Maneater

Мы с Эреном не можем перестать трахаться. Серьезно, каждый раз, когда мы вместе, мы трахаемся, как ебаные кролики. Даже с блокаторами запахов в его комнате, у меня нет сомнений, что родители Эрена знают, чем мы занимаемся, поскольку, знаете, я не совсем тихий. Заглушать мои стоны бессмысленно, так как Эрен просто вытягивает их из меня против моей воли. Я действительно думал, что родители Эрена возненавидят меня за то, что я такая шлюха и постоянно позволяю их сыну трахать меня, но они не стали относиться ко мне иначе. Они действительно позволяют нам делать все, что мы хотим. Клянусь, они очень крутые. Особенно потому, что Гришу совершенно не смутили обвинения Эрвина. Очевидно, слух об этом дошел до больницы, и Гриша разыграл все так идеально, что его никто не заподозрил. Даже школа перестала полниться слухами. Как я и думал, людям слишком нравятся Йегеры, чтобы опускаться до таких приниженных заявлений. Я уверен, что это выводит Эрвина из себя. Излишне говорить, что Эрвин обходит меня стороной с тех пор, как произошел этот инцидент. Спасибо Христу за это. Жизнь стала намного проще без его глупой физиономии, постоянно маячившей у меня за плечом. Помогает то, что Ханджи и Петра фактически отреклись от него после того, что случилось, и теперь сидят со мной за обеденным столом Эрена, что спасает меня от окружения его дерьмовых друзей. Наверное, они стали добрее ко мне. Эрен говорит, что Армин боится меня, а Микаса всегда будет собственнически относиться к нему, и в этом нет ничего личного. Конни все еще ведет себя как дерьмо, но по крайней мере, Саша, Хистория и Жан относятся ко мне дружелюбно. Честно говоря, находясь рядом с Эреном и его друзьями, я чувствую себя частью популярной тусовки. Я никогда не ожидал, что буду сидеть там, где сижу сейчас. Это странно. Но все это даже не имеет значения. Друзья Эрена — нет, вся школа может ненавидеть меня, мне все равно. Пока у меня есть Эрен, я счастлив. И, боже, как я счастлив. Честно говоря, до этого момента я даже не подозревал, что быть таким счастливым возможно. Не проходит и дня, чтобы я не сожалел о выборе, который привел меня к этому моменту. Все, через что я прошел, действительно ставит вещи в перспективу и заставляет меня еще больше ценить то, что у меня есть с Эреном. И это заставляет меня не хотеть все портить. Это заставляет меня хотеть попробовать. Потому что я знаю, на что похоже страдание. И я никогда больше не хочу чувствовать себя так. Вот почему я позволил Эрену убедить меня присоединиться к его экзаменационным занятиям, чтобы я мог попытаться поступить с ним в колледж. Да, я сдаю экзамены через пару недель. Да, я чертовски нервничаю, потому что этот тест может определить всю мою дальнейшую жизнь, и я действительно не хочу все испортить. Но, к счастью (я думаю), Армин — гений, и Эрен убедил его помочь мне готовиться. Чего, признаюсь, я действительно не жду с нетерпением. Несмотря на то, что друзья Эрена сейчас относятся ко мне прохладно, мы никогда не тусовались вне школы, и я беспокоюсь, что скажу или сделаю что-нибудь, из-за чего попаду в неловкое положение. Я имею в виду, меня бы это не удивило. Иногда я несу тупую чушь. — Привет, Котенок, — приветствует меня Эрен, когда я подхожу к его дому (который, по сути, стал моим вторым домом). Зик протискивается мимо Эрена, как только видит и чует меня, прыгает на меня и пытается лизнуть мое лицо своим длинным языком. И, как обычно, я отталкиваю его и игнорирую его вонючую задницу, потому что терпеть не могу этого пса. Серьезно, он так одержим мной, и почему? Я никогда не проявлял к нему такой привязанности или внимания, которые превосходили бы привязанность Эрена, Карлы или Гриши. Так почему же он всегда приходит, чтобы помучить меня? Тьфу, какая разница. Это неважно. На данный момент я привык отбиваться от Зика, тем более что Эрен считает это забавным и позволяет собаке делать все, что он хочет, не оказывая мне никакой помощи. Мудак. — Армин и Микаса уже наверху, — говорит Эрен, целуя меня и пропуская внутрь. — Микаса здесь? — Я стону, испытывая слабое искушение развернуться и уйти. Серьезно, какого хрена ему понадобилось приглашать ее? Она чертовски раздражает. — Все будет хорошо, я обещаю. — Да, неважно. Мне все равно. — Звучит ровно наоборот. — Это не так. — Угу, — ухмыляется он мне и кладет руку мне на поясницу, ведя меня вверх по лестнице. — Я просто не понимаю, почему я ей не нравлюсь. — Я же говорил тебе, она такая со всеми. — Тогда почему она не такая с Армином? — Потому что мы вместе выросли и дружим уже много лет. — Это просто странно. Мне не нравится, что она видит во мне конкурента или что-то в этом роде. — Это не так. — Умоляю, Эрен. Ее любовь к тебе не платоническая. Эрен закатывает глаза, казалось бы, отмахиваясь от меня. — Ты сумасшедший. Он такой чертовски рассеянный. Я бы сказал, что это забавно, но, честно говоря, это немного грустно. Что бы там ни было, на самом деле это меня не касается. Не то чтобы мне нужно было беспокоиться о том, что Эрен изменит мне с ней. Насколько я могу судить, он находит ее раздражающей. — Привет, ребята! — Армин приветствует нас, когда мы входим в комнату Эрена, Зик следует за нами по пятам. Армин и Микаса растянулись на полу, гигантское учебное пособие открыто и покрыто неоновыми стикерами и. Микаса едва смотрит на меня, и ее губы кривятся от отвращения, как будто бы она почувствовала запах дерьма. Клянусь, если она не перестанет так себя вести, я сорвусь. — Привет, — ворчу я, на самом деле не в настроении быть вежливым, но я также не хочу быть грубым с человеком, который мог бы устроить меня в университет Сины. Я должен просто переспать с Хисторией и поладить с ее отцом, как это сделал Эрен. Может быть, тогда меня примут. Ха-ха, шучу. Может, я и похотливый, но я не изменщик, помните? Кроме того, Эрен так часто и хорошо меня трахает, что у меня нет времени думать о ком-то еще. — Я был удивлен, когда Эрен сказал, что тебе нужна помощь с подготовкой. Но я рад, что ты здесь! — говорит Армин как можно бодрее. В кои-то веки он не трясется от страха рядом со мной. — Что в этом такого удивительного? — спрашиваю я более резко, чем намеревался. Да, подумал, что сразу скажу какую-нибудь глупость. Почему бы и нет? — Ой! Я ничего такого не имел в виду, — заикается он, его глаза широко раскрыты от ужаса. Бедный щенок. — я просто… Я просто… — Ты просто не кажешься умным человеком, — говорит за него Микаса. — Я и не умный, — огрызаюсь я в ответ. — как ты думаешь, почему я здесь? Боже, у нас отличное начало, не так ли? — Это не то, что я собирался сказать, Микаса, — скулит Армин, выглядя побежденным. — ты просто никогда не казался мне человеком, которому небезразлична школа, вот и все. — Ага. — Вам, ребята, действительно нужно перестать слушать, что говорят люди в школе, — говорит Эрен. Я, наконец, бросаю на него взгляд, и он выглядит чертовски взбешенным. Отлично. — Ты прав, — бормочет Армин, склоняя голову. — извини. Я ничего такого не имел в виду. — А я имела, — вмешивается Микаса. Я закатываю глаза. — Как бы то ни было, мы можем перестать болтать и приступить к учебе? — Д-да, конечно! — щебечет Армин, бросаясь через комнату и хватая свой учебник. — По какому предмету тебе больше всего нужна помощь? — Математика и естественные науки. — Мы начнем с науки! Это мое любимое. — Он открывает раздел «Наука», и все слова кажутся мне незнакомыми. Это будет долгий день, не так ли? И, конечно, как только я устраиваюсь на полу рядом с Армином, делая заметки в своем блокноте, Зик чувствует необходимость вторгнуться в мое личное пространство. Его мокрая морда прижимается к моей щеке каждые пять секунд, и он продолжает тыкаться в меня, прося внимания. — Что? — рявкаю я на него, раздраженный тем, что меня постоянно отвлекают. Уши Зика навостряются, и он смотрит на меня своими большими круглыми глазами. Фу. Глупый пес. Когда он так на меня смотрит, я не могу удержаться, чтобы не погладить его по голове и не почесать за ушами. Он просто кажется таким жалким и слишком сильно напоминает Эрена. — Не могу поверить, как сильно ты нравишься Зику, — бормочет Микаса, свирепо глядя на собаку и на меня. — ему никто не нравится, кроме Эрена. — Правда? — спросил я. Я этого не знал. — Однажды он пытался укусить меня, — говорит Армин, и впервые я замечаю, как ему неловко, когда Зик рядом. Я думал, это из-за меня, но теперь, когда я думаю об этом, он не был таким, пока Зик не лег рядом со мной. — Он не подпускает меня к себе, — говорит Микаса. — ему даже не нравится, когда я подхожу к Эрену. Какого хрена? Мне так трудно во все это поверить. Пес всегда следует за мной и постоянно жаждет моего внимания. Кроме того, он кажется гигантским клубком любви. Но опять же, Гриша и Карла почти не обращают внимания на него. А когда вся семья приезжала на Рождество, они держали Зика в подвале. — Зик просто знает, что Леви хороший, вот и все, — говорит Эрен, улыбаясь мне как чертов идиот и одновременно гладя Зика по голове. — Эй, мы с Армином тоже! — возражает Микаса. — Ничего не знаю. Ты — сука. — говорю я. — Прошу прощения? — Я буквально ничего тебе не сделал, и все же ты не перестанешь обращаться со мной так, как будто я худший человек, который когда-либо существовал. — Я просто не думаю, что ты подходишь Эрену. — О, неужели? Рад, что ты наконец сказала это мне в лицо, вместо того чтобы вести себя как маленькая подлая сучка. Она уставилась на меня, разинув рот. — Эрен, ты позволишь ему так со мной разговаривать? — Почему нет? Он прав, — говорит Эрен, его глаза весело поблескивают. — Нет, ты просто ослеплен своими чувствами к нему. — Микаса, — стонет Армин. — в этом вопросе мне придется встать на сторону Леви. Я имею в виду, он даже Эрену ничего не сделал, не говоря уже о тебе, чтобы заслужить твой гнев. — Да, я тот, кто поступил неправильно с Леви, — говорит Эрен, его веселье угасает. — я действительно не заслуживаю его. — Заткнись. Это неправда, — говорю я, пряча лицо, когда чувствую, что начинаю краснеть. Какого хрена Эрен должен говорить такое дерьмо своим друзьям, когда я прямо здесь? Черт, это так неловко. — Так и есть. — Он целует меня в висок и отталкивает Зика с дороги, чтобы он мог приблизиться ко мне. Собака протестующе скулит. — Ты слишком хорош для меня. — Оу, — воркует Армин, и когда я бросаю на него взгляд, он улыбается от уха до уха, его лицо покраснело. — вы на самом деле очень милые. Микаса вздыхает. — Я прошу прощения за то, что была такой грубой. Я просто… Я не хочу, чтобы Эрену было больно. Я встречаюсь взглядом с Эреном и переплетаю свои пальцы с его. — Я никогда не смог бы причинить ему боль. Одна лишь мысль о том, что я причиняю ему боль, делает мне безумно больно.

***

Месяц подряд я учусь и готовлюсь к экзаменам. Помимо Эрена, его друзей, Петры и Ханджи, у меня появилась хорошая группа людей, которые поддерживают меня в этом деле. Теперь все, что мне нужно сделать — это сдать эти чертовы тесты. Что само по себе должно стать подвигом. Я уже упоминал, что у меня плохо получается сдавать тесты? Потому что так и есть. Черт, я не создан для академической чуши. Я серьезно не знаю, как вынесу это. К сожалению, нам с Эреном приходится сдавать тесты в разное время, поэтому я сижу в школе перед экзаменом один, ожидая регистрации за столом за пределами зоны тестирования. Я надеваю наушники, моя музыка гремит, заглушая мои тревожные мысли, пока я пытаюсь не слишком задумываться об этом. Это не должно быть так уж сложно, верно? В конце концов, я несколько недель корпел над этим ебаным учебником. Все получится. После того, как я регистрируюсь, я направляюсь в назначенный мне класс. Но прежде чем я успеваю туда добраться, меня окружает знакомый запах. У меня покалывает затылок, и наушник внезапно выдергивают из уха. — Что ты здесь делаешь? — спрашивает Эрвин, выглядя таким же озадаченным, как и я. Это первый раз, когда он пытается заговорить со мной с нового года. Прошло уже около двух месяцев. Какого хуя он творит? — А на что, блять, похоже? — Я усмехаюсь, вытаскивая второй наушник. — Сдаю экзамен. — Зачем? — Почему тебя это волнует? — Я протискиваюсь мимо него, надеясь, что он поймет намек и отвалит. Но, конечно, он не понимает. — Ты же на самом деле не думаешь, что поступишь в колледж, не так ли? — спрашивает Эрвин, следуя за мной по пятам. — Вообще-то думаю. — Эрен действительно забил тебе голову легкомысленными мечтами, не так ли? Знаешь, ты дурак, если думаешь, что у тебя есть все необходимое, чтобы поступить в тот же колледж, что и он. — В этом разница между тобой и Эреном. Ты всегда был чертовски хорош в том, чтобы разрушать и подавлять меня, в то время как Эрен только и делал, что поддерживал меня. — Он вбивает тебе в голову бредовые идеи. — Нет! Это не так! Он верит в меня. Поощряет меня быть самим собой, вместо того чтобы заставлять меня быть тем, кем я не являюсь. Быть с тобой было все равно что быть на твоем чертовом поводке, который всегда сдерживал меня. Но с Эреном я волен делать все, что, черт возьми, захочу. И это включает в себя сдачу экзаменов и поступление в колледж! Эрвин таращится на меня, совершенно ошарашенный моей вспышкой. Отлично. Он — кусок дерьма, раз думает, что я не справлюсь с высшим образованием. Я покажу ему, что я на самом деле неебически умный. Я одариваю Эрвина самым мерзким взглядом, на какой только способен, а затем стремительно ухожу в свой класс, чувствуя себя увереннее от того факта, что наорал на Эрвина. И если я могу справиться с ебаным Эрвином Смитом, я могу справиться и этими ебаными тестами.

***

Я не могу поверить, как быстро летит время, когда ты хорошо его проводишь. Я больше не боюсь школы. Я едва бываю дома, почти не имея дел со своим надоедливым дядей, и меня, по сути, приняли в семью Йегер как своего. Настолько, что на днях Гриша подошел ко мне и сунул пачку противозачаточных, сказав, чтобы я был осторожен. Так вот, моей инстинктивной реакцией было обидеться. Я имею в виду, можете ли вы винить меня после того, как мать Эрвина стыдила меня и вела себя так, будто я собирался «заманить» ее сына в ловушку? Поэтому, конечно, у меня была та же мысль, когда Гриша вручил мне противозачаточные. Потому что, по сути, это он говорил мне: «не беременей». Но потом я действительно подумал об этом и понял, что Гриша и Карла не хотят, чтобы я забеременел, потому что не хотят, чтобы я испортил свое будущее. Они знают, как сильно я хочу поступить в колледж с Эреном. И они также знают, как много для Эрена значит будущая футбольная карьера. Так что для них имеет смысл хотеть защитить нас обоих. И давайте будем честны: противозачаточные определенно более эффективны и доставляют больше удовольствия, чем презервативы. Я не могу дождаться момента, когда они начнут работать. После недели тревожного ожидания я, черт возьми, готов заняться сексом с Эреном. Я практически выбегаю за парадную дверь в тот момент, когда он пишет мне, что он здесь. — Эй, Креветка, иди сюда! — Кенни зовет меня вдогонку. Я останавливаюсь, прежде чем успеваю открыть дверь, и стону. Какого хрена ему сейчас нужно? Разве он не видит, что мне нужно быть в важном месте? — Что? — Получил по почте кое-что официальное. Подумал, что ты захочешь это увидеть. Он протягивает мне конверт, и мое сердце замирает, когда я вижу надпись на нем. Это оценки за мои экзамены. Срань господня. Вот оно. Момент истины. Я достаю свой телефон из кармана и отправляю сообщение Эрену, приглашая его зайти внутрь. — В чем дело? — спрашивает Эрен, входя в гостиную. Я поднимаю конверт. — Результаты пришли. — О черт. Открой его! Сделав глубокий вдох, я вскрываю конверт и вытаскиваю бумагу. — Что там написано? — Эрен нависает над моим плечом, его нервозность смешивается с моей собственной. Боже, я действительно надеюсь, что не разочарую его этими результатами. Я открываю конверт и ищу взглядом свои оценки. Затем я замечаю список и совершенно не могу в это поверить. Математика: 21 Наука: 23 Английский: 25 Чтение: 26 Общий: 24 — Какого черта, ты набрал больше баллов, чем я! — Эрен разинул рот, выглядя таким же потрясенным, как и я. Это реально, или это какой-то тщательно продуманный розыгрыш? Ни за что на свете я не набрал больше баллов, чем Эрен. Я имею в виду, что он умнее меня… верно? — Отличная работа, малыш, — Кенни крепко хлопает меня по плечу. — я всегда знал, что ты сможешь заставить фамилию Аккерман гордиться тобой. В моей груди нарастает прилив гордости. Я не могу в это поверить. Кенни только что сказал, что он… гордится мной? Нет, ни за что на свете. Должно быть, я сплю. — Это здорово, Леви, — сияет Эрен, обнимая меня и кружа по комнате. Я все еще слишком потрясен, чтобы как следует понять, что, черт возьми, происходит. — с такими результатами ты точно поступишь в колледж! — Ага, и ты наконец-то можешь оставишь меня, блять, в покое, — фыркает Кенни, направляясь к входной двери. — я ухожу на работу. Повеселитесь. В тот момент, когда Кенни выходит за дверь, Эрен набрасывается на меня, целует, ощупывает и поднимает на руки. — Что ты делаешь? — Я задыхаюсь, прижимаясь к нему, бумаги выпадают на землю из моих рук, когда я хватаюсь за его спину. — Праздную, — говорит он, атакуя мою шею зубами и языком. Моя голова склоняется набок, приветствуя его. — ты так хорошо справился, Котенок. Ты это заслужил. — Да? — Я вздыхаю, смазка уже смочила мои трусики. С ума сойти, как быстро мое тело реагирует на Эрена. Я никогда к этому не привыкну. — Что я получу за то, что так хорошо справился? — Мой член. — Он прикусывает мою феромонную железу. — Мой узел. — Проводит зубами по моей шее. — Мою сперму. — Он опускает меня на кровать и прижимает свою эрекцию к моему животу. Все мое тело содрогается при мысли о том, что Эрен займется со мной сексом, и я наконец смогу ощутить, как его сперма и узел заполняют меня. Эта идея настолько чертовски соблазнительна, что я не могу удержаться от стона. — Черт возьми, да. Я хочу этого. — Да? — Он ухмыляется мне в подбородок, прежде чем засунуть свой язык мне в рот. Когда он отстраняется, я тянусь за ним, желая большего. Но он хватает меня за плечи и прижимает к кровати, останавливая. — Я не могу дождаться, когда почувствую тебя полностью. Ты так хорошо ощущаешься в презервативе… не могу представить, как будет без него. — Давай выясним, — выдыхаю я, теряя терпение. Я хочу трахаться прямо сейчас. У меня нет времени играть в игры. Зарычав, Эрен встает и стаскивает с меня штаны, полностью обнажая нижнюю половину тела. Прежде чем я успеваю что-либо сделать, он переворачивает меня, хватает за бедра и поднимает мою задницу в воздух. Затем его палец тычется в мою мокрую дырочку, проникая внутрь и растягивая меня. — О! — Я ахаю, удивленный тем, как быстро Эрен действует. Обычно он стремится заставить меня умолять, не торопится и заставляет меня кончить еще до того, как входит в меня. Но сегодня он кажется другим — отчаявшимся. — Ты действительно хочешь меня, да? Эрен наклоняется ко мне, проводя языком по моему позвоночнику, пока его палец раздвигает меня. — Я всегда хочу тебя, Котенок. Ты просто был так хорош. Теперь я хочу быть хорошим для тебя. — Да? — Я стону, когда Эрен касается моей простаты. И когда он добавляет второй палец, мои пальцы на ногах поджимаются. — Означает ли это, что я могу командовать? Его пальцы неподвижны, но губы продолжают двигаться вверх по моей спине, не останавливаясь, пока его горячее дыхание не касается моего уха. — Да, Котенок. Все, что ты захочешь. Я тебе все позволю. Я ловлю его губы в поцелуе, постанывая в него, когда он вводит третий палец в мою дырочку и начинает толкаться быстрее, растягивая меня. Это так приятно, что я на мгновение теряюсь во вкусе его языка, ощущении его пальцев и его аромате. Все в нем просто гипнотизирует меня. Я знаю, это банально, но это правда. Для Эрена я просто чертова шлюха. Это даже не смешно. — Я хочу, чтобы ты лежал на спине, — выдыхаю я ему в лицо, на мгновение прерывая наш поцелуй. — хочу оседлать твой член. — Да? — ухмыляется он и покусывает мою нижнюю губу. — Да. Как бы мне ни нравилось, когда Эрен главный, есть определенная прелесть в том, чтобы быть сверху. Раньше я делал это постоянно, контролируя секс с теми дерьмовыми бетами, которых когда-то трахал, но с Эреном я никогда в этом не нуждался; только хотел этого. И, что ж, я знаю, как сильно Эрену нравится доводить меня до экстаза, поэтому никогда раньше не предлагал. Но сейчас, кажется, самое подходящее время для того, чтобы получить то, что я хочу. Эрен вытаскивает из меня свои пальцы и сразу же начинает раздеваться, пока я снимаю свитер. Когда он обнажен и выглядит как чертова конфетка, я толкаю его обратно на кровать, одеяла моего гнезда мягко подхватывают его и распространяют в воздухе мой запах. В моей комнате пахнет сладкой смазкой и мускусными альфа-феромонами, и эта смесь в моих легких заставляет мой живот сжиматься от желания. Не торопясь, я ползу по Эрену, покрывая поцелуями его бедро, скользя языком по члену и слизывая капающий предэякулят. Я продолжаю сосать и покусывать его кожу, пока мои губы не находят его рот, а задница не находит его член. Он хватает меня за бедра, впиваясь пальцами в мою кожу, пока я целую его, насаживаясь задницей на его член и дразня его, как он всегда дразнил меня. Он стонет мне в рот, звук вибрирует прямо во мне. — Ты хочешь меня, Эрен? — мурлычу ему на ухо, обводя языком его ушную раковину. — Да, — выдыхает он. — очень сильно. Я выпрямляюсь и протягиваю руку за спину, хватая его член. Он уже такой твердый и горячий в моей руке, и я так чертовски нуждаюсь в нем, что моя дырочка подергивается от возбуждения. Он проводит руками вверх и вниз по моим бедрам, глядя на меня с самым благоговейным выражением в глазах, как будто не может поверить, что я здесь, сверху, собираюсь оседлать его прекрасный ебаный член. И, черт возьми, я его понимаю. Я тоже не могу поверить, что я здесь. Несмотря на это, я собираюсь остаться с Эреном так долго, как смогу. Даже колледж не встанет у нас на пути. Ничего не изменится. Я медленно опускаюсь на его член, и без презерватива он гладкий и шелковистый, от его грубого прикосновения я становлюсь еще более влажным. — Срань господня, — выдыхает Эрен, широко раскрыв глаза. Он выглядит абсолютно счастливым. — ты ощущаешься просто охуенно. Я прикусываю губу, чтобы сдержать ухмылку, и когда опускаюсь еще ниже, его толстая головка буквально возносит меня на седьмое небо. Серьезно, сколько бы мы ни трахались, я никогда не привыкну к тому, какой он большой. Он так хорошо заполняет меня, не оставляя места ни для чего, кроме него. Я люблю это. Я серьезно никогда не смогу желать кого-то другого. Эрен идеален. — Котенок, — он улыбается мне, его руки скользят вверх по моей груди. — ты снова мурлыкаешь. — Правда? — говорю я, возвращая ему улыбку. Ничего не могу с этим поделать. Эрен делает меня чертовски слабым. — Думаю, твой член просто делает меня счастливым. — О, это мой член делает тебя счастливым? Не я? — Угу. Только твой член. Прежде чем он успевает сказать что-нибудь еще, я толкаюсь до конца, садясь плашмя к нему на колени, его член проникает глубоко внутрь и греховно прижимается к моему животу изнутри. Я чувствую, как он набухает, кончик члена упирается в мою кожу, и я вижу, как взгляд Эрена приковывается к бугорку на животе, а глаза темнеют. Он надавливает на него, и я хнычу от напряжения внутри себя. — Черт, — выдыхает он, толкаясь в меня бедрами и наблюдая, как растет выпуклость. — Почему мы не делали этого раньше? Ты выглядишь так чертовски красиво, сидя на мне. — Потому что ты — животное, которому нравится трахать меня. — Да, — ухмыляется он, его бедра пульсируют, прижимаясь ко мне, его нетерпение, очевидно, растет. — и если ты не пошевелишься, мне придется перевернуть тебя и заняться делом. — Нет, — рычу я, вдавливая его плечи в матрас и наклоняясь над ним. — на этот раз трахать буду я. — О, ты сегодня дерзкий, Котенок. — Его улыбка становится шире, когда его пальцы находят мои соски, пощипывая их. — Мне это нравится. Я стону, когда удовольствие захлестывает меня волной. Несправедливо то, как легко Эрен выводит меня из себя, как легко я уступаю ему. Что ж, на этот раз я заставлю его уступить мне. Начиная медленно, я насаживаюсь на его член, приподнимаясь и снова садясь. Я двигаю бедрами в гедоническом ритме, наблюдая, как лицо Эрена морщится от удовольствия, а его нижняя губа дрожит при каждом вздохе. Он так чертовски красив, что я не могу удержаться, чтобы не наклониться и не поцеловать его, запуская пальцы в его волосы и прижимая его к себе. Я провожу языком по его рту, наслаждаясь его вкусом, пока насаживаюсь на его член, и мой темп увеличивается по мере того, как огонь внутри меня разжигается и подталкивается, набухая и перерастая во что-то обжигающе горячее и неистово дикое. Я стону, и этот звук ловится губами Эрена. Он гонится за ним, его руки направляют мои бедра, побуждая меня двигаться быстрее. Такой нетерпеливый. Откидываясь назад и прерывая наш поцелуй, я принимаю более удобную позу и ускоряю темп, прижимаясь задницей к его члену, массируя им свою простату. Мои бедра дрожат, когда удовольствие захлестывает меня, и я не могу перестать стонать от чистого блаженства. Эрен тянет меня вниз, обхватывая руками за талию, в то время как его рот находит мою грудь. Он сосет и покусывает мои соски, оставляя следы на моей коже своим ртом. — Ты такой красивый, такой совершенный, — бормочет он похвалу мне в грудь, запечатлевая свою любовь на моей коже. Это заставляет меня дрожать и хныкать, мои руки слабо обвиваются вокруг его плеч и прижимаются к нему, пока я дико скачу на нем, стремясь достичь оргазма и постанывая с каждым прерывистым вдохом, а моя кожа покрывается потом, густым от моих феромонов. — Такой умный. Красивый. Сильный. Я так горжусь тобой, любимый, — продолжает он таким же надломленным голосом, как и мой, проводя руками по моей спине и ладонями по заднице. Он раздвигает мои ягодицы и заставляет двигаться еще быстрее, его бедра встречаются со мной на полпути каждый раз, когда я пытаюсь сесть на него, вдавливая его член еще глубже. — Ах! — восклицаю я, цепляясь за него так, словно от этого зависит моя жизнь. Моя кожа натягивается от растущего давления, а грудь раздувается от эмоций, вызванных любовью и похвалой Эрена. Я так близок к своему оргазму, что практически чувствую его вкус на языке. — Черт, Эрен, с тобой так хорошо, — хнычу я, мои бедра подрагивают, ноги слабеют. Так близко… — я хочу, чтобы ты связал меня узлом. Наполни меня. Хочу почувствовать твою сперму внутри себя. Эрен стонет мне в грудь, его хватка на моей заднице усиливается, а дыхание прерывистое. Я чувствую, как его член становится тверже, а узел начинает набухать на стволе. И когда он начинает подниматься, растягивая меня и греховно прижимаясь к стенкам, я теряю контроль над собой. — Ах! Эрен, да! — Я стону, падая на него, когда моя дырочка сжимается на его члене, и давление внутри меня достигает критической точки. Белый свет накрывает меня, и все мое тело подергивается, когда удовольствие пронизывает меня, как электричество. И когда я кончаю на члене Эрена, его узел набухает до предела, достигая кончика и пульсируя, его сперма изливается глубоко внутри меня. Неподдающееся описанию тепло наполняет меня, и я прижимаюсь к Эрену, дрожа в его объятиях. Это мелочь, едва заметная, но, черт возьми, осознание того, что сперма Эрена вот так разливается внутри меня, заставляет омегу во мне млеть от удовольствия. Эрен падает обратно на кровать, и я с радостью присоединяюсь к нему, утыкаясь лицом в его шею. — Я люблю тебя, Котенок, — бормочет он, его губы касаются моего потного лба. Мне все еще странно это говорить, даже после тех месяцев, что мы провели вместе. И на самом деле, я не часто говорю это, предпочитая вместо этого показывать, что я чувствую. Но иногда я не могу не потакать себе. Иногда любовь, которую я испытываю к Эрену, слишком сильна, чтобы я мог сдержать слова. — Я тоже тебя люблю, тупица. Он смеется. — Из всех прозвищ, которые ты мог бы выбрать, ты выбрал тупицу? — Да, тебе идет. Слишком часто тебя били по голове. — Ты такой злой, — скулит он. — Может, мне стоит начать называть тебя щенком? Ты определенно ведешь себя как один из них. — Я думаю, что просто останусь Эреном, спасибо. — Не знаю, щенок. В этом есть что-то приятное. Он закатывает глаза и ерзает, его узел натягивается в моей заднице. Я сажусь и пристально смотрю на него, хлопая его по груди. — Для чего ты это сделал? — Просто напоминаю тебе, что у тебя в заднице мой узел. — Хорошо, и что? — Прямо сейчас вся власть в моих руках. — Правда? — спросил я. Я сжимаюсь на нем, заставляя его задохнуться, его пальцы впиваются в мои бедра, а член подергивается внутри. — Почти уверен, что сейчас власть принадлежит мне, щенок. — Ты прав. — Дьявольская ухмылка кривит его губы. — Я в твоей власти, Котенок. — Именно так я и думал. — Я снова лег, прижимаясь к его груди. Мы тихо лежим в объятиях друг друга так долго, что я почти засыпаю. И как раз в тот момент, когда темнота вот-вот поглотит меня, одна мысль захватывает меня и возвращает к реальности. — Эрен? — ворчу я, находясь в полусне. — Хм? — Похоже, он тоже почти в отключке, как и я. — Действительно думаешь, что я смогу попасть в Сину с такими результатами? Его руки сжимаются вокруг меня, и он прижимается своей щекой к моей. — Я думаю, ты можешь сделать все, что тебе взбредет в голову. И это включает в себя поступление в Сину. После всего, через что я прошел в этом году, черт бы меня побрал, если я не верю ему.