притягивается туда, где недавно произошло расставание души с телом. И кроме того, он реагирует на след заклинаний, способных причинить смерть. Причем реакция настолько сильная, что видима для всех. Смотрите! Снейп бросил щепотку порошка в воздух внутрь созданной им развалины. Фестралий не упал на землю, но завис в воздухе белым облаком, потом разделился. Часть облака двинулась в угол, часть — к скоплению бурых пятен, еще часть — наверх, к обломку потолочной балки. Достигнув угла, белые крупинки начали мерцать зеленоватым свечением. Оуэн подошла к этой части макета и замерла над мерцающими крупинками, словно ждала, пока они полностью окрасятся и остановят свой танец в воздухе. Снейп, оставшийся у стола, вдруг сделал резкое движение, и все студенты, которые тоже как завороженные смотрели на облачко фестралия, повернулись к нему. Он застыл на мгновение, потом пробормотал длинную формулу и коротко взмахнул палочкой. Заклинание проделало брешь в иллюзорных досках и высекло искры и каменную крошку из настоящего пола под макетом — как раз там, где кружилась взвесь зеленоватых крупинок. В этом месте порошок осел на пол. Профессор Оуэн подскочила от неожиданности. На ее лице мелькнул испуг, но она быстро справилась с собой и вернула свою привычную студентам блуждающую улыбку. Впрочем, теперь улыбка выходила напряженной. Джулия во все глаза смотрела на своего коллегу, словно увидела его в первый раз. Он встревоженно взглянул на нее в ответ: «Что с тобой происходит?» «Все в порядке. Объясню потом». Северус нахмурился и перевел взгляд на недоумевающих студентов: — Следует помнить об одном плохо изученном, но несомненно опасном свойстве фестралия: он локально истончает границу с миром за завесой смерти, и обитающие там существа могут проникнуть сюда. Это всего лишь макет, слабо и точечно связанный с реальными смертями, но даже здесь опасность существует, если не установить защиту. — Да, все верно, — сказала профессор Оуэн дрогнувшим голосом. — Нет, Нимфадора, профессор Снейп вовсе не пытался меня «зашибить», — продолжила она, обращаясь к студентке Хафлпафа с фиолетовыми вихрами, которая довольно громко шепталась с соседом. Нимфадора Тонкс замолкла и покраснела. — Даже если бы он ставил перед собой такую задачу, при стольких свидетелях это было бы как минимум неразумно, не находите? Напротив, своим заклинанием он укрепил границу между мирами и нейтрализовал действие фестралия, то есть предотвратил опасность, которая могла грозить нам всем. Скажите, кто-нибудь из вас сейчас увидел или почувствовал что-нибудь необычное? Подростки озадаченно переглянулись. Кто покачал головой, кто пожал плечами. Снейп стоял с непроницаемым лицом. — Понятно. Если почувствуете хоть что-то в ближайшие дни, или ночью приснится что-то странное, обязательно сообщите мне, хорошо?Необязательно что-то зловещее, это может быть и необычная эйфория, радость. — Это может быть опасно, профессор? — спросил Альфред Джиллз. — Пока нет, — ответила Оуэн. — Но будет опасно, если не начать работать с этим как можно скорее. — Предлагаю продолжить занятие, — сухо сказал Снейп. — Как видите, фестралий показывает нам, где именно случилась смерть. Это важно: не где лежало тело, а где тело рассталось с душой. Кроме того, он реагирует на заклинание, которое эту смерть причинило. Какое в данном случае? — Авада кедавра, — тихо сказал Чарли Кроули. — Кто это сделал такое, профессор? — Мы пока не знаем, Чарли, — мягко ответила Джулия. — Мои коллеги сейчас это выясняют. Все верно, здесь было применено непростительное заклятье. С авадой проще всего, только она дает это жуткое зеленоватое мерцание. Профессора продемонстрировали еще несколько способов считывать информацию с места преступления. Второе убийство было совершено немагическим способом, и здесь требовался другой набор техник для считывания следов, и много нужно было работать с мертвым телом. Некоторые студенты были разочарованы, когда узнали, что профессор Оуэн не будет показывать им, как некромаги читают трупы. Отказалась она и комментировать третью смерть, представленную на модели — кто-то повесился на балке. «Такие случаи для нас — самые тяжелые, — сказала она. — Достаточно сказать, что душа самоубийцы крайне опасна для живых и остается на месте смерти очень долго». Наконец профессор Оуэн перешла к последней теме: — Вопрос, который по разным причинам интересует многих: можно ли определить, кто именно совершил убийство. Какие идеи? — Отпечатки пальцев! — сказал Альфред Джиллз из семьи магглов. — Хорошая маггловская техника, но если убийство совершено магически, то шансов найти отпечатки мало. — Следы души? — предположила Нимфадора Тонкс. — Я слышала, что убийца всегда оставляет на месте убийства кусочек своей души. — Да. Очень хорошо, Тонкс. 10 очков Хаффлпаф. Это действительно так. Запомните это все. Тот, кто отнял жизнь, теряет часть своей собственной души. Правда, увидеть эту часть на месте преступления и тем более опознать по ней ее бывшего владельца — чрезвычайно сложная и опасная задача. При отделении фрагмента души освобождается большое количество сырой магии, а сам потерянный фрагмент переживает сильное смятение и потому тем более опасен. Чтобы успешно сопротивляться этим силам, да еще и получить от них информацию, нужен особый талант и долгая тренировка. Людей, которые это могут, очень мало. Их называют некромагами, и они все наперечет в Министерстве. — Профессор Оуэн, а правда, что некромаг может оживлять мертвых? — спросила Эмилия. — Не совсем. Чтобы добыть информацию, некромаги никого не оживляют. Они работают или напрямую с душами за гранью смерти, или с отпечатками и следами, которые человек оставляет после себя на этом свете. Самый очевидный такой след — это портрет, но мы все знаем, что с портретом не поговоришь, он в лучшем случае будет тебе пересказывать все, чему его успели научить при создании. Мы умеем снимать информацию с более тонких следов. — А как же Орфей? Он же почти привел Эвридику назад с того света? — Да, Орфей был выдающимся некромагом. Он разработал технологию, чтобы оживить свою возлюбленную, и ему почти удалось, только в самом конце он совершил фатальную ошибку. В принципе, если человек умер только что, и тело безнадежно не повреждено, то можно рискнуть и попытаться использовать древние инструменты Орфея, чтобы вернуть душу. И есть мнение, что если некромаг и умерший любили друг друга, то шансов больше. Понимаете, важно, чтобы душа сама захотела вернуться. Но это уже область философии, а не научных фактов. Все, урок окончен. Сегодня за обедом налегайте на десерт! Вы заслужили!