Часть 14
13 июня 2024 г., 10:05
— Где чёртов штатив?! — девушка металась по квартире, как метеор. В голове был полный бардак, как и в самой квартире. Она точно знала, что не нужно было лежать на кровати столько времени, но человеческая лень заставила полежать ещё пару часиков.
Беззаботное время закончилось на словах: «Блять, у меня ничего не готово!», следом шли слова, которые она великодушно позаимствовала у Влада, и паника. Уже как несколько минут Лебедева со страхом в глазах бегает по комнатам в поисках каких-то приборов, попутно убирая, а точнее, сметая всё на своём пути.
Не смотря на минималистику в интерьере, Настя любила коллекционировать всякие безделушки по типу маленьких игрушек, свечек или вкладышей. Она всегда с трепетом обходила их тряпкой и старалась лишний раз не трогать. Но сейчас Лебедева не щадила даже дорогую аппаратуру. Всё летело в закрытые шкафы, под одеяла и небольшие тумбы.
Истекали драгоценные минуты. Наступало понимание, что к эфиру ничего не готово, как и она сама.
Для девушки было непонятно, почему она так сильно хочет побыстрее убраться, переодеться, подготовить комнату для съёмок и прочее. Хотя когда она вела эфиры в одиночку, то зрители могли видеть и небольшой бардак на фоне, и не накрашенное лицо. Но сейчас Настя просто не могла предстать перед кем-то в неубранной квартире, с неубранными волосами, а главное — с неубранным лицом.
Паника охватывала. Что-то внутри говорило ей всё делать быстро и качественно. Почему? Откуда такие чувства? Откуда такие мысли, такая бешеная спешка?
— Всё. Если что, поправлю, — похвалив себя такой фразой, Лебедева наконец-то прибралась в комнате, где будет эфир. Сама не поняв того, она уже закрыла все остальные двери. Зачем, спрашивается, нужно было прибирать в других комнатах, если они будут закрыты?
В слудующее мгновение та очутилась в ванной. Руки уже осторожно красили ресницы, а голова продумывала образ. Сердце твердило про какое-нибудь нежное платье в закромах гардероба, а мозг утверждал, что нужна обычная толстовка.
Подкрасив ресницы, Настя решила надеть ни платье, ни толстовку, а чёрный топ с длинными рукавами. Вниз пошли чёрные штаны клеш. Образ был собран, конечно, в готический зал, но времени думать над другим луком не было. Взяла готовое и на выход.
— Так, вроде всё, — немного успокоившись, Настя подошла к зеркалу в пол около входа в саму квартиру, чтобы оценить свою работу. — Твою мать, волосы! — Лебедева вновь убежала в ванную. Взяв в руки расчёску, она не аккуратными движениями начала расчёсывать немного запутанные светлые волосы.
Положив расчёску на место, девушка немного задумалась. Спустя несколько секунд рука потянулась к ящику с украшениями. На самом верху лежали большие серебряные серёжки в виде колец с белыми камнями по середине. Их подарила Лина, сказав, что эти серьги сделаны ею специально для Насти.
На ушах они смотрелись безумно красиво.
Подумав про себя, что Джебисашвили та ещё мастерица, Лебедева услышала стук в дверь.
В квартире стало тихо, что девушка даже услышала прохожих на улице, дыхание человека за дверью и своё сердцебиение, которое с каждой секундой становилось громче. Официально время иссякло.
— Иду, — крикнув, Настя прошла к двери. Замок быстро сдался и впустил подъездный холод в квартиру.
— Привет, — голос Матвеева заставил Настю передёрнуть плечами, или же это были всего-навсего проделки ледяного воздуха? — Это тебе, — в руках Димы сказочным образом появился небольшой букетик из пяти нежных роз.
— Спасибо большое, — на щеках девушки выступил румянец под оттенок цветов, а глаза заблестели ярче, чем самые яркие блёстки. — Заходи быстрее.
От вошедшего Димы веяло могильным холодом и свежестью. Казалось, что сама смерть пришла в образе молодого человека.
Глаза Матвеева сразу забегали по Насте. Это было немного некомфортно, ведь раньше он не выделял большого внимания на её образы. Смотрел чернокнижник тоже по-другому. Дима всегда был правильным и рассматривал девушку, как ему казалось, незаметно, но сейчас парень даже не скрывает своего интереса, что казалось подозрительным. Неужто почуял панику, или ему пришли какие-то неведомые картины, как она судорожно бегает по комнатам?
— Слушай, мне даже как-то неловко, — промямлил Дима и перёвел взгляд на лицо.
— Почему? Что-то не так? — обеспокоено спросила Лебедева. Теперь в голове сложился пазл. Что-то не так в одежде, поэтому Дима и заострил на ней внимание.
— Нет-нет, всё так. Просто я одет как-то по-домашнему, а ты вон какая, — улыбаясь, парень осторожно вздёрнул подбородок. — Очень красивая.
Настя расплылась в улыбке. В ход пошли намёки от самого Дмитрия Матвеева.
— Пошли уже!
***
— Всем привет, мне так вас не хватало! — Настя помахала в камеру и улыбнулась. Она уже давно не вела эфиры, а с Димой — никогда. — Ребята, я не одна, сегодня со мной вести эфир будет Дима Матвеев, — чернокнижник аккуратно улыбнулся и поздоровался. Дима сам отвык от эфиров. Он начинал забывать, какого это. — Честно, мы сами не знаем, что делать на эфире, поэтому можете позадавать вопросы, мы ответим. — Или культурно промолчим, — добавил Дима, рассмешив своими словами Настю. Двое людей стали сидеть и заглядывать в экран в надежде увидеть какой-то интересный вопрос. Тишина настолько напрягала и сковывала горло, что Матвеев осторожно откинулся на спинку дивана. Лебедева с искоркой в глазах наблюдала за двигающимися сообщениями с дурацкими вопросами. В глубине души она надеялась, что чернокнижник не видит этих глупых сообщений. Облегчение наступило лишь тогда, когда Дима отодвинулся от экрана, предоставив возможность Насте разгребать весь дикий налёт фанаток. — Вопрос Диме: какое самое сложное испытание было для тебя на «Битве Сильнейших» и почему? — спустя время, что казалось довольно долгим, Лебедева прочитала вопрос и осторожно повернулась. Чернокнижник вальяжно лежал, прищурив глаза. Вроде бы, он смотрел в экран и будто бы читал вопросы, а вроде он рассматривал квартиру или вовсе засыпал. Даже здесь, в обыденной обстановке, он выглядит, как настоящий экстрасенс, который проводит какой-то обряд. Вдруг он сейчас заверещит, как Марьяна, или запричитает, как Череватый? Страшно как-то. Руки небрежно обхватывали голову, заставляя локти смотреть в разные стороны. Худи сползло почти до локтей, открывая новые татуировки. Сегодня слишком оверсайз, либо кто-то значительно похудел. — Дим? — блондинка наконец перестала рассматривать парня и тихо, будто чего-то опасаясь, решила вернуть его в реальность. Голос девушки был чуть взволнован. Неизвестно же, где сейчас летает Дима. Но похоже она ошиблась. Он спит. Лебедева тихо ухмыльнулась и посмотрела в камеру. Аккуратный палец со свежим маникюром прильнул к губам. Жестом та показала подписчикам вести себя тихо, будто они слишком громко печатали и ставили лайки в эфире. Настя осторожно, почти бесшумно, встала. Стараясь не шелестеть одеждой, та медленно пробиралась к Матвееву. Что она хочет сделать, не знал никто, даже она сама. Подойдя сзади, Лебедева стала аккуратно приближать руки к плечам Матвеева. Но предугадать и напугать экстрасенса никто не может. Поэтому, когда девушка с улыбкой до ушей почти коснулась чернокнижника, тот тут же схватил ее за руки и потянул вперед. Не ожидав такого, Настя закричала и беспрепятственно повалилась вперёд, а вернее полетела. В голове тут же возник страх — сейчас упадет на пол. Но Дима с помощью умелых рук и небольшой силы ухватил девушку, оставляя ее на диване, на своих руках. — Ты вообще что-ли?! — выпучила глаза Настя. — Не кричи, я не глухой, — улыбнулся чернокнижник. — Ага. «Ты хороший — я плохой». Не время играть в стихи! Ты меня чуть не убил! — завопила Настя сквозь смех. Дима тоже заулыбался во все зубы. Они даже совсем забыли, что находятся в эфире, где прямо сейчас за ними наблюдают миллионы фанатов и шиперов. Они совсем забыли, что кто-то у кого-то на руках. Настя опомнилась первой. Не переставая улыбаться, та аккуратно сползла с рук чернокнижника и уселась рядом. — А что насчёт вопроса? — А какой был вопрос? — как-то по-дурацки улыбнулся Матвеев. Ему совсем не хотелось отвечать на скучные вопросы, которые отбирала Лебедева. Вроде бы, они интересные, но настроение сегодня совсем другое. — Так, понятно. Сейчас найдём другой. Простите, ребят, — блондинка ухмыльнулась и уставилась в экран, что уже засыпан комментариями про их взаимоотношения. — Дима, как ты относишься к Владу Череватому? Чувствуешь, кто сильнее из вас? — процедила Настя. — Влад крутой парень, если общаться с ним вне камер. Смешной, добрый, юмор чернее ночи. — Подтвержадю! Влад тот еще юморист хренов… — влезла девушка. Её уже не так сильно волновали уколы Влада вне камер, он просто шутит, наверное. — И я не чувствую разницу в силе. Все на «Битве Сильнейших» самые сильные экстрасенсы, не зря же нас пригласили. Влад очень крутой чернокнижник, как и я. Я разбираюсь в чём-то больше, чем он, и он разбирается больше меня в чём-то. Мы одинаковы по силе, хотя я бы даже не выделял людей по такому принципу. В общем, Влад крутой. — Хм, следующий вопрос…***
— Ребят, спасибо всем, что присутствовали на эфире. Было весело, увидимся в субботу! — В назначенное время в назначенное месте, — полушёпотом сказал Дима. — Ой, боже, сразу вспомнилась Марьяна, — девушка завершила и сохранила съёмку, не оглядываясь на Диму. — Насть, я с тобой поговорить хотел, — вдруг отозвался Матвеев. И, кажется, его голос дрогнул? Лебедева тут же оставила в покое свет и метнулась на диван. В голове миллион мыслей. Ему нужен новый менеджер в виде неё? Хочет предложить какое-нибудь новое тату? Попросит съездить ему за свечами? Что, чёрт возьми, ему нужно? Глаза уже не так боятся рассматривать его черты лица. Неприлично смело зрачки двигаются вдоль выпирающих мужских скул, рассматривают чёрные глаза. Парень взаправду сильно сбросил вес. Может, он хочет поговорить именно об этом? — Почему ты в конечном итоге отказала Олегу? — вдруг холодом вырвалось из уст чернокнижника. Его глаза стали кошачьими. Он видит добычу, или это какая-то шутка? — Что? — Лебедева немного отодвинулась. Девушка растеряна. — Чем он тебе не угодил? Что в нём такое, не понравившееся тебе? — Матвеев смотрел слишком серьёзно и требовательно, словно втыкал нож в сердце. Так холодно. Настя окончательно потерялась в комнате, наполненной серьёзностью и страхом. Она слышит внутри себя стук сердца, что пытается вырваться из неё и убежать. Убежать так далеко, только бы не чувствовать всех слов, засевших глубоко внутри. — Ну вот что в нём не так? Чего я должен избегать, чтобы понравиться тебе? — и тут облака холода в его чёрных глазах рассеялись, раскрывая откровенное волнение и нарастающую грусть. — Я же в точности, как он. Неужели у меня тоже нет шансов? Настя, поразмыслив немного над словами Матвеева, улыбнулась, оголяя белые зубы. В ней напрямую читалась какая-то игривая задумка. Блеск в глазах мерцал, как будто само солнце поселились в них. — Я отказала ему не из-за того, что в нём что-то не так, а потому, что я любила и люблю другого экстрасенса. А точнее чернокнижника, тату мастера, кумира миллионов и просто крутого парня. В глазах напротив будто расцветала природа после долгого холода и волнения. Тело покрылось неестественными мурашками. Он правда ждал этого? Правда так волновался и готовился к разговору? Но тут Матвеев так же сильно улыбнулся Насте и произнёс: — Ты что, любишь каких-то четырёх парней сразу? — Да Дима! — Настя упала Диме на плечо и стала смеяться. Матвеев, не прекращая улыбаться, осторожно положил свою руку ей на плечо. Давно он не испытывал таких чувств, эмоций, наполняющих с ног до головы какой-то особой энергией. Наконец-то за долгие годы наступило долгожданное счастье.
