Часть 5
6 февраля 2014 г., 13:58
Когда корабль вышел в путь, на воде уже играли первые лучи солнца. Вместо того, чтобы сразу отправиться на Туманный остров, до которого Лед бы добралась за полдня, я решил отправиться обратно вместе с Волком и его командой. Хотя путь до дома на корабле и займет в три раза больше времени, но зато так я смогу наконец отдохнуть от успевших надоесть тренировок под надзором Пардара. К тому же, Дристур и его команда могли многому меня научить. Конечно, тут были и отрицательные стороны: например, мне-таки пришлось вымыть всю палубу, но ведь никто не говорил, что нельзя принять помощь от случайно пролетавшей рядом драконихи. Одна ее струя, и часть палубы становилась чистой. Если Волк и был против такой совместной работы, то вида не показывал. К тому же, сейчас капитан большую часть времени проводил в трюме корабля, допрашивая нашего пленника. Кирлир, а именно так представился нам викинг, рассказал нам, что в форт он попал как раз в то время, когда из гавани уходил драккар силоправцев. На нем всех пленных игнерийцев отправили на острова Силоса. Также на корабле уехала большая часть отряда викингов. Оставшаяся группа была, скорее, разведывательная, чем полноценный боевой отряд, и когда Волк со своими молодцами неожиданно нагрянул к их командиру, они не смогли воспользоваться численным перевесом. По словам Кирлира воины отправили на свои острова чуть больше двадцати человек и это при том, что изначально в форте квартировалось семьдесят игнерийцев. Семьдесят хорошо обученных гвардейцев под руководством пятерых стражей. Слабо верилось в то, что при таком раскладе было возможно взять форт — не кинули же силоправцы на его захват небольшую армию, а значит им кто-то помог внутри крепости.
Попутный ветер наполнял наш парус и гнал корабль все дальше и дальше в море. Лед была предоставлена сама себе и часто отлетала от корабля, играясь в восходящих потоках. В лучах солнца ее чешуя блестела подобно алмазам. Многие на корабле наблюдали за ее полетами — хоть какое-то развлечение.
Весь день я помогал команде, а вечером большинство матросов собирались в трюме. Тут-то и началось самое интересное.
— А вы слышали? Говорят, на севере целая деревня подверглась нападению стаи диких золотников с соседнего острова, и выжило всего несколько человек.
— Да ладно тебе, Штурвил, все же знают, что золотники редко сбиваются в большие стаи.
— И правда, друг, хватит, всем тут известно, что этот вид драконов не агрессивен, если только не трогать их пещеры. Да и с чего бы это им лететь на соседний остров? Не всей же деревней они к ним в гости наведались.
— Хортон, можешь смеяться сколько угодно, но я это слышал из уст одного из выживших. А еще он говорил, что впереди армады, как черный вестник смерти, летела ночная фурия.
— Ага, а может там еще и Темный Мьельнир верхом на крике смерти пролетал? — матросы поддержали Вартира дружным хохотом. — Похоже, тогда ты изрядно набрался эля в трактире, вот и привиделось. Смотри у меня, вот расскажу Волку, он тебе быстро всех фурий из головы выгонит.
Между тем один из матросов принес кости, и разговор сразу перешел в другое русло. Я отправился на палубу, там, на носу, калачиком свернулась Лед. Я невольно залюбовался драконихой. Белое змеевидное тело, покрытое мелкими капельками морской воды. Сложенные на спине крылья легко вздрагивали в такт дыхания. Большая продолговатая голова покоилась на чешуйчатых лапах. Веки прикрыты, от мерного дыхания небольшой участок палубы перед ней покрылся легким инеем. Лед меня почуяла и, слегка приоткрыв веки, посмотрела на меня своими изумрудными глазами, но убедившись, что ничего вкусного я ей не принес, она выпустила небольшую ледяную струйку в мою сторону и снова спокойно засопела. В такие моменты мне казалось, что передо мной лежит не четырехметровый дракон, а маленький доверчивый котенок. Да, только этот котенок носит меня на себе вместе с оружием, доспехами, и припасами.
Было уже давно за полночь, и поэтому я, прихватив теплое одеяло, улегся рядом с драконихой. Засыпая, я видел, как матросы сменились возле штурвала.
Утром меня немилосердно встряхнули за шиворот — хорошо хоть, за борт не кинули. Немного повырывавшись и повеселив тем самым собравшихся, я был грубо возвращен на палубу. Также, для надежности, морозник еще выпустила мне в лицо холодную струю — сон как рукой сняло.
— Прям мамина забота. И что вы тут глазеете, Туманный сам к нам не приплывет, так что живо за работу, — Дристур быстро разогнал матросов, каждому найдя работу. Для нас с Лед тоже, конечно, нашлись занятия.
Через некоторое время ко мне снова подошел Волк.
— Парень, иди за мной, тебя зачем-то хочет видеть Кирлир. Да брось ты этот канат. Эй, Штурвил, еще раз увижу, что ты свою работу на других перекладываешь, вылетишь с этого корабля быстрее чем шепот, которого выгнали на солнце.
Мы спустились вниз, где в огороженном прутьями углу под охраной двух матросов сидел пленник.
— Как он на этот раз освободился от кандалов? — спросил Волк у одного из викингов.
— Нашел где-то гвоздь и им отпер замок, — судя по всему, подобное случалось не в первый раз, и даже капитан уже махнул на это рукой. Правильно расценил, что с корабля пленнику все равно никуда не деться, а руки ему сковывал уже ради интереса — узнать как он из них выберется.
— Здравствуйте, капитан, — взгляд викинга остановился на мне. — и тебе привет, Ульвир. Значит, это ты всадник?
— Интересно и кто это тебе все рассказал? — Волк кинул укоризненный взгляд на охранников.
— Да ладно тебе, Дристур, они тут не причем, забыл что ли, что когда меня заводили на борт, я видел, как этот парень на драконе садился на палубу. Вот, что мне действительно интересно, так это то, что это за такой новый вид драконов?
— Этот вопрос мне задают почти каждый день. Но не уверен, что ты позвал меня только ради этого, — с сомнением ответил я.
— Если честно, это лишь одна из причин. А вторая заключается в том, что я хочу предложить сделку.
— С этим мы вам вряд ли сможем помочь. Почему бы не подождать до Туманного острова — там с тобой и поговорят, — Волк не очень-то доверял пленнику, и я, в общем-то, тоже.
— Я понимаю ваш скептицизм. Ну, хорошо, недавно на Торговом острове мне пришлось услышать разговор двух наемников. Они некоторое время изучали пещеры острова Силоса, и, как я потом выяснил, некоторые гроты там тянутся прямо до Крепости тысячи голов.
— И почему мы должны быть уверены, что не попадем в ловушку в этих пещерах? Мне слабо верится в то, что эти «достойные» и честные люди давно уже не продали эту карту силоправцам или кому-нибудь другому.
— Это уж вряд ли. Как ни прискорбно, на следующей день на наемников напала стая шепотов. И так получилось, что я оказался единственным, кому пришлось позаботиться об их вещах.
— Ну и почему мы должны тебе поверить? — хотя Волк и оставался внешне совершенно спокойным, его глаза заблестели.
— Ну, выбор у вас невелик, — Кирлир пожал плечами. — Я уверен, что ваших друзей сразу же переправят в Крепость тысячи голов. Там располагается самая большая арена для гладиаторских боев, но в бой они пойдут только на Тюрдень.
— Что еще за Тюрдень? — я все-таки еще плохо знал обычаи соседних островов.
— День бога битв — самый главный праздник в году у силоправцев. В середине лета они устраивают бои между пленными. А кульминацией празднества становится поединок за звание вождя. Этот обычай был под запретом, когда Силот входил в состав империи, но когда Гронадар объявил Темного Мьельнира врагом государства, среди викингов пошел слух о слабости игнерийцев. А когда к власти пришел Хранор Жестокий, убивший предыдущего вождя, Силот отделился от Империи, и новый вождь вернул этот кровавый обычай. В честь первого года независимости силоправцы решили устроить поистине грандиозное торжество.
— Значит, нам нужно вытащить стражников до этого праздника? — я все еще не понимал, почему эта информация не могла подождать до Туманного острова.
— Вот с этим не все так просто: вход в пещеры появляется из воды всего на два дня, когда уровень океана опускается, а это происходит несколько раз в год. Насколько я могу судить, в следующий раз путь будет свободен как раз за два дня до Тюрдня.
— Кирлир, а почему ты до сих пор никому не рассказывал этого? Я уверен, что контрабандисты заплатили бы круглую сумму за эту карту, — Дристур пристально посмотрел на пленника.
— У них не было того, что есть у вас, — Кирлир хитро посмотрел на меня.
— И что же это? — Я спокойно выдержал его взгляд. Что-что, а показывать слабость перед этим человеком точно не следовало
— Неизвестный мне раньше вид драконов. Я отдам карту и помогу в пещерах, если вы согласитесь на то, чтобы я изучал Лед, — эта фраза была адресована мне, но прежде чем я успел ответить, Дристур отстранил меня и сделал шаг к прутьям решетки.
— Ты понимаешь, чего просишь? Тебя ведь могут казнить. Не в твоих интересах настаивать на таком наглом условии, — хотя лицо капитана оставалось совершенно спокойным, в его голосе послышалась угроза.
— Уж поверьте, стоит нам добраться до Туманного острова, не пройдет и часа, как я окажусь на свободе, — пленник, казалось, играет с Дристуром, своим пренебрежением выводя его из себя. Капитан сжал кулаки, но все же уступил.
— Хорошо, мы обсудим это предложение, когда прибудем на Туманник.
— Валяйте, только знайте — я на Туманном долго не задержусь. Ах да, и передавайте привет Медвежонку, — пленник отошел от прутьев, давая понять, что разговор окончен.
— Дристур, прости, но, наверное, это мне стоит решать, кому доверять Лед, — меня сильно задело то, что со мной снова обращаются, как с юнцом.
— Ульвир, я вижу, что ты хочешь спасти наших людей, но прежде чем открывать кому попало наши секреты, лучше посоветоваться со Стражами и твоим наставником. Они могут знать, стоит ли доверять Кирлиру.
В словах капитана была доля правды. Норн и Родальф, наверное, смогут дать дельный совет.
— Кстати, а кто такой Медвежонок? — я решил сменить тему разговора.
— Так между Стражами называют грандмастера Сердора. Только учти, это прозвище ему сильно не нравится.
— Значит, Кирлир когда-то был Стражем? — но почему-то на этот вопрос капитан мне не ответил, пропустив его мимо ушей.
***
Вечером того же дня корабль Волка причалил к Туманному острову. Лед не могла усидеть на месте и, ткнувшись мне в плечо мордой, взмыла вверх. Проводив морозника взглядом, я попрощался с командой и направился к дому наставника. Деревня Туманного острова, несильно отличалась от других деревень викингов: деревянные дома, украшенные резьбой и головами драконов. Сейчас в свете факелов резные ящеры как бы оживали, отбрасывая на соседние стены и снег подрагивающие тени. Она располагалась на высоком каменистом холме, спускающемся к самому океану. Первые поселенцы заселили остров и построили большой деревянный Чертог на самой вершине — с нее можно было заметить приближение противника — и пристань. Сначала все жили под одной крышей, правда, людей становилось все больше, и следующим поколениям пришлось спускаться все ниже по склону, вырубая платформы для новых домов в каменистой почве. Так образовались четыре ступени деревни. Пардар жил на втором уровне. Пока я шел к наставнику, мне пришлось пройти мимо дома старика Фуртара. А он, кстати, до сих пор не обзавелся новой деревянной головой над входом. Помню, когда мы только прибыли на остров, двое гвардейцев, примерно моего возраста, повадились распускать про нас слухи. Сначала мы не придавали этому особого значения, но вскоре пятеро неизвестных напали на Норн. Бедные парни не знали, с кем связались, видно, посчитали, что раз она женщина, то справиться с ней будет проще всего и это послужит нам уроком, который заставит нас покинуть остров. В итоге мы с Родальфом вдоволь насмеялись, когда к нам среди ночи завалилась валькирия и попросила перетащить с улицы пять лежащих там без сознания парней. Мы отнесли их в соседний хлев, на сено, ведь мороз на улице стоял страшный, и парни вполне могли себе что-нибудь отморозить. Надо сказать, что в результате потасовки на Норн не было ни царапины. К сожалению, тех двух смутьянов среди нападавших не было. Вот тогда мы и поняли, что с этим нужно что-то делать. Остров недаром назвали Туманным: туманы здесь бывали практически всегда и могли держаться неделями. Иногда это была лишь легкая пелена, но в большинстве случаев завеса становилась настолько плотной, что из-за нее невозможно было разглядеть буквально ничего дальше своего носа. Как раз ночью деревню окутал белый полог, и мы отправились на вылазку. Тогда еще мало кто знал обо мне и Лед, конечно, слух о всаднике распространился, но пока далеко не все видели морозника и знали, что именно я являюсь тем всадником. Мы тихо подобрались к дому одного из гвардейцев, как и всегда, его товарищ тоже был здесь. Они беседовали и цедили медовуху. Для начала Родальф, я и Норн обошли дом, тем временем, Лед заняла позицию на крыше дома Фуртара, высунув голову так, чтобы стать похожей на белую деревянную голову дракона. Теперь нужно было слегка пошуметь. Родальф и Норн одновременно метнули в окна дома камни, стекло разлетелось вдребезги, в доме забегали, послышались не совсем трезвые крики. Теперь был мой выход: я размахнулся и всадил в входную дверь топор для колки дров. Голоса на мгновение смолкли, а потом дверь с шумом распахнулась. На порог выскочили хозяева и слегка замутненным взглядом, наконец, сфокусировались на мне. — Какого Локи ты тут творишь, Ульвир? Да мы тебя сейчас за такое на драконий корм покромсаем, — они затрясли над головами двумя боевыми топорами и бросились на меня. Я не стал ждать, пока они до меня доберутся, но и тут же исчезнуть в тумане не входило в мои планы. Так что я просто держал дистанцию, пока не завел их в нужное место, а именно, к дому Фуртара. Тут, под небольшим факелом, я и остановился. Немного протрезвевшие от морозного воздуха и оттого еще более злые викинги, недолго думая, кинулись на меня. Вот теперь пора было действовать, неожиданно налетевший ветер погнал туман и закрыл мою фигуру. Так я ушел из поля зрения викингов, а на сцену вышла Лед. Гвардейцы, потеряв меня из виду, принялись искать, заняв для начала, как они считали, самую выгодную позицию, а вернее, встали возле дома рядом с факелами. Неожиданно послышался какой-то звук и на головы викингам посыпался снег. Подняв головы, они увидели ужасную картину: деревянная голова дракона зашевелилась, помотала головой, как бы прогоняя сон, и облизнулась, глянув вниз. Протянув голову к одному из викингов, дракон принюхался — его дыхание было не теплым, как у других ящеров, а холодным. Гвардейцев сковал такой страх, что они не могли сдвинуться с места или хотя бы замахнутся топором, чтобы защититься. Хотя их это вряд ли бы спасло — с такого расстояния морозник не промахнется и, тем более, уж точно не даст сбежать. Но как бы мне этого не хотелось, а нужно было действовать. Я выскочил из тумана и, вскинув лук, выпустил стрелу в Лед, морозник взревела, громко захлопав крыльями, взлетела и скрылась в тумане. После этого случая слухи про нас как-то сами собой утихли. Да и парни перестали нам докучать, а и вообще вскоре покинули Туманный остров. Скорее всего, это была заслуга Пардара, и, если честно, я был ему благодарен за это. Погрузившись в воспоминания, я и не заметил, как чуть было не прошел мимо дома наставника. Двухэтажная изба с треугольной крышей и дополнительной пристройкой, дубовая дверь с большим железным кольцом вместо ручки. Я постучал, дверь сразу же отворилась, и мне даже показалось, что Пардар специально сидел под ней, ожидая меня. — Ульвир, а я смотрю, ты не торопишься. Где ты был? Путь до Сосновой скалы и обратно должен был занять день, еще один день давался вам на выполнение задания. А вместо этого ты заявляешься спустя три дня и не по воздуху, а на корабле, — Пардару не требовалось повышать голос, даже наоборот, он говорил очень спокойно, но именно это и напрягало меня больше всего. — Ну, я решил, что мне будет полезно пообщаться с Дристуром Волком и его командой, — в этот момент я чувствовал себя нашкодившим котенком. — С Волком мы еще поговорим, а сейчас давай рассказывай, как все прошло. Я вышел от Пардара уже когда начало светать — наставник не отпускал меня до тех пор, пока не узнал все, что его интересовало. Наиболее подробно он попросил меня рассказать про Кирлира и его требование. Оказалось, наставник хорошо знал нашего пленника. Из разговора мне удалось узнать, что лет пять тому назад Пардар входил в группу стражей принимавших Кирлира в их ряды. К сожалению, больше информации из викинга я вытянуть не сумел. Наставник, как и Дристур, совершенно не хотел об этом говорить. Но это еще сильнее подогрело мой интерес к Кирлиру. Напоследок викинг напомнил мне, что на рассвете, как обычно, встречаемся на Черной арене. Распрощавшись с ним, я сразу же направился к своему дому. Он стоял на первом уровне — Вардерон Громкий Рог, близкий друг Сердора, хотел, чтобы я жил как можно ближе к Чертогу. Может, это и к лучшему: так Лед было проще улетать незамеченной, к тому же, кузня Родальфа тоже располагалась на первой террасе, но вот Норн и Тордор вообще предпочли не селиться в деревне. Им выделили небольшой домик в лесу возле Черной арены — раньше там жил один драконоборец. Тордор вернулся к своим занятиям, время от времени обходя окрестности. Норн по-прежнему занималась целительством, и к ней за советом стали приезжать даже с соседних островов. Когда я переступил порог своего дома, Лед уже спала, свернувшись калачиком. Морозник предпочитала спать на улице, поэтому на первом этаже был сделан выход во двор. Дверь всегда была открыта и я мог видеть дракониху, кроме того, сама Лед могла легко двигаться по всему дому. Убедившись, что все в порядке, и никакие важные вещи в мое отсутствие не пропали, я поднялся на второй этаж. Здесь холодный ветер с улицы чувствовался не так сильно. Только сейчас, добравшись до кровати, я почувствовал, как сильно вымотался. Быстро скинув с себя кожные доспехи и походную одежду, я упал в кровать и мгновенно заснул.***
Утро встретило меня морозным дыханием, вернее, утро тут было ни при чем — одна чересчур наглая дракониха, залезшая на второй этаж, окончательно разогнала мои сновидения. Кое-как выгнав Лед из комнаты, я оделся. После недолгих раздумий решил оставить доспехи и, накинув меховую шубу, спустился на первый этаж. Захватив седло Лед и свое оружие, я вышел на улицу. Морозник сидела на дворе, ее ледяная броня алмазами блестела на солнце. Услышав мои шаги, она повернула голову, и один из лучей, скользнув по ее гребню, ослепил меня. Когда перед глазами перестали плясать солнечные зайчики, Лед уже встала возле меня, подставив спину. Хотя до арены было не более пятнадцати минут ходьбы, кто откажется прокатиться ранним утром на спине дракона? Поднимаясь в воздух, я еще раз про себя отметил, что хорошо бы придумать что-нибудь от этих бликов ледяной брони Лед. За свою жизнь рядом с морозником я немного привык к тому, что в глаза все время бьет яркий свет, но все равно стрелять в солнечную погоду со спины драконихи, когда она покрывалась льдом, было крайне сложно. Черная громада арены была хорошо различима на фоне покрытого снегом леса. Каменные стены с квадратными выступами по краям в два метра толщиной легко могли выдержать атаку любого дракона. Купол из натянутых толстых якорных цепей не позволял кому бы то ни было улететь. Лед спланировала к входу на арену. На площади, куда мы так удачно приземлились, располагалось несколько изб, пара складов и два караульных помещения. В случае чего арену можно было легко превратить в надежное убежище, перенеся все необходимое из тех же помещений возле входа. Ссадив меня, морозник снова взмыла в небо и, поднявшись над деревьями, полетела в направлении дома Норн. Оглядевшись по сторонам и убедившись, что кроме пары караульных, сидевших возле костра, рядом никого нет, я направился к одной из изб. Привычно незапертая дверь, чуть скрипнув, открылась, стоило мне ее слегка толкнуть. Пардар стоял возле стола, на котором было разложено оружие: в основном, мечи и топоры на коротком древке. В доме было еще четыре таких постамента: с луками и арбалетам, древковым оружием и щитами. Остальное находилось на стойках. Четвертый стол занимало нестандартное или комбинированное оружие. — Будь проклят этот Мьельнир! Такой склад загубил! Поймаю — лично сверну шею! Эти клинки еще моего деда застали, и этим они предлагают сражаться на испытаниях? Да оно развалится от первого же удара, — каждый раз, когда наставник принимался от скуки перебирать оружие, он заводил эту песню. Хотя причина была не только в плохом качестве клинков. Раньше, еще до моего прибытия, Пардар командовал несколькими отрядами, дежурившими на западной стене Бартхельма. Как назло, во время последнего посещения Мьельнир именно через нее решил проникнуть в столицу. Как ему удалось проскочить, до сих пор непонятно, но наставник всерьез считал, что ему кто-то помог внутри крепости. В результате Империя лишилась склада, в котором хранилось самое лучшее и редкое оружие. Гронадар был в ярости, и немало людей поплатилось за это. Пардара это тоже коснулось: голову, конечно, не отрубили, но из столицы выставили. — Ульвир, заходи, к сожалению, в ближайшие дни тренировки на арене придется отменить. Там полным ходом идет подготовка к экзамену гвардии, — наставник отошел от стола и, пошевелив угли в камине, накинул на плечи тёплый плащ, и прихватил небольшой мешок с провизией. — Поэтому мы сейчас пойдем к скалистому водопаду, а вечером к нам присоединится твой дракон. Кстати, не забудь заглянуть к Молотильщику, он расскажет, что тебя ждет на испытаниях. Скалистый водопад — одно из самых спокойных мест на всем Туманном острове: каскады никогда не замерзающей воды низвергаются с гор в долину, неширокая река Бъерэльв, берущая здесь начало, огибая деревню с южной стороны, впадает в океан. Сюда Пардаром были перенесены несколько мишеней и манекенов, кроме того, Страж огородил невысоким забором место для спаррингов. Чуть в стороне стоял грубо сколоченный старый сарай хранящий в себе небольшой тренировочный арсенал. Для начала Пардар заставил меня нарезать пару кругов по поляне, снег сильно мешал, приходилось высоко поднимать ноги, чтобы не увязнуть. Сразу за этим мне в руки дали лук. Помню, когда только начались тренировки, после бега, я не то что попасть в мишень не мог — не получалось даже стрелу на тетиву наложить. Сейчас же наконечник легко вошел в дерево. Конечно, попасть в щель доспеха после бега я не смогу, но если противника защищает только кожаная броня, то этого и не потребуется. Выпустив еще три стрелы в разные мишени по команде наставника, я снова побежал. Наконец Пардар остановил тренировку и, дав отдышаться, велел взять в руки глефу. Сам Страж вооружился круглым щитом и мечом с широким лезвием. Я описал оружием восьмерку и нанес удар снизу вверх. Наставник не стал блокировать этот удар, вместо этого он, легко уклонившись, сделал несколько шагов по направлению ко мне, стараясь сократить расстояние. Я в свою очередь отступил на шаг и снова нанес удар, лезвие глефы наткнулось на железную шишку щита и соскользнуло. Пардар мгновенно оказался возле меня, вернуть лезвие я уже не успевал, поэтому нанес удар другим концом древка. Наставник парировал его мечом, а щитом ударил мне в грудь. От этого я пошатнулся и отступил, лезвие меча застыло в сантиметре от моего горла. — Ульвир, сколько раз тебе говорил, избегай прямого попадания в щит. Старайся больше использовать вращение и не держи оружие так крепко, оно должно легко ходить в руке. — Я кивнул. Мы сходились еще пять раз, и только однажды мне удалось подловить его, заблокировав его меч и достав до него клинком на другом конце. Наконец, наставник остановил тренировку, и мы зашли в сарай, чтобы немного отдохнуть и перекусить. После того как с бараниной было покончено, мы вынесли из сарая несколько метательных ножей. Пардар составил мне копанию, и мы принялись монотонно вгонять клинки в мишени. Страж периодически прикрикивал на меня, когда мой кинжал вместо того, чтобы воткнутся, ударял в мишень рукоятью. Обычно причина этого была в том, что я неточно рассчитывал расстояние или силу ветра. Как раз в один из таких моментов на поляну, взрыв лапами снег, спустилась Лед, на ее спине сидела Норн. Легко спрыгнув со спины драконихи, валькирия подошла к Стражу и что-то ему сказала. Пардар кивнул и передал мне небольшой арбалет, а значит, придется снова убивать безобидные манекены. Норн не стала мешать и отошла в сторону, издалека наблюдая за моей тренировкой. Стрельба из арбалета никогда не была моей сильной стороной, конечно, поразить стоячую мишень я вполне мог, но в движущуюся цель попадал не всегда. Когда колчан на половину опустел, Пардар меня остановил и кивнул Норн. Валькирия Штормбрега не дала мне времени отдохнуть, а сразу, объяснив задание, велела исполнять. Прежде чем забраться в седло, я взял свой лук и колчан стрел. Лед подбежала ко мне и ткнулась своей мордой в плечо. Почесав дракониху под челюстью, я забрался в седло. Для начала мы сделали несколько кругов по поляне, все время ускоряя темп. Дальше последовала команда вверх, местные скалы идеально подходили для лазанья, морозник легко цеплялась за выступы и так поднялась на небольшую площадку возле падающей сверху воды. Весь подъем я старался попасть в мишени, расставленные Пардаром и Норн внизу. Ремни крепко держали меня в седле, и я мог не бояться упасть со спины дракона. Не все мои стрелы попали в цель, но Норн осталась довольна результатом. Дальше в воздухе мы повторили стандартные фигуры, а потом настало время самого сложного. Лед выровняла полет и пошла параллельно земле, я расстегнул ремни и встал на спину дракона. Поймав равновесие, я выпустил пару стрел и сразу же вернулся в седло, не дожидаясь момента, когда морозник взмахнет крыльями. Не уверен, что в бою этот трюк как-нибудь поможет, но на его отработке Норн особенно настояла. Повторив упражнение еще несколько раз, мы вернулись на землю. Так как солнце уже клонилось к горизонту, наши тренировки было решено закончить. Вместо того, чтобы вернутся в деревню вместе с Пардаром и Норн, Лед улетела на охоту, а я направился прямиком к дому Тордора. Как назло Молотильщика на месте не оказалось, наверное, снова отправился к Южному хребту — там жила небольшая группка дымовиков, а лесник как раз изучал этот вид драконов. Больше всего его интересовало то, как эти маленькие драконы умудряются выпускать столько дыма. Не знаю, почему Тордор так серьезно стал интересоваться различными видами «особых способностей» драконов, ведь до приезда на Туманный остров его больше интересовали их повадки и слабые места. Я уже собирался отправиться в деревню, когда увидел выходящий из леса силуэт лесника. На нем была та же шуба, что и при нашей первой встрече. — Ульвир, хорошо, что пришел, надеюсь, ты меня не очень долго ждешь. Просто я сегодня наконец понял, как и какой формы дымовики строят свои дома. Я приблизился к их гнезду так близко, что смог потрогать металл… — Тордор мог говорить о драконах часами, но сейчас неожиданно прервался, — Хотя, это может подождать, ты же пришел сюда, чтобы узнать, что будет на испытании? Лесник открыл дверь и пригласил меня войти. Судя по пыли и холоду, викинга не было как минимум три дня. Интересно, как он успел узнать подробности экзамена, если все время провел вдали от деревни? Тордор, тем временем, разжег огонь в камине и, бросив в угол походный мешок, сел в кресло. Немного помедлив, я также сел и весь обратился в слух. Подумав, лесник начал: — Наверное, ты знаешь, что экзамен будет состоять из трех этапов. Первый из них проходит здесь, на Черной арене. Второй и третий устраивается на Лесном острове. Обычно сначала проверяют общий уровень подготовки, для этого на арене устанавливаются мишени и манекены. Участники испытания показывают навыки владения различным оружием: от копья и до обычного ножа. В тот же день проводятся бои один на один, огороженные площадки не позволяют сильно затягивать схватку и дают возможность проводить сразу несколько поединков, — пока Тордор не сказал ничего необычного — подобные испытания являются неотложной частью любого праздника. Значит, следующие два этапа должны чем-то выделяться. И почему у меня такое чувство, что мне они не сильно понравятся? — На следующий день все переезжают на Лесной остров, там участники должны пешком добраться до определенной точки, а по прибытии нам предстоит пройти небольшую полосу препятствий. Третий этап проводится все на том же Лесном острове, — Тордор довольно улыбнулся. При виде этой улыбки по моей спине пробежали мурашки. А лесник между тем продолжил, — Под последний этап выделяется довольно большой участок местности, на возвышенностях там уже возвели небольшие смотровые пункты. Задачей участников испытания будет добыть один из десяти флагов. Кроме самих участников, в лес выходит небольшой отряд гвардейцев и также рассредоточивается по местности. Их задача — захватить как можно больше испытуемых. И, что самое интересное, в отличие от вас, члены группы будут вооружены… Лесник хотел еще что-то сказать, но в дверь неожиданно постучали. Лицо Тордора резко изменилось, он вскочил, чуть ли не силой вытолкал меня через черный вход и, быстро попрощавшись, захлопнул дверь. Все произошло так быстро, что я не успел опомниться и несколько минут тупо смотрел перед собой. Зато после этого мое удивление сменило сильнейшее любопытство, и, не сумев удержатся от искушения, я подкрался к окну избы. К моему разочарованию оно было завешено темной тканью, но по голосам я смог узнать, что лесника в такой поздний час посетила молодая гостья. — Тордор, надеюсь, я не помешала? У тебя, вроде, кто-то был, — я отлично слышал звонкий девичий голос. — Не волнуйся, он все равно собирался уходить. Ты не поверишь, я все-таки сумел его достать. Пришлось, конечно, изрядно попотеть, чтобы подобраться к ним поближе, но в итоге я сумел получить кучу важной информации и даже принести трофей, — Молотильщик был явно доволен собой. — Правда? Давай, показывай скорее, будем надеяться, что мои расчеты были верны, — судя по голосу, то, что добыл викинг, было чрезвычайно ей нужно. — А как продвигается дело с… Голос девушки неожиданно стал тише, и, как я ни старался, различить оставшуюся часть разговора у меня не получилось. Скорее всего, они с лесником спустились в погреб. Больше оставаться возле дома Тордора причины не было, ведь Молотильщик вряд ли отпустит девушку, пока не расскажет все свои истории про драконов. Я не спеша шел по направлению к деревне, тонкая корка льда, образовавшаяся на поверхности снега, громко хрустела под ногами. От этого мне иногда казалось, что за мной по пятам кто-то идет, хотелось обернуться и проверить, и пару раз я не выдерживал, но дорога, озаренная и мерцающая под неполной луной, была пуста. «Великий Один, еще немного и начну шарахаться от собственной тени, — я с досадой пнул небольшую ледышку. — Интересно, кто все-таки наведался к Тордору? И что он еще хотел мне сказать, когда нас прервали?» Эти вопросы так и остались без ответа. Деревня выплыла из мрака ночи с островками света, отбрасываемыми факелами и кострами дозорных. Когда я подходил к дому, то заметил, что Лед, вместо того, чтобы заснуть на первом этаже, разлеглась посреди двора. Как всегда, дракониха меня почуяла еще тогда, когда я шел по улице, но не сочла нужным освободить дорогу. Переступив через ее белый хвост, я вошел в дом. Поднявшись на второй этаж и скинув на стул свою шубу, лег в постель. Следующие два дня Пардар и Норн старались всеми возможными способами измотать меня настолько, чтобы испытания показались мне отдыхом. Слава Тору, в последний день перед экзаменом тренировки пришлось отложить — на остров стали приплывать участники испытания, Стражи и гвардейцы. Последними должны были прибыть корабли из столицы — по слухам, Туманный посетит сам император. Одним из первых на остров перебрался грандмастер Сердор, с ним были трое Стражей и сорок воинов — именно они должны обеспечивать общую безопасность и, кроме того, некоторые из них будут входить в группу наших противников на последнем испытании. Как я и думал, стоило Медведю битвы разместиться в Чертоге, как он сразу велел мне прийти к нему. Выбора не было, пришлось идти. Большая комната, где поселился грандмастер, располагалась почти под самой крышей Чертога, окно выходило на восточную сторону холма, поэтому именно сюда первыми пробирались робкие утренние лучи солнца. Все стены были украшены звериными шкурами, а над дубовым столом висела голова огромного медведя. Сердор часто наведывался на Туманный остров, предпочитая его тишину шумной и суетливой жизни в Академии, поэтому не удивительно, что в Чертоге у него были личные покои. Сейчас стол грандмастера покрывала целая куча писем, которые он бегло просматривал, сортируя по нескольким стопкам, поэтому викинг не сразу заметил, как я вошел. — Ульвир, как хорошо, что ты пришел, — будто у меня был выбор. За то время, что я провел на Туманном, Сердор совершенно не изменился, хотя, что может произойти всего за два месяца? — Ну что, готов к испытаниям? Тордор тебе все передал? — Да, мастер. — Это хорошо, ведь твоими противниками будет элита Академии. Но я тебя сюда позвал не для того, чтобы пугать. Как ты знаешь, сегодня на Туманный остров прибудет много важных лиц Империи, в основном, это мастера Стражей и вожди некоторых деревень, — Грандмастер взял со стола пергамент и подал его мне. Это был список викингов, которые должны появиться на Туманнике. Большинство имен мне было незнакомо, но некоторые я узнал. — К сожалению, государственные дела не позволяют Императору лично присутствовать, поэтому вместо него прибудет Свартобран, командующий флотом. Как ни прискорбно, но в последнее время Игнерийская империя переживает не самые лучшие времена, поэтому не всем из прибывших стоит полностью доверять. Наверное, ты слышал, что пару месяцев назад Темный Мьельнир сумел пробраться в столицу. Гронадар полагает, что ему помогли, и подозрения падают на Стражей. Так что на время испытания твой дракон должен покинуть остров. — Лед останется на острове, — Медведь битвы посмотрел мне в глаза. Я спокойно выдержал его взгляд и продолжил, — Как я могу быть уверенным, что там, куда вы ее отправите, будет безопасно? — Вполне логичный вопрос. Поэтому ее отравляют не одну — с ней полетит Норн и, к тому же, не думаю, что на Трудстаре, с твоей подругой что-нибудь случится. — Хорошо, тогда я согласен. Уверен, Ристур о ней позаботится. — Вот и славно, и последняя незначительная деталь: на испытаниях тебя будут звать Аскмо, — насчет этого я не возражал. Мало ли что будет написано на пергаменте — уверен большинство Стражей тоже имеют псевдонимы. Почему бы и мне им не обзавестись? Грандмастр сделал знак, велев мне уходить, и снова погрузился в работу. Покинув Чертог, я уже хотел было идти домой, надеясь застать там Лед, но добраться до него мне было не суждено, по крайне мере, до вечера. Неожиданно меня что-то резко дернуло вверх, плечи обхватили белые лапы. На высоте было довольно холодно, но замерзнуть я не успел, потому что державшие меня лапы разжались и, пролетев пару метров, с громким плюхом упал в океан. Когда мне, наконец, удалось выплыть на поверхность, то сначала досталось всей локиной родне, а затем в ход пошли ругательства, которые я недавно узнал от Пардара. Наставник говорил, что они на греческом и в оборот были введены Мьельниром. К сожалению, никакие ругательства совершенно не действовали на морозников, и, выдернув из воды, дракониха донесла меня до пляжа, и там сбросила. А сама полностью довольная нырнула в воду и, на всякий случай отплыв подальше, принялась нырять, гоняясь за рыбами. В отличие от меня она наслаждалась низкой температурой воды. А плавала она отлично, конечно, с морскими драконами не сравнится, но все-таки. Пока дракониха придавалась водным процедурам я скинул мокрую шубу. До деревни было час ходу, но именно там мне сейчас меньше всего хотелось появляться — снова придется глазеть на то, как прибывают знаменитости. Поэтому, подозвав Лед, я направился к дому Норн. К счастью до него идти было совсем не далеко. Выбравшись на берег, морозник начал кататься по снегу, а подходить ко мне дракониха отказалась. Плюнув на бесполезные попытки привлечь ее внимание, я направился к жилищу воительницы. Как и думал, Лед не захотела меня оставлять и вскоре последовала за мной. Добравшись до домика валькирии, я постучал, но судя по всему, дома никого не было. К счастью мне было известно, где она хранит запасной ключ, а еще на Штормбреге она разрешила мне в случае чего заходить. Вот, наконец, и настал этот случай. Открыв дверь, мы зашли в дом, Лед все еще с опаской на меня поглядывала, но мне было сейчас совершенно не до разборок, нужно было срочно просушить одежду. Случайно бросив взгляд на стол, я заметил на нем клочок пергамента, на котором четким почерком воительницы было написано: «Ульвир, если ты это читаешь, значит, моя догадка оказалась правильной и Лед что-то задумала подстроить напоследок. А значит, может так получиться, что тебе потребуется сухая одежда. Я кое-что сохранила из твоих вещей они в кладовой, в сундуке. Кстати, к сожалению, у меня появились неотложные дела на Лунном острове, поэтому я не смогу составить Лед компанию, но не волнуйся, она уже большая девочка и такой пустяковый перелет для нее не проблема. Учти, Сердору об этом знать совершенно не обязательно. И если ты ему проболтаешься, я тебя прибью.Удачи на испытаниях. Норн.»
Разведя огонь в камине, я подвинул к нему стул и развесил на нем свои вещи, в кладовке и в правду обнаружился большой сундук, в котором сверху на других вещах лежали мои штаны и рубаха. Порядком свалявшиеся, но сухие. Когда я сел возле камина, Лед, наконец, решилась подойти и, осторожно ткнувшись носом мне в руку, легла рядом. Если учесть, что такая близость к камину, ей не очень нравилось, то не простить ее после этого было просто невозможно. Приподнявшись, я осторожно почесал ее между крыльев, по голове и под челюстью. Драконица довольно заурчала и повернулась на спину, чуть было, не перевернув стойку с мечами. Норн любила расставлять в доме разное оружие. Пожурив ее за неповоротливость и поправив клинки, я вернулся к камину. Лед, лизнув меня холодным языком, ушла в дальний от камина угол и там мирно засопела — это правильно, ей скоро предстоит далекий перелет. Разомлев от тепла, я и не заметил, как заснул.
