Вынужден быть его омегой

Прошло четыре месяца с момента рождения близнецов Сано. За это время в Токио Манджи произошло много изменений. Со дня на день внушающей страх преступной организации приходилось приспосабливаться к присутствию трех новорожденных щенков, и ожидалось, что скоро родятся новые щенки. Внезапно все почувствовали, что они уже не те подростки, которые создали ту внушительную банду, которая впоследствии станет самой могущественной мафией Японии, теперь все они настоящие ответственные взрослые, которым приходится воспитывать малышей. Осознание этого момента многих испугало, а некоторые поклялись себе, что никогда не станут родителями, просто это была слишком большая ответственность. Однако были некоторые руководители, которые решили пойти по пути, подобному Майки и Такемичи. Примером тому стало самое известное трио Томана, поскольку Чифую уже был на полмесяце беременности. После быстрого и успешного послеоперационного восстановления доктор Азами провел экстракорпоральное оплодотворение омеги, чья фертильность уже была восстановлена. Две здоровые яйцеклетки были оплодотворены двумя сперматозоидами от соответствующих партнеров омеги, так что у блондинки могли быть близнецы, как у Такемичи. Чифую мог родить ребенка от Баджи и еще одного от Казутора. Трио было переполнено счастьем, которое они испытали, потому что они наконец-то смогли осуществить свою мечту стать родителями. Что касается Па-чина и Юми, то через четыре месяца после их испорченной свадьбы они снова разослали всем приглашения на новую свадьбу, и на этот раз все должно было быть идеально. Они официально поженятся, их многомиллионные компании будут объединены, с разделением акций 50/50, и никто и бровью не поведет, когда через месяц после свадьбы они объявят, что ждут ребенка. Юми с меланхолической улыбкой пояснила прессе, что хочет перевернуть страницу после смерти отца и надеется, что этот ребенок сможет немного уменьшить боль, которую она испытывает из-за траура. Что касается Макото Мори, то свой семнадцатый день рождения она провела в одиночестве в США. Благодаря своему большому уму он закончил с отличием на год раньше всех других старшеклассников и уже готовился к вступительным экзаменам в Гарвардский университет, так как планировал изучать право, а после окончания планировал продолжить оставшееся политическое наследие, его покойным отцом Минато Мори. В глазах общества Макото Мори был маленьким мучеником и борцом за то, чтобы оставаться лучшим во всем, что он делал, несмотря на трагическую смерть родителей. Он не был известен слухами о интрижках, все свое время он тратил на подготовку к вступительным экзаменам в Гарвард, на физические упражнения, чтобы оставаться здоровым, и на волонтерскую работу. Он взял всего два выходных дня, для совершения короткой поездки в Токио, чтобы быть тем, кто поведет свою старшую сестру Юми к алтарю. Присутствовав на свадьбе своей сестры, Макото первым же рейсом вернулся в Соединенные Штаты и продолжил учебу. Однако перед тем, как Макото отправится обратно в Америку, Такемичи попросил поговорить с ним лично на следующее утро после свадьбы. В этот день за большим круглым чайным столом в пентхаусе омеги два сводных брата проведут долгую, искреннюю и откровенную беседу. В тот день Такемичи поймет, что Макото на самом деле не так уж сильно отличается от него; что «идеальная жизнь» того ребенка, которому он так завидовал, была, вероятно, такой же и даже хуже, чем та, которую прожил он сам. В конце этого долгого разговора Такемичи прослезился и извинился перед ошеломленным Макото за то, что все эти годы недооценивал его, ничего не зная. Чтобы понять разговор между братьями, мы должны сначала вернуться за день до свадьбы между Па-чином и Юми, потому что в тот день Мицуя прибыл в пентхаус Майки и Такемичи, чтобы поговорить с последним на важную тему. В тот день Майки был в командировке в Китае, младенцы крепко спали в своих кроватках после кормления, а Санзу присматривал за ними, сидя на большом белом диване напротив обеих кроваток. Щенкам было уже четыре месяца, и больше всего времени они спали. - Ты помнишь, что просил меня исследовать Макото Мори? Ну, я нашел шокирующую информацию - сказал Мицуя удивленному Такемичи. - Я обнаружил причину, по которой этот ребенок так сильно ненавидит своих родителей, и особенно Айко, почему он, ни секунды не колеблясь, продает их, чтобы спасти себя. То, что Мицуя показал Такемичи, было медицинским диагнозом, Даты которого были довольно старыми, возможно, более десяти лет назад, что очень удивило омегу. Однако, когда он быстро прочитал «Омега-пациент: Макото Мори» на распечатке, его руки дрожали, и он ошеломленно посмотрел на Мицую, который тоже кивнул, столь же удивленный, как и он сам. Такемичи хотелось закричать от шока, который вызвали у него эти документы, но ему пришлось сдержать голос, потому что его дети спали в его комнате. - Судя по всему Айко могла рожать только детей омега. - Сказал Мицуя с кривой улыбкой. - Пожалуйста, объясни, Мицуя-кун. - Серьезно попросил Такемичи, садясь на стул, потому что его ноги тряслись. - Как Макото я может быть омегой? -Был. - Мицуя поправил его. - В настоящее время он альфа...или,по крайней мере, искусственно созданный и довольно несовершенный «альфа» - сказал он, садясь рядом с Такемичи. - Это вообще возможно? Я никогда не слышал о генетическоймодификации чьего-то субгендера. - Это совершенно незаконно и очень опасно. Но это возможно. - Мицуя объяснил. - Уже более или менее десяти лет в преступном мире известно, что кто-то могущественный производит и продает незаконный наркотик, способный искусственно изменять омега-субген. Это лекарство способно только превращать омегу в бету и альфу, хотя его нужно вводить всю жизнь, и лечение должно начинаться до того, как омега полностью станет взросым. Чем раньше вы начнете, тем «лучше» будет результат. - Кто создатель этого ужасного наркотика? - спросил Такемичи, по его спине пробежал холодок. - Его личность не известна. Он знался, как очень хорошо скрываемый свою анонимность, используя влиятельных посредников для продажи этого наркотика миллионерам - пояснил Мицуя - Иметь контакт с этим наркотиком сложно, потому что его не продают кому-то только потому, что у него достаточно денег, чтобы его купить. В дополнение к деньгам у вас должен быть профиль, который убеждает создателя указанного препарата, и, прежде всего, следует отметить, что вы отчаянно хотите использовать его на себе или члене семьи. Из-за всех этих мер безопасности другие мафиози не могли иметь прямого контакта с этим наркотиком, и для нас стало невозможным его дублирование. - Итак, в тот день, когда я встретил Майки-куна в баре в Сибуе... - вдруг сказал он, вспомнив ту давнюю ночь, когда ему исполнилось 22 года. Сейчас ему уже 23 года. - Да, в тот день Майки подумал, что ты употребляешь этот наркотик. Вот почему он очень заинтересовался тобой, поскольку ты был омегой без запаха, который легко мог сойти за бету. - Мицуя согласился. Хотя некоторым мафиози в мире удалось получить крошечные образцы этого наркотика.... правда в том, что создатель этого наркотика сформулировал его таким образом, что даже под микроскопом... невозможно было воспроизвести его в точности.. Все копии, сделанные крупными мафиями, включая Братву, имеют некоторые недостатки. Я не могу не похвалить создателя этого лекарства, потому что он надолго монополизировал этот бизнес. - Не хвали его так сильно. - Такемичи отругал его, нахмурившись. - В любом случае, этот препарат ужасен и имеет ужасные побочные эффекты на тело омеги - продолжал он, читая отчет Макото,который ему передала Мицуя. - Ты прав, никто не должен проходить через что-то подобное. - Альфа согласился. - И самое главное, ни один любящий отец или мать не должны давать своему ребенку такой опасный и незаконный наркотик. - Айко действительно ненавидела омег... несмотря на то, что сама была одной из них. - обиженно прошептал Такемичи, ничуть не сожалея о том, что решил покончить с этой злой женщиной. - Да, посмотри на это - сказал Мицуя, передавая другие медицинские диагнозы Такемичи. - Любопытно, что эти печатные листы носили название «Айко Мори». Когда я вначале пошутил, что эта женщина может родить только омег, это была вовсе не шутка. - Она... у нее действительно была хромосомная аномалия? - спросил Такемичи, быстро прочитав анализ Айко. - Согласно медицинским заключениям, у нее была неизлечимая хромосомная аномалия. Это не сделало ей ничего плохого как такового, просто она была неспособна породить какой-либо другой подгендр, кроме омеги. Ни бета, ни альфа... только омеги. - Возможно, я унаследовал от нее свою хромосомную аномалию. - прошептал Такемичи, собирая точки воедино. - Неужели и я смогу родить только омег? - Мы не узнаем, пока Саюми и Шиничиро не исполнится пять лет и их подгендры не станут известны. - сказал Мицуя. - Конечно, я бы осмелился сказать, что ты родился как доминантный омега, потому что она была способна рождать только омег, и ее измененные гены смешивались с генами доминантного альфы, такого как Владислав, таким образом, рождая доминантную омегу,как ты.... - Да, это имеет смысл. - Сказал Такемичи, его глаза сияли от эмоций, которые он чувствовал, чтобы, наконец, узнать правду себе. - Доктор Адзами однажды сказал мне, что для нормальной омеги, такой как Айко, крайне редко, если не невозможно, родить доминантную омегу вроде меня... Даже если она спала с доминантным альфой, таким как мой отец. Но если бы у Айко был хромосомный синдром, из-за которого она рожала только омег, то для меня было бы более логично, если бы я был зачат от этого союза. -Ага. - Мицуя кивнул, оторвав взгляд от записей Айко и снова сосредоточившись на медицинских отчетах Макото. - Поскольку ее аномалия была неизлечима... эта женщина решила изменить подпол своего сына, превратив его из омеги в альфу. Итак, с создателем того незаконного наркотика, который способен изменять подгендры людей, связались и предоставили Макото, так как мальчику было пять лет. - Минато Мори знал, что эта женщина сделала с ее сыном? - спросил Такемичи, потрясенный такой жестокостью. Он никогда бы не подумал что-то изменить в своих щенках, они были идеальными, как только родились. - Да, я знал это. - Мицуя кивнул, нахмурившись. - Он был так одержим этой женщиной, что позволял ей делать все, что она хотела. Кроме того, Минато «нужен» альфа-сын, чтобы захватить власть в созданной им Империи. Поэтому он позволил Айко отдать это лекарство Макото и все это время платил за него. - Сукины дети... - рявкнул Такемичи, сжав кулаки, глядя на фотографии травм на маленьком теле пяти или шестилетнего Макото. Эти травмы были вызваны неестественным ростом его костей. -Каковы побочные эффекты этого препарата? - Из-за того, что он незаконен, у него их много и пока не все побочные эффекты известны, так как он относительно новый на черном рынке. - Мицуя начал объяснять. - Насколько я понимаю, если начать употреблять его в период полового созревания, то есть после первой течки... можно только перейти с омеги на бету. Однако побочные эффекты более терпимы. - Но Макото начал использовать его с пяти лет... - сказал он с пересохшим горлом, не в силах поверить, что кто-то может сделать что-то настолько ужасное с маленьким ребенком. И что еще хуже, с его собственным сыном. -... Если вы начнете употреблять его в детстве, побочные эффекты будут в тысячу раз хуже, но у вас больше шансов перейти от омеги к альфе. Так было и с Макото. - Мицуя объяснил шепотом. После этого он передал Такемичи распечатку с пронумерованными точками. Согласно медицинским отчетам, омега быстро понял, что эти точки были побочками и/или последствиями, которые испытал Макото. 1). Ускоренный, болезненный и неестественный рост костей. Чтобы костный скелет пациента напоминал альфа, а не омегу. Это объясняло большой рост и осанку Макото, несмотря на то, что он родился омегой. 2). Полное уничтожение внутреннего волка-омеги пациента. Это означало, что у Макото не было внутреннего омеги, с которым можно было бы поговорить или утешить его. 3). Полное хирургическое удаление всех репродуктивных органов,типичных для омеги. Операцию сделали в возрасте десяти лет, до первой течки. 4). Полное и абсолютное отсутствие тепловых циклов(течек). 5). Бесплодие. 6). Полное отсутствие полового влечения. 7). Хроническая боль в животе из-за ощущения фантомной конечности из-за гистерэктомии (удаления матки) 8). Отсутствие запаха, замаскированное высококачественными духами с феромонами для альф. 9). Атрофированная обонятельная железа. 10). Проблемы с психическим здоровьем от легкой до тяжелой степени, такие как: расстройства привязанности, тревога, панические атаки, депрессия, диссоциация личности, ОКР и телесная дисморфия. - Какие тупые выблядки...- Такемичи выругался с дрожащими руками, как только он закончил читать все. - Хотел бы я, чтобы они сейчас горели в аду! - Я надеюсь так же, как и ты. - Мицуя согласился, нахмурив брови. Он не был впечатлительным человеком, но все же был тронут, когда узнал о деле Макото. Несмотря на всю боль, которую он перенес, отец и мать заставляли его быть идеальным сыном и улыбаться перед камерами прессы. Он продолжал говорить, покачивая головой. - Теперь, когда я знаю контекст, неудивительно, что он чуть не подпрыгнул от радости, когда узнал, что ты собираешься избавиться от этих двух монстров. - И подумать только, что я... завидовал ему. - Прошептал Такемичи, удрученный, чувствуя себя ужасно из-за того, что все это время полагал, что у Макото легкая жизнь и все подавалось на золотом блюде. - Если бы я прошел через все, через что прошел он... я бы, наверное, давно покончил с собой. - разоткровенничался он, лаская шрам на и без того плоском животе с грустным лицом. Для омеги самой важной частью тела был живот. Они никогда никому не позволяли, кроме своих альф, и несколько особенных людей прикасались к их животу, вот как хитро они с этим справились. Из-за этого простая мысль о том, что кто-то схватит его в возрасте десяти лет и вырвет его матку... была немыслима для Такемичи. Он до сих пор не мог понять, как Макото мог жить со всей этой трагической историей. - И несмотря на всю пережитую боль, он стоял на своем и терпеливо ждал мести. Поддельные улыбки и доброжелательность по отношению к своим мучителям. - прошептал Такемичи, его голубые глаза сияли чувством, очень близким к уважению и восхищению. -Итак... - Мицуя наконец начал говорить. - Теперь, когда ты все это знаешь, что ты будешь делать? - Это все меняет. - заявил Такемичи, в его глазах не было ни тени сомнения. - Я поговорю с ним лично, расскажу, что я узнал о его прошлом, и поддержу его- Приговорил он, удивив Мицую. - Я не хочу, чтобы Макото работал на нас в качестве марионетки в Соединенных Штатах, я предпочитаю иметь с ним более близкие и более тесные отношения... такие, как у меня с Кайзером и Кирой. - Ты будешь доверять ему? - спросил Мицуя, не совсем убежденный. - Он все еще сын той женщины, ты в курсе? - Я тоже сын Айко, и я похож на нее не поэтому. - сказал он, нахмурившись. - Этот мальчик уже слишком много страдал, разве он не заслуживает шанса? - Да, он это заслужил. - Он согласился, хотя и не уступил полностью. - Но никогда не доверяйте ему полностью, по крайней мере, пока ты не подвергнешь его испытанию на несколько лет. - Я не дурак, мы будем наблюдать за ним. - Такемичи сказал с улыбкой, которая успокоила Мицую. - Последний вопрос, Юми знала обо всем, что они сделали с Макото? - Нет, она не знала. - Мицуя сразу же ответил, и Такэмичи вздохнул с облегчением. - Хорошо, это все. - Он закончил, сложив все медицинские документы, которые принес ему альфа. - Завтра Пачин и Юми поженятся, так что Макото приедет из США на свадьбу, верно? - Да, но он опоздает и сразу пойдет на свадьбу. Завтра не будет времени болтать наедине. - Хорошо, тогда скажи ему, что я хочу пойти с ним на свидание наедине, прежде чем он улетит обратно в Америку послезавтра, здесь, в пентхаусе. - Хорошо, я напишу ему и сообщу о встрече. - Сказал Мицуя, одной рукой схватив документы, а другой доставая мобильник. У него был личный номер Макото. - И Мицуя кун... - сказал Такемичи, и альфа повернул голову, чтобы посмотреть на него. - Спасибо тебе большое за все, я не знаю, что бы я без тебя делал, и еще не знаю, как тебя отблагодарить. - Если хочешь наградить меня, поговори с Майки о повышении моей зарплаты. - Мицуя подразнил его заразительным смехом. - Расходы на организацию моей свадьбы большие, понимаешь? - Когда завтра Манджиро вернется из Китая, я обязательно ему скажу. - Сказал Такемичи между хихиканьем, хотя это не было ложью, что он попросит своего альфу поднять зарплату Мицуи. Лилово-волосый альфа сделал для них слишком много, больше, чем ему заплатили. - Ты настолько внимательный к нам, что даже свою свадьбу в очередной раз отложили из-за нас. У меня нет слов, чтобы извиниться, так что меньшее, что мы можем сделать, это поднять тебе зарплату. - Не волнуйся, это не вина Манджиро, что его ревность пришлась на день, когда мы планировали свадьбу. - Он отрицал с понимающей улыбкой. - Отложить свадьбу еще на неделю - не проблема, потому что я очень хочу, чтобы вы оба присутствовали в тот день, когда мы с Хаккаем поженимся. Вы оба являетесь важной частью нашей жизни. Голубые глаза Такемичи заискрились от эмоций. Он пробыл на Томане всего год и четыре месяца, но уже считал их семьей. Больше всего на свете руководителей Санзу, Чифую, Казутору, Мицую, Хаккая, Эмму и Дракена. Со всеми остальными ему все еще нужно было больше взаимодействовать, но он знал, что скоро сформирует прочные связи и с ними. Тем не менее, все в Томане уже приняли Такемичи как омегу Манджиро и уважали его за то, что он родил детей лидера. Саюми и Шиничиро, им было всего четыре месяца, но они уже были в свете глаз гангстеров вместе с маленькой пятимесячной Ханако. Так или иначе, после того разговора с Мицуей, на следующий день ночью состоялась свадьба Пах-чина и Юми, которая прошла по плану. Макото действительно присутствовал на свадьбе своей старшей сестры, но Такемичи не разговаривал с ним в тот вечер, он просто поприветствовал его и напомнил, что на следующее утро у них назначена встреча, чтобы поговорить наедине в пентхаусе. Макото нашел просьбу омеги странной, однако просто принял ее. На следующий день после свадьбы Такемичи принял Макото рано утром (8 утра) с уже приготовленным завтраком. Они пили чай с традиционными закусками и говорили о разных вещах. Омега решил, что будет честен с Макото, так как отношения в основном основаны на честности и доверии. Он сказал подростку, что исследовал его, потому что не доверяет ему, а также раскрыл всю информацию, которую Мицуя нашла о его прошлом. Такемичи только надеялся, что Макото не возненавидит его за вмешательство в его личную жизнь и особенно за такое личное и ужасное, как то, что с ним сделали его родители. Пока братья говорили искренне, Санзу взял на себя заботу о паре сонных малышей. Манджиро в это время, как и его дети, крепко спал в своей большой кровати. Гангстер не просыпался до 10 утра, а как только просыпался, требовал еды. Очевидно, что близнецы унаследовали прожорливость и глубокий сон своего отца, так как большую часть времени они также проводили во сне и еде. Они даже особо не плакали, потому что им было лень. Им нужно было только сказать «ах», и Санзу уже был рядом с ними, так зачем тратить ненужные усилия на слезы? Такемичи был ошеломлен, увидев, что Макото не удивился, увидев, как он достает медицинские документы, которые Мицуя приготовил для него. Он как будто уже ожидал, что он расследует это. Он только заметил дискомфорт в черноволосом мужчине, который беспокойно заерзал на стуле. Омега, не теряя времени, все объяснил Макото; от того, почему он послал Мицую исследовать его, до того, что он чувствовал, читая медицинские документы, в которых подробно описывались зверства, которые его родители совершили по отношению к нему, и все это исключительно для того, чтобы сделать его «идеальным альфой», а также извинился за то, что неправильно оценивал его все это время., все еще ничего не зная о своем прошлом. Впервые Макото удивился, увидев, как Такемичи плачет из-за него в конце их продолжительного разговора. Омега заплакал еще сильнее, когда понял, что за все их резкие разговоры Макото ни разу не пролил ни слезинки ни о себе, ни о том, что они с ним сделали. Он действительно был сломленным ребенком, с проблемами отсутствия привязанности, с большими трудностями плача и с ужасной неспособностью искренне чувствовать чужую боль. Из-за всего этого подросток был удивлен, увидев, что Такемичи плачет из-за него, потому что он просто не знал, как реагировать. -Почему ты плачешь? Это было давно и виновники всего этого уже мертвы, - удивленно сказала Макото, не зная, как реагировать на слезы Такемичи. Он выглядел смешно и неловко, ерзая на стуле. - К тому же уже не так больно, и я привык принимать этот препарат. - Я плачу за тебя, потому что то, что они сделали с тобой, чертовски несправедливо. - сказал Такемичи между рыданиями. - И не волнуйся, ты можешь перестать принимать этот проклятый наркотик. Тебе это больше не понадобится. - Я не могу перестать его принимать, кто знает, что со мной будет, если я перестану его употреблять. - Я уже отправил доктору Адзами и его команде копии всех этих медицинских документов, - сказал Такемичи и, увидев полные подозрения глаза Макото, почувствовал, что нужно кое-что прояснить. - Не беспокойтесь, им запрещено разглашать все, что - они видят или делают. Они работают на Токио Манджи. - И что сказали эти врачи? - Что ты можешь приостановить использование этого препарата и что они будут использовать мощную терапию омега-феромонами, чтобы мало-помалу хроническая боль, которую ты чувствуешь, исчезла. - Голубые глаза Такемичи еще больше заслезились, когда он вспомнил решительные слова Адзами. - То, что они сделали с тобой, Макото, нет прощения... они зарезали тебя. Удалили многие репродуктивные органы и это... уже непоправимо. Но Феромоновая терапия поможет решить такие проблемы, как хроническая боль в животе, атрофированная обонятельная железа снова начнет работать, больше не понадобятся искусственные духи. Кроме того, ты перестанешь чувствовать боль в костях и суставах. Серьезно, твоя жизнь улучшится, если ты откажешься от этого препарата и начнешь лечение гормонами. - Феромоновая терапия...? - Феромоны взяты непосредственно у меня. В конце концов, я доминирующий омега. - Сказал Такемичи, вытирая слезы. Услышав это, впервые, возможно, за слишком много лет, холодное сердце Макото немного согрелось. -Почему ты это делаешь? - спросил он, не совсем веря в добрые намерения Такемичи. Из-за того, что ему так много причиняли боль в жизни, он не мог поверить, что люди были просто хорошими, не ожидая ничего взамен. - Потому что ты мой брат. - сказал он, вставая со стула и направляясь к креслу, на котором сидела Макото. - Потому, что я понял, что мы на самом деле такие. - В каком смысле мы? - спросил он озадаченно. Однако он был ошеломлен еще больше, когда внезапно почувствовал, как Такемичи обнимает его. - В том, что мы оба родились от деспотической и ужасной матери, мы оба страдали, но теперь нам представляется возможность быть счастливыми. Так что, пожалуйста, Макото, давай не будем тратить этот шанс зря. Получив это объятие и особенно услышав эти слова, сердце Макото немного потеплело. Он ничего не мог сказать, и он не мог ответить на теплое объятие старшего брата, но что он сделал, так это слегка кивнул головой. Этого простого действия было достаточно, чтобы заставить Такемичи с надеждой улыбнуться. Внезапно омега почувствовал, что у него действительно есть кровная семья, за которую стоит сражаться. К ним присоединятся его братья Кайзер и Кира, его маленькие племянники Рина и Алексей, теперь к ним присоединится и Макото... и, возможно, в будущем к ним присоединится и его надменный отец Влад, который потихоньку набирал вместе с ним очки. В конце концов, он был не так уж одинок в этом мире, как считал большую часть своей жизни. И это даже не говоря о том, что теперь у него также есть два прекрасных щенка, зависящих от него, плюс сонный альфа, у которого скоро начнется гон. Конкретно и согласно запланированным датам через три дня. ... После той встречи Макото решил отменить поездку в Америку и остался в Японии еще на месяц, чтобы пойти в клинику доктора Адзами и таким образом начать гормональное лечение. Он также посвятил себя разговору со своей сестрой Юми, чтобы открыться ей и рассказать ей всю правду, используя медицинские документы в качестве доказательства. С этого момента любовь и уважение, которые Юми испытывала к отцу, начали угасать. Она просто не могла защитить мужчину, который позволил и способствовал страданиям ребенка, который был его собственным ребенком, только для того, чтобы потворствовать эгоистичным желаниям такой порочной женщины, как Айко. Он этого не заслужил. Через три дня после разговора Макото и Такемичи, а точнее ночью, в пентхаусе было полно людей, которых обычно не должно было быть там в эти часы. В частности, помимо близнецов Сано и Санзу, там также была Эмма вместе с ее ребенком Ханако и Дракеном. В ту ночь в пентхаусе не было ни Майки, ни Такемичи, так как альфа проснулся с типичными признаками гона. В то время пара находилась в роскошном отеле, и они попросили Эмму и Дракена провести день, пока гон Майки длится, с близнецами. Что ж, хотя они доверяли Санзу, они чувствовали, что гон у альфы отличалась от омеги, раньше случался чаще (каждый месяц), но длился максимум полтора дня. Лучшим способом успокоить их был секс, и это был единственный раз, когда альфа мог свободно выпустить наружу своего внутреннего волка, если бы захотел. Что касается течки омеги, то она случался раз в два-три месяца (в зависимости от омеги), но может длиться до трех-четырех дней включительно. Кроме того, это был единственный раз, когда омеги обычно высвобождали своего внутреннего волка, хотя Такемичи - особый случай, поскольку он может выпустить его по своему желанию. Ни у Майки, ни у Такемичи не было циклов ревности после того, как омега забеременела. Что ж, ревность создана природой для воспроизводства жизни, поэтому, если уже есть жизнь (или две) в процессе создания, зачем нужны циклы ревности? Итак, поскольку Майки и Такемичи были связаны постоянной меткой, которая делала их парой, не только у беременного мужчины не было циклов течки, но и у альфы, который его оплодотворил. На самом деле, это будет первый гон, который они проведут вместе после далекого и хаотичного гона Майки в доме Дракена и Эммы, где, несмотря ни на что, они зачали своих двух щенков. Как только омега рожает, циклы течки не приходят сразу. Природа мудро дает омеге шесть месяцев отдыха, чтобы она могла восстановить свое тело на 100% и, прежде всего, чтобы у нее было время выкормить щенков, которых она родила. Что касается альфы (связанного с омегой постоянной меткой), природа дает ему только четыре месяца отдыха, и после этого времени циклы гона начинают прибывать ежемесячно, как обычно. Короче говоря, это будет первый гон Майки, а через два месяца будет течка и Такемичи. - Майки-кун... твой запах удушающий. - Прошептал Такемичи между голодными поцелуями. Они оба лежали обнаженными на огромной гостиничной кровати, Майки сидел на мягком матрасе, а Такемичи оседлал его. - Тебе не нравится? - хрипло от желания сказал альфа. - Я люблю это. - промурлыкал он, прижавшись бедрами к твердой промежности альфы. - Мы их сейчас выпустим? - Да, я обещал своему альфе. - сказал Майки, прежде чем продолжить целовать Такемичи. Его руки бегали по спине омеги, пока он целовал его, пока не достиг его выступающего зада, который он сжал с желанием. Это вызвало стон омеги, который в итоге застрял в горле. Огромная комната была полна их феромонами, хотя, конечно, больше всего выделялись феромоны Майки, так как он был тем, кто был в гоне. Прошло почти два часа с тех пор, как они прибыли туда, первое, что они сделали, это искупались, пока они ощупывали друг друга в большой ванне отеля, чтобы нагреть воду. Закончив купаться, они вместе подошли к большой кровати и легли на нее обнаженными, где продолжили целоваться. Эта ночь определенно будет особенной, так как это будет первый раз, когда внутренний альфа Майки и внутренний омега Такемити смогут взаимодействовать. Да, они полностью передали бы контроль над своими телами своим внутренним волкам во время гона. В конце концов, это было справедливо. Такемичи в клинике доктора Адзами ввел себе месячную инъекцию противозачаточных средств. У него уже было двое четырехмесячных детей, поэтому он не хотел рисковать снова забеременеть, пока его дети не станут достаточно взрослыми, чтобы хоть немного ходить и постоять за себя. Благодаря этой противозачаточной инъекции и тому факту, что Такемичи знал, что он потерял часть своей великой плодовитости, отдав часть своей матки Чифую, омега смирился с идеей отдать полный контроль над своим телом своей внутренний омега, так что он делал то, что хотел с внутренним альфой Майки. Что касается Манджиро, то его немного пугала мысль полностью отдать свое тело волку, так как он никогда не позволял этого во время своего предыдущего гона. Тем не менее, черноволосый мужчина знал, что он в долгу перед своим альфой за то, что долгое время был идиотом, чтобы не понять то, что он чувствовал к Такемичи. Поэтому, несмотря на все страхи, которые он испытывал, он решил, что во время гона он отдаст контроль своему волку. Он был уверен только в том, что сношение между его волком и волком Такемичи будет интенсивным, страстным, почти звериным. Посреди интенсивных поцелуев, переполненных слюной, влажными звуками и постоянным прикосновением языков, Феромоны Такемичи вдруг начали усиливаться. Это изменение в окружающей среде заставило Майки застонать, его черные глаза расширились, а клыки начали расти, указывая на то, что альфа внутри начал брать контроль над его телом. Что касается Такемичи, его маленькие клыки также начали показываться, а его небесно-голубые глаза начали приобретать насыщенный темно- синий цвет. Печально известный внутренний омега королевы Томана после нескольких месяцев бездействия наконец-то появился. - Альфа... мой альфа... - начал было Такемичи, вернее, омега внутри него. - Наконец-то мы встретились. - Омега... мой прекрасный омега.- прошептал Майки или, скорее, его внутренний альфа, который скользнул руками от зада к его лицу, которое он баюкал с большой любовью, тепло улыбаясь ему. - Я любил тебя и ждал тебя всю свою жизнь. - Я тоже. Всю свою жизнь я спал... пока ты не появился. - сказал омега с улыбкой, выпуская свои феромоны возбуждения, которые почти затмевают феромоны самого альфы в гоне. - Ты был единственным, кто мог разбудить меня ото сна. - Только я - проговорил альфа с вздымающейся от гордости грудью и явно собственническим тоном. - Не будь таким гордым, альфа. Здесь главный я - сказал омега с раздражительной улыбкой, а затем положил свою маленькую ладонь на подтянутую грудь альфы и надавил так, что он лег на кровать, а Такемичи сел на его бедра. - Это то, что я люблю в тебе. - начал говорить альфа, член которого стал тверже, чем раньше, из-за высокомерных слов, сказанных черноволосым мужчиной. - Мне нравится, как ты доминируешь, омега. Ты не представляешь, как сильно меня это заводит. - И я люблю твое послушание. - сказал Такемичи с любящей улыбкой, проводя рукой по подтянутой груди Майки, пока не достиг его лица. - Так что руки вверх и делай, что я тебе говорю. - Он приговорил без оглядки. Затем его улыбка исчезла, и он ударил альфу, чья реакция вместо отрицательной была противоположной. - Да, омега. - Он согласился, с улыбкой удовольствия, украшающей его лицо, с его члена, уже истекающего предэякулятом. - Как прикажете. Да, как и внутренний омега Такемичи, он был властным от природы. Внутренний альфа Майки был естественно покорным, но только с его предначертанной омегой. Волк всегда фантазировал о том, как его свяжут, избьют, укусят и доминируют над ним в постели с омегой, в то время как он скачет на нем в быстром ритме, с пошлыми словами и без других мыслей. Влажная фантазия о внутренней омеге Такемичи тоже была такой, так что же еще, как не родственные души, они могли быть вдвоем? У обоих волков даже были одни и те же фетиши. - Руки вверх. - приказал омега, и черноволосый сразу же положил руки на макушку, уставившись на Такемичи расширенными от возбуждения зрачками. Ты будешь ласкать мою дырочку и благодарить меня за это, альфа.- Боже да. - застонал альфа, чуть ли не пуская слюни от вкуса своего омеги. - Я хочу заставить тебя кончить только моим языком, омега. -Без рук. Схвати простыни, если не знаешь, что с ними делать, и даже не думай кончать без моего разрешения. - Предупредил черноволосый мужчина, который встал с колен альфы, пополз по матрасу кровати и сел прямо на лицо своей пары, правда, немного приподнявшись, чтобы не задушить его. Альфа застонал просто от ощущения дырки Такемичи возле своего рта, не говоря уже о запахе его интенсивных феромонов и естественной смазке. - Лижи. Майки даже не стал ждать, пока омега отдаст ему приказ, он просто начал лизать то сладкое место, которое было спрятано между пухлыми ягодицами омеги. Стоны Такемичи отражались от стен гостиничного номера, единственного свидетеля этой страстной встречи влюбленных. Волк хотел развести руками ягодицы Такемичи, чтобы лучше просунуть язык в дырку омеги, однако он выполнил приказ пары и крепко сжал кулаками белые простыни; он даже не мастурбировал свой твердый член, гордо указывающий в потолок из-за того, насколько он был возбужден - Черт, засунь свой язык и заставь меня кончить. - сказал омега между вздохами возбуждения, его синие глаза были полностью расширены в этот момент. -Поклоняйся мне, альфа. - Позволь мне обожать тебя и кончи мне в рот, омега. - хрипло сказал альфа, желая, чтобы его пара испытала оргазм, а он смог насладиться его вкусом. Омега руками раздвинул собственные ягодицы, чтобы Майки имел лучший доступ к его дырочке и мог засунуть туда свой язык. Альфа не терял времени даром и сделал именно это, дико пожирая своего омегу, как пещерный человек, который наконец-то получил пищу. Омега стонал и бесстрастно двигал бедрами, словно хотел, чтобы язык Майки прошел его насквозь. Сцена была грязной, страстной, почти вульгарной... но оба волка были в восторге. - Посмотри на себя... стонешь и истекаешьиз-за меня. - сказал волк с совершенно расширенными черными глазами. - Твоя дырочка засасывает мой язык... Думаю, ей нужно что-то подлиннее. Толще. - грязно прошептал он, прежде чем снова начать ласкать чувствительную дырочку Такемичи. - Блять, да! - воскликнул Такемичи, касаясь одной рукой своей груди, а другой мастурбируя свой стоячий член. Через несколько минут Такемичи удалось кончить. Майки наслаждался оргазмом своего омеги и без дальнейших церемоний схватил Такемичи за бедра и развернул его. Альфу был поверх гиперчувствительного омеги из-за недавнего оргазма. Такемичи ничего не сказал и просто раздвинул ноги, чтобы встретить Майки среди них. - Я буду трахать тебя до рассвета, омега. Так что готовься... потому что я еще ни разу не кончил. ... продолжение следует...