Вынужден быть его омегой

После того, как Айко упала в обморок, Такемичи наконец остановился, прекращая подавать свои доминирующие феромоны. Гости уже могут двигаться и говорить свободно, но они не вставали сразу, не осмелились даже сказать хоть одно слово. Истины, рассказанные Омегой, заточили зуб на Айко глубоко в умах гостей, в этот момент никто не доверял словам, сказанных Такемичи, они не могли поверить, что уважаемая Айко Мори была бывшей VIP проституткой, у которой был сын, которого она оставила брошенным в Японии, а также её союз с Минато не был её первым браком, а оказался вторым. Не говоря уже о том, что вся трагическая история о том, что она единственная дочь аристократической семьи, падающей в позор, была ложь. Айко солгала им во всем, абсолютно во всем. Это, несомненно, будет очень сильным ударом для политической партии Минато и Айко. — Папа! — Первой реагировала невеста, которая на дрожащих ногах побежала к её отцу. Минато был на коленях на полу, своей здоровой рукой, пытаясь давить на его больную руку, чтобы замедлить боль. Санзу вывернул его запястье, поэтому рука Господина воспалилась неестественным образом, и фиолетовый цвет беспокоил. Юми опустилась на колени до своего отца, и когда она пыталась поднять раненую руку своего отца, чтобы попытаться помочь ему, она была в ужасе, когда услышала больной крик Минато. Её папа никогда не кричал так сильно, что означало, что на этот раз это действительно больно. — Пожалуйста, позвоните в больницу! — Воскликнула Юми, и только тогда гости отреагировали, несколько поднялись и дрожащими ногами пошли обращаться за помощью. Члены Токио Манджи посмотрели друг на друга обеспокоенно. Свадьба Юми и Па-чина разрушилась, однако, что было наименее хуже всего, эта свадьба должна была представлять союз японской преступной организации с важной американской политической партией, на которую представляется Минато. Тем не менее, все разрушилось, потому что жена Минато оказалась биологической матерью Такемичи, имела ли судьба в качестве хобби, связать с омегой с проблемных людей? — Хей, Така-чан. — Хаккай прошептал, наблюдая за хаотическими событиями. — Да, моя любовь? — Мицуя ответил, все еще нервно, потому что он не мог поверить в то, что произошло. Он действительно не ожидал, чтобы не расследовав больше о прошлом Такемичи, возможно, он мог избежать всех бедствий. — Мы можем пожениться в тайне? Чтобы никто не знал. — Он прошептал в его ухо. — Что? Почему? — Спросил он сбитый с толку. — Я думал, что ты хотел отличную открытую вечеринку, со всем в сиреневых тонах и синем. — И вот что я хотел… до сегодняшнего дня. Все свадьбы Toman разрушены, а наша следующая. Я не хочу испортить нашу судьбу. — Ты …Ты в чем-то прав. — Он кивнул, с каплей пота на лбу. Он всегда был логичным человеком, который не верил в суеверия, но слова Хаккая имели смысл. И если все руководители женятся не очень? Дракен и Эмма поженились, до сих пор все прошло хорошо, а также сегодня они не были здесь, избегая свидетелями такого бедствия. — Хорошая идея! Мы должны выбрать день и все вместе до храма. — Он кивнул, очень убедительно. — Мы отпразднуем после того, как получим разрешение от монаха, хорошо? Хотя Хаккай и Мицуя говорили о свадьбе; В нескольких метрах от них были два человека, которые практически организовали свадьбу, которая только что разрушилась. Они носили роскошную одежду красных с китайскими орнаментами, брюнет дрожал от гнева, и блондин пытался его успокоить. — ТРИ МИЛЛИОНА… — Коко сказал сквозь зубы, его руки были сжаты в кулаках по бокам, и его глаза пылали яростью. — Я собираюсь убить эту омегу! Снова заставил меня потерять деньги! — Коко сказал, делая два шага, чтобы пойти к Такемичи сказать ему все в лицо. — Успокойся. — Попросил Инупи, останавливая своего партнера рукой. — Не говори или не делай ничего плохого, мы решим это. Я обещаю. Коко не шутил или не преувеличивал, он был действительно зол на то, как разрушилась свадьба, на которой он так много запланировал. — Мне все равно, что жена Минато Мори — биологическая мать Такемичи, я отказываюсь отменить слияние компании с Мори. — Он приговорил, и Инупи сглотнул. Он знал, что Коко был серьезен. Его Альфа потерял много денег, благодаря Такемичи настаивавщем возвращении пограничного района в Волков, чтобы поддерживать хорошие отношения с ними, он отказываюсь потерять больше денег для какой-то прихоти. — Мы вернули пограничную зону в Волков и Такемичи выступил в качестве посредника, мы создали взаимное согласие с Братвой. Он напомнил ему, пытаясь защитить действия Такемичи. — И что сейчас, мы страдаем от потери, потому что мы потеряли пограничную зону в России, благодаря этому соглашению мы потеряли много будущих прибылей. Хотя теперь меня не волнует будущее, завтра мы можем быть мертвыми, учитывая образ жизни, который мы ведем. То, что я хочу, — это ощутимая прибыль, и реальность — это то, что мы находимся в красных числах из-за этого. Я не позволю им делать то, что они хотяи, и это прибыльное соглашение с Мори, не будет из-за Такемичи, люди, которые столкнутся с убытками, будем я и ты! — Он зло кричал, привлек внимание нескольких гостей, когда он поднял тон голоса. Черноволосый Альфа больше не мог этого выдержать и решил покинуть место проведения. — Черт, — прошептал Инуи, потерая переносицу. Блондин знал, что ему придется позаботиться обо всем, успокоить гостей и принести им извинения. Коко был действительно эгоистичным, покинув его, но Инупи это принял и понял, потому что он был действительно перегружен и слишком злился на все убытки, которые недавно пришлись по его карману. Территория Братве, прогрессирующее, но сложное слияние Вальхаллы что Тетта Кисаки оставил при своей смерти и действующему слиянию Па-чина с Мори, было много расходов, и он, и Коко очень устали. После того, как пара прибыла в комнату отдыха отеля и взяли бессознательное Айко и раненые минато; Гости начали шептать между ними и Инупи мысленно подготовил речь, которую он скажет, чтобы успокоить их всех. Как только гости покинули комнату, Инупи лично разговаривал с парнями, чтобы попытаться все решить. Очевидно, как он, и Майки дадут им искренние извинения за разрушение их свадьбы, тем более, что считает, что за пределы свадьбы для бизнеса также был союз для любви, так как пара действительно любит друг друга. Невеста просто сосредоточена на том, чтобы помочь раненой рукой её отца, но, как только его забрал в больницу, бета подходит к омегам. Лицо молодой женщины изменилось, она действительно заметила его злость. — И что? — Омега попросил объяснений, как только остановилась перед Инуи, — Почему ты выглядишь таким злым …? Тем не менее, Омега не мог закончить его вопрос, потому что Юми ударила его. Это не было сильной пощечиной, но потому что у беты была тяжелая рука. Все гости были удивлены, и Санзу открыл свои глаза в ужасе, он действительно не ожидал, что Юми даст королеве пощечину. — Нет проблем, с которыми вы унизили мою мачеху, я также ненавижу эту женщину. — Юми тихо сказал, чтобы только Такемичи мог слышать. — Но почему ты подставил папу во всем этом? Почему ты пошел так далеко, чтобы сломают его руку? — Тело красноглазки дрожало от гнева. — Ранил моего папу и разрушил мою свадьбу! Как я могу не злиться на тебя? Также… Юми не могла закончить своют тираду, потому что Такемичи ударил её, что заставило ее замолчать. Бета открыла глаза в удивлении, тронув её поврежденную щеку ладонью. Гости снова ахают от удивления, и Санзу гордо вздернул голову, он уже думал о том, чтобы идти за своей Катаной, но, как всегда, его королева показала, что он знал, как защищать себя в одиночестве. Па не мог больше выдержать и решил подойти к ним, он не собирался позволить всем продолжать ходить это ад. — Ты, как ты смеешь коснуться моего лица? — Грозно сказал омега с выступешей веной от гнева. Без промедлений он схватил горсть волос Юми и резко потянул ее, чтобы поговорить с ней на одном уровне — Если твой папа заключил союз, потому что они вытеснули его запястье, ему придется переосмыслиться, сделав сделку с тем, что они принимает её. Я напоминаю тебе, что мы мафия, дорогая. — услышав эту угрозу, невеста вздрогнула и удивилась, как кто-то может изменить свою личность так резко. Она не знала очень хорошо Такемичи, но, в течение короткого времени она встречала его, она думала, что это добрый, скромный, теплый и легко читаемый омега. Омега, который был перед ней в этот моментах, было воплощение нарцисса, высокомерного, с плохим и холодным характером. Па никогда не говорил Юми о растройстве Такемичи, поэтому невеста действительно думала, что тот имел расстройство личности или что-то в этом роде. — Отпусти, сейчас. — Сказал Па, кладя руку на руку Такемичи, которой он держал волосы Юми. — Сейчас у меня огромное желание убить тебя за разрушение моей свадьбы… или, по крайней мере, хорошо тебя избить. — Заявил альфа, сдерживающий его феромоны, которые показывали гнев, которого он чувствовал. — Но я не буду, потому что вы пара босса, потому что ты омега, а ты также беременный. — Ты говоришь, что не ударишь меня, потому что я беременная омега? Ха, не заставляй меня смеяться. — Он усмехнулся, выпуская волосы Юми. — Я отрежу тебе руку, если ты коснешься меня. Знай свое место, пожалуйста. — Ты… — проговорил Па-чин, с несколькими венами на лбу. Альфа был красным, дрожащим от ярости, а также его феромоны обосновали его гнев. — Па чин, пожалуйста. Достаточно. — Майки, влез первый раз в разговоре. — Я прошу прощения за то, что погубин твою свадьбу, завтра мы лучше поговорить в доме Коко, и мы будем решать все. Я обещаю. — сказал Альфа, принося извинения перед парой. Это простое действие успокоило Па-чин и Юми. — Я оплачу все расходы на свадьбу своими деньгами. — Альфа… — прошептал удивленный омега, увидев, как его партнер поклониться паре. — Омега, ты также должен извиниться. — Майки потребовал, выглядя очень серьезно. — Ты сумасшедший? Почему я должен просить прощения, если я не сделал ничего плохого? — он ответил хмуро омега. — Ошибка в моей месте? — Ошибка не в твоей мести, ошибка состояла в времени, когда ты решил сделать это. — Это чертовски лучшее время, когда еще, я мог собрать всех членов высшего общества, чтобы увидеть истинное лицо Айко? — Он ответил с раздражением. — Да, я понимаю, что натворил много дел, но об этом я буду сожалеть только завтра. Однако это не было бы повреждено столько, сколько сделано сегодня, и теперь, особенно перед всеми этими людьми, которые восхищались её. — И почему ты должен были втянуть моего отца во все это? Почему ты обидел его? — Спросила Юми, все еще раздраженая. — О, пожалуйста, дорогоя твой отец не невинный. Он безусловно знал все, что я сказал сегодня, что этот дурак сделал, это другое дело. — он ответил ей своими пустыми глазами. — Он заслужил это, возможно, я немного перешел границы, но он начал пытаться заткнуть меня, используя его командный голос. — Он приговорил со скрещенными руки и высоко поднятыым подбородком. — Так много проблем извиняются за то, что ты разрушил такой важный день для нас? — Сказал Па-чин, качая головой. — Почему вы все так решили выставить меня кплохим? — Он сказал, скрипя зубами. — Если я прошу прощения, я буду признавать, что я ошибаюсь, и я повторяю, я не сделал ничего плохого. Единственные плохие люди — твой отец и ведьма моя матерь. — Он продолжил, уставившись на разочарованную Юми. — Достаточно. — Сказал Майки, поворачиваясь, даже не глядя на Такемичи и пошел к Инупи. — Пожалуйста, прощайтесь с гостями и подготовите все на завтра, у нас есть чрезвычайная встреча в нашем доме. Мы будем у Мори. — Я также приму участие в этой встрече, верно? — Спросил Омега, приближаясь к Майки, а также Инупи. — Нет. — Обрезал альфа. — Как нет? Это тема, которую касается меня, альфа. — Нет, омега. — Майки продолжал использовать свой командный голос, благодаря чему Такемичи вздрогнул и огалил его шею, с меткой. — Ты чувствуешь себя неприятно, когда, используют голос на тебе? Ты использовал это надо мной некоторое время назад, ты заставили меня встать наколени, и я чувствовал себя ужасно неправильно. Я просто возвращаю тебя немного этого унижение, Такемичи. — Альфа… — прошептал, глядя на Майки, как будто он предал его, и его темно-голубые глаза смотряли со слезами. Майки даже не назвал его «Такемучи», что имел в виду, что он злился. — Херучиё, возьми Такемичи в пентхаус. Сейчас. — Майки приказал Санзу, который кивнул без сомнений. — Альфа пожалуйста, не… — прошептал он, пытаясь схватить край черного костюма своего партнера. Тем не менее, Майки от дёрнул руку. — Я останусь здесь для решения этой катастрофы, и ты вернёшься домой для отдыха, помни, что ты беременный. — Сказал он, с монотонным голосом, почти как робот. — Когда я вернусь, давай пересмотрим наши отношения и… Я хочу сказать тебе кое-что предельно ясно, омега. — Что? — Он ответил почти в шепоте. Санзу уже был позади Такемичи, чтобы сопровождать его. — Я дал тебе много свобод в эти месяцы… что, по-видимому, создало неправильную ситуацию в вашей голове. — Он начал говорить ему в очень низком тоне, так что только Такемичи и Санзу услышали его. — Но сегодня хороший день, чтобы напомнить тебе, что ты не являешься лидером Токио Манджи. Лидер — это я, ты только мой партнер. … Продолжение следует…