Громовой амулет

      Пройдя весь путь с Рюдзи, что всё рассказывал и рассказывал что-то — ни Кадзуха, ни Скарамучча особо не вслушивались, — перед глазами предстала совсем небольшая деревня, домов было пару десятков. Дети бегали счастливые по улице, играя в догонялки или снежки — непонятно. Трудно было представить, что останется после этого места, после Её прихода. Всё это казалось таким нереальным, как затяжной страшный сон.       Маленькие домики з широкими крышами стояли рядами. Все были как один: белые стены из камня, на которых извивались рисунками символы — на стенах каждого дома разные, ни одного такого же; из углов прямоугольных крыш свисали красные фонарики, которых не прекращал колыхать неспокойный ветер.       Местные оглядывали их с удивлением и подозрением, стараясь скрыть его за приветливыми улыбками. Один мужчина даже крикнул Рюдзи, почему он в деревню водит путников, а после что-то про проблемы. По дороге из встретились пару котиков, которые, заметив Полночь, поздоровались с ней громким мяуканьем, и та ответила им тем же.       Рюдзи отвёл Лили домой и уже в трёх парни отправились к старейшине деревни, чтобы разрешить вопрос с их временным местом жительства. Им оказался дедушка, который, казалось, доживает последние года, он выглядел хрупким и казалось, что его кости могут сломаться от любого неправильного движение. Не смотря на физическое состояние, одет он был в кимоно из, явно дорогой, ткани.       Его усталые серые глаза, скрыты лёгкой пеленой тумана, устремились на пришедших, внимательно осматривая. Он кивнул пришедшим на подушечки возле низкого столика, а сам, поднявшись, разлил уже готовый чай по чашкам. Словно знал, что они придут.       — Могу я узнать, как зовут молодых? — поинтересовался старейшина, глядя на парней с лёгкой улыбкой. Голос был хриплым, скрипучим, оставляя после себя неприятные вибрации в воздухе.       — Каэдэхара Кадзуха, — вежливо представился блондин, на коленях которого пристроилась Полночь, что грелась после такой «прогулки».       — Кхм, Скарамучча, — когда глаза мужчины глянули в его, по спине пробежал холодок. Они смотрели друг на друга несколько долгих секунд, после чего старик продолжил.       — Что вас привело сюда, путники?       — Мы путешествуем и из-за ухудшения погоды, хотим попросить вас предоставить нам жильё на несколько дней, — Сказитель, постаравшись состроить дружелюбное лицо, коротко рассказал о их прибытии. Казалось ему, что ничего они просто так не получат.       Старейшина какое-то время молчал, задумавшись, но после немного нахмурив брови сказал:       — Наша деревня сейчас не в лучшем состоянии, на наших жителей постоянно нападают нобуси и грабят дома. Недавно много молодых мужчин пошли на охоту, но так и не вернулись, пропали без вести. Мы не можем давать отпор разбойникам, — на секунду он остановился, вздохнул, и заговорил дальше. — Думаю, мы сможем обеспечить вам жильё только при условии, что вы поможете разобраться с разбойниками.       Ну, конечно, только так. Сказитель покосил взгляд на задумавшегося Кадзуху, а после, мысленно закатив глаза, дал ответ:       — Конечно мы поможем, мы не можем остаться в стороне. Правда, Кадзуха? — названый быстро засуетился и кивнул несколько раз.       — Благодарю вас, — старейшина кивнул парням, с кряхтением поднимаясь на ноги. — Рюдзи проводит вас до пустующего дома, а я позабочусь о вашем комфорте, — старик вышел из дома и медленно пошел улицей, разговаривая з жителями.       — Пошлите, парни, — Рюдзи позвал их к себе рукой, и они пошли за ним. Кажется, он даже что-то рассказывал, но в голове был последний бой. Что ж, им есть, что обсудить.       Вскоре перед ними появился пустующий домик, на вид, такой же, как и остальные, отличиями в его внешнем виде было отсутствие фонариков и почти стёршиеся символы. Рюдзи передал им ключ от входной двери и ушёл, кинув напоследок, что скоро принесёт им дров.       Оказавшись наконец-то в месте, отдалённо напоминающее родной дом, стало чуточку лучше. Пусть их путешествие длиться совсем немного, но такого опыта и впечатлений уже хватает на жизнь вперёд.       Сказитель не выглядит особо довольным, он хмуро осматривает коридорчик, в котором они оказались и взгляд его останавливается на перекошенной картине, что единственная висела на пустой, с облезшей краской, стене. На ней было изображено поле, что колыхалось под силой грозы и, то ли закат, то ли рассвет. Но за деревянной рамой картины Скарамучча заметил кое-что странное, но не успел он протянуть руку и отодвинуть картину, как тут же пришел Рюдзи с дровами в руках. Он посмотрел на замершего в коридоре брюнета, он даже не заметил, как Кадзуха успел пройти в дом, и позвал его за собой влево по коридору на большую кухню, что больше напоминала залу, где и стояла печка.       — Вот так, — он положил порубанные дрова в печь и запалил. — Обустраивайтесь пока, скоро подойдёт моя соседка, она принесёт вам поесть.       — Спасибо большое за такой приём, мы тоже скоро пойдём к нобуси, — сказал Скарамучча, а Кадзуха кивнул на его слова.       — Не торопитесь, думаю, вам лучше отдохнуть после долгой дороги, — Рюдзи мягко улыбнулся парням и вышел с дома.       В этой большой комнате с одной стороны стояла печка, шкафчики с посудой и различными пустыми баночками, большой закруглённый обеденный стол и несколько стульчиков; с другой стороны же было несколько пыльных полочек с книгами, широкий диван и массивный шкаф рядом.       Впрочем, пыльными здесь были не только полочки, а в принципе всё, и, если хотят здесь остаться, пусть и на несколько дней, стоило бы привести здесь всё хоть в какой-то порядок. Но для начала нужно осмотреть весь домик. Если вернуться в коридор, то справа будет ещё двери, как оказалось, та, что ближе — это небольшая спальня, а та, что дальше — такая же ванная. Что ж, им и себя нужно привести себя в порядок.       Пока парни, найдя веник и пару тряпок, занимались уборкой, к ним и вправду пришла девушка примерно такого же возраста, как и Рюдзи и представилась как Санго.       — Я слышала, что вы сможете помочь нашей деревне и избавитесь от разбойников, — она принесла несколько разных блюд, а после ещё сбегала за чаем, а теперь увлечённо беседовала с парнями. — Я так рада, что вы пришли сюда, что бы мы делали без вас!       Она рассказала немного о жителях их деревни, о весёлой Киёко, о изобретательном Такаси, о любознательной Аои и трудолюбивом Микоси, а после, вспомнив о каких-то делах, пожелала им приятного аппетита и побежала к себе. После этого парни наконец взялись на еду, что оказалась невероятно вкусной. Кадзуха сделал отметку в голове, что нужно будет подойти к ней, чтобы ещё раз поблагодарить, и положил немного еды отдельно для Полночь, что также довольно уплелатала всё.       — Кто первый пойдёт мыться? — доев, спрашивает Кадзуха, откинувшись на спинку стула.       — Иди ты, — кинул ему Скарамучча, задумавшись.       Блондин, взяв несколько вёдер, которые они вместе нашли в ванной, вышел на улицу, набрать воды из колодца, что как раз стоял через дом от них. После, вернувшись в дом, вылил воду в бадью, а после пошёл и набрал ещё, чтобы потом Сказитель мог поменять воду и помыться сам.       Когда вода достаточно нагрелась, парень скинул одежду и залез в бочку. Тепло воды приятно обволакивало уставшие мышцы, давая наконец-то расслабиться и прикрыть в наслаждении глаза. Кадзуха снял резинку с волос и опустился под воду с головой, после вынырнул и взял стоящее на полке масло. Наверняка ему уже год-полтора, но пользоваться ещё можно.       И пока один занимался банными процедурами, второй вернулся мыслями к картине. Даже если там ничего нету, лучше проверить, хотя бы чтоб успокоиться. В несколько шагов оказавшись возле кривой картины, он подцепил её пальцами и снял, аккуратно положив её на тумбу. Перед глазами оказалась маленькая квадратная дверца, которую, видимо, и закрывала картина. Сказитель нахмурился, но легонько потянул её на себя, и та быстро поддалась. Внутри был небольшое отверстие, в котором стояла шкатулка из красного дерева на четырёх ножках. Вся она была украшена вырезанными узорами, что сплетались между собой, создавая красивое сочетание пышных цветов.       Скарамучча аккуратно взял её в руки, оглядывая с разных сторон, а после вернулся на кухню, поставив шкатулку на обеденный стол. Для того, чтобы открыть её, нужен был ключ. Возможно ли, что он тоже спрятан где-то в этом доме? Брюнет потряс её и услышал несколько глухих звуков внутри. Скорее всего там лежит что-то небольшое и лёгкое.       — Стоит больше узнать о прошлых владельцах дома, — прошептал он себе под нос, но тут же услышал крик Каэдэхары.       — Я всё, можешь идти, я тебе поменял воду, — послышалось из ванной комнаты, а спустя мгновенье, оттуда вышел Кадзуха с мокрыми волосами, одетый в широкие штаны и лёгкую рубашку. Увидев, как растерялся Скарамучча, он вопросительно глянул на него, а после перевёл взгляд на коробочку, стоящую на столе. — О, а что это?       — Не трогай пока ничего, — шикнул на него Сказитель, когда руки блондина потянулись к шкатулке. — Я сейчас вернусь и расскажу. И вообще, где твоя одежда?       — Эм, я подумал, что будет неплохо её постирать, она слишком грязная, — он пожал плечами и сел на место, где перед этим сидел Скарамучча, который уже успел выйти с кухни.       Кадзуха, дабы не терять зря время, тут же потянулся к недочитанному маминому гримуару. Но чтобы все его знания подкреплялись и практикой, после отдыха, он хочет попросить Сказителя потренироваться. Внезапно вспомнив о лежащих картах на дне рюкзака, которые он автоматически вкинул и забыл о них. Парень вскочил и рванул к рюкзаку, чуть не упал из-за играющей на полу Полночь и достал мешочек с картами Таро.       Решив сделать расклад на ближайшее будущее, он уселся назад за стол и начал перетасовывать карты, доставая три. Дурак, указывающий, что им предстоит неизведанный путь, а цель этого пути неизвестна; пятерка пентаклей, что указывают на трудности и недостаток чего-то для человека, и Кадзуха понимает, что скорее всего намёк на его знания и силы; и третья карта пятерка жезлов, которая говорит о новых испытаниях. И все эти карты показывают вполне понятную картину: скоро Кадзухе со Сказителем придётся вновь отправиться в путь, где их будут поджидать новые неведомые препятствия, при этом нервозность и неуверенность будут всё усугублять, а чем закончиться их путешествие — неизвестно.       Напряженно вглядываясь в карты перед собой Кадзуха вздыхает и складывает их назад в мешочек. Тут с ванны как раз выходит Сказитель, по пути накидывая на верх всей одежды своё чёрное хаори с красной и белой полосками. Он пошёл поставил казанок воды им на чай и вернулся к Каэдэхаре, садясь напротив.       — Так что насчёт шкатулки? — Кадзуха заинтересованно склоняет голову и мечется взглядом от Скарамуччи до шкатулки и назад.       — В коридоре есть картина.       — Мгм, видел её.       — За ней в стене я нашел дыру с дверцей, а внутри была она, — он тыкает пальцем на деревянную коробочку. — Я предполагаю, что это связано з прошлыми жильцами и хочу расспросить о них жителей деревни. Ну, или ты сделаешь это вместо меня.       — Это всё конечно очень интересно, но я-то почему? Сам не справишься? — недовольно хмыкает Кадзуха.       — Думаю, ты более обаятелен, чем я. Тебе они больше расскажут, — он пожимает плечами и откидывается на спинку стула.       — Ты считаешь меня обаятельным? — блондин наклонился вперёд и положил подбородок на руку, что была согнута и опиралась о стол. На лице появилась милая улыбка, а алые глаза хитро поблёскивали.       — Тебе чудиться. Не я, а остальные, — Скарамучча же смутившись пристального взгляда и наглой улыбки сложил руки на груди и отвернулся, фыркая.       — Как жаль, — прозвучало наигранно грустно и Кадзуха вернулся в прежнюю позу. — Почему бы нам не открыть шкатулку и не посмотреть что там?       Тут они услышали бульканье воды и Кадзуха поспешил снять казанок и сделать им чай, смешивая ароматные травы, что он носил всё это время с собой. Поставив чашки на стол, он вопросительно посмотрел на Сказителя, намекая на свой последний вопрос.       — Что ж, можно попробовать.              Пробормотав заклинание, которое Кадзуха и так знал, он не сводил глаз со шкатулки, но ничего не произошло, что натолкнуло на мысль, что она не просто закрыта на ключ, а о на ней есть печать. Но когда даже заклинание, снимающее печати, не сработало, они оба поняли, что шкатулка принадлежит точно не обычным смертным.       Скарамучча какое-то время напряженно всматривался в шкатулку, будто узоры на ней дадут ему ответы на вопросы, что каждую секунду меняются у него в голове, но ничего. Если она не открывается ни каким заклинанием, то здесь либо какая-то блокировка стоит, но это бы Сказитель заметил сразу, либо внутри лежит что-то очень ценное, что не могли просто закрыть на ключик или наложить печать. Там что-то намного сильней.       — Здесь что-то нечисто. Прошлые жильцы либо были определённо не просто людьми, либо шкатулка здесь оказалась не из-за них, — стал рассуждать в голос Кадзуха, нахмурив брови. Вот им и новая загадка, жаль, что не вовремя.       — Я как раз думал об этом. Может ли быть, что внутри то, что поможет нам противостоять Ей? — задумчиво протянул Сказитель, снова и снова проходясь глазами по рисункам на дереве.       — Это было бы очень кстати. Возможно, нам стоит-таки попытаться разобраться с ней, — кивнул блондин, отпивая тёплый чай.       — Что там твои карты говорят?       — Говоришь так, будто сам не занимаешься тем же, — Кадзуха закатил глаза и потянулся за мешочком, пока Скарамучча тихо хмыкнул.       — Я давно не брал карт в руки, последним на чём я гадал были руны, но после мне пришлось сосредоточиться на другом и почти все практики пришлось убрать на второй фон, — он сложил руки на столе и положил на них голову, наблюдая, как Кадзуха перемешивает карты, а после достаёт одну. На секунду воцаряется тишина, а после блондин показывает карту Скаре.       Карта «Мир». ***       Остаток дня они отдыхали и наконец-то смогли поспать в нормальных условиях. Правда Скарамучча сначала наотрез отказывался спать с Кадзухой на одной кровати, не смотря на то, какой большой она была, но после-таки согласился, но с учётом того, что каждый будет спать на своей стороне и не посмеет залезть на чужую. Он ещё какое-то время бурчал о том, что ему-то отдых совсем не нужен и он вообще-то делает Кадзухе одолжение тем, что лёг на кровать, но спустя ещё какое-то время он таки заснул. А между парнями умостилась и кошка, что растянулась на полкровати.       Кадзуха с удовольствием проспал к полночи, когда заметил, что место рядом пустует. Впрочем, не сильно удивительно. Но смотря на то, что уже была глубокая ночь, он решил проверить, где находиться Сказитель, мало ли что могло случиться.       Кадзуха нашёл пропажу в коридоре. Скарамучча был полностью одет и определённо собирался куда-то идти и это заставило немного начать волноваться.       — Ты куда собрался? Ты видел, что на улице ночь? — спросил Кадзуха, опёршись плечом о стену, разглядывая брюнета.       — Вот я поэтому и иду. Я собираюсь разобраться с нобуси, уверен, они уже знают, что в деревне гости и придут к нам.       — Тогда я пойду с тобой, — кинул Кадзуха и быстро пошёл в спальню, накидывая на себя свитер, что нашёл в одном из шкафов.       — Нет, — послышалось из коридора, но блондин тут же вернулся, чтобы показательно скривитить лицо и показать, что слушать он никого не собирается.       — Да, — ответил он Скарамучче и моментально обулся. Брюнет ничего не сказал, только цыкнул и открыл дверь, давая им обоим выйти на улицу.       Морозный ветер тут же обдул лицо, заставляя зажмуриться. Было так тихо, только слышно, как рипят деревья и снег под им ногами. Было темно, в каждом домике не было видно и намёка на огонёк. Но старая подруга луна освещала дорогу достаточно. Кадзуха мысленно поблагодарил её, ведь ночь была не из приятных.       — И куда мы пойдём? — спрашивает блондин, оглядывая пустынную улицу.       — Сейчас узнаем, — говорит Сказитель, после осматривается и начинает насвистывать какую-то мелодию. Проходит несколько секунд и что-то чёрное пролетает между парнями и только после Кадзуха видит в этом «нечтом» очертания птицы. Ворон. — Пойдём за ним.       — Это твой фамильяр?       — Можно сказать и так, — пожал плечами Скарамучча.       — Почему за всё это время его не было рядом? Он был бы очень полезным, — поинтересовался блондин, смотря на кружащуюся в небе птицу. Ворон несколько раз каркнул, мол, быстрее и на мгновенье скрылся в тени.       — Он очень… Вредный так скажем. Я удивлён, что сейчас он согласился помочь.       — Он ведёт нас к нобуси?       — Да.       Несколько минут прошло в тишине, было слышно только свист ветра и карканье ворона Сказителя. Ноги вязли в снеге, что блестел под светом луны, переливаясь и зачаровывая. Парни вышли из деревни и прошли почти километр, когда увидели десятерых больших разбойников, что стояли кругом и громко разговаривали. Слишком много противников, да и спрятаться негде, так что придётся нападать прям так.       — Вот чёрт, их многовато… Что делаем? — спросил Кадзуха и тут же материализовал катану, крепко сжав её в руке.       — Я их отвлекаю, а ты нападаешь сзади. Будем надеяться на твои «пробудившиеся» силы, — фыркнул он. — И мы об этом ещё поговорим.       В миг Сказитель пропал и от места, где он стоял пронеслась землёй фиолетовая молния. Она приблизилась к разбойникам и в момент удара по ним появился и сам Скар, пронзив катаной того, что стоял ближе.       И пока заряд электричества всё ещё не давал им прийти в себя Кадзуха подскочил сзади, снося одному голову клинком, а второму перерезал шею, давая крови забрызгать всё вокруг. Остальные нобуси уже пришли в себя, поэтому пришлось действовать в разы быстрее.       Скарамучча тут же призвал молнию, что до пепла сожгла одного, а второго он убил наэлектризованной катаной. Одновременно с этим третий разбойник появился за спиной, замахиваясь своим мечом, и, если бы брюнет не пропал также, как перед боем, он был бы серьёзно ранен. Оказавшись сзади противника, парень тут же проткнул его лезвием.       Кадзуха же перехватив катану покрепче стал биться с одним из разбойников. Но когда он заметил приближающихся двух, тут же отскочил назад, чтобы держать их всех в поле зрения. Адреналин в крови будоражил, а ладони начали потеть несмотря на мороз. В голове на секунду стало так спокойно и тихо, он перестал слышать шум битвы, а в глазах промелькнула уверенность. Поток морозного ветра сдул противников в кучу, сбив их с ног и Кадзуха махнув мечом скрутил им головы, после чего отрезал их клинком.       Скарамучча тем временем уже разобрался с один и с удивлением смотрел на разворачивающуюся картину.       «Сила воли у этого парня то, что надо. Вот только по его отстранённому лицу видно, что он сам не понимает, что делает. В любом случае, такое быстрое развитие сил пойдём нам только в пользу, осталось только проработать умение пользоваться ею» — витало в мыслях у Сказителя, а после он заметил, как расширились глаза Кадзухи и с каким замешательством он посмотрел на брюнета.       — О господи, я это сделал? — он нервно забегал глазами по тому, что они тут устроили. Всё было в крови и трупах. — То есть, я могу? Я способен на… Такое? — он продолжал шептать себе что-то под нос и даже не заметил, как Скарамучча подошёл к нему и схватил за предплечье.       — Кадзуха, пошли, — он легонько потянул того за руку. — Ты и не на такое способен, мы поговорим об этом. А сейчас пошли, — Скар ещё раз потянул и Кадзуха таки сдвинулся с места, медленно идя за ним.       Уже будучи в их временном доме они снова заговорили.       — У нас одежда вся в крови, её нужно поскорее постирать, — сказал Кадзуха напряженным голосом, будучи ещё не отошедшим от таких событий.       — М, да, наверное.       — Ну так снимай, — кинул на него взгляд блондин. Скарамучча недовольно посмотрел на него, но не стал спорить на этот раз и снял хаори, оставаясь в водолазке и шортах.       — А шорты?       — Они не грязные.       Кадзуха тоже не стал спорить, только устало вздохнул и поплёлся в ванную, грея воду, которая ещё осталась. Он нахмурил брови и спросил:       — Думаешь, мы правда помогли? Их может для нас и было много, но я думал, что на деревню нападет намного больше.       — Такие бродяги сильно большими компаниями не ходят. Это их ещё многовато было, обычно они либо в одиночку ходят, либо максимум человек пять. Я считаю, мы хорошо справились.       — Тогда хорошо.