Ледяное небо I: Всадник империи

      Когда Норн сказала, что будет тренировать меня, я даже в самых жутких кошмарах не мог вообразить, что мне предстоит. Все началось на второй день после нашего с Лед не очень удачного полета. Еще до восхода солнца ко мне в дверь постучали: ну как постучали, после первого удара обуха топора о дерево, я вскочил, как дракон, которому обожгли хвост, и, подлетев к двери, распахнул ее. На пороге, как ни в чем не бывало, стояла Норн, в руках всадница сжимала средних размеров боевой топор. При виде нее ругаться как-то сразу расхотелось.       — Ульвир, как хорошо, что ты уже встал. Не мог бы ты помочь мне нарубить дров, а то пожилой женщине одной с этим не справиться.       — Великий Один, спасибо тебе, что дал мне шанс в это чудесное утро помочь этой старой женщине.       — Так, ты палку не перегибай, — топор в руках валькирии опасно приблизился к моему носу. Полностью захватив тем самым мое внимание, Норн продолжила, — Ладно, пошутили и хватит, у тебя есть ровно пять минут, чтобы собраться. И учти: теперь каждый день в это самое время у нас будут проходить тренировки, иначе трещин на этой двери станет намного больше.       От такой перспективы меня передернуло, но когда тебя так вежливо просят, отказываться себе дороже. Так что уже через три минуты мы вдвоем пробирались по наметенным за ночь сугробам к выходу из деревни. Как оказалось, на нашей тренировочной площадки нас уже ждала Лед. Завидев нас, она приподняла голову и зевнула. Но с места не сдвинулась. Как ни странно, валькирия ни слова ей не сказала и повернулась ко мне.       — Ты хорошо научился уклоняться от ударов, но в бою это не всегда приведет к победе. Удары еще и держать неплохо бы надо. Так что для начала этим мы и займемся, — воительница вытащила из-под корней поваленного дерева небольшой щит.       — Но разве мне не стоит учиться блокировать удары посохом? Если честно, щит сильно мне мешает — он сковывает движения.       — Все в свое время. Однако, на поле боя посохи не валяются, а вот подвернувшийся под руку щит может спасти тебе жизнь.       Норн протянула мне деревянный диск. Смирившись, я принял его и надел на руку. Валькирия взяла в руки топор. Далее на протяжении получаса Норн нещадно колотила топором по моему щиту. За ночь площадку довольно сильно замело и рыхлый снег мешал мне двигаться. Так что за такое короткое время я три, а может, четыре раза падал в снег, рука держащая щит ужасно болела, а к концу тренировки я и вовсе перестал ее чувствовать, да и щит уже был довольно в плачевном состоянии. Наконец воительница перестала истязать мою конечность и, воткнув топор в ствол дерева, направилась к ближайшему источнику умыться. Я же облокотился о ствол ели, переводя дух. Лед, все это время с интересом наблюдавшая за тренировкой, поднялась и сделала пару кругов по поляне, а потом, легко оттолкнувшись, взмыла в небо, разминая крылья и привыкая к усилившемуся восточному ветру. Но стоило Норн снова появиться, как драконица аккуратно спланировала и, подняв в воздух комья снега, приземлилась.       Всадница с моей помощью прикрепила седло к ее спине. С некоторым трудом — рука еще плохо слушалась — я взобрался в седло и ухватился за спинной шип морозника. После первого полета было решено убрать некоторые ремни, поскольку они только мешали как Лед, так и мне самому управлять ею. Так что сместив седло немного вперед, я смог спокойно держатся за шип на шее дракона. Но сегодня в план тренировки не входили воздушные упражнения. Вместо этого валькирия заставила нас пару раз обойти поляну кругом, постоянно ускоряя темп, а затем повела в лес. Через некоторое время мы зашли в самую его чащу, но я был сильно удивлен, когда увидел, что деревья здесь стоят очень свободно. Между стволами вполне могли пройти несколько взрослых морозников. Судя по всему, несколько лет назад кто-то хорошо поработал и расчистил это место. Кроме того, здесь располагалось несколько крупных валунов и толстых стволов деревьев. Приглядевшись, я увидел на некоторых из них отметины от драконьих когтей и зубов — значит их специально оставили и разложил в этой последовательности.       — Ну вот мы и пришли. Именно здесь мы с Терионом тренировались.       — Но ведь тут негде взлететь.       — А кто сказал, что мы будем летать? - Норн хитро улыбнулась.— Наверное, самой сильной стороной морозников является их превосходная подвижность на земле — это дает им огромное преимущество практически надо всеми драконами, и эта тренировочная площадка с полосой препятствий создана специально для того, чтобы развить это качество. Так что начнем.       Далее на протяжении нескольких часов мы с Лед раз за разом пересекали полосу препятствий, но всаднице этого было мало: она давала нам все новые и новые задания. К концу тренировки я еле держался в седле, да и Лед все чаще и чаще спотыкалась. Ее дыхание участилось, а чешую покрыл пот. Вдруг, когда мы в который раз пересекали поляну, Норн размахнулась и метнула в нас небольшой нож. Это было так неожиданно, что я не успел ничего сделать. Раздался звук, похожий на треск толстого льда. Мне вдруг стало очень холодно, ощущение было такое, как будто я наполовину провалился в ледяную воду. «Тор великий, что это?» — опустив глаза, я увидел причину столь резкого похолодания. Все тело Лед покрыл слой льда примерно в ноготь толщиной. Мои ноги в местах касания с боками дракона также обледенели, не давая мне возможности спуститься на землю. Судя по удивленной морде Лед, она тоже не совсем поняла, как это у нее получилось. Осмотревшись вокруг, я заметил выпущенный валькирией нож, который теперь валялся в снегу. Скорее всего, он просто скользнул по льду, не причинив вреда морознику.       — Значит, это все-таки правда, — первой от потрясения оправилась Норн.       — Козни Локи! Что значит «это правда»? Вы же могли нас сильно ранить!       — Ой, не говори чепухи. Морознику такой пустяковый ножичек ничего бы не сделал.       По недовольному шипению со стороны драконицы стало понятно, что она так не думает и еще долго не простит валькирии эту выходку.       Между тем ноги стали уже ощутимо неметь. Нужно было что-то делать. У Норн появилась одна мысль: может лёд сам сойдет, когда дракон успокоится? Но как оказалось, это было довольно сложной задачей, и нам пришлось подождать некоторое время, пока Лед перестала шипеть на всадницу и позволила ей себя почесать. Как и думала воительница, стоило морознику успокоится, как лёд сам собой отвалился, вернув мне возможность двигаться. Естественно, ни о каком продолжении тренировки речи идти не могло. Так что мы быстро вернулись в деревню. Сидя перед камином в избе Норн, я чувствовал, как мои основательно промерзшие ноги потихоньку восстанавливают подвижность. Ума не приложу, как я вообще сумел дойти до дома воительницы.       — Я знаю, что у тебя много вопросов, — произнесла Норн, сидя в кресле и держа в руках толстую книгу. — К сожалению, на многие из них я ответить не в силах, но постараюсь. Для начала, прости за такое неожиданное нападение, но нужно было убедиться. В нашей истории был всего один всадник, который сумел подружиться с самкой морозника, и, к сожалению, записи того времени очень разрозненные. Так что мы не знаем, на что способна Лед. В сохранившихся заметках были только косвенные намеки на наличие у самок морозников ледяного панциря, и единственным способом проверить это было поставить дракона в критическую ситуацию.       — Могли бы меня сначала предупредить.       — Ульвир, ты уверен, что когда бы все узнал, позволил бы мне это сделать?       — Козни Локи, конечно же, нет!       — Ну, вот видишь? Ладно, сегодня заночуешь у меня, все равно одна комната пустует, да и в таком состоянии ты не дойдешь, но завтра мы продолжим наши тренировки.       — Надеюсь, они будут не столь экстремальные, — усмехнулся я, но молчание Валькирии мне не понравилось. Однако я так устал, что кроме как о теплой кровати, больше ни о чем думать не мог.       Прошло еще несколько наполненных тренировками дней. Я так уставал, что у меня едва хватало сил, чтобы добраться до постели — я даже иногда засыпал в доме у всадницы, будучи не в состоянии добраться до своей избы, но прогресс в тренировках был на лицо: Лед стала быстрее двигаться, да и я теперь увереннее держался в седле. В конце одного такого дня я снова вырубился в доме у валькирии.       Очередной день наступил слишком быстро, мне даже показалось, что сегодня Соль специально подгоняла своих скакунов на протяжении всего его пути. Я бы, конечно, еще понежился в кровати, но ведро холодной воды, умело выплеснутой на меня заботливой рукой воительницы, моментально отогнали последние сновидения.       — Если ты уже проснулся, то давай собирайся, Бьерг только что получил послание от вождя. И на сегодняшнем собрании ты должен обязательно присутствовать.       — Но какое отношение я могу иметь к возвращению Стейна?       — Вот сходим и узнаем, зачем ты им понадобился.       Выбора не было, к тому же меня, да и всю деревню, уже давно мучил вопрос: почему вождь так сильно задержался в своем походе?       Забежав на несколько минут в свой дом, я сменил свою тренировочную одежду на более подобающую случаю — черную шубу на меху и такие же штаны. Кроме небольшого кинжала за голенищем сапога, оружия я не взял.       До зала вождей я добрался крайне быстро. Большие дубовые ворота были усеяны царапинам от когтей драконов, которые несколько раз практически уничтожали деревню, но каждый раз побеждались викингами. Так что порог зала ни разу не переступала лапа дракона — сюда не пускали даже морозников, прирученных викингами.       Толкнув одну из створок, я вошел. Факелы и несколько масляных ламп освещали внутреннее помещение. С непривычки запах дыма сильно ударил мне в нос, голова слабо закружилась, но это была всего лишь секундная слабость. В зале собралось уже довольно много народу. Кроме Норн, Родальфа, Бьерга и двух старейшин, здесь так же находились Урдрик, Вирзил и еще несколько драконоборцев. Дело с каждой секундой становилось все запутанней: зачем нужно было приглашать столько бойцов, и вообще, зачем здесь я?       — Отлично, Ульвир, вот и ты, значит все в сборе.       — И по какому такому важному поводу ты всех нас собрал? Между прочим, мне снились валькирии.       — Вирзил, ради Великого Одина, помолчи хоть минуту и послушай, — Бьерг достал кусок пергамента и объявил: — Вождь сообщает, что наконец был подписан договор с Рубаками. Их делегация прибудет на Штормбрег завтра вечером, естественно, Стейн вернется с ними. Так что он простит нас все приготовить к этому знаменательному событию. И да, личная просьба к тебе, Ульвир — пришло время раскрыть нашу маленькую тайну. Удачи, и да поможет вам Тор.       В зале повисла долгая тишина. Первым не выдержал Урдрик.       — Вы что, не понимаете, что здесь происходит?! Так я вам объясню: наш вождь окончательно сошел с ума. Мир с Рубаками? Да эти локины дети только и ждут повода отхватить себе наш островок. — драконоборец в ярости ударил кулаком об колонну, возле которой он стоял.       — Заткнись, Урдрик, а не то следующие несколько дней проведешь в пещере Раскаянья.       — Но вы сами это слышали, и все знают историю. За все время существования деревни ни разу не удалось заключить долгого мира между нашими островами, — вступился за друга Вирзил.       — Так все, моему терпению пришел конец, — Бьерг кивнул четверым драконоборцам и те тут же скрутили двух викингов. Конечно, воины не сдались без боя. Но их все-таки вывели из зала. Мы не могли вмешаться: воины нарушили закон, обвинив вождя.       — Ладно дел предстоит много, а время уходит, — отдав еще несколько поручений, Бьерг закончил собрание. Я, Норн и Родальф вышли из зала в числе первых. Вместо того, чтобы спокойно разойтись по домам, валькирия пригласила нас к себе. За весь путь до ее дома мои путники не проронили ни слова. И только когда дверь в ее избу закрылась, валькирия заговорила:       — Родальф, что ты думаешь по поводу этого собрания?       — Что-то здесь нечисто. Я не одобряю поведение Урдрика и Вирзила, но в чем-то они правы — еще никогда Рубаки не заключали с нами мирный договор.       — Ладно, поживем — увидим, но меня беспокоит не только этот союз, а еще и то, что Стейн требует раскрыть перед нашими гостями существование Лед.       Кузнец задумался и только спустя минуту ответил:       — Согласен, это очень странно, так что пока мы не разберемся с этим, Ульвир, держи ухо востро. Мало ли, с чем Локи не шутит.       Дальше разговор свернул в сторону организации предстоящего пира, и, если честно, я быстро потерял его нить и, сославшись на неотложные дела, покинул дом воительницы. А таковые у меня и правда имелись: нужно было доработать седло Лед. Что-то мне не хочется еще раз отморозить себе ноги, когда Лед вновь покроется ледяным панцирем. Так что я решил добавить дополнительный слой овечьего меха, а также приделать кожаные стремена, которые позволят мне не касаться боков Морозника и обеспечат мне надежную опору. Хорошо, что в детстве одна пожилая женщина на протяжении нескольких лет учила меня кожевному ремеслу. Почти весь день у меня ушел на эту работу, но в итоге результатом я остался вполне доволен. Странно, что за все время меня не побеспокоил ни один викинг. Завершив дело, я повалился на кровать и проспал до утра следующего дня.       Солнечные лучи, пробившиеся через завесу облаков, нагло заползли ко мне в избу и разбудили меня. Пришлось вылезти из-под теплого одеяла. Выйдя на улицу, я поразился перемене, произошедшей в деревне буквально за день: викинги возвели несколько крупных деревянных террас. Судя по всему, на одной из них мне с Лед предстоит выступить вечером, а пока я заглянул на продовольственный склад и, договорившись с охранявшим его викингом, раздобыл себе немного хлеба и молока. Целый день голодовки давал о себе знать и поэтому с завтраком я управился в два счета. На улицах царило несвойственное викингам беспокойство. Все старались во всю: украшали дома, чистили улицы, готовили яства к предстоящему пиру. Когда я закончил приводить в порядок площадку перед избой, ко мне подбежал один из подмастерий кузнеца и передал сообщение, мол, что Родальфу нужна моя помощь. Не долго думая, я направился к кузнеце.       Викинга я застал возле бадьи с холодной водой, в которую он опустил несколько железных прутьев и теперь ждал, пока метал охладится. В ответ на мое приветствие кузнец только хмуро улыбнулся. Опять у него плохое настроение, интересно, что на этот раз?       Как оказалось, Родальфу нужно было поставить небольшой шатер, и для этого ему требовалась моя помощь. Работа была простая, и мы закончили его меньше, чем за час. Когда я уже собирался уходить, викинг остановил меня и, понизив голос, сказал:       — Ульвир, иди-ка ты к себе и собери все самые необходимые тебе вещи.       — А зачем?       — На всякий случай. Мы с Норн еще не до конца уверены в добрых намерениях Рубак, как бы ни пришлось сражаться. И главное — после того, как соберешься, иди к Лед, ее тоже нужно подготовить к вечернему мероприятию, — Викинг отпустил меня и чуть ли не силой вытолкнул за дверь, которую сразу же захлопнул и, судя по всему, запер. Интересно все-таки, что это на него нашло. Первый раз вижу его таким.       Я не спеша побрел к себе, не обращая внимания на снующих вокруг селян. И опять эти секреты, поскорее бы они уже раскрылись, а то я себе всю голову сломаю, пытаясь понять, что происходит.       Весь мой скарб уместился в один средних размеров мешок. Потом, достав другой мешок и положив в него седло, я взвалил его на спину и отправился к пещерам Хиргора. Слава Тору, на этот раз драконица не стала приветствовать меня в своей привычной манере, видно, сильно устала после тренировок и до сих пор не пришла в себя.       Хотя нет, неожиданный удар по ногам снова отправил меня на встречу с полом. Довольная морда Лед опять нависла надо мной.       — И тебе привет. Ты опять за свое?       Драконесса только фыркнула и подставила голову.       Ну вот что с ней поделаешь, пришлось провести рукой возле ее челюсти, а потом погладить между рогов. От удовольствия она закрыла глаза и слабо заурчала.       Закончив с ласками я надел на нее седло, Лед с удивлением осмотрела новые детали, а потом толкнула меня мордой, приглашая покататься. Делать все равно было нечего, так что я подумал: «почему бы и нет?» Найти место для тренировки не составило особого труда — там мы и провели время до вечера, а когда стало смеркаться мы направились к деревне. Обойдя ее, мы приблизились к пристани со стороны леса и остались здесь, наблюдая за происходящим. Возле воды собралось уже довольно много викингов. По-моему, почти треть деревни наблюдала за тем, как три ладьи входят в бухту, и это довольно странно — обычно посмотреть на возвращение вождя сбегается все племя. За кораблями двумя огромными птицами двигались морозники — всадники Штормбрега. Первые радостные крики пронеслись по берегу — это жители увидели на носу первой из ладей Стейна, но они довольно быстро утихли, ведь гербы оставшихся кораблей говорили о том, что на них плывут Рубаки. Прошло еще несколько минут, и по деревянному пирсу застучали сапоги вернувшихся из похода викингов. Толпа на берегу разделась на две группы, освобождая проход для двух вождей и нескольких драконоборцев, всадники в свою очередь спланировали на берег, а затем присоединились к процессии.       Все направились к Залу Вождей, ведь там давно уже были накрыты столы, ломившиеся от всевозможных блюд. Мы с Лед задержались, проводив толпу взглядом. Потом я стал спускаться в деревню, но обернувшись, заметил, что драконесса за мной не пошла, а все так же пристально всматривается в линию горизонта. Из ее приоткрытой пасти вырвалось слабое рычание.       — Лед что там? Пойдем, не то можем опоздать на пир. К тому же Бьерг просил нас появиться там за два часа до полуночи, и судя по звездам, до этого времени остался примерно час. Лед оглянулась и, последний раз рыкнув на что-то, подбежала ко мне. Возвращаясь в деревню, мы заметили, что в окне Норн горит свет. Интересно, почему эта валькирия, обычно так любящая пиры, на этот раз не пошла?       Приблизившись к ее дому, я постучал в дверь. Она сразу же открылась, на пороге стояла всадница в полной боевой готовности.       — Норн что это? Никак на войну собрались, — удивленно заметил я.       — Эх, молодежь, вы что, не знаете, что хороший пир, порой, опасней любой битвы. А сами-то что не идете?       — Да ведь рано для нашего появления на этой веселой гулянке.       — Ну точно, там еще все как следует не развеселились. Тогда спешить некуда, можем немного посидеть на свежем воздухе, а то в этом каменном мешке, называемом залом, я всегда чувствую себя как-то неуютно, — воительница вышла за порог и закрыла дверь избы, погрозив пальцем ближайшей снежной куче, на поверку оказавшейся затаившейся в засаде Лед. И как только она ее разглядела? В сумерках морозник вообще невидим для обычного взгляда. Наверное, все дело в привычке и опыте.       Через час такой вот веселой компанией мы направились в сторону Зала Вождей. Норн по моей просьбе начала объяснять некоторые тактические приемы борьбы с престиголовом, когда вдали послышались голоса. Судя по всему, там двигалась довольно крупная компания, но почему они не зажгли факелы? Да и Лед, почуявшая их присутствие, вздыбила чешую и оскалилась. Валькирия мгновенно прервала разговор и сделала мне знак прижаться к стене дома, но голоса, вместо того, чтобы начать приближаться, наоборот, видимо, продолжали отдаляться в сторону Зала. Немного подождав, мы уже хотели продолжить путь, решив, что это небольшой группе подростков захотелось поразвлечься. Но внезапно впереди послышался крик.       — Что это? — на меня накатил приступ паники — в жизни мне уже приходилось слышать такой крик. Предсмертный человеческий крик.       — Локи меня побери, похоже, мы были правы. Ульвир, слушай меня внимательно: беги к себе. Надеюсь, ты выполнил просьбу Родальфа? Хватай вещи и бегом к пещерам Раскаянья, нам сейчас необходима помощь, — в голосе Норн звучала сталь. — Освободи Вирзила и Урдрика, и постарайтесь не попадаться на глаза другим всадникам.       — А что же ты?       — Я пойду к Залу, может, мне удастся кого-нибудь спасти. После встретимся на Ветряном мысе.       — Но нам нужно бороться, а не убегать.       — Бороться? — валькирия прижала меня к стене, — Мы уже проиграли. Прямо сейчас отряды Рубак захватывают деревню, убивая всех, кто не подчинится им. А основная часть драконоборцев и воинов пирует в Зале. Вот ведь проклятый каменный мешок, они там в западне. Мы с Родальфом предупреждали вождя о такой возможности, но он нас не послушал, упрямец. Ладно, вперед.       Норн отпустила меня и скрылась в темноте.       Я вскочил в седло, в голове все еще вертелись нехорошие мысли. Догадавшись что от меня сейчас не дождешься толковых указаний, Лед недовольно фыркнула и помчалась по темной улице к нашему дому — хорошо, что мы были от него недалеко и по пути нам никто не встретился. На дворе я спрыгнул со спины драконицы и кинулся внутрь. Вынести мешок на улицу было делом одной минуты, там его подхватила Лед и закинула себе на спину — такой груз для нее практически ничего не значил. Задержавшись еще на несколько минут, я прикрепил к поясу нож и достал свой посох, который последнее время стал приносить домой, а также накинул на плечи белый плащ. Бросив последний взгляд на свое жилище, я вышел на улицу и, похлопав Лед по белому боку, вскочил в седло. Теперь нужно было как можно скорее добраться до пещер.       Идти напрямик было нельзя, на пути располагался дом одного из всадников, и я не был уверен, что хозяина не будет рядом, а сейчас нам лучше с ним не встречаться.       Единственный вариант, который бы одновременно и сэкономил нам время, и сократил шанс на встречу с Рубаками — это перелет к пещере. Не могу сказать, что эта идея была мне сильно по душе, все же в воздухе я чувствовал себя как-то неуютно, первый полет еще был свеж в памяти. Лед, наоборот, только и ждала этого, и как только я вдел ноги в стремена, она в два прыжка пересекла двор и, подпрыгнув, мгновенно поймала восходящий поток. Для начала мы направились к лесу и только потом, сделав небольшой крюк устремились к восточному краю деревни, но приземляться прямо перед пещерой, предварительно не разведав обстановку, было в высшей степени неразумно. Так что Лед осторожно спланировала к макушкам деревьев и, пройдя между неплотно стоящими стволами, приземлилась. Я легко спрыгнул с ее спины, после полета слегка кружилась голова, но если так пойдет и дальше я и правда мог бы к этому привыкнуть.       Безлунная ночь идеально подходила для разведки. Скорее всего, поэтому Рубаки и назначили встречу так поздно — это было самое подходящее время для того, чтобы скрытно подплыть к острову. Стянув с Лед мешок, я оставил его на месте посадки — мало ли что нас ждет, и лишний груз может сыграть роковую роль — после этого мы двинулись к пещере. На фоне ночного леса драконица скользила словно призрак, да и я в своем белом плаще сейчас больше походил на злобного духа. На опушке Лед, бесшумно скользящая чуть впереди, приникла к земле и тихо зарычала, трезубец на хвосте пару раз вильнул из стороны в сторону.       Я лег рядом с драконессой, немного раскидав мешающий обзору снег, и всмотрелся в темноту. Возле входа в небольшую пещеру, закрытую дубовой дверью, был разложен костер, бросающий причудливые тени на четверых викингов. Еще двое неподвижно лежали в сугробах — судя по темным пятнам на снегу и по их странным позам, они были мертвы. Я рискнул предположить, что это воины поставленные Бьергом для охраны заключенных, скорее всего они даже не увидели нападавших, пока не стало слишком поздно.       Значит, без боя здесь не пройти.       — Лед, постарайся их отвлечь, мне нужно немного времени, чтобы освободить драконоборцев. Только ради Одина, не геройствуй.       Драконица утробно рыкнула и растворилась в темноте. Теперь нужно было быть начеку. Сердце бешено стучало, костяшки пальцев побелели — так сильно я сжимал в руках посох. Так что, когда справа раздался рев дракона, и крылатая тень пронеслась над Рубаками, я вздрогнул. Викинги у костра, не ожидавшие появления морозника, сильно растерялись, но Лед не дала им опомниться и, зайдя на второй круг ударила по ним ледяной струей. Один из стражников, не успел уйти с линии атаки, и дыхание морозника навсегда превратило его в ледяную статую. Лед приземлилась неподалеку и, вздыбив чешую, громко зарычала. Рубаки, оправившись от первого потрясения, схватились за топоры и кинулись к ней, но Лед не позволяла им сократить расстояние, а заманивала все дальше и дальше от костра. Это был мой шанс, вскочив на ноги, я кинулся к двери. Сбить замок было делом одной минуты, и вот дверь открылась.       На пороге стоял Урдрик, как только его глаза привыкли к свету костра, он увидел трупы, и воина охватил неконтролируемый гнев. Хорошо, что я благоразумно отошел в сторону — драконоборец пронесся мимо, на ходу подхватив топор павшего Рубаки, и кинулся в сторону, куда Лед увела противников. Почти сразу за Урдриком из пещеры выбрался Вирзил, будучи более уравновешенным, он не кинулся сразу мстить, а подойдя ко мне, сначала спросил о том, что здесь произошло. Но в это время из лесу раздался рев морозника и боевой клич. Мы бросились на шум. На ходу я передал драконоборцу свой нож. Но когда мы вбежали под тень деревьев, все было уже кончено. На снегу лежали три трупа. Один из них был убит хвостовым трезубцем Лед. Остальных зарубил Урдрик. С нашей стороны потерь не было. Рубаки не смогли догнать морозника, а напавший сзади драконоборец застал их врасплох.       Викинги уже хотели было бежать дальше, в деревню, но мне все-таки удалось остановить их — не мало мне в этом помогла Лед — все-таки, когда твои аргументы подкреплены присутствием дракона, это придает им убедительности. Так что, захватив по пути мои вещи и забрав оружие Рубак, мы направились к месту встречи с Норн и Родальфом.