Вынужден быть его омегой

После неожиданных извинений Майки, все присутствующие замолчали. Они просто не могли поверить своим глазам: «непобедимый» Майки встал на колени и трижды извинился перед тремя руководителями Toman. Даже Чифую и Казутора не ожидали такой реакции от альфы, единственным, кто решил нарушить молчание, был Баджи, который направился туда, где стоял на коленях Манджиро. — Ты сделал Чифую бесплодным, ты лишил меня возможности стать отцом, и ты убил моего будущего сына. — перечислил черноволосый мужчина, голос которого в это время сорвался. — И ты думаешь, что «прости» что-то исправит? — Нет, я знаю, что это ничего не исправит. — признал Манджиро, подняв голову и глядя на раненого Баджи. — Но я не могу вернуться в прошлое и изменить то, что уже сделано. Вы тоже не можете этого сделать, как бы мы ни хотели… мы не можем. — с сожалением приговорил он, глядя в сторону морга, из которого они вышли несколько минут назад. Баджи тоже не мог не посмотреть в сторону морга, а потом еще раз вспомнил, что его мать умерла, и он не может вернуться в прошлое, чтобы спасти ее. В то время, пока он спорил с Манджиро, врач проводил вскрытие инертного и все более холодного тела его матери. Наемный убийца, убивший его мать, был в бегах, а Ханма был все дальше и дальше от Японии. Черноволосый мужчина поднял руки, покрытые кровью трупа его матери и дрожащие больше, чем когда-либо. Он хотел ударить Майки, хотел накричать на него, растерзать его и пожелать ему самого худшего. Но… он не мог, потому что был настолько уничтожен, что у него не было сил даже злится, как бы ему хотелось. Боль от осознания того, что за один день он потерял свою маму, щенка, которого он никогда не знал, и своего лучшего друга… это было просто душераздирающе. Как бы ему не хотелось это признавать, Манджиро был прав… как бы он ни кричал, ни бил, ни плакал, ни мстил — его детеныш не вернется, его мать не оживет, а плодородие Чифую не восстановится. Сколько бы Майки не пытался извиняться перед Баджи, их отношения уже никогда не будут такими, как прежде. Так зачем тратить время на придумывание оправданий тому, что просто не имеет оправдания? Почему бы лучше не использовать это время, чтобы найти виновных в смерти Рёко Баджи, то есть наемного убийцу и самого Шуджи Ханму? Манджиро был гордым человеком, который никогда не извинялся легкомысленно, тем более не становился на колени перед кем-либо, если только он действительно не чувствовал, что причинил непоправимую боль любимому ему человеку. Тот факт, что он встал на колени перед своими подчиненными и три раза подряд просил прощения, означает, что он действительно сожалеет о том, что сделал в прошлом. И если он не сказал ничего, кроме «извини»… это потому, что ему просто больше нечего сказать. Нет оправданий, нет «ну, это тоже была чья-то вина», Манджиро просто решил взять на себя всю ответственность и раскаяться в своей ошибке. Это… коснулось всех троих участников. Было бы ложью сказать, что Чифую, Казутора и Баджи могли бы простить его только за это, но, по крайней мере, они приняли его извинения близко к сердцу. Манджиро действовал перед своими подчиненными впервые за долгое время со зрелостью, которую можно ожидать от настоящего лидера. Все были шокированы и в то же время тронуты неожиданным поведением Майки, пожалуй, больше всего растрогался Такемичи. Омега уже был готов подавить своего альфу своими доминирующими феромонами, но, в конце концов, не только не было необходимости их использовать, но и Манджиро дал ему ментальную пощечину, показав ему, что он может быть очень зрелым, когда того потребует ситуация. . — Ты… ты же знаешь, что я не могу тебя простить, да? — Баджи, наконец, заговорил, вытирая слезы с лица и сердито глядя на Майки. Боль и гнев все еще были, но они немного ослабли благодаря искренним извинениям Манджиро. — Я знаю. — ответил он, наконец вставая с земли, чтобы встать перед черноволосым мужчиной. — Я знаю, что ты никогда не сможешь простить меня за то, что я сделал, и если хочешь, ты можешь покинуть Токио Манджи. — услышав это, все присутствующие затаили дыхание. — Но я хочу, чтобы ты знал, что Томан всегда раскроет для тебя объятия… и для вас тоже. — наконец уточнил он, глядя и на Чифую, и на Казутору. Кроме того, я не пожалею ресурсов, чтобы найти киллера, который убил Рёко-сан, и Шуджи Ханму. Мы найдем их, и ты сможешь распорядиться ими сам, как захочешь, обещаю. — Это обещание не похоже на то обещание, которое ты дал мне в детстве, верно? — нахмурившись, спросил Баджи, явно имея в виду данное ему Майки обещание стать крестным отцом его будущего щенка. — Клянусь в любви, которую я испытываю к Такемитчи. Я переверну небо и землю, чтобы найти их, сколько бы времени мне не потребовалось. — Манджиро проговорил, серьезнее, чем когда-либо. То, что сказал Баджи, было больно, но он понимал его гнев, боль и разочарование из-за всего, что с ним произошло. — Хорошо, тогда я поверю тебе на слово. — черноволосый согласился. Его карие глаза были красными от того, как много он плакал и сколько будет плакать на следующий день, на похоронах своей матери. Но помимо боли, в его взгляде была сильная убежденность, придававшая ему особый блеск. Баджи действительно найдет киллера своей матери и Ханму… и заставит их заплатить. Это не было угрозой, это был факт. В тот пасмурный день с редким моросящим дождем прямо перед огромным токийским моргом двое гангстеров, которые были лучшими друзьями в детстве, вели себя по-взрослому. Искренне извиняясь на коленях, признавая прошлые ошибки, принимая извинения, даже не будучи в состоянии простить от всего сердца, объединяясь, чтобы выследить общего врага и… предполагая, что иногда дружба просто не может вернуться к тому, что было раньше. В тот день Кейске Баджи и Манджиро Сано действительно повзрослели. С того рокового случая прошло уже три дня. Было проведено вскрытие матери Баджи, и благодаря этому удалось восстановить часть ДНК киллера, убившего ее. Имея эту подсказку, разведывательная группа Томана (во главе с Мицуей) выслеживала неуловимого киллера. В любом случае, им не потребуется много времени, чтобы найти его, а затем они собираются пытать его, чтобы получить информацию, а затем сам Баджи собирается его убить. Что касается Шуджи Ханмы, то этот альфа стер все его следы (благодаря приготовлениям, оставленным Теттой Кисаки), однако в какой-то момент он совершит ошибку, и тогда они смогут его выследить. По крайней мере, они этого ожидали. Похороны Рёко Баджи были чрезвычайно мрачными, болезненными и очень закрытыми. Манджиро не разрешили пойти на похороны из-за натянутых отношений, которые у него были с трио; однако Такемичи присутствовал, все время оставаясь рядом с Чифую. Пока тот с грустными голубыми глазами смотрел, как трое страдали, он не мог не хотеть подарить им хотя бы счастье посреди такой печали. Такемичи потрогал свой еще плоский живот, беременным двумя малышами он ужасно чувствовал себя, а Чифую не мог зачать ни одного щенка. Он хотел бы разделить часть своей великой плодовитости со своим хорошим другом, который облокотился на его плечи, чтобы плакать и сморкаясь, когда он прощался со своей свекровью. — «Как только все успокоится и я рожу, мне обязательно нужно поговорить с доктором Азами. Я имею в виду, я знаю, что Чифую сделал все возможное, чтобы восстановить свою плодовитость и потерпел неудачу. Но… что, если мои феромоны или что-то во мне способно восстановить это? Я имею в виду, они не везде найдут доминирующего омегу, который готов участвовать в экспериментах по восстановлению плодовитости у другого омеги, не так ли? Однако я проведу эксперименты только после того, как мои два детеныша родятся здоровыми.» — подумал Такемичи, наблюдая за похоронами Рёко Баджи и утешая опустошенного Чифую. Как только похороны закончились Чифую, Казутора и Баджи отделились от Такемичи, так как им явно нужно было побыть наедине, чтобы погоревать как можно лучше. Такемичи крепко обнял Чифую, чтобы попрощаться. Чифую решительно попрощался со своим другом, затем он более нежно обнял Казутору, который, кстати, пользовался костылями из-за полученной им пули, и, наконец, Такемичи было неудобно перед Баджи, потому что он не знал, что делать с этим альфой. Баджи заметил его дискомфорт и просто кивнул головой, молча принимая «соболезнования» омеги. Санзу был тем, кто постоянно отвечал за сопровождение омеги, который, поскольку он прибыл из России, мог приходить и уходить из пентхауса Манджиро без каких-либо ограничений. Санзу не сопровождал Такемичи, чтобы «предотвратить» его побег, скорее он действовал как телохранитель. В это время Санзу сопровождал Такемичи на машине к врачу. Это будет день, когда доктор Азами подтвердит пол его двух щенков, кроме того, конечно, убедится, что малыши в идеальном состоянии. Поскольку Такемичи подвергался высоким дозам стресса, было жизненно важно убедиться, что плод не пострадал. Поскольку он не присутствовал на похоронах, Манджиро был с Мицуей, разыскивая местонахождение киллера, убившего Рёко. Кроме того, за последние 24 часа Майки был слишком занят и напряжен, переходя из одного места в другое, пытаясь реорганизовать весь Токио Манджи. Темные круги под глазами выдавали его состояние. Они могли поручиться за это, не говоря уже о горе, которое скрывал альфа, поскольку Хаккай отказался говорить с ним после того, как узнал всю правду. Он сказал ему, что ему нужно некоторое время, и Мицуя уважал это решение, хотя в то же время альфа загрузил себя как можно большим количеством работы, чтобы не думать слишком много. Много изменений произошло со дня смерти Кисаки Тетты, его правая рука Шуджи Ханма забрал с собой большую часть богатства Валгаллы, и казалось, что он просто исчез в никуда. Основная база Валгаллы была захвачена Томаном, но поглощение такой крупной мафии требовало времени, переговоров с гангстерами, которых не стоило убивать из-за их талантов, и больших денег… так что Коконой был в гневе. За последние 24 часа он обзвонил всех руководителей (включая самого Майки), чтобы отругать их за все плохие финансовые решения, которые они приняли за такое короткое время, даже не посоветовавшись с ним. Это был настоящий хаос. — Если ты заставишь меня потерять еще одну иену, клянусь, я уйду! — воскликнул очень рассерженный Коко, и никто не засмеялся, потому что все знали, что он говорит серьезно. Коко действительно ненавидела терять деньги из-за сентиментальности и еще больше он ненавидел, когда они принимали решения, не посоветовавшись с ним предварительно. Однако, несмотря на кризис, с которым столкнулся Майки, он все же нашел время, чтобы пойти в клинику доктора Азами. Санзу сообщил ему точное время, когда они пойдут на гинекологическое УЗИ Такемичи, благодаря которому они вполне могли бы узнать пол обоих щенков. По этой причине, несмотря на грусть, стресс и усталость, изможденный Майки счастливо улыбался, садясь на мотоцикл и направляясь в клинику. Манджиро всегда был счастлив, когда дело касалось его щенков, он очень хотел стать отцом. Эмоции альфы, когда он увидел этот черно-белый экран, были необъяснимы, это просто невозможно было описать словами. Он не мог ничего толком разобрать, потому что он не был врачом, но он знал, что на экране были две маленькие вещи, и они определенно должны были быть его щенками. Манджиро почувствовал связь со своими детьми, как только смог снова встретиться с Такемичи в России, но видеть их через эту машину, знать, что они настоящие и что они серьезно находятся в чреве Такемичи… Знание этого заставило его сердце биться сильнее от волнения. Эти две крошки были еще очень маленькими, но они быстро вырастут в двух младенцев, которых он сам через несколько месяцев сможет держать на руках. — Вы зачали двух очень здоровых щенков. — Доктор Азами с нервной улыбкой похвалил их. Он мысленно вздохнул с облегчением, потому что знал, что если у зародышей будут обнаружены какие-либо генетические дефекты… Манджиро, вероятно, выместит это на нем. — Это девочка и мальчик, у вас двойня! Поздравляем! …Продолжение следует…