Заснеженные вершины Фудзиямы

Для Жана не существовало дома. Точнее не в том смысле, как представляет себе подавляющее большинство. К отцу он приезжать не любил даже на каникулы. С мачехой, сводными братьями и сестрой он не был близок. С тех пор, как он попал в университет, именно его новые друзья и соседи по общежитию спортсменов стали ему семьёй. Их с Рико путь от ворот университета в Западной Вирджинии до пригорода Нью-Йорка, где обосновался глава семьи Морияма, занял почти девять часов на машине. Обратно Жан ехал один и на кипучей в нём ненависти добрался за семь. Его телефон сел часа через два, почти каждую минуту оповещая о пришедшем сообщении. Бензин кончился ещё через час, и Моро остановился на заправке, где смог перекусить. На территорию общежития он приехал засветло. Припарковался и прошёл мимо спящего охранника внизу, направляясь к лифтам. На этаж, на котором отдельно жили омеги и девушки, можно было попасть только по специальному пропуску, и Жан на секунду испугался, что мог потерять свою ключ-карту, когда не нащупал в кармане сумки. Искомая карточка нашлась в куртке, и через пять минут парень перешагнул порог своей комнаты. — Ох, — вздохнул он, бросая сумку на пол и прислоняясь спиной к двери. В спальне что-то зашумело, заскрипела кровать, и в гостиную выплыл завёрнутый в одеяло Ники. Выглядел он помятым и с такими синяками под глазами, что сразу было понятно, что он опять до середины ночи играл в видеоигры. Жан метнул короткий взгляд на диван и увидел макушку Аарона, которого, видимо, вырубило, где придётся. — Ты чего тут делаешь? — спросил Ники будто бы недовольно. Его кузен повернулся на бок и прикрыл голову одеялом. — Ты же на несколько дней уехал. — Ой, Ники, — вздохнул Жан. Он не был поклонником обсценной лексики, но сейчас крепкое слово само просилось. — Это такой пиздец, что словами не описать. Брови Хэммика взметнулись вверх, замерев домиком где-то на середине лба. Аарон даже проснулся, услышав от Жана подобное. Удивительно, ведь сам он был далеко не неженкой и на регулярной основе отшивал Дэя словами куда менее приличными. — Что случилось? Ники подошёл ближе и включил свет, принимаясь рассматривать лицо Моро. Он охнул, увидев пластыри, и протянул руку, чтобы вытащить из волос соседа застрявший цветочек. Жан истерично хихикнул. Он всё это время ехал с этим чудом на голове что ли? — Дерьмо случилось. Двадцать минут и один горячий душ спустя Жан сидел на диване и демонстрировал соседу и его кузену свои исписанные запястья. Ники охал и ахал, а Аарон лишь кратко выразился каким-то немецким матом, за что получил от брата недовольный взгляд. Ещё кружку кофе спустя в комнату пришла Рене и, присев рядом, приобняла Жана за плечи. Только позволив себе развалиться в объятиях подруги, Моро понял, как чертовски сильно всё это время был напряжен. — Я тебя, конечно, поздравляю, — в конце концов, Ники нашёл в себе силы для нормальных слов. — Очень рад за тебя и всё такое. Но как бы не полностью, понимаешь? От всей души, но не до конца. — Не повезло тебе, — бросил Аарон те же слова, которые несколько часов назад адресовал Жану Тетсуджи. — Так, может быть, это к лучшему, — не унимался Ники. Он ходил по комнате взад и вперёд и доливал всем кофе. Рене лишь поглаживала Жана по голове. — Вдруг этот Ичиро нормальный в отличие от своего братца. Не обижайся, булочка моя, но все мы знаем, что Рико помешан на том, чтобы во всём быть первым. И на тебе, конечно. В последнее время это приобрело совсем уж мрачные очертания. — Рико тоже нормальный… — Ага, — перебил его Аарон. — Поэтому он орал на весь стадион, когда Ваймак сказал ему назначить помощника капитана, пока у Дэн лодыжка не заживёт. И поэтому он на всех альф из твоего окружения почти бросается, а того… Как там его звали? Который несколько лет назад тебя на свидание позвал. Да он его вообще до полусмерти избил! — Себастьян, — просипел Жан. За последние десять часов он вспомнил этого альфу уже два раза. Не к добру это. — Кевин помешан намного сильнее. — Дэй — задрот по экси. А Рико повернут на том, чтобы всегда быть лучше всех. И чтобы тебя у него вдруг не украли. Ты помнишь, когда у Рене было день рождения, он сидел у дверей и следил, чтобы никакой другой парень к тебе вдруг не подошёл? Да он Нилу чуть руку не вывернул, когда тот споткнулся, а ты его придержал. Я удивляюсь, как этот твой «нормальный» тебя вообще ещё к батарее не привязал. Аарона, похоже, вообще не зацепило, что его настойчивого ухажёра назвали помешанным. Голос его остался таким же ровным, а в глазах не было ни проблеска интереса. Видимо, бета действительно не был заинтересован в том, чтобы начинать встречаться со вторым номером университетской сборной. А вот Жан, услышав, как со стороны, выглядят его отношения, задумался. Он давно уже чувствовал, что что-то идёт не так. Он не знал, как должно быть правильно — у него прежде не было опыта — но понимал, что заданное направление движения ему категорически не нравится. Рико в своей своеобразной заботе перешёл черту ещё давно, и сколько бы омега не говорил ему об этом, тот словно не слышал его и едва ли ослаблял контроль. Щипки и пошлёпывания по попе появились всего с год назад. Пожалуй, только тогда Жан окончательно себе признался в том, что состоит в абъюзивных отношениях. Но, оказывается, его окружение заметило это намного раньше. — Что вы молчали столько?! — задал он закономерный вопрос. Все трое одновременно вздохнули и закатили глаза. — Всё Рико плохой и со мной плохо обращается. А чего молчали столько и меня не посвятили? — Мы тебе давно об этом намекали, — тихонько сказала Рене. — Сначала намеки, потом прямо говорили. И я, и Ники. И Ваймак с Би. Даже Тетсуджи Морияма тебе об этом сказал. Прямо и весьма красочными словами. — А ты все твердил, что это неправда, — перебил её Ники. Он закрыл уши руками и прикрыл глаза, начиная мотать головой из стороны в сторону. — Это всё тупой пиздешь! В моей стране Розовопонии такой херни нет. А вы всё врете! Жан замер с приоткрытым ртом, смотря на соседа. А потом всхлипнул и закрыл лицо руками, падая себе на колени. Кружка с кофе полетела по пол, намочила ковёр и его носки, но омеге было всё равно. На него с грохотом свалилось осознание, как же долго он занимался самообманом. Будто до этого момента он жил в бункере и только сейчас в полной мере во всех оттенках увидел то, что с ним действительно делал его парень. Но Жан так любит Рико. И Ичиро тоже любит. Он буквально не сможет без них существовать и дышать. Его так крыло их эмоциями там в саду. И после, когда он уже ехал обратно, у него порой дыхание сбивалось от всего того потока зависти, ненависти и любви, который бурлил в сердцах его истинных. — Я так хочу быть с ними, — заскулил он. Лёгкая рука Рене погладила его по голове, а Ники сел прямо на пол, обнимая его ноги. Аарон вздохнул и промямлил что-то вроде «развели тут сопливые страсти», но к себе не ушёл. — Я не могу без них. Пока я сюда ехал, я еле сдержался, чтобы не развернуться обратно. У меня будто ломка, как у наркомана, — Аарон от этих слов дёрнулся и поморщился, тяжело сглатывая. Сочувствие слишком явно отразилось на его лице. — Но Рико сказал: «Ты забираешь, то что должно быть только моим». Он буквально назвал меня своей вещью! И я так его за это ненавижу. И понимаю, ведь у меня тоже отношения с семьёй не самые лучшие. И они с Ичиро подрались. А я поцеловался с ним. И это было изумительно, хотя и длилось едва ли секунду. Жан почти задыхался от невысказанных слов и слёз, которые застряли в горле. Тонкий аромат сладкой лаванды и терпких пряностей коснулся его носа, и он словно на секунду ощутил присутствие братьев рядом. Разговор с Ичиро и последующая за этим драка заняли минут десять от силы. Но впечатлений осталось столько, что словами не передать. Жан одновременно ненавидел и до безумия всепоглощающей страсти любил обоих своих альф. Он готов был отдать жизнь за то, чтобы ещё хоть раз посмотреть им в глаза. И задушить своими собственными руками, если хотя бы один из них заикнется о том, что Жан — их собственность. Мерзкая удавка сдавила горло и затягивалась всё сильнее с каждой секундой вдали от этих двоих безумцев. И в то же время хотелось слиться цветом со стеной, чтобы, когда братья явятся сюда, они его не заметили. — Это только в первое время, — Ники погладил друга по коленям и похлопал по плечу в знак поддержки. — Когда мы с Эриком разъезжаемся после каникул, мы тоже подобное чувствуем. Но это проходит через пару дней. — Ты хочешь с ними увидеться? — спросила Рене, отмахиваясь от Хэммика. — Да. — Тогда поговори с ними. Не сейчас и не тогда, когда предложат они, а когда сам захочешь. Вам в любом случае нужно будет поговорить всем вместе. — И не стесняйся им напомнить, что их братские разборки тебя не касаются, — добавил Аарон. — Ты не приз и не причина для спора, а их партнёр. Самостоятельный и самодостаточный, нравится им это или нет. Жан кивнул и резко встал, направляясь в ванную. Там он умылся, высморкался и попытался перевести дух. Обратно к друзьям он не пошёл, а скрылся в спальне. Ники уже направился к нему, но Рене его удержала. Лежа в кровати, омега слышал, как она разговаривала с кем-то по телефону, затем вышла на несколько минут и вернулась вместе с Эндрю и Нилом. Ему вроде бы даже послышался возмущенный голос Кевина. Гостиная наполнялась голосами и людьми, но Жана никто не беспокоил. Под этот мелодичный шум он смог немного подремать и проснулся от прикосновения к ноге. — Ты пойдешь на тренировку? — Ники уже переоделся и стоял со спортивной сумкой через плечо. — Нет. — Ваймак по-любому уже знает, что ты здесь. Но мы с Рене скажем, что ты не в ресурсе, — Моро кивнул и отвернулся к тумбочке, пытаясь нашарить телефон. Тот не включался, и парень понял, что напрочь забыл поставить его на зарядку. — И тебя Кевин искал. Сказал, что ему поручили за тобой присматривать. Аарон его выгнал и заявил, что возьмёт эту проблему на себя. Жан благодарно улыбнулся, и Ники улыбнулся ему в ответ. Он вышел из комнаты, прикрывая за собой дверь, а затем омега услышал звук закрывающегося замка. Телефон в его руках, наконец, ожил, и сообщения посыпались один за другим. Смски от Рико и оповещения в Фейсбук от Ичиро. Старший из братьев Морияма даже не знал номера Жана, но и без этого умудрился его достать. Омега фыркнул и откинулся на кровать, смотря в потолок. Подобная настойчивость льстила его неизбалованной ухаживаниями натуре. А с другой стороны немного пугала. Двое взрослых альф с почти неограниченным лимитом денег и полным отсутствием тормозов готовы землю рыть, чтобы его найти. А его от преследования спасает только закрытый этаж студенческого общежития. «Пожалуйста, просто скажи, что ты в порядке». Когда оповещения прекратились, Жан листал сообщения и увидел последнее, что ему написал Ичиро. Сердце сжалось от жалости, и омега решил, что пора бы уже выйти на связь. «Я в норме», коротко написал он обоим братьям. «Замечательно». Ичиро ответил тут же, а вот Рико почему-то промолчал, что не было на него похоже. Жан был уверен, что у первого его альфы чуйка на каждое сообщение, которое было адресовано его омегой не ему. «Мы можем встретиться?» Жан старательно игнорировал вопрос Ичиро. Целых полчаса, которые провел на кухне и в гостиной, пока руки чесались написать состоящий всего из двух букв ответ. Но нельзя так просто сдаваться. И Рене была права, что им стоит пообщаться втроём и лишь тогда, когда Жан будет морально готов к этому и очередной драке. «Не думаю, что хочу видеть сейчас кого-то из вас двоих». Получилось грубо, но так им и надо. Однако Жан постарался смягчить удар и решил попробовать перевести тему. «И какой в этом смысл, если я здесь, а ты в Нью-Йорке?» «Я выехал за тобой почти сразу после твоего отъезда и уже в Вирджинии. А Рико сейчас в самолёте. Прожигает недовольным взглядом спину нашего дяди». Жан запрокинул голову назад и застонал от свалившегося на него стыда. Тетсуджи и Кенго. Он ведь их обоих послал! В порыве эмоций это казалось правильным решением, но точно не сейчас. «Я не хотел оскорблять твоих отца и дядю», принялся строчить омега. «Вы с Рико заслужили, но они не при чём. Передай им мои извинения, пожалуйста». «Тетсуджи не в обиде. Его это скорее насмешило. А отец в восторге от твоей дерзости». Что? Жан перечитал сообщение ещё раз и ещё, но буквы остались те же, и смысл слов не поменялся. Кенго в восторге от его неприличного поведения и нанесенного этим оскорбления? Что за фигня блин?! «Что?» «Он в восторге от того, как ты отстаивал себя. Он много что сказал мне и Рико по этому поводу». Омега нахмурился. Теперь понятно, в кого оба брата пошли своей непредсказуемостью. Ичиро в этот момент, видимо, решил, что время пришло и попытался воспользоваться сговорчивостью парня и снова уговорить его на встречу. «Слишком много писать. Давай всё-таки встретимся, и я всё расскажу лично». «Нет», резко бросил Жан. Он хотел написать ещё «пошел на хер», но в последний момент стёр. Ичиро прислал в ответ лишь грустный смайлик и просьбу писать и звонить в любое время дня и ночи. Жан фыркнул и бросил телефон на кровать. Минут через десять пришло сообщение от Рико, а затем ещё одно с просьбой встретиться. Моро был уже слегка взбешён этой наивной простотой двух братьев и отшил парня, сначала послав на три буквы, а затем к Ичиро на приватную встречу. Пускай сперва решат, что они там между собой не поделили, а потом отношения строить пытаются. Одному в общежитии было скучно. Сейчас, в разгар недели накануне начала учебного года, на кампусе творилось полнейшее безумие. Студенты всё прибывали и прибывали. Первокурсники стайками потерянных птенчиков бродили между корпусами и чуть ли не в каждую мусорку заглядывали интереса ради. У команды по экси каникулы закончились чуть больше месяца назад, и они уже все успели расположиться и ознакомить своих новичков с территорией и основными правилами выживания в общежитии. Первоначально Жан хотел просто выйти погулять, но потом передумал и достал свои кроссовки для бега. В его груди снова поселилась грусть, и, видимо, его альфы это из внимания не упустили. Уже их эмоции тоски и страха, ревности и зависти атаковали и без того погруженного в раздумья омегу. Он помотал головой и подхватил плеер. Если он пойдет у альф на поводу, то окончательно расклеится. Развалится совсем и чуть ли не на коленях к ним приползет, лишь бы они больше не страдали. Разумеется, для них этот вариант предпочтительнее. Но Жан не позволит манипулировать собой посредством их связи. Он начал бежать, едва выйдя за порог общежития. На выделенной для бегунов дорожке ему никто не мешал, и вскоре Жан потерялся в музыке, отвлекаясь от своих мыслей и тех чувств, которые обуревали его после поездки в дом семьи Морияма. Несколько раз он останавливался, чтобы размяться, но как только начинал ощущать чужое беспокойство, сразу возобновлял бег. Закончить Моро позволил себе лишь, когда мимо него одна за другой стали проезжать черные автомобили Воронов. Омега опёрся руками о колени и чуть присел, переводя дыхание. С невысокого холма ему открывался вид на кампус и чёрную громаду стадиона Эвермор, возле которого толпились люди. Команда, завершив тренировку, рассаживалась по машинам и уезжала, кто куда. Жан сощурился и увидел, как в машину к Кевину садятся Аарон и Ники. Нил и Эндрю направлялись к автомобилю Эллисон, который та демонстративно перекрасила в оранжевый. Пару лет назад, летом между первым и вторым курсом Жана, два университета объявили о слиянии. Государственный университет стал частью Университета Эдгара Аллана, но сохранил почти в полном составе своё руководство и спортивные сборные. Это привело к тому, что в середине июля в Эверморе встретились две команды с кардинально разным подходом к тренировкам, репутацией и уровнем подготовки. Вороны не приняли Лисов, а те не особо этого принятия жаждали. Но почти два месяца ежедневных встреч быстро разрушили стену неприязни. Вскоре Вороны поняли, что Лисы не такие уж и аутсайдеры. А Лисы дружно признали, что Вороны не все поголовно скоты. Рико то слияние далось особенно тяжело, потому что Дэн, бывшая прежде капитаном Лисов, стала помощником капитана. Младший Морияма всегда тяжело воспринимал покушение на свой статус, но через несколько месяцев всё-таки признал, что Дэн достойный игрок и неплохой товарищ. По прошествии двух лет большинство тех, кто целенаправленно портил кровь и создавал конфликты, покинули стены университета. Новенькие приходили в уже сформировавшуюся команду и подобно цементу скрепляли отношения тех, кто ещё помнил Лисов и Воронов по отдельности. Разумеется, между некоторыми всё ещё сохранялась напряжённость. Но в каком коллективе подобного нет? Тетсуджи Морияма и Дэвид Ваймак пристально следили за тем, чтобы отношения между игроками не переходили точку невозврата. Когда в конце прошлого года Тетсуджи стал проректором по спортивным вопросам, своё место тренера он передал именно Ваймаку. И тот от намеченного курса отклоняться не стал: у него в одинаковом положении находились и «свои», и «чужие». В конце концов, большинство игроков неплохо поладили между собой. Жан, размышляя об этом по дороге к общежитию, подумал, что раз Вороны смогли жить в любви и согласии с Лисами, то нет в этом мире ничего невозможного. Если братья Морияма захотят, то смогут помириться. — Твой телефон просто сходил с ума, — заорал Ники из спальни, едва Моро вошёл в гостиную. — Прости, но я не смог удержаться и послал твоего парня. Он мешал нам с Эриком заниматься сексом по телефону. Кстати, мы ещё не закончили. Жан рассмеялся в голос, повалившись на диван. От пробежки и шуток Ники на грани приличия стало так легко. Он был рад, что не пошёл у Рико на поводу и не стал отказываться от соседства с Хэммиком, когда Лисов только начали заселять в общежитие. Иначе не было бы у него такого прекрасного друга с его превосходным чувством юмора. Пока Моро принимал душ, Ники готовил обед. Горячая вода смывала волнения и здорово расслабляла, поэтому перед тем, как они сели за стол, парень всё-таки решился забрать телефон из спальни. Там действительно было полно сообщений и пропущенных вызовов, но перезванивать Моро не стал. Ему было так хорошо и свободно. Он всё ещё чувствовал тоску и злость Рико, а также недоумение и скованность Ичиро. Но сейчас эти эмоции были словно на периферии, не заменяли и не уничтожали его собственные ощущения и чувства. «Пожалуйста, давай встретимся», прочёл Жан очередное сообщение от Рико. «Я не могу, Жан. То, что ты чувствуешь, убивает меня. Мне кажется, что все мы сходим с ума. Я не могу без тебя. Прошу, давай увидимся». Омега вздохнул. На него снова напала чужая хандра, но предложенная Ники конфета её отогнала. Жан полистал их с Рико переписку, глянул число пропущенных звонков и опять вздохнул. Ичиро не переставал всё это время писать ему на Фейсбуке, поэтому и там было что почитать. Парень убрал телефон, перевернув его экраном вниз. Ники всё это время не переставал болтать, рассказывая о прошедшей тренировке. Что Ваймак был обеспокоен произошедшим с Жаном, но в подробности его посвящать не стали. И что Аарон слишком увлекся отвлечением внимания Дэя на себя, и уже появились слухи, что их видели целующимися за лифтом на первом этаже. Жан прикусил язык, чтобы не сболтнуть, что никакой это не слух, а он сам был этому свидетелем. Одновременно ужаснулся от воспоминаний и едва не поперхнулся чаем от смеха. — Что? — Ничего, — ответил Моро и встал, забирая с собой телефон. — Я сейчас вернусь. Ники проводил его подозрительным взглядом, но задерживать не стал. Омега прикрыл за собой дверь и открыл Фейсбук. Раз уж Кевин смог добиться от Аарона взаимности, то Жан добьется, чтобы его альфы поладили. «Ладно. Давайте завтра встретимся», написал он сообщение в только что созданную для него и братьев Морияма общую переписку. «В шесть вечера в «Толстом Бон-Боне» на кампусе».