Возвращаясь домой

— Леви? Леви Аккерман? Надо же, как ты повзрослел! — Эрен протянул руку для рукопожатия, растягивая пухлые губы в красивой улыбке. Вместо того, чтобы пожать руку омеги, Леви осторожно перехватил его за запястье и галантно поцеловал тыльную сторону ладони — давно устаревший жест от альф по отношению к омегам и женщинам, но мать Леви хорошо его воспитала. Достаточно, чтобы в двадцать два года Леви знал, как правильно общаться с омегами и девушками. Эрен явно этого не ожидал, судя по покрасневшим ушам — Леви был уверен, что румянец на щеках скрывала тонна штукатурки. Леви никогда не понимал, почему омеги и женщины так одержимы косметикой. Не говоря уже о том, что Эрен был красив сам по себе. Леви помнил образ семнадцатилетнего омеги достаточно хорошо, чтобы быть уверенным в этом, но тем не менее — краситься или нет, было делом самого Эрена. — Сколько тебе лет сейчас? Двадцать?.. — поинтересовался Эрен, и от Леви не укрылось, как нервозно тот сложил руки на груди. К сожалению или к счастью, но дружба с психологом длиною в несколько лет привила ему некоторые навыки. Эрен явно нервничал, но при этом старался не показывать этого. От Леви также не укрылись нотки горького кофе — запах чужого альфы на его омеге. Альфа с трудом разжал челюсти: — Двадцать два. Двадцать три в декабре. — Охренеть, конечно, время бежит, — тихо произнёс Эрен. — Я не думал, что когда-нибудь снова тебя встречу. — Да уж. Ты постарался сделать для этого всё возможное, — скривил губы в ухмылке Леви. Взгляд Эрена потускнел, и Леви смягчил свой запах. — Извини. Вырвалось. Ты не против сходить со мной куда-нибудь поужинать? Мне бы многое хотелось обсудить с тобой. — Ам… Нет, прости, не сегодня, — виновато улыбнулся Эрен. Его лицо помрачнело на мгновение, прежде чем омега снова надел маску дружелюбия: — Вообще-то мой жених ждёт меня сегодня домой пораньше. Так что, правда, прости, но вряд ли у меня получится сходить с тобой куда-нибудь. — Жених? — нахмурился Леви. — Да… Я выхожу замуж в августе, — тихо ответил Эрен, засовывая руки в карманы штанов. — Как-то так. Первой мыслью Леви было — опоздал. Опоздал, не успел. Его омега был одной ногой замужем, от него разило запахом жжёных кофейных зёрен — Леви ненавидел кофе, — и в целом, всё в этом мире было против них, как пары. Даже Эрен никогда не воспринимал Леви всерьёз. Ну, что же, это было неудивительно — даже несмотря на то, как Леви повзрослел и возмужал, в глазах омеги он наверняка навсегда остался ребёнком. Леви мотнул головой, отгоняя от себя негативные мысли. Нет, Эрен пока что не был в браке, а только собирался выйти замуж. Леви не опоздал. Ещё нет. Эрен удивлённо уставился на него, явно сбитый с толку таким поведением. — Раз не сегодня, то, может, как-нибудь на неделе? — взяв эмоции под контроль, спокойно предложил Леви. — Я не знаю… Я посмотрю своё расписание, хорошо? — мягко улыбнулся Эрен, не говоря «нет», но и не говоря «да». Леви сокрушённо вздохнул и кивнул. — Давай я оставлю тебе свой номер телефона, — предложил альфа. — Позвонишь мне или напишешь, как сможешь. Я свободен в любое время. — Хорошо, — Эрен выглядел неуверенным, доставая телефон. — Диктуй, — сказал он, явно не желая отдавать девайс в руки Леви. Леви продиктовал свой номер телефона, и Эрен сохранил его в контактах. — Что ж, было приятно с тобой встретиться, — омега прошёл мимо Леви, обдавая его своим ароматом шоколада, смешанного с густым и горчащим запахом кофе, и помахал напоследок, быстро скрываясь за поворотом. Леви щёлкнул языком. Его не отпускало ощущение, что он зря отпустил омегу так просто; тревожное чувство свернулось тяжестью где-то в желудке. Однако Леви не мог командовать Эреном, да и ни за что не стал бы его к чему-либо принуждать. Жених же омеги сразу вызвал в нём бурю негативных эмоций, а также кучу подозрений — Эрен из смелого и уверенного в себе семнадцатилетнего подростка в новомодных шмотках превратился в зажатого и скромного тридцатилетнего омегу. Даже одевался он непонятно во что — какое-то старое тряпьё, больше него самого размера на два-три. Либо это была часть взросления, либо его альфа был тем ещё обмудком. Вздохнув, Леви вернулся к своему байку.

***

— Здорова, очкастая. Твоё пиво. — О, спасибо, коротышка! Ханджи, до этого игравшая в приставку, поставила свою игру про людоедов на паузу и радостно приняла в руки бутылку светлого нефильтрованного. Она пододвинулась на диване и похлопала по месту рядом с собой. Леви закатил глаза, но сел рядом с давней подругой — вообще, он старался ей особо не перечить, так как это действительно была собственная квартира Ханджи, в которой он жил практически бесплатно, деля на пополам с ней только коммунальные платежи. — Ну, как прошло воссоединение с истинным? — заинтересованно спросила Ханджи, ловким движением ударяя кончик бутылки о край журнального столика. Крышка отлетела, и девушка сделала пару шумных глотков. — Хуёво, — честно ответил Леви, таким же методом открывая своё пиво. — Он выходит замуж в августе. Ханджи подавилась, и пиво пошло у неё из носа. Леви спокойно наблюдал за этим цирком, пока она пыталась откашляться и не задохнуться. — И, если я правильно понимаю… кха, — откашливаясь, произнесла Ханджи. — Выходит он не за тебя? — Браво, — пробормотал альфа, также делая пару глотков своего пива. — «А» с плюсом тебе за сообразительность. — Вот, как получается, значит… — пробормотала Ханджи. — Что будешь делать? — Я дал ему свой номер телефона. Если твоя сраная наука об истинных не лжёт, то рано или поздно он захочет мне написать, и мы встретимся, даже несмотря на наличие у него альфы. — Ну, может быть, он захочет дружить с тобой? Леви уставился на неё скептическим взглядом. — Да, согласна, хрень сказанула, — послушно кивнула девушка. — Вряд ли его жених разрешит ему дружить с его предполагаемым истинным альфой. Тут и до развода недалеко. — Дело даже не в его женихе, — Леви выплюнул последнее слово, недовольно скривив лицо. — Дело в нашей связи. С тех пор, как мы впервые пожали друг другу руки тринадцать лет назад, я всегда ощущал нашу связь, и иногда улавливал отголоски его самых ярких эмоций — ярость, страх, счастье. Хотя последнего было довольно мало. И вся эта история с его женихом меня тоже напрягает, и не только из-за того, что это мой соперник. — Ну-ка, ну-ка, — заинтересованно протянула его подруга, полностью разворачиваясь к Леви. — Всё-таки мои уроки по психологии тебе пригодились? — В каком-то роде, — неохотно согласился Леви и помрачнел. — Я думаю, Эрен в абьюзивных отношениях. Он довольно нервный и зажатый. Я запомнил его довольно ярким омегой — он всегда вызывающе себя вёл, одевался в какое-то модное и яркое тряпьё. Сейчас, когда я его встретил, он был в вещах размера на два больше него самого, унылых оттенков, что вообще не в его характере — он будто хочет слиться с толпой. И несмотря на такие шмотки, у него всё лицо было в косметике. Странно, что омега, который не особо заботится о своём внешнем виде, так запаривается с тем, чтобы нанести триста слоёв косметики на лицо, правда? — Молодец, — восторженно протянула Ханджи, поправляя свои очки. — Ты действительно усвоил мои уроки психологии, малыш Леви. — Ещё раз так меня назовёшь, я тебе пиво за шиворот вылью, — спокойно ответил ей Леви. — Ладно-ладно, — примирительно подняла руки в воздух девушка. — Но ты помнишь, когда мы познакомились, ты был таким ещё малышом! Такой пятнадцатилетний мальчик хорошенький. — Звучишь как педофилка. — Боже, — Ханджи отмахнулась от него. — Я всего на пять лет тебя старше. Тогда мне было всего двадцать! Леви только неопределённо хмыкнул. Ханджи и Эрвин сейчас были единственными его друзьями, с которыми он более-менее поддерживал отношения. Друзья детства, Изабель и Фарлан — ровесники Леви, девушка с альфа-геном и альфа, — поженившись, переехали в Канаду около года назад, и сейчас они использовали только видеозвонки один-два раза в месяц, чтобы узнать дела друг друга. С Ханджи и Эрвином же Леви познакомился не при самых нормальных обстоятельствах. Леви было пятнадцать, когда он, в тайне от дяди и матери, свалил вместе с Изабель и Фарланом в другой город на концерт популярной рок-группы. Это было весело и здорово до тех пор, пока толпа на концерте не унесла Леви от его друзей — даже несмотря на то, что Леви был альфой с довольно резким запахом, он всё ещё был небольшого роста, и куча людей тогда его чуть не затоптала. И затоптала бы, если бы его вовремя не выдернули из толпы светловолосый огромный парень и девушка с полубезумным взглядом. Так он впервые познакомился с Эрвином — оказавшимся омегой, несмотря на внушительные рост и мускулы — и с Ханджи — девушкой с омега-геном. Эрвин и Ханджи проживали в Нью-Йорке — Ханджи из Бруклина, а Эрвин из Куинса. В то лето эти двое устроили себе рок-тур — ездили на разные концерты разных рок-групп в города по всем Соединённым Штатам. И когда Ханджи предложила Леви мотнуться с ними следом в другой городок на другой рок-концерт (под предлогом, что им с Эрвином не помешает один альфа для равновесия и для отпугивания других альф от их небольшой группы), Леви, неожиданно даже для себя, согласился — всё равно Иззи и Фарлан возвращались в Портленд сразу же на следующее утро. Леви же знал, что, независимо от того, вернулся бы он раньше или позже, он так или иначе получил бы пизды от матери и дяди. Поэтому с почти спокойной душой он поехал вместе с Ханджи и Эрвином дальше, спустив все свои накопленные на подработках и карманные деньги на это небольшое путешествие. Сейчас Леви объяснял своё тогдашнее поведение бушующими гормонами в подростковом возрасте, однако он не отрицал того, что всё равно временами проявлял свою некую безбашенность, как в добрые пятнадцать. Кстати говоря, Ханджи и Эрвин были крайне удивлены, когда узнали его возраст — смотря на его хмурое лицо, они решили, что Леви ровесник Эрвина (которому на тот момент было двадцать три), если даже не старше. Так завязалась их крепкая дружба. Несмотря на то, что жили они в разных частях США, они постоянно поддерживали связь, перекидываясь сообщениями или настойчиво названивая в три часа ночи (что Ханджи проворачивала довольно часто, когда она напивалась и чувствовала себя одинокой). Когда Леви было двадцать один, он закончил учёбу в колледже в своём родном городе, оставшись там, даже когда мама и дядя переехали в Солт-Лейк-Сити, он проработал некоторое время бариста в кофейне, разыскивая информацию об Эрене, и это оказалось действительно нелегко. Леви не смог найти омегу ни на фейсбуке, ни в твиттере, ни где-либо ещё — его словно не существовало в интернете, что само по себе было довольно странным. Он нашёл информацию только через его подругу Микасу, которую также хорошо запомнил в детстве. А точнее, Леви хорошо помнил её одержимость Эреном. И эта её одержимость сыграла ему на руку, когда он увидел её пост на фейсбуке, где она писала, что не дождётся встречи с Эреном в Нью-Йорке следующим летом, когда она вернётся из Японии. Не факт, конечно, что Эрен жил именно в Нью-Йорке — вполне возможно, что они с Микасой просто запланировали там провести уикэнд или навестить своих знакомых; для их встречи именно в Нью-Йорке действительно могло найтись ещё триста разных причин. Но эта зацепка была единственной у Леви, а ещё в Нью-Йорке жила Ханджи, которая ненастойчиво предлагала ему комнату в своей квартире с тех пор, как он окончил колледж. Так что Леви, недолго думая, уволился из кофейни, собрал всю свою жизнь в один чемодан и в одну дорожную сумку и полетел в Нью-Йорк. Уже в Нью-Йорке он приобрёл поддержанный недорогой, но хороший мотоцикл по наводке Эрвина, и устроился тем же бариста в одну из популярных сетей кофеен по стране. Специальность, которую он получил в колледже, была довольно скучная, — Леви вообще отучился в колледже только из-за того, что его очень сильно об этом просила мама, — и альфа на самом деле не желал просиживать свою жизнь в офисе, поэтому раздумывал над другими вариантами работы. Деньги его не сильно волновали; он мало, в чём нуждался, и к тому же, по счастливой случайности, у него было бесплатное жильё. Оставалось ещё найти Эрена. Переезд и поиски заняли довольно продолжительное время, и, когда Леви наконец встретил своего омегу, радость от их встречи была поглощена тревогой за состояние Эрена. Леви продолжал надеяться на их связь. Он не хотел быть настойчивым по отношению к Эрену, тем более, если его жених был абьюзивным мудаком. Нет, он не собирался добиваться Эрена с помощью настойчивого и нежелательного внимания. — Так о чём это мы?.. — пробормотала Ханджи, вырывая Леви из его мыслей. — Судя по тому, что ты мне рассказал, могу предположить, что на твоего Эрена действительно что-то негативно влияет. Это необязательно могут быть его отношения с его женихом, возможно, это просто стресс на фоне. Если он работает учителем, как ты выяснил, то это вполне объяснимо — сейчас сезон экзаменов. Может быть, Эрен просто вымотался, например, и успел только накраситься с утра, а вышел в чём попало, потому что уже времени не было на подбор одежды. Вечером же вёл себя так зажато, потому что был уставшим. Но это просто мои предположения, конечно, чтобы сказать точно, я должна лично с ним поговорить. — Я тебя на пушечный выстрел к нему не подпущу, — фыркнул Леви. — Обидно! — протянула Ханджи, тем не менее, ни капли не обижаясь. — Я бы столько всего ему рассказала про людскую психологию — это ведь безумно интересно! — Только для тебя, ненормальная. Несмотря на их препирательства, слова Ханджи о том, что Эрен просто испытывал стресс, звучали резонно и правдоподобно, но что-то всё равно не давало Леви покоя. Леви действительно надеялся на то, что его чувства и ощущения насчёт Эрена подвели его, и что Ханджи не ошиблась. Но он не узнает, пока нормально не поговорит с омегой. Оставалось только ждать.