Тяга

Январь, 2018

– Да? Глубокий вдох. Перепроверямо. Всё перепроверяемо. Переубеждаемо.  Где мы, кстати? – Это ты? Не до слёз, конечно, а так — до дрожи. От земли так веет, что ли? Чуть-чуть. Подожди чуть-чуть. – Смотря кому звонил. – Тебе… Матсу, это ты? – Я. Что случилось? Вопрос хороший. С подвохом правда. Нужно попасть в десятку, иначе всё, капут. – Да-а… Это же ты, Матсу? Правда? Славно. Умираю вот. Захотелось созвониться. Думал, по скайпу, но я не знаю твой скайп, извини… Кинешь, кстати? Не меня — скайп, меня-то ты уже кинул, хех. Ну, ты и сам знаешь… – Что случилось? Повторяется… Стреляем дальше? – Мне плохо. Тяжело дышать. Рак лёгких или типа того. Бля, рубашка в крови, сука. Я походу без носа останусь. Да-а-а, умираю. Славно.  – Ты дрался с кем-то? Травмы есть? – М-м-м, да? Сколько же? Сколько же там было? Не помню совсем. Башка болит. Слушай, забери меня… – Что-то ещё беспокоит? Где ты сейчас? – Да. Ты. Куда ты делся? Пропал. Я тебя вчера ждал. Ты сказал, что потом можно будет. Когда потом? Уже столько времени прошло… когда потом?  – Скажи, где ты сейчас? Ты был с кем-то? Если сказать, то он пошлёт Куро? Наверное. Вечно он у него посыльный. А тот и рад стараться. Немощные. – В смысле, блять, с кем-то? Мозги врубай давай. Это ты там чё-то с кем-то, а я… сам по себе.  Потом. Всё потом, да? Потом, когда не сейчас. Потом, когда уже всем будет поебать. Приедешь? Прилетишь? Прибежишь? Нет, приползёшь… – Алло, Матсу? Ты тут? Ты же приедешь? Я в парке. Когда будет тяжёлый вздох? Ожидается так-то. Трубку поднял. Не дали возможность перезвонить. И кто ползти собирался… – Что за парк? Назови мне адрес. – А ты приедешь? – Да. – Не знаю я адрес. Блять, откуда я его должен знать вообще? Был там, теперь тут — что это? Мне теперь везде смотреть надо? На каждый дом, что ли? Не знаю я адреса… Просто забери. – Понятно. Где был до этого? Улица? Район? – У тебя был… Потом в баре был, вроде. Не знаю, не помню. Я не помню! Я не знаю, как я здесь, как я сюда! Я не помню! Просто забери меня, забери отсюда, я замёрз. Пожалуйста. Ты же приедешь? – Жди там. 

***

Так и знал, что его кинут. Знал и хотел, потому что ожидаемо, потому что, в случае чего, можно предъявить. – Так и знал, что тебя пошлёт. Ты вроде бы занят был? Напиздел, так получается, что ли? Верен лишь своему хозяину?  Игнорируемо. Разве за этим ведётся разговор? Чтобы внимали? Безответно, но покорно? Слишком низко, даже для него. – Кровь ещё идёт? Это про «вопросы здесь задаю я» или что за сцена такая? Кого в этот раз он играет? Неужели так образ нравится?  – Нет. Пока вас дождёшься, сдохнуть можно. Я все яйца себе отморозил. – Не сидел бы на земле. – Ага, щас, блять. Буду тебе стоять тут, смирно выжидать. Ещё чего? – Идти сможешь?  – А что, подержаться за ручки хочешь? – Да или нет? Иногда кажется, что это помутнение какое-то. Внезапно видеть черты одного в другом. Они как две капли одного раствора, какого-то наркотического вещества, наверное. Эти интонации, вопросы — всё такое знакомое и нужное, но такое ошибочное. Страшно поверить, выбрать не то.  – Сам дойду… – Но был бы это Матсу, отреагировал бы иначе, да? Начал бы строить из себя жертву, нашёл бы повод пожаться, потрогаться.  А ведь если так посмотреть — не понять даже. Было темно, он в куртке, лица не разглядеть, ещё и с шапкой. Легко повестись. Они это специально? Мол, не заметит даже, какая разница? Вечно его за дурака держат. Думают, он тут самый тупой. – Слушай, ты бы, блять, заканчивал уже это. Косить под него. – Кого? – Под друга своего ебаного, Матсу. Вы так похожи, думал, я не замечу? Что ты не Матсу? Что вы меня дурите? – Может, всё же я? – Угараешь? Вы может и похожи, но я не тупой. Хуй показывай – стопроцентно отвечу. – Думаешь, сработает? – Клянусь, хуй Матсу узнаю из тысячи. – Вот как? Не помню, чтобы показывал. – Всё-то ты знаешь. Свечку держал? – Ну так хуй-то мой. – Давай без этого. Снимай штаны, проверим. Снимать, конечно же, ничего стал. Просто молча посадил его в машину, закрыл дверь. Спустя какое-то время вновь открыл. Загорелся свет, в расфокусе показалось лицо, тёплая рука, которая коснулась его.  – Дышать можно, – правда? Не заметил даже. Что-то ещё, доктор? – Просто перелом. Жить будешь. Не переживал ведь даже. Дышать было тяжело — это правда, но в остальном, про смерть, например? Это же так, для внимания. Хорошо отыграл, получается? Столько заботы. Нет, это точно не Куро. У того руки кривые, он бы сделал только хуже.  – Будет укачивать — скажи, понял? – Угу, – ещё и кивнул зачем-то.  Матсукава наклонился пристегнуть его и, уже отстранившись, закрыл дверь. Из-за близости потянуло в сон. В машине было тепло и приятно пахло. Когда он был здесь в последний раз с Куроо, запах был другим. 

***

– Почему ты не позвонил мне? – Началось. В последнее время у него завелось слишком много сиделок. Запрос был лишь на одну конкретную. – Зачем тебя беспокоить? Я вообще не хотел приходить таким, пугать Нао…  – Его не испугает твоя раскрашенная морда. Кому ты зачёсываешь? С каких пор тебя это волнует? Раньше ты всегда звонил мне. – Боже, вот что тебе не нравится? Я о тебе позаботился, что ты сейчас-то хочешь? Всё же уже случилось. – Я вижу. Скажи спасибо своему другу. Как его, кстати, зовут? – Куро.  – Я помню, как выглядит Куро, придурок. И это был не он.  – В смысле? – Не помутнение, получается? Все эти появления и исчезновения? В моменте это «да я уверен», наутро это «чё за пиздец?». – Что с тобой происходит? Ты постоянно где-то пропадаешь, если и появляешься, то только на руках у своих друзей, пьяный в хламину. Где ты их только берёшь? Ещё и не помнишь ничего. – Да чё ты меня отчитываешь, как пацана какого-то?! Ну ушёл, ну напился, ну какие претензии могут быть? Я что, без еды вас оставил? Без денег? На улицу выгнал, а сам остался тусить? Ну думай головой давай, наверное. Что за кипиш на ровном месте? – Макки, ты же понимаешь, что дело не в деньгах? Ты же прекрасно знаешь это. Просто дай помочь тебе. Что нужно? Боже, ну что за лицо? Что за речь, что за интонации такие? Куда лезет? Чего добивается? Пусть сидит на жопе ровно, работает себе да сына воспитывает. Об остальном Макки позаботится. – Расслабься, дружище, – это он в Куро превратился, что ли? Нахватался всякой дряни. – У меня всё схвачено.  – Я заметил. Заканчивал бы ты с этим всем. Самому нормально гонять людей, искать тебя, отмывать? Ладно я, а они тебе кто?

***

Hmaki Я сегодня у тебя Kuroo Tetsurou Разве?) Hmaki Чекай 10 минут Kuroo Tetsurou А если я не дома? Hmaki Попизди. все мне некогда Kuroo Tetsurou Голодный? Hmaki Очень. приготовь что-то Kuroo Tetsurou Ок. Что хочешь? Hmaki Ну, придумай, блять. все, я занят, не пиши мне, сказал же Kuroo Tetsurou  xD

***

– Тебе плохо, что ли? – спрашивает Иваизуми, после стука, в приоткрытую дверь. – Да ты отъебёшься или как? Порядок всё! – возводит глаза к потолку. Чё за внезапная страсть к спасению у всех проснулась? Просто решил полежать на полу — чё сразу плохо? Ну, допустим ебаная мигрень и пять непрочитанных со вчера, но кого это должно ебать? – А чё ты глаза закрыл тогда? – Устал. – Да ты целый день спал. – Слушай, чё ты пристал? Сказал же, всё путём. – Если ты из-за тех денег… – Боже, забудь об этой фигне. Сколько раз повторять? – Не знаю, это не было похоже на фигню. Макки тяжело вздохнул: – Ты мне веришь? – Ну? – Я тебе говорю, всё фигня, даже думать забудь об этом. Уже всё решил. – Макки вновь закрыл глаза, сложив на животе руки.  – Ты мне не договариваешь. – Меньше знаешь — крепче спишь. – Поумничай. – Дверь закрой.

***

Kuroo Tetsurou Ну что Сегодня будешь? Kuroo Tetsurou Макки? Ты в порядке? Kuroo Tetsurou Так по какому поводу игнор? Hmaki Не игнор Kuroo Tetsurou Ты двое суток не отвечал Hmaki Занят был, знаешь ли Kuroo Tetsurou Ты же был в сети Hmaki А ты че, следишь за мной? Kuroo Tetsurou Просто заметил) Hmaki 👍

***

– О! – раздалось за спиной. Макки бросил мимолётный взгляд в сторону. – Какими судьбами? Вместо ответа чиркнул зажигалкой и затянулся. Куро поравнялся с ним, руки спрятал в карманах, поглядел выжидающе — «Ну?». – Куда пропал? – Не твоего ума дело. – Что так? Обиделся? – Чё? Нет. – Ну ладно, заглядывай вечером, я сегодня свободен. – Да хули тебе надо? – Мне-то ничего, тебе — кто знает? – Да ну тебя, в пизду, – бросил недокуренную сигарету и двинулся в сторону метро. «Нет» на «Дома?» прилетело через три часа. Жить можно.

***

Kuroo Tetsurou Ну что, сегодня у меня? Писать не писать? А чё сам не напишет? Когда надо будет, тогда и даст знать? А если не брать на себя инициативу, то тогда всё — пизда качелям? Как же без тебя хуёво-то, божечки, знал бы ты, блять… Hmaki можно Бля, и вот эта пустота внутри, она же невыносима. С тобой хотя бы полегче: тебя послушать, поговорить, вообще без разницы о чём. Ну хочешь, я говорить буду? Хочешь? Только скажи, чтоб можно было, скажи, что ну, вот так и так. Дай понять, что тебе не всё равно. Дай понять, что я что-то значу… Kuroo Tetsurou Тебя забрать? Ну хз, у самого не получается. Без тебя не получается, понимаешь? Головой своей, блять, нормальной понимаешь? Соло не соло — какая разница, если не с тобой? Вот и я о том же Hmaki не, я сам напиши мне

***

Не идёт сегодня что-то. С утра пораньше залетел по делам, потом вызвался забрать Нао, понянчился (типа), но что-то не зашло совсем — пришлось напроситься в гости. Сидеть битый час и пропускать не только по стаканчику, но и по каждому слову. Всё мимо. Что-то лепет какой-то, очередное «Ну, пока так» и вот это коронное «Написать, что ли?», но уже в мыслях. Утром ещё вроде нормально было, вывозимо, а сейчас… позорище. – Слышишь? – Куро что-то спросил. – Ага, так нормально… – кивок (типа понял всё, типа достаточно). Одно непонятно — это пройдёт? Сука, ног не чувствуем, можно это и к остальному будет относиться?  – Умер кто?  – Чё? – Да лицо у тебя… траурное. – Нормальное, блять, у меня лицо. Себя видел? – Видел. Так случилось что? – Ничё, нормально всё, забей.  – Так нормально или забить? – Ой, в пизду тебя. – Как скажешь, – и опять в отключку, опять к этому зуду в руках. Ну, получается, на пальцах — один, два, три, четыре, пять — что-то больше месяца уже такое. Туда-сюда, пинг-понги, горячо-холодно (насчёт горячо — сомнительно). И не надоело так, блять? «Да» или «нет» — значения не имеет, когда прилетает через девять часов в ответ на что-то из кучи сказанного, спрошенного. Просто становится спокойнее на пару минут, отпускает, а потом по новой. Если долго держать непрочитанным, то даже как-то попроще, как будто держишь не сообщение, а его самого. 

***

– Ты сегодня опять с Куро? – прозвучало вместо приветствия. – Нет. Он тебе нужен? – Зачем?.. – удивлённо спросил. – Ты один? – Да. Это узнать хотел? – Чего? – Ты для этого меня позвал? – Нет, а что? Ты торопишься? – Было понятно, что нет, иначе бы не доставал сигареты. Решил не отвечать, оставил это на Макки. Захотел бы — сказал бы, пытать не собирались. Зато протянул пачку вперёд, предлагая.  Покачав головой, Макки попробовал вернуться к разговору: – Ты не предложишь зайти? Брошенный в его сторону взгляд: – Не думаю, что это хорошая идея, – выдох. – Почему? – Как думаешь? – А что, так сложно сказать? – Нет, – пожал плечами.  – Ну так скажи… – Не зову к себе, потому что не смогу отпустить, – вот это лишнее. Бешеная пульсация в висках, до трясучки. Зачем?  – Я же подождал… ты попросил подождать. Это же не «нет» — его молчание. Если бы это было «нет», он бы так и сказал. Сказал бы, верно? – Почему ты тогда меня забрал? Я тебе позвонил, попросил забрать, и ты забрал. Мог не забирать, но забрал. Значит, тебе не всё равно… – Значит, не всё равно. – Но к себе ты меня не позовёшь? – Не позову. – Почему? – Уже отвечал. – Нет, ты же про другое говорил.  – Ты разве не с Куро? – В смысле? Что это значит «с Куро»? – Вы вроде нашли общий язык, – пожал плечами, затянулся. Стояли молча: один курил, другой ждал. – Не с ним я, – разомкнув губы, поспешно, с обидой. В ответ прилетело какое-то «м-м» — так, по крайней мере, казалось. – Ты употребляешь? – Что? Нет конечно. – А Куроо? Он что-то употребляет?  – Почему ты меня спрашиваешь? Спроси его. Я не нянька, не слежу за ним…  – Хорошо. Мне пора. – У меня день рождения двадцать седьмого. – Да?  – Ага. Поздравишь? В ответ лишь кивок с этим его спокойным «До встречи». Нормально поговорили.

***

– Привет. Смотрю, ты решил меня не ждать. – Чё? Тебя сюда даже не звали.   Куроо удивлённо вскинул брови, но отвечать не стал. Вместо этого спросил: – Ты в порядке? – А ты чё, слепой? Не видишь? Я лучше всех. – Сомнительное утверждение. Макки цокнул: – Кончай трындеть. Ты сюда пить пришёл или мозги мне ебать? – Случилось чего? – Куроо уселся по левое плечо от Макки. – А ты, блять, как будто не знаешь? Вот чё ты из себя строишь, а? – Макки наконец посмотрел на него. – Зачем всё это, скажи мне? Вы это по приколу делаете? На пару со своим друганом решили поиздеваться? И чё, как оно? Весело? – Боже, расслабься, дружище. О чём ты вообще? – Ещё раз скажешь мне расслабиться — разъебу тебе ебальник, – прозвучало вполне серьёзно. Куроо послушно кивнул, мол, ладно, понял. – Не притворяйся, что не понимаешь, о чём речь. – Извини, но я сейчас реально не понимаю, о чём речь. Ебаное «извини» резануло слух, сыграло на нервах. Макки издал тяжёлый, полный раздражения вздох: – Вот зачем это было делать? Сначала прилип ко мне, как банный лист, написывал чё-то, звал выпить… – здесь Куроо попытался оправдаться, но Макки оборвал эту попытку одним злобным взглядом. – Я сначала не понимал, думал, наебалово, щас схожу разок, а потом опрокинет. Но ты же не отставал. И я подумал: «Блин, реально чё-то хочет, да? Общаться там, дружить?». Повёлся, долбоёб. – Макки посмотрел Куроо в глаза. – Ты тоже, кстати. Какой-то бессознательный нефильтрованный поток дерьмища полился из его рта, он потерял смысл своего монолога, потерял понимание кому и что пытается донести. Ответной реакции не следовало, да и не то чтобы он смог её услышать, распознать. Несколько раз он повторился, прежде чем переключиться на обновлённую кружку пива. Вот это спасибо, хорошая работа. – Давай подытожим: тебя вот бесило, что я тебе писал, но ты продолжал отвечать мне и даже соглашался на встречи. Потом ты, если не ошибаюсь, раз двадцать принял меня за Иссея, лез целоваться, мы дрочили друг другу. Ты, конечно же, ничего из этого не запоминал. И вот, я принял твои «отъебаться», – удивительно, но здесь лицо Макки даже не скривилось, – и сделал, как надо. И теперь ты злишься? – Нет, блять, я радуюсь. – Не понимаю тебя, – покачал головой Куроо. – Это я вас, блять, не понимаю. Он мне говорит, типа, не могу-у-у и подожди-и-и. Ну подождал я, блять, и чё? Где всё вообще? Где он? Только ты тут сидишь. – То, что ты на нём завис, я понял сразу. Просто не думал, что всё так запущенно. – В смысле? Что значит «запущенно»? Это у тя там чё-то запущено, долбоёб... Чё ты несёшь вообще? – Да не переигрывай. Я знаю про вас, он мне всё рассказал. – Ты про что? Про «нас»..? Что это, это он тебя попросил? – Нет же, ничего он не просил. Просто сказал, мол, так и так.  – Бред. Что именно он сказал тебе? – Я сказал, что ты ноешь из-за того, что он тебя слил, а он ответил, что не сливал, а попросил подождать.  – И чё это значит? – По-моему, всё очевидно. – Ты ему что сказал? – Просто спросил, ты всегда себя как помешанный ведёшь или бывает иначе. – Ты из меня дурака давай не делай. Я не об этом спрашиваю. – О своей личной жизни я не распространяюсь, если ты об этом, – натянутая улыбка, потухший взгляд, глоток светлого нефильтрованного.