Тайны поздней мандрагоры

      Мир не разделен на хороших и плохих, в каждом есть и светлая, и темная сторона. Главное в том, какую ты выбрал сторону, — это определяет всё.

«Сириус Блэк»

***

      Плитка была повсюду: стены, пол, потолок. Она казалась мрачной, холодной, скользкой, но где-то позади виднелись очертания яркого цвета травы, огня — с шумом он появлялся и так же растворялся.       Было слишком тихо, из-за чего давило где-то в груди. Перебирая ногами, Гермиона шла вдоль длинного коридора. Отголоски воспоминаний нервно били по голове: ещё месяц назад она работала тут, не думая, как перевернется её жизнь снова.       Снова сражаться, снова боль, снова смерть.       Шумное дыхание и звон каблуков разорвали тишину. Обещав дать министру отчёт о том, что происходит в Хогвартсе, она оказалась здесь.              Гермиона ясно помнила, как судорожно писала письмо Фаджу, трясущимися руками отдавала конверт бурому филину, ожидая ответа. И он был незамедлительным. Министр не заставил себя долго ждать, поэтому на следующий день она отправилась на личную встречу.       В ту ночь Гермиона не могла сомкнуть глаз, ворочаясь с одного бока на другой, ища ту самую позу, в которой смогла бы заснуть. Но моменты увиденного всплывали перед её закрытыми глазами. То, что они заметили, и то, что Малфой сказал, просто не могли уложиться в голове. Разговор сам по себе вспыхнул в памяти.       — Ты уверен? Почему ты считаешь, что они пришли за маглорождёнными? — спросила озадаченно Гермиона, стоя в дверях своей комнаты. Малфой, как истинный джентльмен, проводил до двери.       — Потому что я не глуп, сложить два плюс два не составило труда, — произнес тот, осматривая коридоры, как бы проверяя, чтобы никто не стал свидетелем их разговора. — Сюзан была маглорождённой. Пожиратели сражаются против кого?       — Маглорождённых, и они пришли мстить, закончить начатое, — продолжила Гермиона за ним и только сейчас начала осознавать всю степень ужаса.       — В яблочко. Я считаю, что он среди нас. Понимаешь? — тихо, но настойчиво сказал Малфой.       — Я не думаю, мы бы заметили хоть один подвох, — так же тихо ответила девушка, осматривая глазами коридор.       — Грейнджер, годы идут, но ты не меняешься. Найдёшь в старом бревне добро! — усмехнулся Малфой, зачесывая волосы назад, и, глубоко выдохнув, продолжил, — Нам нужно устроить тотальный контроль, быть начеку, понимаешь?       — Да, мне нужно сообщить всё министру. Это важно, — нервно ответила Грейнджер, она уже знала, что напишет министру.       — Нет! Не думаю… — воскликнул Драко, скрестив руки на груди.       — Малфой! С меня взяли обещание докладывать обо всём, что происходит тут, в школе, — воскликнула Гермиона, перебив своего напарника.       — Твоя ошибка, что ты веришь каждому цветку в лесу. Он может быть заодно с ними, — уже шипел Малфой.       — Какой ты всё-таки мнительный. Нет, я ему верю и напишу ему сейчас же! — крикнула в ответ гриффиндорка.       — Какая же ты… — сощурился Малфой, его бесили её наивность и упрямство.       — Давай говори. И мы вернёмся к тому, с чего начали, — она не отступала, так же скрестив руки на груди.       — О! Брось, мы напарники, так? — бросил Малфой, на что девушка слегка кивнула. — Значит будем советоваться с друг другом. Поэтому писать Фаджу — плохая идея. Я ему не доверяю, — Драко больше указывал, чем предлагал.       — Мерлин, да кому ты вообще доверяешь? Скажи! Мир не крутится среди зла и обмана. Людям, Малфой, можно верить.       — Я всегда полагаюсь только на себя, — пожал плечами тот, что ещё больше накалило Гермиону.       — Тогда с чего мы команда? — злость кипела в крови Гермионы, понимая, что разговор перешёл черту. — Это уже личные счёты, потому что мы так и не поговорили.       — Я не думаю, что это хорошая идея, — да, она его вывела из себя и была права, но признать это он не мог.       — Это ты так решил? — воскликнула Грейнджер, возмущение в её голосе слышалось отчётливо.       — Да, я.       — Тогда забудь, — выпалила она и скрылась за дверью.       Дверь с грохотом закрылась, и Драко, простояв несколько минут, ударил о косяк, как бы колеблясь, не решаясь обронить и слово. Но, всё-таки собравшись, он сказал, точно уверенный, что его услышат. Он не мог себе позволить просто уйти сейчас.       — Грейнджер, если ты ещё хочешь поговорить, я буду ждать тебя завтра вечером в «Трёх метлах», — ему было тяжело унять тех демонов, которые пищали в его сознании обжигающе, говоря, какой он мудак.       Он не услышал ответ, только шаги, удалявшиеся от двери. Драко и не ждал, он уже спокойно ушёл, ругая себя в очередной раз оттого, какой он мерзкий.       Гермиона всё же слышала, что он не ушёл, как шумно дышал и колотил от гнева косяк двери.       Она слышала его приглашение, и та злость быстро остыла, ведь их перепалки — это уже что-то нормальное, как разряд тока с головы до ног. Она знала его другим, хоть он активно пытался это скрыть. Улыбнувшись и отойдя от двери, она мысленно согласилась, но озвучивать не стала.

***

      — Итак, мисс Грейнджер. С какими новостям вы пожаловали? Ваше письмо было довольно поздним, — Корнелиус, сидевший в своём кресле, убирал папки в стол. В то время Гермиона выложила всё как на духу, не упуская деталей.       — И что вы думаете? Кто это может быть? — Фадж, откинувшись на кресло, вальяжно сидел. Гермиона была искренне удивлена такой спокойной реакции, но виду не подала.       — Я не делала предположений без веских на то доказательств.       — Занятно. Это вся информация? — его ровный тон и пронзительный взгляд настораживали, кивок Гермионы дал чётко понять, что это всё, что она знала.       — Что ж, вы молодец, продолжайте докладывать всё в письменном виде мне. И да, мисс Грейнджер, вы не думаете, что враг может быть слишком близко к вам? — как-то многозначно посмотрел министр на девушку.       — Что вы имеете в виду? — вопросительно взглянула на мужчину Гермиона, она не понимала и даже больше — не узнавала министра. Слишком холодный, неприветливый.       — Драко Малфой. Он бывший пожиратель, а, возможно, и не бывший, я думаю, вам стоит к нему присмотреться. Его резкое появление…       — Он не такой, нет, — перебив Фаджа, сразу сказала девушка, отрицая его намёки на Малфоя.       — Откуда вам знать, какой он? — Фадж сверлил глазами Грейнджер.       — Я умею давать вторые шансы, а вы? — выгнув бровь, резко ответила гриффиндорка.

***

      Вернувшись из министерства, Гермиона была никакая: не чувствовала ни радости, ни печали. Выжатая, обмякшая. Каждый день казался тяжелее предыдущего, и её разрывало оттого, что она не могла понять, разобраться в этом. Любая подсказка должна была помочь, но тут ощущался тупик, всё смешалось. И от этого хотелось выть. Ещё одна бессонная ночь. Девушка выглядела уставшей, обессиленной. Она подошла к кровати, осознавая, было всего несколько часов для законного сна, чем девушка и воспользовалась.       Приготовить себя ко сну не составило труда. Переодевшись в пижаму, Гермиона задёрнула шторы винного цвета, что не пропускали дневной свет. Стоял полдень, её уроки стояли уже через несколько часов, поэтому прилечь было необходимо.       Как только глаза сомкнулись, сразу появился силуэт Малфоя. И пульс предательски задал новый ритм. Его волосы, которые он так любил зачесывать назад, когда челка по-свойски падала на лоб, а когда он злился, то сильно жестикулировал, поэтому поправлял их довольно часто, и это нравилось Гермионе. Она ловила себя на мысли, что отчаянно кусала за нижнюю губу, чтобы хоть как-то унять жар внутри.       Его руки оказались слабостью для неё: длинные, рельефные, вены, как паутинки, разбегались по рукам, по предплечьям.       Поймав себя на том, что думает сейчас о нём опять, Гермиона сильно зажмурила глаза и накрыла лицо подушкой: холодная и мягкая, та охладила уже пылающие розовые щёки.       «Нет, нет, нет. Она не может так сильно хотеть этого мужчину, это неправильно. Они просто напарники и работают вместе. Общее дело, всё».        Так гриффиндорка себя успокаивала вот уже пару дней. Гермиона добавляла, что она его не интересует, и была уверена в этом. Хоть он и вёл себя не так, как раньше, девушка отчаянно кормилась иллюзиями, что он «просто изменился», что не могло её не радовать. Интерес и притяжение не могли ей не позволить пойти сегодня в «Три метлы» и не поговорить с ним, иначе она не смогла бы спать и дальше.       Уснула девушка в более хорошем настроении, думая о сегодняшнем вечере в компании Малфоя, но она сомневалась, не закончится ли это ещё одной трагедией.

***

      — Присаживайтесь, итак, мы закончили раздел по зельеварению. Сейчас проведём небольшую контрольную работу, где выясним, как вы усвоили материал, — Гермиона сидела на своём рабочем месте и раздавала палочкой пергаменты всем ученикам.              Сон явно пошёл ей на пользу, после того, как она пришла в себя, её ум стал яснее, а настроение — значительно лучше.       — Сейчас я продиктую вам вопросы и дам время на них ответить. Не переживайте, вы справитесь, — нежным голосом произнесла Гермиона, улыбаясь всем ученикам. Ей нравилось преподавать и давать знания другим, это было неким азартом — научить большему и большему, всему тому, что она сама знала. В голове девушки не раз проскальзывали мысли о том, что она осталась бы тут. Одна, просто преподавать и наслаждаться этим.       Но какая-то часть её не давала покоя. Семья? Дети? Какое будущее у мисс Грейнджер — самой умнейшей ведьмы столетия, героини войны? У неё не было ответа.       Она не могла строить иллюзии и воздушные замки, у неё не было ничего, кроме неё самой. Поэтому, заверив себя, что, пока она одна, она будет думать о будущем именно так.       — Записывайте. Какие компоненты могут входить в состав зелий? Какие типы зелий бывают?.. — бархатный голос Гермионы разрывал тишину кабинета. Перечислив всё, она принялась ждать, делая пометки в своей тетради.       Пока дети писали, она всё так же сидела, погруженная в свои мысли, как вдруг заметила на своём столе записку. Девушка настолько погрузилась в свою работу, что не заметила небольшой свёрток прямо перед носом.       Открыв его, она принялась читать, замечая идеальный почерк. Ей не составило труда узнать его из тысячи.       Сегодня в семь вечера. В «Трёх мётлах».

Д.М.

      Романтикой тут и не пахло, но определённый шарм был, улыбнувшись, она уже была уверена, что пойдёт на эту встречу.

***

      Тем временем Малфой сидел у Профессора Снейпа в кабинете. Их общению сложно было поставить определённый ярлык, но они были близки. Два сложных и властных человека, они могли вот так встретиться и поговорить, и это было нормой, даже если очередной разговор заканчивался скандалом.       — И как твои дела обстоят? Ты нашёл общий язык с мисс Грейнджер? — Снейп сидел в свободной позе в своём кожаном кресле, по его взгляду нельзя прочитать абсолютно ничего: холодный, спокойный. Он не был тем, кто выдаст на лице хоть какую-то эмоцию просто так.       — Всё сложно, — грустно усмехнулся Драко, отпивая свой горячий кофе.       — Твоё поведение может вызвать у любого стресс, — подметил Снейп.       — О, брось, взгляни на себя, тоже мне, советчик, — закатил глаза Малфой, его явно бесило это нравоучение, но поделиться с кем-то ему хотелось. — Я ей интересен только как знакомый, я уверен, она слишком правильная, чтобы общаться в другой форме, — Малфой прекрасно знал, как их разговор может закончиться, хотя вопросы у него и оставались. После маховика времени их стало ещё больше, но Драко не был уверен, что задаст их, уже заведомо зная ответы. По-другому и быть не могло.       — Она тебе это сама сказала? — монотонно поинтересовался Снейп, он мог спросить всё прямо и в лицо, подобрать вопросы так, чтобы человек сам разобрался в своей голове. Это был дар не на всех, поэтому Малфой пришёл к нему как бы за советом.       — Нет, ну я же понимаю, что у нас ничего не выйдет. Как и понимал все эти годы. Про школу я вообще молчу, она ненавидела меня.       — Я тоже, но это не отменяет того факта, что я тут с тобой, — усмехнулся Снейп, Малфой любил его проницательность.       — Ой нет. Даже сейчас, спустя столько лет, она не будет воспринимать меня как мужчину, и я этого заслуживаю, Северус, — Драко будет стоять на своем, и, быть может, переубедить его сможет только сама Грейнджер.       — Ты идиот и заслуживаешь подзатыльника. Все ошибаются, может, она даст тебе шанс, если ты не будешь вести себя как сукин сын, — раздражённо, но с юмором ответил Снейп. Он по-своему оберегал Малфоя, как ни крути, они стали близки, и в какой-то степени ему хотелось помочь Драко, ведь Северусу самому дали второй шанс, хоть он и не заслужил его.       — Я подумаю, — отрезал слизеринец.

***

      Сборы. Гермиона терпеть этого не могла, она ходила из в стороны в сторону, не зная, в чём же пойти. Была бы тут её подруга, вопрос отпал сам бы собой, но теперь она осталась одна, и ей надо было что-то да выбрать.       Она остановилась на синих джинсах и белой рубашке, которая оказалась на два размера больше неё. На голове девушка сделала пучок, из которого выбивались пряди, хаотично лёжа на лице. Ей нравился этот бардак. На ноги она надела белые кеды. Взяв тёмно-серое пальто, Гермиона двинулась в сторону паба. Сердце отбивало чечётку, и девушка не могла унять эту тревогу, но попыталась скрыть её.       После того, как она зашла внутрь, в нос ударили запахи табачного дыма и портвейна. В обычные дни, когда ученикам не разрешалось ходить сюда, здесь открывался шумный паб, где все любили отдыхать. Живая музыка тут была довольно редким гостем, любители могли играть на пианино, развлекая гостей, и петь джаз, но сегодня оказался именно тот день, когда присутствовало всё.       Найти столик не составило труда, Малфой уже ждал её. На нём была свободная рубашка голубого оттенка и тёмно-коричневые брюки, это выглядело слишком стильно, Гермиона сглотнула ком и двинулась в его сторону.       — Привет, — послышалось робкое приветствие Гермионы, она слегла улыбнулась, показывать свои истинные чувства сразу не входило в её планы. Она присела за потёртый стол.       — Привет, Грейнджер, давай выберем что-нибудь перекусить, хотя я не знаю, что тут можно выбрать, — Малфою было трудно находиться в этой стихии, его внутренний аристократ перевернулся и забил тревогу. Вариантов оказалось мало, поэтому Малфой глубоко вдохнул и принялся смотреть в потёртый старый пергамент.       Гермиона взяла меню или что-то, похожее на это, и принялась думать, что выбрать. Паб славился больше закусками, чем горячим, но из-за потока переживаний кусок в горло совершенно не лез. Её выбор остановился на закуске в виде куриных крыльев с соусом.       — Я хочу выпить, ты будешь? — он медленно перевёл взгляд с меню на Гермиону, ожидая, что она тоже согласится.       «Это вызов?»       — Буду, — решительно ответила Грейнджер, хотя пить она никогда не умела, да и не пила особо. Но сейчас, если она не расслабится в этой напряжённой обстановке, будет ещё хуже.       Малфой встал и пошёл оформлять заказ: в подобном месте не было официантов, все сами за себя.       — О, Малфой, какими судьбами? — мужчина, стоявший за барной стойкой, окликнул парня, его манера и наглый тон сразу не понравились Малфою. Мужчина выглядел крайне неопрятно: ему было далеко за пятьдесят, но вид был достаточно небрежный.       — Добрый вечер, да, теперь я тут работаю. В школе, — его локти устроились на барной стойке, он слегка пригнулся к старику, пытаясь быть любезным и приветливым.       — Да что ты! Вот это новость, пожиратель смерти теперь преподаватели в школе! Нет, вы слышали? — старик, обратившийся ко всем присутствовавшим, начал громко смеяться, и его начали подхватывать другие гости заведения.       — Рот закрой, старый хрен, — процедил Малфой, испепеляя взглядом. Накал начал набирать обороты, Гермиона тут же обернулась на гул, растерянно смотря на Малфоя и анализируя ситуацию.       — Щенок, иди отсюда, пока тебе не помогли, — выплюнул старик, его дыхание было далеко не свежим, отчего Драко сморщился и, резко схватив его за ворот, потянул на себя.       Гермиона, резко подскочив с места, двинулась в сторону стойки, где уже назревала драка.       — Что происходит? — потерянно произнесла гриффиндорка.       — О, мисс Грейнджер, неужели вы пришли с этим ублюдком сюда? — язвительно сказал старик, вырываясь из хватки.       — Что вы себе позволяете! — крикнула девушка, но терпению Малфоя пришёл конец. Замахнувшись, он чётко удалил старика в челюсть и откинул его назад, тот еле удержал равновесие.       — Малфой! — девушка тут же отпихнула его в сторону, не ожидая такой реакции.       — Что?! Тоже считаешь меня пожирателем, не человеком?! Давай! Говори! — он взял её за плечи, слегка потряхивая. Его гнев видели все, он был на грани: тяжелое дыхание, взгляд безумный, налитый болью. Это видела Гермиона, и она молча стояла, пытаясь осознать всё то, что происходит.       — Молчишь?.. Конечно! Да иди ты к чёрту, какой я был глупец, когда думал, что ты… — он рассматривал её всю, пытаясь распознать хоть одну эмоцию. Но ему не нужен был ответ, он и так всё понял, отчаянно усмехнувшись, и кинулся прочь из заведение.       Первая слеза покатилась по горячим щекам девушки, боль отдавалась где-то в районе груди. Она пропустила всю обиду Драко через себя. Молча забрав его и своё пальто, она подошла к старику, который уже горел от ярости, держа холодное пиво над щекой, охлаждая ушиб.       — Я бы на месте Драко ударила вас ещё сильнее за ваш поганый язык, — ровным холодным тоном произнесла Гермиона и вышла на улицу.              Октябрь был поистине холодным, укутавшись в пальто Драко, ей на мгновение захотелось окунуться в него и его аромат с головой, чтобы хоть как-то унять поток отчаянных слёз.       Он был зол на неё, как и она на себя. Девушка не смогла выдавить и слова, хотя их были сотни, она так растерялась, что он не дал толком сказать ей то, что хотелось.       Девушка решила освежиться и обдумать всё то, что произошло, и то, что она скажет ему.       У неё был хороший предлог — отдать пальто, а дальше как пойдёт. Глубоко вдохнув, она зашла в замок, замечая, что милые эльфы делали уборку на первом этаже.       — Добрый вечер, мисс Грейнджер, — низким голосом прозвучало где-то сбоку.       — Добрый, — нежно, но с грустью ответила та. — Вы видели профессора Малфоя? — ей точно нужно было его найти и попытать удачу.       — О да, он… он был очень расстроенным, и мы не стали его ругать за бутылку алкоголя, — ответил эльф чуть моложе.       — Спасибо, я пойду, — Гермиона двинулась в сторону его комнаты, портреты давно спали, поэтому некоторые уже ругались на источник Люмоса.       «Простите», — только выдавала девушка.       Стоя около его двери, она постучала три раза, но в ответ звучала тишина. Она, разумеется, понимала, что будет сложно, но ей нужно — просто необходимо — было с ним поговорить.       — Малфой, я знаю, что ты там. Открой, нам нужно поговорить, и я отдам тебе твоё пальто, — Гермиона старалась говорить негромко, но было сложно, эмоции брали вверх. — Хорошо, у меня тоже есть бутылка. Я вот сейчас сяду тут и буду пить, хотя я это вообще НЕ УМЕЮ делать, — воскликнула Гермиона и показательно села на пальто, облокотившись спиной о дверь. Коридор освещались свечи, но их было мало, поэтому он пребывал больше во мраке. Девушка открыла бутылку, которую она ранее на прогулке купила в какой-то лавке. Огневиски был терпким, немного понюхав, она сделал первый глоток.       — Мерлин, что за гадость, — сморщилась Гермина, глотая горючую жидкость.       — Грейнджер, иди спать, я серьёзно, — ответил холодный голос. Он её слушал, это уже было хорошо.       — Нет, пока мы не поговорим. Я буду сидеть тут. И если ты не хочешь говорить, может, тогда послушаешь меня? Это будет монолог, — протараторила Гермиона, после второго большого глотка огневиски её язык хорошо развязался, а смелость так и выскакивала изо рта.       Девушка услышала шаги, а после и глухой звук, который говорил о том, что он сел точно так же, как и Гермиона. Их разделяла худая дверь.       — Драко, послушай, — она отпила ещё дурманящей жидкости, чтобы хоть как-то унять ураган внутри.       — Ты замечательный, правда. Я долго думала, что с нами, кто мы друг другу и что мы чувствуем, как мы уязвимы. Но сегодня… я подумала… а что чувствуешь ты? Когда ты как мясо для льва, и все вокруг тебя задевают, все как с цепи сорвались, мне стало так больно…       Ещё глоток.       — С тобой мне спокойно, наверное, это странный комплимент, но это правда, ведь впервые в жизни я не боюсь показать кому-то свою слабость. И почему-то тебе я могу открыться, как никому другому, — слёзы градом начали спускаться на щёки, ту боль, которую от испытывал, начала и она проносить через себя. — Мерлин мне жаль, что всё так вышло, я вижу, какой ты, как ты хочешь помогать, ты давно не пожиратель, Малфой, я не думаю так, правда. Я даже не представляю, как тебе больно, как тяжело, что тебя не принимают нигде и ты одинок, мы столько всего наговорили друг другу, а вот важного из этого — ничего. Эти ссоры, издёвки…       Она сделала ещё глоток, речь стала медленнее, но интимнее, смахнув слёзы, Гермиона продолжила, точно зная, что он её слушал.       — Мне жаль, что сегодня так вышло, ты начал так кричать, а я растерялась. Ты неправильно подумал обо мне. Я считаю тебя человеком, я считаю тебя храбрым мужчиной, и ты так вкусно пахнешь, ой, Мерлин, это не то, что я хотела сказать, — икнула Гермиона, закрывая рукой рот. Горящие щеки, затуманенный взгляд — они оба были пьяными, и это создавало хорошую обстановку для откровений. — Ты не глупец, и, вообще, я… я просто хочу сказать, что считаю тебя очень… — Гермиона сидела и пыталась подобрать нужные слова, но тут дверь резко открылась, отчего девушка пошатнулась, но осталась сидеть на полу. В такой же позе сидел и Малфой, и его взгляд менял эмоции от ярости до интереса за секунду. Шумное дыхание и растрёпанные волосы, рубашка была расстегнута на три верхних пуговицы…       Он притянул её к себе, Гермиона подалась навстречу, их взгляды встретились.       — Помолчи, — тихо прошептал Драко и тут же впечатался в её манящие губы.