Maneater

Прежде чем мы возвращаемся в отель, я, Ханджи и Петра раскуриваем косяк в машине, потому что, черт возьми, почему бы и нет. Надеюсь, я больше не буду блевать, хотя с тех пор, как это случилось в последний раз, я чувствую себя довольно неплохо. С другой стороны, я все это время чувствовал себя прекрасно. Только когда Эрвин провоцирует меня, я обнаруживаю, что мне становится плохо. Абсолютно нормальная реакция. Мы втроем поднимаемся на лифте в наш номер, чтобы разложить свое барахло. Этаж, на котором находится наша школа, уже гудит от голосов. Несколько дверей распахнуты, и люди входят и выходят из комнаты в комнату. Похоже, что футбольная команда еще не вернулась, что, безусловно, хорошо. Мне нужно немного привести себя в порядок, прежде чем я увижу Эрена. Кроме того, мысленно подготовлю себя к встрече с Эрвином. Черт, может, мне не стоило курить. Мы проскальзываем в нашу комнату и позволяем двери закрыться за нами. Петра ставит свою сумку на маленький круглый столик, а Ханджи снимает свою поясную сумку. Тем временем я направляюсь в ванную, чтобы убедиться, что выгляжу нормально. — Как, по-вашему, родители отнесутся к тому, что мы здесь выпиваем? — спрашивает Петра. — Думаю, они остановились на другом этаже, — говорит Ханджи. — либо так, либо они уже поехали домой. Я не знаю. Никого из наших родителей здесь нет, так что это не имеет значения. — Надеюсь, что администрация отеля не разозлится и не вышвырнет нас отсюда. — Почти уверена, что весь этот этаж выкуплен для студентов, так что никто не должен настучать на нас. И если они это сделают, что ж… — Ханджи пожимает плечами. — посмотрим, что произойдет. По какой-то причине Петра кажется немного обеспокоенной. Может быть, это потому, что у нее хорошая репутация, и большинство людей думают, что она паинька, которая никогда не попадает в неприятности. Что, я полагаю, в какой-то степени верно. Но я дружу с ней достаточно долго, чтобы знать, что она не всегда такая. Это просто маска, которую она носит для окружающих. — Верно, — вздыхает она. — думаю, травка просто делает меня немного параноиком, вот и все. — Не переживай из-за этого! — говорит Ханджи. — Мы выпьем, и ты сразу расслабишься. — Но я не взяла с собой ничего выпить… — Зато я взяла! Когда я возвращаюсь в комнату, Ханджи достает из поясной сумки несколько дорожных бутылок с ликером. — Серьезно? — говорю я, беря маленькую бутылочку «Файерболла». — Это все, что тебе удалось взять? Ханджи усмехается, выхватывая бутылку у меня из рук. — Ну, черт возьми, Леви! Это все, что я смогла взять из дома, не вызывая подозрений. Кроме того, по крайней мере, я взяла хоть что-то, да еще и поставляла траву! Хоть бы поблагодарил. Я не могу удержаться, чтобы не закатить глаза. Ханджи постоянно драматизирует. — Спасибо тебе за то, что ты такая ебанутая. Мы пить вообще будем? Она ухмыльнулась. — Да! Но «Фаерболл» мой. — Прекрасно. Отвратительная хуйня. Я беру маленькую бутылочку «Тито», а Петра достает «Джек Дэниэлс». Мы все откручиваем крышки, чокаемся нашими крошечными бутылочками и выпиваем. В тот момент, когда жидкость попадает мне на язык, она обжигает, и я быстро проглатываю ее, чтобы не подавиться. Блять. Вообще-то я не любитель крепких напитков, а в этой бутылке было гораздо больше спиртного, чем я предполагал. Как только он попадает мне в живот, согревая меня изнутри, у меня начинает гудеть голова, кожу приятно покалывает. — Может, еще по одной? — спрашивает Ханджи. — Ты пытаешься нажраться еще до того, как мы выйдем туда? — спрашиваю я. Учитывая, сколько мы выкурили в машине и выпили, на какое-то время я точно буду убитым в говно. Как бы сильно мне ни хотелось расслабиться, я действительно не хочу снова потерять сознание или блевать. Особенно с тех пор, как я знаю, что Эрвин будет здесь, и кто знает, какого рода дерьмо я могу натворить, если буду сильно нетрезвым. — Ой, с тобой так скучно! — Если ты хочешь выпить еще, то это твое дело, — говорю я. — а мне пока хватит. — Я выпью еще, — говорит Петра, хватая бутылку «Хосе Куэрво». Это удивительно. Наверное, она тревожится сильнее, чем я думал. Не то чтобы я ее винил. Здесь хуева туча людей, мы вроде как нарушаем кучу правил. Не то чтобы мне было не насрать, но я понимаю, к чему она клонит. Несмотря на то, что меня так и подмывает сдаться и выпить еще, я сдерживаюсь. В конце концов, я не хочу превращаться в пьяное нечто еще до того, как придет Эрен. Я наблюдаю, как они выпивают еще: Ханджи невозмутима, в то время как лицо Петры искажается от отвращения. — Уф. — Она вздрагивает. — Не могу сказать, что я фанатка текилы. — Извини, дорогая. Я просто взяла то, что было, — говорит Ханджи. — О, нет, все в порядке! — говорит Петра, широко раскрыв стекленеющие глаза. Ханджи выглядит не лучше. Интересно, выгляжу ли я так же? Хор одобрительных возгласов проникает сквозь стены, и это не прекращается. Охваченные любопытством, мы бросаемся к двери и толкаем друг друга, чтобы посмотреть, из-за чего весь этот переполох. По коридору идет футбольная команда, Эрен идет впереди, улыбаясь от уха до уха, когда все хлопают его по плечу и хвалят. И, боже, он выглядит таким красивым с этой ослепительной улыбкой, озаряющей его глаза. Когда он смотрит на меня, клянусь ебаным богом, мир замирает, и я даже не драматизирую. Непрошеная улыбка расползается по моим губам, и мое лицо теплеет от какого-то странного чувства, пульсирующего во мне. Мне требуется все самообладание, чтобы удержаться от того, чтобы не побежать по коридору и не обнять его за большие, мускулистые плечи. Но это желание подавляется, когда я вижу, как Эрвин плетется за ним, его глаза, словно ледяные кинжалы, пронзают мою душу. Мое сердце замирает, и я быстро отступаю в комнату и прячусь, а Ханджи и Петра закрывают за нами дверь. — Ты в порядке? — спрашивает Ханджи. — Я просто… — я качаю головой. Что со мной не так? Я могу совладать с этим мудаком. Так почему же я так волнуюсь? — не в том состоянии, чтобы встречаться с Эрвином. — Ты хочешь немного побыть в комнате? — спрашивает Петра, и это звучит так, словно надеется, что я скажу «да». — Может быть… пару минут, — говорю я. Если я дам себе немного времени, может быть, мне удастся избежать встречи с Эрвином, найти Эрена, отлично провести время и напрочь забыть об этом придурке. Петра с облегчением вздыхает и откидывается на спинку кровати, уставившись в потолок. Тем временем Ханджи закатывает истерику у двери. — Я чувствую себя слишком хорошо, чтобы ждать! Я пошла туда. — Все в порядке, — говорю я, желая, чтобы она просто ушла. Она показывает мне язык, прежде чем открыть дверь и выскользнуть в шумный коридор, голоса снова становятся приглушенными, когда дверь за ней закрывается. Когда она уходит, я присоединяюсь к Петре на кровати, и мы вдвоем смотрим в потолок, как пара потерянных душ. — Ты в порядке? — спрашивает Петра. — Да. — Точно? Я знаю, ты не любишь показывать эмоции и все такое… — Серьезно, Петра. Я… — Я хочу еще раз сказать, что я в порядке, но знаю, что она на это не купится. — справляюсь с этим. Я просто не хочу видеть его сейчас. — Есть ли какая-то особая причина, или это потому, что тебе больно из-за расставания? Я вздыхаю. — И то и то, полагаю? Я чувствую, что он обвинит меня в том, что произошло на игре. — Почему это должно быть твоей виной? — Потому что я порвал с ним перед супер важной игрой и выебал ему мозги. — Ты не можешь брать вину за это на себя. Конечно, момент не очень подходящий, но это не твоя вина. Такие вещи просто случаются. — Я себя не виню, но знаю, что Эрвин будет так делать. — Думаешь? — Этот парень еще более ебанутый, чем ты думаешь. Петра хмыкает, ее голос звучит неуверенно. Либо я теперь параноик. Блять. Может быть, мне следовало выпить еще. Кстати об алкоголе. Я встаю с кровати и беру одну из бутылок, оставшихся на столе. Йегермейстер. Ха, какое совпадение. Я без колебаний выпиваю его, и вкус сиропообразной черной лакрицы застает меня врасплох. Когда алкоголь оседает у меня в животе, я чувствую, как комок тревоги в груди ослабевает. В голове слегка гудит, и я чувствую себя немного дезориентированным. — Чувствуешь себя лучше? — спрашивает Петра с понимающей улыбкой на лице. — Да. Можем пойти туда, если ты готова. — Конечно. Мы направляемся к двери и медленно открываем ее, высовывая головы, чтобы оценить ситуацию. Теперь, когда футбольная команда объединилась в разрозненные группы, в коридоре стало тише. Ханджи разговаривает с Эрвином и Майком чуть дальше по коридору, и, к счастью, они, кажется, немного подбадривают Эрвина. — Эй, Леви! — Голос Эрена доносится до меня, и я быстро поворачиваюсь, чтобы посмотреть в противоположную сторону коридора. И действительно, он подходит ко мне, выглядя чертовски хорошо в своих выцветших синих джинсах и серой водолазке. — Все еще хочешь потусоваться со мной? — спрашивает он со своей чересчур лучезарной улыбкой. Учитывая, насколько я пьян, мне лучше не открывать рот, поэтому я просто киваю, как дурак. — Ты не против, если я потусуюсь с Ханджи, раз уж ты собираешься побыть с Эреном? — спрашивает Петра. — Все в порядке, — говорю я, несмотря на то, как глупо я сейчас нервничаю. Блять. Почему Эрен заставляет меня так себя чувствовать? В этом нет никакого смысла. Петра улыбается и подмигивает, прежде чем проскользнуть мимо меня и направиться по коридору к нашей группе друзей. — Итак, — протягивает Эрен, неуверенность исчезает с его лица. — что ты думаешь об игре? Я пожимаю плечами, не совсем уверенный, что сказать. Не то чтобы я что-то смыслю в футболе. — Ты выглядел великолепно. — Да? — Его глаза загораются, и он напоминает мне щенка, которому только что сказали, что он хороший мальчик. Он такой чертовски милый, что я хочу умереть. — Я был удивлен, увидев, что ты болеешь за меня. Не знал, что в тебе это есть. Да, я определенно хочу умереть, потому что теперь мое лицо горит, и мне приходится быстро отвести взгляд, чтобы взять себя в руки. Но слишком поздно, Эрен уже заметил мой румянец и теперь смеется надо мной. — Я люблю заставлять тебя краснеть. О… Слово «люблю» творит что-то странное с моим сердцем. Мои внутренности превращаются в расплавленную лаву, и все мое тело нагревается. Я так чертовски слаб по отношению к этому альфе, просто нелепо. — Хочешь познакомиться с моими друзьями? — внезапно спрашивает он, поддерживая разговор, поскольку я пьян и плохо соображаю. Он, наверное, думает, что я чертовски тупой. — Э… что? — Познакомишься с моими друзьями? — повторяет он, выглядя сбитым с толку. — Да, я тебя услышал, — говорю я, пытаясь разогнать туман в голове. Не следовало пить вторую бутылку. Эрен издает нервный смешок. — Ты в порядке? — Угу. — Я делаю глубокий вдох, пытаясь унять эти ненормальные чувства. — Почему ты хочешь, чтобы я познакомился с твоими друзьями? — Я думал, мы собирались потусить? — Ох. Боже, я такой идиот. Вот, что Эрен имел в виду, говоря «тусоваться». Я думал, это эвфемизм для обозначения перепихона или что-то в этом роде. Нет, он просто хочет потусоваться. Со своими друзьями. Друзья. — Ладно, как скажешь, — говорю я. Эрен улыбается и ведет меня по коридору, ожидая, пока я пойду рядом с ним. Хотя я знаю его друзей, я никогда с ними не разговаривал. И теперь я здесь, собираюсь потусоваться с ними. Боже, я надеюсь, что не выставлю себя еще большим идиотом перед Эреном. Мы приближаемся к компании его друзей. Среди них Армин, Микаса, Конни, Саша, Жан и Хистория. Конечно, Жан и Хистория там. Это просто моя гребаная удача. Эрен оборачивается, и именно тогда я понимаю, что остановился. — Ты в порядке? — Мы тусуемся с твоей бывшей? Его брови хмурятся, и он выглядит искренне сбитым с толку. — Да, мы друзья. — О. — Все, о чем я могу думать, когда вижу ее — то, как Эрен трахал ее и как они были увлечены друг другом. Почему это заставляет меня сгорать от ревности? Я чувствую, что меня сейчас стошнит. — Боже, Леви, что случилось? — спрашивает Эрен, хватая меня за бицепсы и глядя сверху вниз. А затем меня окутывает теплый и успокаивающий аромат, запах сосны и земли унимает мой внезапный приступ тошноты. Я качаю головой, не зная, что сказать. Я не могу сказать, что ревную к Хистории. Я имею в виду, черт возьми, Эрен даже не мой парень. — Жан и Хистория действительно не будут возражать, если я буду тусоваться с ними? — По-моему, это достаточно безобидный вопрос. В конце концов, технически, это из-за меня Эрен и Хистория расстались. К тому же, я переспал с Жаном, а потом отшил его. Не могу себе представить, что я кому-то из них очень понравлюсь. — Да, они очень классные, обещаю, — мягко говорит Эрен, убирая прядь волос с моего лба. Я моргаю, глядя на него снизу вверх, ошеломленный этим нежным жестом. Главным образом потому, что ему удается унять остатки моей тревоги. — Ладно, — соглашаюсь я, отчего лицо Эрена расплывается в улыбке, и это заставляет меня тоже улыбнуться. Потому что, очевидно, я влюблен в этого альфу и лгал себе в течение нескольких месяцев. Наверное, я действительно хорош в самосаботаже. Эрен снова ведет меня к своим друзьям, на этот раз его рука лежит на моей пояснице. Не знаю, почему он решил это сделать, но я не возражаю. Это странно успокаивает. Когда мы подходим к его друзьям, они все поворачиваются, чтобы посмотреть на нас, и никто из них не выглядит удивленным моим присутствием. Он уже рассказал им обо мне? Интересно, что он сказал… — Эй, ребята, некоторые из вас уже знают его, но это Леви, — говорит Эрен, его пальцы крепко сжимают мою спину. Затем он знакомит меня со всеми своими друзьями, что отчасти бессмысленно, поскольку я уже знаю, кто они такие, но все равно позволяю ему. Когда он обходит группу, кажется, что мое присутствие никого особенно не смущает, кроме Микасы. Чего и следовало ожидать. Из того, что я слышал и видел, она одержима Эреном и постоянно защищает его, хотя они оба альфы. Неудивительно, что она бросает на меня яростные взгляды. Эрен заводит разговор со своими друзьями, и я чувствую себя действительно не в своей тарелке. Заставляет меня думать, что мне следовало просто остаться в комнате или что-то в этом роде. Все они довольно шумные, вероятно, потому, что передают по кругу бутылку «Файерболла» и пьют прямо из нее. Когда до меня доходит, я хмурюсь и передаю ее Конни. Ни за что на свете я не стану пить после всех этих людей, это негигиенично. — Тебе не нравится Фаерболл? — спрашивает Эрен, отрываясь от разговора, который вел с Армином. — Все в порядке. Я просто немного брезгливый. Конни давится своей порцией и передает бутылку Саше. — Да ладно? У тебя нет проблем с тем, чтобы спать с ними. Прежде чем я успеваю что-либо сказать, Эрен бьет его кулаком по руке. Сильно. Почему это так сексуально? — Ой! — вскрикивает Конни, поворачиваясь к Эрену. — Какого хуя ты творишь? — Не говори такого. — Это просто шутка! — Никто не смеется. — Господи. Что, черт возьми, с тобой происходит? — ворчит Конни себе под нос, потирая руку, и уходит, чтобы поговорить с Жаном. — Извини, — бормочет Эрен, его пальцы поглаживают мою спину. Я чувствую, как становлюсь немного мокрым. И послушайте, я знаю, это немного нелепо, но я ничего не могу с собой поделать, ладно? То, как Эрен заступился за меня, было действительно горячо, и от его прикосновений у меня везде разливается тепло и покалывание. Может быть, это алкоголь и травка возбуждают меня сильнее, чем обычно, но я бы сейчас сделал с Эреном такое… — Все в порядке, — говорю я, сглатывая ком в горле. Я делаю глубокий вдох, пытаясь подавить свое непрошеное желание. Не уверен, заметил ли кто-нибудь изменение моего запаха, но я определенно заметил, что происходит. Эрен хихикает, и когда я поднимаю на него взгляд, на его щеках появляется розовый румянец, в глазах — понимающий блеск. Да, Эрен тоже заметил. Мило. Очень незаметно, Леви. — Хочешь, я принесу тебе что-нибудь выпить? — внезапно спрашивает Эрен, что на мгновение застает меня врасплох. Я вроде как думал, что он будет дразнить меня за то, что я внезапно возбудился. — Конечно, — говорю я. Было бы неплохо иметь что-нибудь в руках, чтобы я не чувствовал себя неловко. К тому же, опьянение сходит на нет, а я не хочу сегодня быть трезвым. Но потом Эрен уходит, оставляя меня наедине со своей компанией друзей, что просто охуенно, потому что я не знаю, что сказать кому-либо из них. И это даже не самое худшее. Микаса все еще смотрит на меня с неизменным хмурым выражением на лице. И, конечно, когда Эрен ушел, она решила подойти и поговорить со мной. Здорово. — Какие у тебя намерения по отношению к Эрену? — спрашивает она, возвышаясь надо мной в истинной альфа-манере. Ее аромат густой и острый, призванный пугать. Очевидно, она не понимает, с кем имеет дело, потому что я, блять, ни за что не позволю ей так со мной разговаривать. Я не какой-нибудь скромный омега, который собирается мириться с этой хуйней. — Почему, черт возьми, тебя это волнует? — Я бросаюсь на нее в ответ. Она рычит. — Он мой друг. — Твой друг? — Я оглядываю ее с ног до головы. — Похоже, ты слишком увлечена им, чтобы быть просто друзьями. Может быть, ты просто тайно влюблена в него, и тебе страшно, что я уведу твоего парня. Ее глаза расширяются, и я не могу не заметить, что Хистория смеется у нее за спиной. — Я не… — снова рычит она, возвращая себе самообладание и свирепо глядя на меня. — Клянусь, если ты причинишь ему боль, я убью тебя. — Да, удачи тебе с этим, — говорю я, прислоняясь к стене и скрещивая руки на груди, молча посылая ее на хуй. Она понимает намек и стремительно уходит, занимая место рядом с Армином и Жаном. И да, вы уже догадались. Она все еще пристально смотрит на меня. — Не принимай это близко к сердцу. — говорит Хистория. Я удивленно моргаю. Она со мной разговаривает? — А? — Она и со мной так сделала. Не знаю почему, но она постоянно защищает Эрена. — Ох. — Она переживет это. Это займет некоторое время, но она справится. — Верно… — Какого хрена Хистория разговаривает со мной? Разве она не ненавидит меня до глубины души за то, что я шлюха и увожу ее парня? — Эм… Я знаю, мы никогда не общались, но я всегда хотела сказать тебе, что мне очень нравится твоя одежда. — Да? — Я бросаю на нее удивленный взгляд, потому что какого черта? Я не ожидал, что она это скажет. Она хмыкает. — Где ты закупаешься? — В секондах. — Реально? Ух ты, я бы никогда не догадалась. Вещи выглядят как наряды из бутика! Я всегда хотела походить по секонд-хендам, но это кажется очень сложным… глаза разбегаются. — Помогает, если ты умеешь шить и всякое такое. Ты можешь взять что-то действительно чертовски уродливое и сделать это красивым. — Может быть, мы могли бы сходить вместе как-нибудь, и ты научишь меня своим приемам! — Э-э… да, конечно, — говорю я, совершенно сбитый с толку. Разве она не ненавидит меня? Эрен возвращается с бутылкой «Смирнофф Айс» и протягивает ее мне. — Извини, я не смог найти ничего другого. — Все хорошо. — О чем болтаете? — О секондах, — говорит Хистория. — Леви согласился научить меня своим приемам. — Правда? — говорит Эрен, глядя на меня с ухмылкой на лице. Я отворачиваюсь, чтобы открыть мини-бар. — Ага. Хотите верьте, хотите нет, но мы втроем непринужденно беседуем о секонд-хендах. Странно, как легко разговаривать с бывшей Эрена. Особенно с учетом того, что Эрен стоит между нами. Некоторые из его друзей даже встревают в разговор и прерывают его, и не успеваю я опомниться, как выпиваю еще две порции, в голове появляется больше тумана и легкости, и, блять, я не могу перестать улыбаться. — Давайте сгоняем в бассейн! — говорит Конни. Он хватает Сашу за руку, и они вдвоем бегут по коридору. Все следуют за ними, кроме Эрена и меня. Он смотрит на меня с вопросительным выражением на лбу. Я вздыхаю. — Ладно, пойдем. Он улыбается и, схватив меня за руку, тянет по коридору вместе с остальными своими друзьями. Мы все втискиваемся в лифт, и я прижимаюсь к Эрену. Он такой теплый, так вкусно пахнет, и… черт, мне хочется повернуться и впиться в его рот поцелуем. Вместо этого я прикусываю внутреннюю сторону губы и задерживаю дыхание, пока лифт едет вниз. Я не могу позволить алкоголю воздействовать на мой мозг и искажать мои желания. Если я сделаю какую-нибудь глупость, то могу все испортить, точно так же, как было с Эрвином. Черт возьми. Почему я думаю об Эрвине? К черту этого уебка, он не заслуживает ни единой моей мысли. Когда двери лифта открываются, я совершенно забываю о нем, поскольку Эрен тащит меня к бассейну. Сейчас поздняя ночь или очень раннее утро, в зависимости от того, как вы на это смотрите. Почти уверен, что бассейн должен быть закрыт в это время ночи, но поблизости нет никого, кто мог бы нам помешать. Друзья Эрена бросаются в крытый бассейн, раздеваясь до нижнего белья, не заботясь ни о чем на свете. Когда Эрен снимает рубашку, клянусь вам, мое сердце перестает биться, и я чувствую, что сейчас умру, потому что, блять, он просто идеальный. Я хочу провести по нему руками и поцеловать каждый дюйм его гладкой кожи. Он смотрит на меня понимающим взглядом, и я понимаю, что снова чертовски возбужден. Нахуй меня и мои ебаные инстинкты. Почему я не могу просто побыть адекватным хотя бы одну ночь? Конни и Саша прыгают в бассейн, за ними следуют Армин и Жан. Хистория прыгает следующей, зовя Микасу присоединиться к ней, но альфа погружена в раздумья, украдкой поглядывая на нас с Эреном. — Ты собираешься раздеваться? — спрашивает Эрен, снова привлекая мое внимание к себе. На нем только нижнее белье, и мои ебаные глаза устремляются прямо на его пах. У меня чуть ли не текут слюнки, и я отчетливо помню, как он ощущался в моих руках, какой у него был вкус на моем языке, когда у меня была течка. Из меня выделяется смазка, и я знаю, что если я разденусь, то, блять, потеряю самообладание и трахну Эрена прямо здесь и сейчас. — Снимай свою одежду! — кричит Конни, подстрекая меня. — Покажи нам свое горячее тело! — Жан присоединяется к нему с пронзительным свистом. — Заткнитесь, вы двое! — Хистория орет на в них в ответ, брызгая им в лицо водой. — Я бы предпочел не делать этого, — говорю я Эрену, скрещивая руки на груди и внезапно чувствуя себя по-настоящему неловко. Эрен хмурится. — Извини за них. Ты хочешь вернуться? Как бы сильно мне ни хотелось сказать «да», я также не хочу портить всем веселье. Но опять же, я не хочу залезать в этот чертов бассейн, потому что мое нижнее белье слишком… скандальное, чтобы его видели люди, с которыми я не собираюсь спать. Я надел его, потому что думал, что мы с Эреном собираемся трахнуться. Но поскольку это не так, я действительно не хочу, чтобы его друзья видели меня в этом. Это было бы стремно. Когда я ничего не говорю, Эрен хватает свою одежду и снова начинает одеваться. — Куда ты идешь? — Армин перекрикивает гогот друзей. — Мы собираемся вернуться, — небрежно говорит Эрен, как будто в этом нет ничего особенного. — Нееет! — Саша скулит, подплывая к краю бассейна. — Не уходи. Мы собирались поиграть! Эрен натягивает рубашку, взъерошивая свой и без того растрепанный пучок. — В следующий раз. Он хватает меня за руку и выводит обратно в коридор. Краем глаза я вижу, как Микаса следует за нами, но затем Хистория кричит на нее, и она отстает. Слава богу. Мы с Эреном ничего не говорим по пути обратно на наш этаж, и между нами возникает… напряжение, от которого у меня чешется кожа. Внезапно я страстно желаю ощутить его руки на своей коже, его запах, наполняющий мои легкие, и его волосы между моими пальцами. Эрен издает тихий смешок. — Что тут смешного? — Ты совершенно не умеешь контролировать свой запах. Мое лицо краснеет, и я опускаю взгляд на свои ноги, не зная, что сказать. — Не смущайся. Мне нравится знать, что ты чувствуешь, потому что ты этого не показываешь. Я хмыкаю, все еще отказываясь смотреть на него. Почему эта поездка на лифте кажется намного длиннее, чем раньше? — Эй, — бормочет Эрен, прижимая палец к моему подбородку и заставляя меня поднять глаза. От этого темного и мечтательного взгляда в его глазах у меня перехватывает дыхание, а сердце подпрыгивает в груди, когда аромат Эрена меняется на что-то горячее и пряное. Непрошеное мурлыканье вырывается у меня из горла, и я открываю рот, чтобы резко вдохнуть. Рука Эрена скользит по моему подбородку, его большой палец нежно проводит по моей щеке. Он наклоняется, сокращая расстояние между нами, и я чувствую вкус его дыхания на своем языке. Он сладкий и пряный, совсем как его запах. Как раз в тот момент, когда наши губы собираются соприкоснуться, лифт дребезжит, и двери открываются. Раздаются голоса, и Эрен мгновенно отстраняется, чтобы посмотреть, кто прерывает нас. Это правда только что произошло? Мое сердце стучит в ушах, и я делаю глубокий вдох, чтобы восстановить дыхание. Мы были так близки к поцелую. Если бы только нам дали еще минуту. Челюсть Эрена напрягается, когда он свирепо смотрит на людей, входящих в лифт, его запах отражает его гнев. Это было бы немного отталкивающе, если бы не было так чертовски сексуально. Блять, серьезно? Он злится, потому что ему не удалось поцеловать меня? Это дико. Он хватает меня за руку и вытаскивает в коридор, ведя туда, где остальная часть школы все еще веселится. Когда мы подходим к двери, у которой ранее тусовались его друзья, он затаскивает меня внутрь и закрывает ее, защелкивая замок. Он оборачивается, в его глазах появляется голодный блеск, когда он оглядывает меня с ног до головы. Похоже, он хочет меня съесть, и я совсем не против. Затем, без предупреждения, он поднимает меня с земли, и я обхватываю ногами его бедра, чтобы не упасть. Одна его рука залезает мне под юбку, придерживая мою задницу через колготки, а другая обхватывает мой затылок, его пальцы путаются в моих волосах, когда он притягивает меня к себе. Все мое тело напрягается, когда наши губы встречаются, сердце подскакивает к горлу. Все мои нервы напрягаются, когда я чувствую, какие горячие и гладкие у него губы, и мои пальцы дрожат от безудержного желания, когда я запускаю их в его неряшливый пучок. Я не могу сдержать тихий стон, вырывающийся из моих легких из-за непреодолимого давления в груди. Когда мой рот открывается от этого звука, Эрен проводит своим языком по моему, его ногти впиваются в меня. Я таю в его тепле, по моему позвоночнику пробегают мурашки, пока я наслаждаюсь шелковистой теплотой его рта. Смазка уже пропитала мое нижнее белье, и я чувствую, как становлюсь тверже, когда пьянящий аромат Эрена наполняет мои легкие, а его вкус заглушает мои чувства. Его губы такие мягкие и нетерпеливые на моих, и каждый раз, когда они скользят друг по другу, я чувствую, что все больше и больше погружаюсь в свои инстинкты и потребность получить метку этого альфы. Еще один стон вырывается из моих легких, и мне приходится крепче прижаться к нему, чтобы унять дрожь во всем теле. Я так поглощен поцелуем, что не понимаю, что он переместил нас, пока моя спина не прижимается к мягкому матрасу, а Эрен не оказывается на мне сверху. Когда его твердый член прижимается к моему бедру, осознание окатывает меня, как холодная вода. Мой затуманенный рассудок вмиг проясняется, говоря мне, что то, что я пытаюсь сделать — неправильно. — Эрен. — Я отстраняюсь, тяжело дыша, настолько поглощенный им, что не могу отдышаться. — Подожди. Он слегка отстраняется и смотрит на меня сверху вниз темными и голодными глазами. — Почему? — Это точно хорошая идея? — Что? — Он моргает, глядя на меня. — Почему ты спрашиваешь об этом? — Потому что мы оба пьяны. — И что? Я усмехаюсь. — Я бы хотел быть трезвым, когда мы будем делать это в первый раз. — О. — Эрен хмурится, отстраняясь. — Я просто подумал… Мне показалось, что ты этого хочешь. — Я хочу! — Я приподнимаюсь на локтях, свирепо глядя на него. — Блять, Эрен, я очень сильно хочу тебя, но не думаю, что сейчас подходящее время. Его лицо вытягивается, и он скатывается с меня на спину, потирая лицо руками. — Я идиот. — Есть немного, — говорю я с ухмылкой, поворачиваясь на бок и кладя руку ему на живот. Он выглядывает из-за своих пальцев и пристально смотрит на меня. — но в этом весь твой шарм. Он опускает руки на матрас и закатывает глаза. — Ты такой грубый. — Я могу загладить свою вину перед тобой, — мурлыкаю я, скользя рукой вниз по его животу, мои пальцы задевают верх его джинсов. — если ты хочешь. Он делает короткий вдох, и его феромоны усиливаются, окутывая нас. Мой омега мурлычет, наслаждаясь его запахом и так сильно желая доставить ему удовольствие. Когда Эрен ничего не говорит, я начинаю расстегивать его штаны, и он не останавливает меня. Вместо этого его запах становится горячее, и его живот дрожит от неглубоких вдохов, звучащих так же взволнованно, как и мои. Я стягиваю с него джинсы и нижнее белье и облизываю губы, когда его огромный член высвобождается. Он уже твердый и истекает предэякулятом, красный кончик блестит, просто умоляя меня взять его в рот. Прежде чем взять его в руки, я смотрю на Эрена, чтобы убедиться, что то, что я делаю, его устраивает. Судя по румянцу на его щеках, расширенным зрачкам и прикушенной нижней губе, я бы сказал, что он определенно хочет, чтобы я продолжил. Ухмыляясь, я опускаюсь на локти и колени, наклоняясь над его бедром и беря в руку его толстый член. Он такой мягкий и горячий под моей ладонью, и я не могу удержаться от мурлыканья, медленно слизывая смазку с кончика. Мое мурлыканье становится громче, когда я ощущаю его вкус на своем языке, манящий и мускусный, точно такой же, как и его запах. Желая большего, я провожу языком по его длине до половины, прежде чем взять его в рот. Эрен задыхается, его член подергивается под моим языком. Даже когда я беру его так глубоко, как только могу, мое горло не перестает вибрировать. Я не знаю, потому ли это, что я пьян, или потому, что мне очень нравится член Эрена, но я не могу сдержать своего мурлыканья. — Черт, — стонет Эрен, и его рука внезапно оказывается на задней части моей икры, медленно пробегая вверх по бедру и проникая под юбку. Смазка снова вытекает из меня, и я чувствую себя настолько возбужденным, что не могу удержаться от стона. Он такой большой, что мне трудно засунуть его в рот, и поскольку меня сегодня дважды стошнило, я не хочу снова вызвать рвотный рефлекс. Вместо этого я использую свою руку и остатки слюны, оставшиеся на языке, чтобы заняться остальной частью его члена. Я пытаюсь подстроиться под ритм движений своего рта и поглаживаний, но это трудно, так как я определенно пьян. Не говоря уже о том, что рука Эрена мнет мою задницу и заставляет меня дрожать. — Боже, Леви, — стонет Эрен, его голос хриплый. — как же ты хорош. Его рука скользит под мои колготки, стягивая их и подставляя мою задницу прохладному воздуху. Его пальцы отодвигают мое кружевное нижнее белье в сторону и прижимаются к моей мокрой дырочке. Мои нервы искрятся от его прикосновения, проникая, как электричество, по моим рукам. Я стону от удовольствия, и Эрен тоже, его член набухает под моим языком. — Ты такой мокрый, — бормочет он. — и это даже не течка. Я выпускаю его член изо рта и снова смотрю на него, слизывая слюну со своих губ. — Что собираешься с этим делать? Озорная улыбка искривляет его губы, и он засовывает в меня палец, моя задница жадно всасывает его. Как только я чувствую, как его грубый палец заполняет меня, я напрягаюсь — моя спина выгибается дугой, когда я подставляю свою задницу под его руку. Волна удовольствия захлестывает меня, когда он начинает входить и выходить из меня, и мои пальцы на ногах поджимаются. В этот момент я перестаю обращать внимание на его член, слишком поглощенный ощущением того, как его пальцы заполняют меня, когда он засовывает внутрь еще один. — Ах! — я падаю вперед, ударяясь лбом о его тазовую кость. Моя рука все еще сжимает основание его члена, и я чувствую, как он подергивается и становится тверже, когда он прижимает кончики пальцев к моей простате, и я стону в его разгоряченную кожу. Приятно осознавать, что ему нравится доставлять мне удовольствие, и это заставляет меня хотеть сделать ему еще приятнее. Я приподнимаюсь на локтях и беру его член в рот, облизывая его. Эрен шипит, его пальцы замирают, когда я прохожусь по его члену губами и рукой. Как только Эрен приходит в себя, он вводит еще один палец и вдавливает их глубоко в меня. Он продолжает безжалостно дразнить мою простату, и я едва могу удержаться, пока сосу член Эрена. Приглушенные стоны сотрясают мое горло, когда бесконечная волна удовольствия захлестывает меня. Я чувствую, как в животе нарастает пьянящее давление, и моя задница инстинктивно сжимается под пальцами Эрена, по мере того как я приближаюсь к оргазму. — Леви, — стонет Эрен, и от звука моего имени на его языке волосы у меня на затылке встают дыбом. — я сейчас кончу. Я стону вокруг его члена, снова мурлыкая в предвкушении. Я так сильно хочу, чтобы он кончил — настолько сильно, что практически вибрирую, когда ускоряюсь и подхожу к пику вместе с ним. Его член набухает, а затем сперма выплескивается и покрывает мой язык. Как только я пробую его на вкус, все мое тело напрягается и горит, наслаждение накатывает на меня захватывающими волнами, и я кончаю на пальцах Эрена, мои ноги дрожат, когда он продолжает дрочить мне во время оргазма. Я тоже не останавливаюсь. Я отстраняюсь только для того, чтобы проглотить его сперму, затем возвращаюсь, чтобы вылизать его член, наслаждаясь тем, как он подергивается от чрезмерной стимуляции. — Леви, — выдыхает Эрен, медленно вытаскивая пальцы из моей задницы. Я отстраняюсь от него, снова садясь на колени. — Иди сюда, — невнятно произносит он с полубессознательным выражением на лице. Я поправляю свое нижнее белье и колготки, прежде чем лечь рядом с ним и свернуться калачиком у его груди. Я не могу сопротивляться глуповатой улыбке на его лице, это слишком мило. Его руки обвиваются вокруг меня, и я не знаю, схожу ли я с ума, но звучит почти так, как будто он тоже мурлычет. Я прижимаюсь к нему носом, оставляя свой запах на его рубашке. Может быть, не самая лучшая идея, но я слишком счастлив, чтобы обращать на это внимание. Эрен, должно быть, чувствует то же самое, потому что он обвивается вокруг меня и делает то же самое, потираясь своей пахучей железой о мою, оставляя на мне свой след. Моя омега радуется, и я чувствую тепло и жизнерадостность, словно парю в летнем воздухе. Внезапно меня возвращают на Землю, когда кто-то пытается открыть дверь, но их останавливает замок. Мы с Эреном вскакиваем, и он быстро засовывает свой член в штаны. — Эй! Ты там, Эрен? — Кто-то зовет через щель в двери. Похоже на Сашу. — Чего ты хочешь? — Огрызается Эрен. — Нам нужно еще выпить! Впусти меня! Эрен оглядывается на меня и протягивает руку, чтобы поправить мои волосы. Я смеюсь. — Твои волосы выглядят хуже. — Насколько плохо? — Похоже на чертово птичье гнездо. Эрен встает и подходит к зеркалу. Он хмуро смотрит на свое отражение и снимает резинку, проводя пальцами по волосам в тщетной попытке распутать их. Все это время я сижу там, наблюдая за ним, совершенно пораженный тем, какой он красивый и сексуальный. Я просто хочу, чтобы он был моим. — Эрен! — На этот раз другой голос. Похоже на Армина. — Давай же! Мы хотим пить! Нахмурившись, он переводит взгляд на дверь, а затем снова на зеркало, пока собирает волосы и завязывает их в свободный пучок. Он окидывает себя беглым взглядом, затем подходит к двери и впускает своих друзей. — О! — одновременно восклицают Армин и Саша, заглядывая внутрь. — Мы… не помешали? — спрашивает Саша с понимающей ухмылкой на лице. — Нет, — говорит Эрен, звуча слишком грубо. — Угу. — Саша протискивается мимо него. — Пахнет так, будто вы отлично провели время. Она смотрит на меня совсем не враждебно, просто с любопытством, а затем открывает чемодан и достает еще одну бутылку «Файерболла». Тем временем Армин стоит в дверях и смотрит на меня так, словно у меня две головы. Он злится, что я сплю с его другом? Надеется ли он когда-нибудь сойтись с Эреном? Черт, неужели мне нужно беспокоиться по поводу него? — Эй, извини, — говорит Саша. Я смотрю на нее, и она поднимает руки, как будто сдается мне. — Не хотела тебя расстраивать. Я принюхиваюсь к воздуху и, черт возьми, совершенно уверен, что от меня пахнет тревогой. Эрену тоже не требуется много времени, чтобы осознать это. Он свирепо смотрит на них обоих и рычит. — Ладно, ладно, мы уходим! — говорит Саша. Она вылетает за дверь и тащит за собой Армина. Эрен быстро закрывает дверь и запирает ее на ключ, возвращается к кровати и подхватывает меня на руки. Его запах теплый и успокаивающий. Я таю прямо у него на груди с довольным урчанием. Почему быть с Эреном так легко? Также легко, как дышать — мне даже не нужно думать об этом. Это просто… Я чувствую себя в такой безопасности, когда нахожусь в его объятиях, мне так спокойно. Может быть, это все вина алкоголя, заставляющего чувствовать себя таким расслабленным. Или, может быть, это просто Эрен. В любом случае, день для меня подходит к концу, и края моего сознания начинают расплываться. И когда Эрен двигается и укладывает меня на кровать, укутывая простынями, я не сопротивляюсь этому. Мои глаза начинают тяжелеть, и все внезапно кажется таким далеким, как будто в моей голове пустота или я нахожусь в длинном, темном туннеле. Голоса в коридоре — это постоянное жужжание у меня в ушах, белый шум, заманивающий меня в сон. Затем, по какой-то причине, Эрен встает и снова подходит к двери. Кто-то стучал? Я даже не слышал этого… Я бы хотел, чтобы Эрен вернулся и обнял меня снова. Это было мило. Я просто… внезапно я чувствую себя очень уставшим, и запах Эрена обволакивает меня. Я откидываюсь на подушки, с мурлыканьем вдыхая его запах. Я так сильно хочу, чтобы он обнял меня и прижимал к себе, пока я не засну. Внезапно белый шум превращается в голоса, но я не могу разобрать, что они говорят. Они звучат как-то… сердито? Но я не могу держать глаза открытыми достаточно долго, чтобы разобраться в этом. Моя голова, как мед, густая и липкая, движется так медленно, что я не могу бороться с черными краями, поглощающими мое зрение. — Что, черт возьми, здесь происходит? — Раздается громкий голос, и он разгоняет темноту, как удар током по моему организму. Я моргаю сквозь пелену, пытаясь разглядеть расплывчатые тела на другой стороне комнаты. Когда туман начинает рассеиваться, я смутно вижу Эрвина, стоящего перед Эреном, в его глазах горит холодная ярость. Я резко просыпаюсь, сердце колотится где-то в горле. Ебаный бляздец.