Дед Мороз, Снегурочка и маленький эльф

- Аня, ты подумала над датой? - проложив маршрут в навигаторе от дома до офиса, спросил Яков. Вообще-то он знал дорогу и так, но навигатор, по идее, должен был подсказывать ему, как проехать быстрее, не встревая в мертвые пробки. Однако, к большому разочарованию Штольмана, тот далеко не всегда справлялся со своей задачей. Спасибо, что хоть пока больше не предлагал ориентироваться по муравейнику. Впрочем, голосом Николая Николаевича Дроздова это звучало довольно забавно. - Нет, - печально вздохнула Анна, устраиваясь поудобней в своем кресле. Ремень безопасности в последнее время не очень приятно давил на грудь, но ездить не пристегнутой Штольман ей категорически запрещал. Вопрос с датой свадьбы висел у них в воздухе уже больше недели, а Анна все никак не могла определиться. Она очень хотела, чтобы в день их свадьбы было тепло, солнечно и красиво, а не морозно и грязно. Но беременность диктовала свои условия, да и Яков настаивал, что затягивать нельзя. Хотя, конечно, выходить замуж с заметным животом ей тоже не очень хотелось. И в мае ей тоже не хотелось, а то вдруг и впрямь всю жизнь потом маяться придется… Правда, посматривая на своего любимого шефа, который так ловко и уверенно управлял машиной в условиях сумасшедших утренних пробок, она сомневалась, что будет маяться. По крайней мере, пока она была с ним не просто счастлива, а очень-очень счастлива. И надеялась, что именно так и будет у них всегда. Пока смерть не разлучит их! - Давай, может, пообедаем сегодня вместе? У меня как раз будет большое окно между встречами. И еще раз подумаем? - предложил Штольман, не совсем понимая ее мучений и долгих раздумий. - Давай, - с удовольствием согласилась Анна. Она очень любила, когда им удавалось общаться не только после работы, но и в течение дня. И тут, конечно, работа над ее новой воскресной колонкой была очень кстати. Хоть и ставила их конспирацию в офисе под большой вопрос. Ведь стоило Анне только войти в кабинет Якова, как он с удовольствием пользовался случаем, чтобы и обнять ее посильнее, и поцеловать покрепче. Она уже как-то даже стала привыкать к этому и чувствовала себя более уверенно, не стесняясь и не отпрыгивая от него при каждом шорохе за дверью. Хорошо, правда, что ни на что большее он при этом не намекал. Пока не намекал… Хотя сама она иногда в шутку подумывала об этом. А может и не в шутку… К сожалению, пообедать в этот день у них так и не получилось. Часов в десять утра Штольман уже прислал сообщение, что куда-то уезжает и опять задержится после работы. А в конце дня Анне пришло очередное уведомление, что кто-то вызвал для нее такси, и она снова поехала домой одна. Хотя в этот раз Яков вернулся намного раньше и крайне серьезным и задумчивым. Только войдя домой, он сразу устроился с ноутбуком на кухне и продолжил работать, отказавшись от ужина. Дожидаясь, когда он закончит, Анна прилегла, прислушиваясь к тому, как стучат клавиши его ноутбука, и как переодически включается кофе-машина, чтобы сварить ему очередную порцию кофе. А когда Анна вдруг открыла глаза, то было уже светло. Осмотревшись, она не обнаружила Якова рядом, но зато услышала тот же самый звук клавиш, под который и уснула вечером. Штольман печатал очень быстро. Она так и близко не умела. - Ты что, так и не ложился? - еще совершенно сонная, потирая глаза, Анна пришла к нему на кухню. Яков по-прежнему сидел за столом в рубашке и джинсах, так и не переодевшись с вечера. Глаза были красные, как у кролика, и очень сосредоточенно смотрели на экран. - Да, - увидев Анну, он быстро нажал пару клавиш, чтобы сохранить текст, и закрыл ноутбук. - Очень важное дело. Нужно было поработать. - Бедный мой! - перекинув через ноги Якова свою ножку, она уселась к нему на колени и, обвив шею руками, ласково потерлась носом о его нос. - Я тебя сейчас пожалею. Штольман растрогано улыбнулся и, поймав ее теплые губы своими, стал целовать. От него очень сильно пахло горьким кофе, и запах этот был похож на запах от сигарет, но Яков так приятно и нежно захватил ее рот своими губами и языком, что Анне было все равно, как от него пахнет. Наоборот, она хотела, чтобы он не останавливался. А он и не собирался останавливаться. Почувствовав желание, Штольман целовал ее все глубже и ненасытнее. А когда он положил руки на ее ягодицы и обнаружил, что под тонкой сорочкой ничего больше нет, желание его стало уже нестерпимым. Покрепче подхватив Анну под эти самые ягодицы, Яков прямо так, прижимая к себе, отнес ее на кровать. Его рубашка и джинсы быстро летели на пол вместе со всем остальным, пока Анна грациозно снимала с себя шелковую сорочку на тоненьких бретельках. О, как же Якову нравилось смотреть, как она это делает, медленно приоткрывая для него всю себя и заставляя его дрожать от нетерпения обладать ее прекрасным телом. И к тому моменту как она оказывалась абсолютно обнаженной, он уже был готов наброситься на нее, как тигр на свою жертву. Зато, когда все заканчивалось, он из тигра превращался в настоящего котенка, нежно ласкающегося к своей любимой кошечке, урча от полученного удовольствия и нежно признаваясь ей в любви. Так было и сейчас. А вдоволь наласкавшись, Яков, наконец, отправился в душ и вышел оттуда, закрепив полотенце на бёдрах. Открыв шкаф, чтобы одеться, он порылся в вещах, уже привыкнув к тому, что того порядка, который у него был до появления Анны, больше ожидать не приходилось. Через секунду мокрое полотенце приземлилось на кровать, а белые ягодицы были скрыты такими же белоснежными боксерами от любопытных глаз Анны, которая все еще обнаженная сидела на кровати в позе лотоса, подтянув к себе пятки. - Пойдёшь в душ? - Штольман устало рухнул рядом с ней и положил голову на ее скрещенные ноги. - Сейчас… - она ласково погладила его ладонями по лицу и мокрым волосам. Это было так приятно, что веки его тут же стали тяжелеть. - Я люблю тебя! - успел прошептать он прежде, чем провалился в глубокий сон. - И я тебя, - улыбнулась Анна. Немного подождав, любуясь любимым лицом, она осторожно высвободилась и подложила под его голову подушку. Яков повернулся на бок, но не проснулся, а Анна накрыла его одеялом и, быстро сходив в душ, отправилась на работу, потому что и так уже опаздывала как минимум на час. Выходя из подъезда, она посмотрела на небо и улыбнулась ранним солнечным лучам, приятно согревшим ее лицо. Это было так неожиданно для зимней Москвы! Но что было еще неожиданней и что она, конечно же, совершенно не заметила, что на другой стороне дороги стоял очаровательный желтенький Фольксваген Жук, водитель которого в этот момент внимательно наблюдал за ней через дорогие брендовые солнцезащитные очки. Пусть сегодня не будет никакой песни. Пусть будут просто стихи. Чтобы поддержать и помолиться за автора этих строк 🙏 Я не ведаю, что творю, я тебе о любви говорю. В светофорах мигающий красный. Этой ночью дурною, заразной континенты идут ко дну. Разве я при этом усну... В светофорах мигающий свет. Пропускаю помеху справа, пропускаю целые главы. А конца в этой книге нет. Как в бреду, улетаю в кювет... Ах, мигающий красный... алый... темно-розовый... огневой... Словно сердце, движенье встало. Бледный месяц, как часовой, опаленная тень краснотала... Дать понять им, что я живой. Я не ведаю, что творю, я тебе о любви говорю. Ты родная, ты рядом одна, Ты мне тысячу лет как жена.