Тайны поздней мандрагоры

      Удивительная вещь время, могущественная, а когда в него вмешиваются — опасная.

Альбус Дамблдор

***

Lana Del Rey- Love       Стук, стук, стук…       Сердце? Или каблуки так звонко стучали?       Девушка эхом слышала звук стучащих каблуков, смешанный с биением пульса, в умиротворённом коридоре. Перебирая ногами, она быстрым шагом шла к цели, минуя несколько пролётов. Гермиона была совсем близко.       Сегодня утром она держала холодное тело ученицы. И хранить это в себе — такую ношу — было болезненно, а внутри всё переворачивалось только лишь от воспоминаний. Мысли перемешались, но взять себя в руки она смогла.       Гермиона теперь была в строю, она не могла позволить себе эту скорбь, не осталось времени на слёзы, не осталось его и на страдания. Всё будет иначе, она будет другой, когда-нибудь она признает, что похоронила часть себя, там, в мрачном и холодном коридоре, её часть ушла вместе со Сьюзен, и дороги назад нет. Она похоронила свой страх.       Гермиона, просидев полдня в комнате, поняла, что опять возвращается к войне, что всё то, что, казалось, миновало её, возвратилось: боль и отчаянные поступки. Поджав свои коленки, она привычно опёрлась о стену в своей комнате. За этим ураганом, что случился утром, она успела подумать о Малфое. Какую роль он играл во всём? Положительную или отрицательную?       Когда девушка только приехала в школу, она бы с лёгкостью сказала —отрицательную. А сейчас? Сейчас она признавала, что не думает так. Он положительный герой.              Он тот, кто был с ней, он тот, кто остаётся рядом с ней, и, может, будет с ней.              Когда она посмотрела в его глаза, тогда, лёжа на полу, внутри что-то щёлкнуло: увидев настоящего Драко в ужасной ситуации, Гермиона осознала, того Малфоя больше не существовало. Вмиг он растворился, и она разглядела чёткий силуэт мужчины, который подал ей руку. Она увидела в нём человека, который мог чувствовать, мог проживать, мог быть рядом, мог быть понимающим. Зачем он скрывал себя? За пеленой чёрствого грубияна. Отпугнуть? Не подпускать к себе? Новые вопросы только нарастали, и она разберётся с этим.

***

      — Мадам Помфри, к вам можно? — девушка тихо зашла в большое помещение с пустыми кроватями, что не могло не радовать: не было больше жертв — это уже что-то.       Женщина средних лет убирала больничную койку, где, скорее всего, ранее лежала ученица.       — Конечно, проходи. Что случилось? — обеспокоенно спросила лекарь. Её глаза были на мокром месте — женщина пронесла через себя слишком многое, и эта смерть не стала исключением.       — Со мной всё в порядке. Вы узнали, что это был за яд? Хотя бы что-то… — нервно произнесла ведьма, подходя ещё ближе к лекарю. Надежда — вот что было в ней — зацепиться за любую деталь, любой пазл, чтобы соединить воедино.       — Детка, если бы всё там было просто… но некоторые ингредиенты мы точно знаем, в крови девочки мы нашли сок дремоносных бобов, полынь, корень валерианы и чернильницу, то есть сок её ягод, — лекарь смотрела на список в пергаменте, и её руки тряслись, она явно нервничала. Гермионе хотелось успокоить бедную женщину, но подобрать нужных слов она не могла. Когда происходит гибель детей на твоих глазах — что тут скажешь? Ничего.       — Спасибо за информацию, она мне понадобится, когда я буду разбираться с ядом. Мы найдём убийцу, держитесь, мадам, — что-то похожее на утешающую улыбку выдала из себя Гермиона. Забрав пергамент, она хотела скорее разобраться и рассказать всё Малфою. Мысли о нём не давали никакого покоя, убрав все предрассудки, она чувствовала, что ему могла доверять.       — Будь аккуратна, Гермиона, — крикнула Мадам, когда та уже двинулась на выход.       В коридоре ждал Малфой, он направлялся прямо в её сторону, как будто чувствовал всё. Когда нужен, он был тут как тут, что не могло не греть душу.        Этот мужчина свёл бы с ума любого, она сказала, что не ненавидит его, и стало легче.       Он проводил тогда, после разговора у директора, Гермиону до двери, не проронив и слова. Что было его в голове — одному Мерлину известно. Она бы так хотела узнать, все чувства к нему смешались, как клубок. И как ей распутать его?              Сегодня он был спокойным, а завтра — агрессивным, закрытым. Это чёртова русская рулетка. Но её тянуло… тянуло к чему-то непредсказуемому, к чему-то закрытому, неизведанному, что так тщательно было скрыто от неё.       — Что ты чувствуешь, Драко Малфой?       Она стояла в коридоре и не смела пошевелиться. Она не хотела уходить и ждала… ждала его шага к ней. Пульс начал стучать в ушах, заглушая все посторонние звуки, интерес стоял как ком в горле. Она не узнавала себя: ещё какое-то время назад Гермиона ушла бы в другую сторону, не обращая внимания на слизеринца. Ей было бы всё равно, но сейчас она стояла и ждала его, того, кто оказался рядом в сложный момент.       Это и были поступки, после которых можно взглянуть на человека другими глазами? Гермиона ответила бы не сразу, но да, она смотрела на него по-другому. Из-за потока собственных мыслей ведьма не сразу услышала, как он подошёл к ней, рассматривая с ног до головы медленным изучающим взглядом. Быть может, он тоже уже смотрел другими глазами.       Чтобы увидеть человека по-иному, нужно быть на дне.       — Ты была в больничном крыле? — обеспокоенный холодный тон разрушил окончательно её поток мыслей.       — Да, я…я узнавала про яд. Я хочу разобраться с этим всем, но пока не знаю, с чего начать, — она говорила тихо, неспеша, завороженно смотря на него и пытаясь рассмотреть, изучить. Он казался уставшим, виднелись даже синяки под глазами: ему точно нужен был сон.       — Кхм, я искал тебя как раз для этого, — Малфой немного замялся, продолжая изучать девушку, пытаясь понять, в порядке ли она. — Я нашёл вариант, с чего нам начать, — уже решительным голосом добавил он.       — С чего? — непонимающе, но с интересом спросила Гермиона.       — Нам нужен… — начал Малфой.       — О, ребята! Вот вы где! А я вас искал, — голос послышался где-то сбоку, и Монтегю, оказавшись рядом, уже не сдерживал ехидную улыбку.       — Что тебе нужно? — Малфой прикрыл глаза, чтобы хоть как-то унять свою злость, сдерживаясь. Присутствие старого врага начало бесить его.       — Ну! Мы в одной команде! Нам надо решать, ну и плюс хотел позвать прекрасную Гермиону на ужин, чтобы кое-что обсудить, — злорадно ответил тот, поглядывая на Грейнджер, ожидая её реакции.       —Чего? — протянул Малфой, он был удивлен такой нахальности, и, прищурив глаза, уставился на соперника.       — Мотегю, я думаю, сейчас не время и не место ужины устраивать, — порывисто ответила Гермиона, явно не ожидавшая подобного приглашения.       — Что ты, я так переживал за тебя, ты должна расслабиться, отдохнуть, — он продолжал давить настойчивым тоном, ещё больше открывая свои белоснежные зубы.       — Мальчик, гуляй отсюда, дай взрослым поговорить, — грубо произнёс Малфой, он пытался из последних сил утаить свою ревность и не продемонстрировать хук справа.       — Да ты животное, Малфой, я спросил у Мионы, за ней и слово, — Монтегю видел, как подобное задевает противника, и ему нравилось доводить.       — Ты сейчас невовремя, тебе стоит уйти, и я просила не назвать меня так, — Гермиона за всё это время даже не взглянула на бывшего однокурсника, но закатила глаза — с уст Монтегю её имя было неприятно слышать. Она стояла напротив Малфоя, следя за его реакцией, на душе стало теплее, в разы теплее.       — Дорогая, как угодно, я зайду к тебе позже, — не унимался Монтегю, но он заметил, что его совершено не ждали и не были расположены к его персоне. Мужское эго оказалось задето, но виду он не показал, притворившись, что всё хорошо.       — Тебя проводить? Или сам дорогу найдёшь? — выплеснул Малфой, посмотрев на бывшего однокурсника так, что тот быстро поменялся в лице, а улыбка испарилась. Драко выгнул бровь, ждал, когда он уже уйдёт.       — Гермиона, твой пёсик бешеный, ему надо привиться, — не выдержав, рявкнул Монтегю.       — Ах ты, — Малфой был наготове для удара и толкнулся в его сторону. Увидев это, Гермиона тут же схватила слизеринца за плечо, пытаясь унять порыв.       — Ты провоцируешь, Монтегю, тебе пора, или я не буду мешать Малфою, — злостно сказала Гермиона, склонив голову в сторону Драко: оказалось слишком близко, и телесный контакт дал о себе знать, а мурашки показали быстрый результат.       Парень громко усмехнулся, непринуждённой походкой прошёл мимо, не проронив ни слова, и направился по коридору в неизвестном направлении, напевая какой-то мотив песни.       — Урод, — выплюнул Малфой, кровь кипела, но он пытался держать себя в руках, потому что знал, что Монтегю специально его задевает. Он старался не показывать свою ревность, тем самым боялся отпугнуть Гермиону. Сдержать поступивший гнев было сложно, но, посмотрев в её медовые глаза, он уже и забыл про Монтегю.       — Она прогнала этого урода и стоит с тобой.       — Малфой. Что ты придумал? — Гермиона отошла от него, заметив, что слишком долго держала его за плечо, и сменить тему было проще всего.       — Нам нужен маховик времени, — быстро выдал Малфой, смотря вслед Монтегю, как бы проверяя и следя, чтобы тот не услышал их.       — Погоди, — задумчиво произнесла девушка, перебирая в голове все варианты событий.       — Да, я хочу вернуться на день назад и посмотреть, что произошло, — он уже повернулся обратно, когда на него налетела та, о которой он мечтал по ночам, не веря, что это могло быть наяву.       — Малфой, ты гений! — девушка ринулась в мужские объятия от хороших новостей, её в момент переполнили эмоции до краёв. Она явно не сдержалась, но, на удивление для неё, он ответил на объятие.              Это был глоток свежего лесного воздуха вперемешку с его манящим ароматом клёна и сухой ванили. Быстро отстранившись, она почувствовала себя неловко.       — Прости, эмоции, в последнее время их у меня с головой, — смущённо произнесла Гермиона.       — Кхм, всё в порядке. Маховик у директора, нам он нужен и поскорее, времени мало, — на одном дыхании произнёс слизеринец.       — Я думаю, она даст нам его.       — Я тоже, но, если что, возьмём просто так, потом вернём обратно, — как ни в чём не бывало произнёс Малфой, после объятий он явно повеселел, а настрой стал куда лучше.       — Малфой, а ты, я вижу, всё продумал? — хитро спросила Гермиона, у которой настроение также поднялось, если была информация — был и выход. Они приблизились на шаг к разгадке.       — Я не спал несколько дней, знаешь, было время. Пошли, — шутливо произнёс Драко.       Они двинулись в сторону кабинета, боясь опоздать. Время — ограниченная штука, а им нужно было успеть до шести вечера, ведь в шесть утра всё и началось.       Пока они шли, проходя несколько лестниц, молчали. Каждый думал о своём, о том, что с ними случилось. У Малфоя открылось второе дыхание, он не верил в то, что проходило: за плохими, трагическими ситуациями следовала близость Гермионы, что не могло не радовать. Но Малфой оставался скептичен, ссылаясь на то, что это являлось жестом доброй воли: она казалась доброй ко всем, живым ты был или нет.       Человек менялся по двум причинам: или потому, что открыл глаза, или потому, что закрыл сердце.       И он разберётся, что происходило у Гермионы Грейнджер.

***

      — Директор Макгонагалл, добрый вечер, к вам можно? — решительно произнесла Гермиона, приоткрыв дверь кабинета, за ней следом зашёл Малфой, осматривая помещение.       — Вот видишь, её нет, — произнёс шёпотом Драко. Они зашли в тёмный кабинет, в котором горела единственная свеча, освещавшая стол профессора.       — Но, Малфой, лучше подождать её, всё-таки это важно, — так же шёпотом ответила Гермиона, повернувшись уже к Драко. Приглушённый свет, а они стояли слишком близко друг другу, и по очертанию можно было понять, что смотрели другу другу в глаза. Дыхание казалось сбитым то ли от близкого контакта, то ли от адреналина.       — Гермиона, что вы хотели? — резко из-за угла вышла серая пятнистая кошка, быстро перевоплотившаяся в Директора. Ребята дёрнулись, не ожидая, что тут кто-то есть.       — Ух ты ж. Слазарен… — Малфой испугался, проронив несвязные слова.       — Мистер Малфой, и вам добрый вечер, — усмехнулась директор, сев за свой стол, одним взмахом освещая весь кабинет. Она поняла, что нарушила что-то интимное, но виду не подала.       — Так, что такое? — взглянула из-под очков директор.       — Нам нужен маховик времени, чтобы вернуться назад, посмотреть, что произошло этим утром, и увидеть, кто тогда был в коридоре, — на одном дыхании проронила Гермиона, её дыхание казалось сбитым, кто в этом виноват — Малфой или директор, которая показалась из ниоткуда, — одному Мерлину известно или ей…       — Хм. Чья идея? — удивлённо спросила Минерва, параллельно что-то выискивая в своих ящиках в столе.       — Кхм, Малфоя, но я с ним полностью согласна.       — Мистер Малфой, да, вы определённо очень находчивый мужчина, — усмехнулась Макгонагалл, продолжая искать. Она была рада, что не ошиблась в нём. — Что ж… вот, держите, надеюсь, он нам поможет, — женщина положила на стол кусок тряпки, перемотанный верёвкой.       — Благодарю, мы вернём, — Гермиона взяла маховик, улыбчиво поблагодарив Минерву.

***

      — Грейнджер, послушай, мне надо кое-что сказать. То, что ты увидишь… давай мы потом об этом поговорим? — прищурив глаза, настороженно спросил Малфой. Когда он придумывал идею со временем, он знал, что Гермиона заметит лишнее, знал, что будут вопросы, знал, что удивит её. Но он пожертвует этим, может, и раскроет себя, лишь бы узнать правду. Может, и сама Гермиона что-то таила?       — Малфой, я… эм… то же хотела сказать. Без вопросов пока что, хорошо? — тот только кивнул. Продевая цепочку между ним, Гермиона переживала: то, что они увидят, могло в корне всё поменять. Руки предательски дрожали после слов Малфоя.       Время. Девушка начала нервно крутить маховик точно на то время, которое было нужно, обернув ровно двенадцать раз. Комната расплылась, время пошло назад, и они видели всё, что происходило, как в быстрой съемке. Но вот время остановилось в момент, когда они яро спорили. Они оказались зрителями своего же шоу. Ком подступил к горлу у обоих: здесь был неприятный разговор с последующим скандалом.

***

      — Выговорилась? — он смотрел прямо, прожигая её глазами, настрой поменялся словно по щелчку пальцев, и от прежнего Малфоя остался разве что аромат.       — Выговорилась, — повторила Гермиона за ним. Отступать? Нет! В сторону всё.       — Закончила? — он продолжил, издеваясь. Обстановка накалялась, Драко начал подходить к ней.       — Закончила, — уже не так уверенно, но всё же ответила ведьма, оставшись стоять на том же месте, показывая, как ей «не страшно», и вздёрнув сонный нос.       — Вот это меня жизнь потрепала, я что, так выгляжу на самом деле? — усмехнулся Малфой, смотря на себя.       — Ну, как сказать, вид у тебя уставший. Ты вообще меня тогда напугал, — пожав плечами, Гермиона продолжала смотреть на них самих со стороны.       — И вот ты уходишь. Мы пойдём за тобой? То есть ты куда ушёл тогда? — переводя акцент с их ссоры, спросила Гермиона: ей явно было неловко от развернувшейся картины.       — Я… эм… — Драко замялся, скрывая что-то, это почувствовала и девушка, и любопытство сыграло своё.       — Малфой, ну же!       — Ладно, пошли за мной, у нас есть время.       Они двинулись за мужским силуэтом, который был вне себя от ярости. Быстрым шагом Малфой направился по коридору, следом направились они. Увиденное поразило Гермиону: стоя совсем недалеко от мужчины, она пропустила ту боль, которую видела напротив.       — Какой же ты идиот, Малфой, ты кретин, на что ты вообще рассчитывал, — его кулак мгновенно встретился со стеной, мужчина орал, ругал себя. Он колотил стену, выпуская свой гнев наружу, хотел успокоится, прийти в себя.       Гермиона от этого зрелища закрыла рот рукой, а на глазах подступили слёзы. Она точно не могла понять, почему он так отреагировал. Не сдержав себя, девушка всё-таки повернулась к Малфою: тот стоял рядом, но взгляд был направлен точно не на неё, он смотрел на себя со стороны, и в его глазах читался настоящий ужас.       — Почему? — прошептала Гермиона       — Я… мы… Грейнджер, мы договорились без вопросов. Пошли, нам надо следовать за тобой. Куда ты пошла тогда? — Малфой пытался перевести тему молниеносно, смотрел по сторонам, ища зацепку, он не готов был сейчас всё это обсуждать, подобрать нужные слова оказалось сложно.       — Кхм, в твою комнату, — замялась Гермиона.       — В мою…что? Комнату? Что ты там делала? — нахмурив брови, спросил Драко. Это было для него неожиданно, а вспомнив свой бардак, что он оставил утром, — ещё и неловко.       — Я искала тебя.       — Ты тут? Это я, Гермиона, — тишина стояла гробовая, ей стало не по себе, обхватив себя руками, обнимая, ведьма начала разглядывать комнату. Ещё бы мгновение, и она наступила бы на осколки, которые лежали на полу. Грейнджер уже схватилась за привычное место для палочки, но не обнаружила её, поэтому аккуратно начала собирать стёкла и, положив их на стол, обратила внимание на гору книг, записей, листов с пометками. Сев на стул, она принялась читать его труды. Ком нарастал, и Гермиона закрыла рукой рот от всхлипа.       Она увидела, как он старался, как упорно искал информацию, сколько работы провёл, сидя тут в одиночестве. Гермиона не могла поверить в то, что видела — что он, Драко Малфой, всё это сделал. Пульс участился, стало невыносимо душно, её совесть не желала больше молчать. Почувствовав себя просто идиоткой, она дала волю новой порции слёз. Перебрав пергаменты, девушка сложила их все ровно, капая солёной жидкостью на листы. В комнате Драко явно не было, но она считала себя обязанной с ним поговорить, или себя не простила бы.       — Ох, Грейнджер, тебе не стоило всё это смотреть, — Малфой обеспокоенно сжал кулаки, ему было больно видеть её в том состоянии, но, казалось, Гермиона этого хотела.       — Нет. Стоило, — Гермиона медленно перевела взгляд с себя на Драко. Она смотрела на него так, как никогда раньше: её взгляд говорил о решительности, о том, что она не пожалела ни о чём, о том, что сейчас она была уверена в своих чувствах.       Они оба перевели взгляды на силуэт девушки, которая рассматривала записи Драко.       — Пошли, нам нужно в коридор до меня, — скомандовала Гермиона, выбегая из комнаты, Малфой проследовал за ней. Они бежали, молясь, чтобы успеть и увидеть.       Гермиона остановилась, когда увидела ученицу. Она шла медленно, не моргая, смотрела вперёд, и за ней следовал человек. Он был одет в тёмную мантию, а на лице виднелась маска…       — Малфой, в школе пожиратели? — обеспокоенно спросила Гермиона, посмотрев на Драко, который оказался озадачен. Его взгляд устремился на пожирателя, который был одет в ту самую маску с серебристой окантовкой и длинную чёрную мантию. Страх пробрался во все участки тела от воспоминаний о прошлом. Они стояли вровень друг с другом, наблюдая за картиной, которая открылась перед ними.       — Выпей, дорогая, — приказал мужчина жёстким голосом: он был чужим, но в то же время слишком знакомым. Пожиратель протянул колбу с жидкостью, и Сьюзан послушно молча выпила. После этого мужчина, услышав шорох, скрылся за чёрным дымом, оставив ученицу одну: та начала медленно прерывисто задыхаться и падать на пол.       — Гермиона, она под империусом. Ты права, пожиратели смерти в школе. И они убивают маглорождённых, — сказал Малфой, переводя тяжёлый и обеспокоенный взгляд на девушку. Она же посмотрела на него полными слёз глазами.