Фантомы

Now the night is coming to an end

The sun will rise and we will try again

Stay alive, stay alive for me

За завтраком царила привычная суета. Наконец-то через окна просачивались яркие лучи солнца, о котором уже почти забыли обитатели пансиона. Аарон на удивление не хотел провалиться в царство Морфея, как делал обычно каждый раз, когда оказывался за этим столиком с утра, а вместо этого рассматривал рыжие кудряшки Нила, которые принимали другой, чуть посветлее, оттенок на солнце. По другую сторону от Миньярда сидел Ники. Он был гораздо тише, чем обычно, но, казалось, при смене погоды его состояние тоже чуть улучшилось, да и вчерашняя беседа с Эндрю явно не прошла даром. Его волосы были в привычном беспорядке, школьная форма чуть смята, и он то и дело бросал взгляды на черный экран своего телефона.  Аарон перевел взгляд на Кевина и Эндрю, которые, как обычно, сидели рядом, но сегодня между ними будто проходила невидимая стена. По крайней мере, так показалось ему на первый взгляд. Обычно Кевин всегда пытался привлечь внимание Миньярда, а тот закатывал глаза на его тупые вопросы или шутки. Сегодня же они молчали, и Аарон сделал пометку в голове узнать об этом чуть подробнее позже.  Он вяло ковырялся в своем омлете и выпил только кофе, из-за чего получил хмурый взгляд от Нила. Попытался его проигнорировать, но когда бровь Джостена поднялась вверх в немом предупреждении, Аарон наколол помидорку на вилку и отправил в рот, не отрывая глаз от Нила. Тот ничего не сказал, но вид у него был удовлетворенным. После пары таких взглядов тарелка Аарона оказалась пуста, и он заметил, как Кевин с Эндрю и Ники внезапно весело переглянулись. С этим тоже надо будет разобраться попозже.  Столовая начала заполняться людьми еще больше. До первого урока было достаточно времени, и кто-то еще только доходил на завтрак, сонно потирая глаза.  Среди них оказался Джереми, который растерянно стоял с подносом в руках и осматривал зал в поисках свободного места. В основном все сидели компаниями, уже заполнив собой практически все пространство.  Аарон заметил движение со стороны Кевина и обернулся к нему уже тогда, когда тот поднимал руку, стараясь привлечь внимание Джереми. Из-за солнца он морщился, но всё-таки заметил знакомое лицо и, приветливо улыбнувшись, прошел к их столику.  — Всем привет! — он опустился рядом с Кевином и оглядел собравшихся взглядом золотистого ретривера, которого приютили добрые люди.  — Утро, — поздоровался Кевин и отразил его улыбку.  Аарон знал, как Дэй восхищался способностями Джереми в спорте еще с тех пор, как они сидели ночью на кухне и пили кофе. Кевин был его настоящим фанатом, и у Аарона порой уже вяли уши от бесконечных рассказов о нем. Порой Кевин об этом забывал и пересказывал какой-то очередной крутой маневр Джереми во время игры, будто Аарона там не было. Ладно. Джереми так Джереми. О чем еще говорить ночью за чашкой кофе.  — Уже слышали, что произошло у мелких? — спросил он, удобно устроившись и приготовившись взяться за еду.  — Нет, — озадаченно ответил Кев, — что у них там, опять какие-то страсти? — Нет. Вчера ночью всю школу на уши подняли.  Аарон переглянулся со всеми и понял, что, видимо, вчера ночью стояли все, кроме их пятерки.  Тем временем Джереми продолжал:  — Какая-то девочка вышла ночью в туалет и столкнулась с мальчиком примерно ее возраста. Она утверждает, что он ее обидел. Мальчика нашли по ее описанию, но он отрицает, что что-то сделал ей. Говорит, он всю ночь провел в своей кровати. С ним пытались уже несколько раз поговорить и заставить признаться, но он всё гнет свою линию. Причем яростно отстаивает свою невиновность. Аарон посмотрел на Нила и столкнулся с взглядом ледяных глаз. Умиротворение, что еще несколько минут назад присутствовало на лице Джостена, тут же ушло. Он будто весь ожесточился, невольно сжав руку под столом в кулак.  Пока Аарон смотрел на него, все опять переключились, потому что Джереми заметил еще одно знакомое лицо в зале столовой. Жан стоял так же растерянно и оглядывался по сторонам. За столиком не так далеко от них сидел Рико со своей компанией, и Жан старался отойти от них как можно дальше. Джереми привлек его внимание так же, как недавно с ним это сделал Кевин. Парень уставился на их компашку с еще большим недоверием, но не мог проигнорировать Джереми, поэтому подошел к их столику, взял свободный стул и сел с ними, вяло помахав рукой в немом приветствии.  Пока все были заняты разглядыванием Жана, будто не видели его до этого десятки раз на тренировках и на уроках, Аарон незаметно опустил руку под стол и дотронулся до еще сжатых в кулаке пальцев Нила. Казалось, для него время остановилось, когда Джереми упомянул о случившемся ночью. Аарон разжал его кулак, заставив вместо этого крепко стиснуть свои пальцы. Нил прерывисто вздохнул, чуть прикрыв глаза, стараясь снова прийти в себя.  — Все хорошо, — едва слышно произнес Аарон.  Нил кивнул, чуть разжав хватку на чужих пальцах. Значит, вчера ему не показалось. Что-то действительно было в коридорах.  — Ты так круто управляешься с мячом на площадке! — услышал Аарон голос Ники, который вдруг ожил и начал втягивать Жана и Джереми в разговор.  За столом сразу исчезла та неловкость, что преследовала их, когда Ники молчал. Казалось, он умел заставить почувствовать себя в своей тарелке всех. Даже плечи Жана заметно расслабились, а Джереми ближе прислонился к нему, сняв с его темных кудрей крошку от печенья, которое лежало у парня в тарелке.  Взгляд Эндрю наконец перестал быть напряженным из-за состояния Ники и присутствия новых людей, и он лениво откинулся на спинку стула.  — Какой у нас первый урок? — спросил Ники, отвлекаясь от прошлой темы разговора про вред сладкого (Эндрю кидал на него возмущенные взгляды).  — Физра, — вздохнул Кевин, — еще и на улице.  — На улице? — удивился Джереми.  — Не рановато? — спросил Эндрю, всем видом показывая, как физра, а особенно физра на улице, ему противна.  — Ваймак так не считает, — пожал плечами Кевин.  — Тогда у меня вопрос, — снова подал голос Ники.  Кевин вопросительно поднял бровь.  — Нахера я выряжен в рубашку и брюки? *** — Эндрю Миньярд, еще раз остановишься, пока я стою к тебе спиной, побежишь еще 10 кругов сверху! — прогремел Ваймак как гром среди ясного неба.  Лучи солнца все так же ярко сияли, опускаясь на растаявший снег. Некоторые боялись, что небо снова скроют тучи, и серость заполонит всё пространство, но этого не произошло. Поэтому физра на улице не отменилась. Ваймак был свеж и бодр, пока вел вялых подростков из теплого спортзала на уличный холод.  Асфальт давно был расчищен, потому что снег больше не шел, и в многочисленных дождевых лужах можно было видеть отражения бегущих по кругу подростков, которые проклинали тренера на чем свет стоит. Тот лишь только подбадривал их с ухмылкой до ушей. Аарон не был уверен, что Дэвид Ваймак был одним из тех, кто любил наблюдать за чужими страданиямм, но в данный момент он явно был доволен происходящим.  Сам Аарон чувствовал себя бодрее, чем обычно (опять же, спасибо Нилу), и даже держался с Джостеном рядом, пока они бежали. Аарон знал, как Нил обожал бег. Сам Аарон этой радости не разделял, но смотреть на подпрыгивающие рыжие кудряшки, слегка покрасневшие щеки и легкую улыбку, которая так редко посещала лицо Нила, ему нравилось. Он словил себя на этой мысли совсем недавно. Ему нравилось? — Не отставай, солнышко, — бросил ему Нил, чуть ускоряясь.  Светлые волосы Аарона действительно будто сияли на солнце, и он был похож на большой светильник со своей копной непослушных волос (о чем ему любезно сообщил пробегающий мимо Кевин). Аарон показал ему средний палец за спиной у Ваймака и догнал Нила, который бросал на него насмешливые взгляды после комментариев Кевина.  — Не смей, Джостен, — пригрозил Аарон, поравнявшись с ним.  — Но я ничего даже не сказал, — попытался оправдаться Нил, но не мог скрыть задорные искорки в глазах.  — И лучше не делай этого.  — Миньярд и Джостен, вы тоже хотите еще 10 кругов?! — Ваймак стрелял в них молниями из глаз.  — Нет, тренер! — прокричал в ответ Нил, щурясь от солнца и прикрывая глаза рукой.  —  Тогда хватит болтать! *** — Еще 15 раз, Аарон, — Ваймак прошел мимо их пары на коврике, на котором они качали пресс.  Аарон вдыхал холодный воздух и был уже на грани. Просто на грани. Так их не гоняли давно, а урок, казалось, длился уже вечность.  — Давай, ты сможешь, — поддержал его Нил, крепче прижимая ладони к его кроссовкам.  Аарон как раз сделал еще один раз и оказался на уровне лица Нила.  — Я…больше…не могу, — выдохнул он, оказавшись в опасности близости к нему. Нил ничего не ответил, но вместо этого вдруг мягко провел рукой по его пальцам, которые из-за упражнения покоились на плечах.  — Что ты д-де… — Считай, что я поправляю твою технику и даю долгожданную передышку, — ответил Нил и сделал вид, будто поправляет положение рук Аарона, пока он сидел и пытался отдышаться, обдавая горячим дыханием чужую шею.  Сейчас он отчетливо ощущал запах цитруса и немного пота, исходящий от Нила. Сам же Аарон, наверное, сейчас пах только потом, потом и еще раз потом, но Нил не отстранялся от него, наклоняясь достаточно низко. Аарон просто надеялся, что парфюмированный гель для душа, которым он пользовался сегодня утром, не был маркетинговым пиздежом.  Их маленький спектакль продолжился бы, но внезапное появление Ники рядом заставило Аарона резко отпрянуть от Нила и уставиться на друга широко открытыми глазами, будто он застал их за чем-то очень секретным.  — Ребят, — шепотом произнес Ники, крепко сжимая телефон в руках, — мне надо срочно незаметно свалить.  На экране высвечивалась знакомая аватарка Эрика, и Ники так крепко сжимал телефон в руке, что Аарон с Нилом тут же поднялись и принялись искать взглядом Ваймака. Тот сейчас стоял рядом с Кевином, и они явно спорили о какой-то технике упражнения, которое выполнял Кевин. Но он оборачивался и на остальных, чтобы проверить, не сидели ли те без дела, поэтому уйти незамеченным казалось невозможным.  — Черт, он меня заметит, — Ники уже почти подпрыгивал от нервов.  Когда Ваймак снова повернулся к Кевину, Нил внезапно произнес:  — Иди. Сейчас.  — Ты уверен? — Ники испуганно озирался по сторонам и смотрел на далекий вход в здание, куда ему нужно было прошмыгнуть.  — Да.  Ники неуверенно попятился назад, а затем ускорил шаг и почти побежал.  Тем временем Нил повернулся к Аарону:  — Устроим небольшой спектакль, солнышко? Аарон на секунду пожалел, что когда-то связался с Нилом Джостеном.  *** Первое, что понял Аарон: Нил был великолепным актером. Как его упустил Голливуд, он не знал. Второе: Аарон выплевывал мокрый снег, который был везде. На серых штанах, под капюшоном худи. Нил кинул его в снег с прогиба, когда они подстроили ссору во дворе, пихая друг друга в грудь и неся такую чушь, что весь театр абсурда сложился бы пополам. От отчаяния.  А, вот еще и третье: Нил умел кидать людей с прогиба.  — Я ненавижу тебя, — прошипел Аарон, когда они вышли из кабинета директора.  Нил до сих пор не мог перестать хихикать из-за такого нелепого вида Аарона, с которого до сих пор стекала вода.  — Не смешно, Джостен. Если я заболею и не смогу учить биологию, я тебя прикончу.  — Не волнуйся. Я лично приду лечить тебя и читать биологию как сказку на ночь.  — Избавь меня от этого кошмара, — простонал Аарон в пустоту коридора.  — Да ладно тебе. Зато повеселились. И Ники смог спокойно сбежать на созвон к Эрику.  — Да. Возможно, ты прав. Но сейчас единственное, что я хочу, так это отмыться от этого позора и…этих ебучих комьев снега на своей спине.  Нил снова хмыкнул, похлопав его по спине как раз в то место, где еще не растаял снег. Аарон выругался и ударил его по руке.  — Не забудь, что нам теперь неделю отрабатывать этот спектакль на кухне.  После этой фразы настрой Нила заметно поубавился. *** В то время как эта парочка разыгрывала свое представление, Ники вбежал в вестибюль и пронесся по коридорам еще дальше. На свое любимое место. Вдали от всех глаз.  Привычное место на подоконнике освещалось блеклым свечением солнца. Еще недавно оно было таким ярким, но теперь бразды правления были снова у налетевших туч, и только совсем немного света еще имело возможность просочиться сквозь них.  Ники сел, подтянул колени к себе и уставился в черный экран своего телефона. Было страшно. До дрожи. Он еще не совсем отошел от всего, но старался вернуться к своему привычному состоянию. Ники не думал, что вся его личность веселого и улыбчивого паренька была сплошной маской и притворством. Нет. Вовсе нет. Он правда был таким. Всегда. Сколько себя помнил. Всегда искал что-то хорошее, по-доброму относился ко всем живым существам еще с самого детства. Отлично ладил со сверстниками, потому что сердце его было действительно открыто этому миру. Он был будто потерянным солнцем лучиком, который принял форму мальчика на Земле и дарил тепло и свет каждому, кого встречал. Но все его чувства были такими сильными, яркими даже для него самого, что иногда он с ними не справлялся. И думал, что тепло его не нужно никому. Боялся остаться один, брошенный самыми дорогими, потому что не мог принять свою неидеальную форму, свой «порок», как твердили родители.  И недавно он не справился. Оттолкнул самого близкого и любимого человека, потому что снова загнал себя в угол, и темные образы самого плохого в нем предстали перед ним, доказывая, почему в итоге он должен был остаться один.  Но Эрик не был с этим согласен. Целый день Ники сжимал телефон в руке. Эрик писал ему, но он не мог переосилить себя и зайти в чат из-за страха, что там будет написано «ты был прав, Ники, лучше нам и правда пойти каждый своей дорогой». Он бы этого не перенес.  А потом высветилось сообщение, где Эрик просил о разговоре. И Ники не смог бы ему отказать. Даже если тот скажет то, чего Ники так боится.  Поэтому теперь он сидел на этом подоконнике, спрятав ладони в рукавах белого лонгслива и нервно заправляя непослушные отросшие пряди за уши. Когда раздался звонок, Ники вздрогнул, но тут же нажал на кнопку «ответить», не оставив себе путей для отступления.  Казалось, он не видел его целую вечность. Светлые волосы были в совершенном беспорядке, а глаза такими уставшими, как у самого Ники, и…красными? Неужели Ники заставил его… — Привет, — мягко улыбнувшись, произнес Эрик, прервав начавшийся поток мыслей Ники.  — Привет, — хриплым голосом ответил Ники.  По ту сторону экрана Эрик пристально разглядывал его, и лицо его принимало все более взволнованный вид.  — Ты спал? Ел что-нибудь? Ты нормально себя чувствуешь? — Да. Да. И да.  Ники было приятно, что после всего, что он наговорил ему, его парень все еще так заботился о нем. Эрик должен был позвонить и поставить жирную точку в их отношениях, потому что Ники полный придурок. Почему он этого не делает?  — А ты? Ты в порядке? — в свою очередь спросил Ники тихо.  — Бывало и лучше, — честно признался Эрик, но заметив такое виноватое и взволнованное лицо Ники, решительно продолжил: — Ники, я не согласен с твоим решением расстаться.  Внутри Ники будто что-то рухнуло вниз. Кажется, от облегчения.  — И более того, я собираюсь приехать в ваш райский уголок под названием Инферн и лично надрать зад тому, кто обидел тебя.  От удивления Ники не нашел, что ответить, а потом внезапный смех вырвался у него из груди. Таким серьезным он Эрика еще не видел.  Тот в непонимании уставился на него, и Ники поспешил заверить:  — Милый, никто не обижал меня. Ну, может быть, чуть-чуть психолог. И, еще больше может быть, мой отец, но всё это было лишь эффектом накопления. Я просто…слишком долго ходил с этим, думая, что справлюсь, когда на самом деле скрывался от этого на протяжении столького времени. И это игнорирование вылилось в…ну, то, что вылилось.  Он опустил голову, чувствуя, как в глазах снова начала собираться влага. Нет, он не раскиснет снова сейчас.  — Я просто… И Ники рассказал. Рассказал о том, что случилось недавно и еще задолго до того, как он пришел к нынешнему себе. Часть из этого Эрик уже знал, но и что-то новое открывалось для него сейчас. При этом Ники не чувствовал себя как-то неправильно или некомфортно. Это же был Эрик. Его Эрик. И даже на расстоянии он чувствовал этот комфорт, заботу и поддержку, исходящие за много километров отсюда.  Солнечный свет приятно ложился на кожу Ники, заставляя его сиять в полумраке. Он прикрыл глаза и просто говорил, говорил, говорил.  Когда он закончил, повисла тишина. Ею заволокло стены и окна, и солнце совсем поглотили серые тучи. Но Ники стало так легко, как не было давно. Впервые слова лились из него рекой. Когда он открыл глаза и посмотрел на Эрика, в глазах того все еще находилось тепло и понимание. Он не отвернулся от него. Ни на мгновение.  И первое, что он сказал, повергло Ники в шок:  — Малыш, как ты смотришь на то, чтобы я приехал на выходных?  Ники не верил услышанному.  — Чтобы надрать зад психологу?  — Нет, чтобы погулять в том единственном маленьком городке, который находится рядом с Инферном. Как в тот раз, помнишь?  Конечно, Ники помнил. Эрик приезжал к нему осенью, и они отлично провели время вместе. Потом, конечно, Ники чуть не утонул в своих соплях, когда они прощались, но это было здорово. Но он все еще не верил, что это могло произойти снова.  — Ты правда приедешь? — в его глазах зажегся давно потухший огонек, и Эрик был рад увидеть его снова.  Эрик кивнул в подтверждении своих слов, снова послав теплую улыбку Ники.  — Так что не проспи автобус в город.  — Не переживай, я заставлю поставить будильники всех: и Кевина, и Нила. И даже Аарона с Эндрю, хоть они и в другой комнате. Все будут швыряться в меня подушками, потому что проснутся явно все, кроме меня.  Эрик усмехнулся, покачав головой, узнавая привычки своего парня.  В душе у Ники снова стало светло.