Без окон, дверей и Бога

***

      Запись номер 23.       Мукка (Серафим С.)       1 2 3 4 5 6 7       Личное: Не хочу ничего писать про эту занозу в жопе! Он своим юридическим тоном кого угодно может вывести из себя. Честно, в этот раз я не хотел его впускать в бункер, после него бар надо заполнять с нуля, если ещё повезёт и он не стащит снова телевизор к себе домой. Главная особенность сие чуда - постоянно выпендривается тем, что он снайпер. Но никто не знает, что винтовка у него умнее самого Мукки, и, в целом, могла бы сама цели устранять. Из плюсов - лидерские качества, полный контроль над эмоциями, умеет влиять на людей. Иногда неплохо шутит. Из минусов - всё остальное. (Прим. Ангел)

***

      На земле сидеть было уже холодно, вчера выпал первый снег, но Серафиму было всё равно. Он не встанет, пока не посчитает нужным. Пока не выговорится. Благо слушатель не перебивал.       Он разговаривал с Глебом, что молчаливо смотрела на него большим булыжником, на котором красовался неровный крестик, как на карте с сокровищами. Они похоронили его здесь, в лесополосе неподалёку от села. И для Серафима это место стало вторым домом.       Прошёл месяц с тех пор, как глаза Дождевика закрылись навсегда, но избавиться от привычки выговариваться кудрявому оболтусу так и осталась. Вот уже месяц Мукка приходит сюда, словно по часам, садится на примятый кустарник и начинает свой монолог.       Он говорит обо всём: о том, как пытается привыкнуть в сельской жизни, как от скуки начал сам гнать самогон (ещё мерзкий, но старается как может), что познакомился с соседкой-бабулькой, которая зачастила приносить ему домашние пироги, увидев, что Серафим живёт совсем один. Рассказывает о том, как ему одиноко.       Придя сюда впервые, он несколько часов молча смотрел на булыжник, воспроизводя снова и снова, как тело Глеба покосилось над ним, медленно сползло ниже, а голова парня упала на грудь Серафима. Каждый раз он, словно наяву, слышал тихий, хрипящий шёпот: "Сер..." Мукка не смог тогда сдержать слёз, плакал, пока солнце не скрылось за горизонтом, а мимо не прошли пастухи, перегоняя овец на ночёвку. В тот день он не произнёс ни слова, а лишь удобрил почву на могиле солоноватыми каплями.       На второй день смотреть на меченый булыжник стало немного легче. Тогда он и нашёл идеальное место для сидения, промяв задницей увядающий кустарник с сиренью. С этого ракурса его не было видно с пролегающей неподалёку тропинки, а вот Глеба было видно отлично. Если постараться, то можно было дотянуться до холодного камня.       Глебом он теперь называл булыжник. Странно, но он начал обращаться к нему именно так, не считая это чем-то из ряда вон выходящим. Впервые заговорил Серафим день на пятый. Это было начало ноября, становилось уже прохладно и тогда Мукка попробовал впервые затопить печь, чтобы спать не в стёганной куртке, что осталась тут от родственников Юры. У него не получилось. И после второй неудачи он плюнул на всё, прийдя сюда. Сел на кустарник и начал жаловаться на сраные поленья, на вонючие спички, что сгорали ещё до того, как попадали в печь, на местный магазин, в котором отродясь не было смеси для розжига. В тот момент слова текли из него рекой, с рассказа о холоде он плавно перешёл в озвучивание своих мыслей. Ближе к полуночи, Серафим уже рассказывал Глебу о душащем его одиночестве, тоске и холоде внутри.       Дождевик 2.0 был потрясающим слушателем. Никогда не перебивал, ему не нужно было сделать перерыв, чтобы сбегать в туалет. Он, даже, иногда смеялся с шуток Серафима! Ну, по крайней мере, так парень расценил истошный крик птицы после его убойной фразы. Даже если это банальное совпадение.       Ближе к десятому посещению Глеба, Мукка начинал готовиться заранее. Брал с собой плед, немного еды и свежую партию самогона. В одиночестве пить уже надоело, поэтому за каждую свою рюмку, он выливал стопку на булыжник. Собутыльник, к слову, из Глеба тоже выходил отменный!       Так, посещение Глеба стало для него неотъемлемым ритуалом, который он никогда не пропускал. Ни-ког-да!       Примерно, ближе к середине ноября, Серафим встретил в мясной лавке девушку. Обыкновенная сельская девчонка, которая помогла ему выбрать свежее куриное филе, быстро завязала с ним непринуждённую беседу. Мукка, конечно, уже подготовил для подобных ситуаций интригующую легенду, чем сильно впечатлил новую знакомую. Конечно, для неё он был не снайпером-наёмником, что прячется от полиции и парочки депутатов, а высококлассным юристом, который решил отдохнуть от городской суеты и воссоединиться с природой. Романтично, однако! Через пару дней девчонка заявилась на его порог с бутылкой вина и тушёным мясом. Накрашенная, в лучшей одежде. И Серафим уже готовился к заманчивому продолжению вечера, пока не взглянул на часы. Наврав с три короба об обещанной помощи соседке, он попросил её никуда не уходить и немного подождать. Но именно в тот вечер Серафим заболтался, рассказывая Глебу о пережитом за день. Когда Мукка вернулся, девушки, ожидаемо, уже не было.       Дни продолжали идти в одиночестве. Даже если рассказывать было нечего, Серафим всё равно приходил в привычное место, тихо садился на сирень и слушал. Пение ещё не улетевших птиц, шелест деревьев, грохочущий вдали гром. Он понял, что ему не обязательно болтать без умолку, чтобы чувствовать спокойствие рядом с Глебом. И он был за это благодарен.       Сейчас же он сидел, и безотрывно смотрел на потускневший крест, что ярко выделялся на фоне свежего снега. В руках привычно была рюмка, вторая стояла на булыжнике, ловя снежинки, что беззвучно таяли, касаясь самогона. Он смотрел и душу изнутри рвало на части. За всё то время, что он приходил, Серафим ни разу не осмелился высказать то, что думал о той роковой ночи. Ему нужны были ответы, но каким бы прекрасным слушателем не был камень, ответить тот - увы - не сможет.       - Тебя здесь нет, - тихо сказал Серафим. - Это всего лишь бездушный кусок камня.       Ожидаемо, булыжник никак не отреагировал.       - Я не говорил, но.. - он запнулся. - Но я хочу винить себя в твоей смерти. Хочу, но не могу. Абсурд ебаный, ты умер так тупо! Я убил тебя без колебаний! Понимаешь? Я даже не задумывался, когда спускал курок!       Эмоций у камня не было, и возгласы Серафима отлетали, словно мячик об стену.       - Я хочу, чтобы ты мне ответил. Я понимаю, что это невозможно, я же не ебанутый, но мне нужен чёртов ответ! - слова давались тяжело, он выпил стопку, скривившись. - Ты бы убил меня тогда?       Тишина.       - Ты бы не смог остановиться, так ведь? Чтобы я ни сделал, продолжал бы душить, пока я не откинусь. Ха, на этом месте мог бы сейчас лежать я. И тогда ещё один вопрос: приходил бы ты сюда?       Серафим смотрел на камень выжидающе, пытаясь представить лицо Глеба, возможные эмоции. Возможные ответы.       - Вряд ли, - выдохнул он. - Скорее всего, ты бы даже не признался, что убил просто так. Нашёл бы пистолет, что я спрятал, обставил бы так, словно это я на тебя напал. Закопали бы меня здесь же. Но тебя бы тут не было.       Серафим поднялся, обходя покрытый снегом холмик.       - А знаешь где бы ты был? На юге, где тепло. Устроился бы в горах, трахал бы девок каждый день новых. Прижался бы к какой-нибудь группировке, начал грабить банки. Не вспоминая о нас. Обо мне.       Снег хрустел под ногами, отдаваясь слабым эхом где-то в глуши.       - А я, как придурок, торчу здесь часами потому, что застрелил тебя. Хотя я даже не виновен! Ты, сукин сын, только ты виноват в том, что сдох! Ты не умеешь себя контролировать! Зависимая ты падаль!       Закипая от злости, Серафим сел на корточки прямо напротив булыжника, смотря чётко на неровный крест.       - Ты сам себя убил, и я не буду брать ответственность за это, - отчеканил он. - Ты вырыл себе могилу, заставив меня столкнуть тебя в неё. Пожинай свои плоды, сука!       Плюнув на булыжник, он рывком поднялся, схватил рюкзак и быстрым шагом вышел на тропинку. Нарастающий снежный наст скрипел под его тяжёлыми шагами, оставляя дорожку из следов. Серафим шёл, не давая себе возможности остановиться, гнал себя на максимальной скорости, пока не дошёл до первых домов. В этот момент ком подкатил к горлу, сжимая его мертвой хваткой. Шея загорелась огнём, напоминая о ещё не сошедших синяках. Почти бегом он миновал лабиринт из кривых избушек, запирая на щеколду дверь Юриного дома. И тогда по щекам потекли обжигающие слёзы.

***

      Запись номер 24.       Стэд (Фёдор Л.)       1 2 3 4       Личное: Всё, что я знаю об этом парне - он ученик Айко. Хотя о нём мне он ничего не рассказывал толком. Заказы выполняет ножами, умеет пользоваться огнестрельным оружием, пишет стихи. Впечатление произвёл хорошее. В разговорах часто избегает конкретики, рассказывает без особых эмоций, боится их показывать. Возможно имеет место подавление эмоций. Несколько раз упоминал, что ему не место тут, не дотягивает по уровню и в таком духе. Синдром самозванца на лицо. Нашёл его старую страничку в социальной сети, у него аллергия на кошек. (Прим. Ангел)

***

      Нежная кожа Андрея всегда остро реагировала на прикосновения, и Федя упивался этим. Особенно сейчас, когда тот сидел на подоконнике, в одной только безразмерной майке. Стоило Логвинову тихо подойти и оставить влажный поцелуй на его шее, как тлеющая в руках Андрея сигарета мигом рухнула в форточку, теряясь в стене снегопада за окном.       - Хватит меня так пугать, - жалобно произнёс Андрей, подставляя шею под новый поцелуй.       - Когда пугаются - убегают, - Федя не прекращал мягко касаться податливой кожи, видя в отражении окна, как Андрей закусил губу и прикрыл глаза.       - Куда я тебе убегу в одних трусах? Там же минус сто градусов!       - Именно поэтому ты сидишь у открытого окна? - спохватился Фёдор и тут же подхватил парня на руки, снимая с подоконника.       - Отпусти! - засмеялся тот, пытаясь вырваться.       - Как скажите! - с этими словами Федя расцепил руки и Андрей рухнул на кровать, забавно подпрыгнув на пружинящем матрасе.       - Я что, мешок с картошкой? - возмутился он.       - Мешок с Андрюшкой! - улыбнулся Логвинов.       Если бы Федя вёл дневник, то последние несколько недель он писал только позитивные мысли. Он был счастлив, без преувеличения. После похорон Глеба они приняли срочное решение разъехаться и на следующее утро он с Андреем уже сидели в автобусе, что вез их в ближайший город. Идея засесть где-то в глуши Сибири долго не нравилась Фединому спутнику, но особого выбора у них не было. Купив билеты на ближайший поезд (заодно, проверив, есть ли они в базе данных по поиску подозреваемых), они через два дня уже пили чай в купе, наблюдая за увядающим осенним пейзажем за окном.       Доехав до промышленного города, вынуждены были найти гостиницу, чтобы отыскать самый неприметный на карте посёлок. На удачу, на стойке регистрации с ними заговорил дальнобойщик, что согласился подбросить парней до бывшего военного городка. Так они и попали сюда.       Дыра - дырой. На всю территорию - четыре пятиэтажки. И это было идеальное место, чтобы скрыться от внешнего мира. Квартиру они нашли быстро, у молодой девушки, что желала поскорее уехать из города. Небольшая однокомнатная норка за, фактически, символическую плату. Федя заплатил за полгода вперед, и даже добавил немного сверху, пожелав девушке удачи в поисках лучшей жизни.       И вот уже пару недель они обживали своё новое гнездышко. Андрей, который раньше был скептически настроенный к этой затее, полюбил эту квартиру. В местном магазине хозтоваров он скупил все новогодние гирлянды, обвесив ими стены. Единственная почта, что обслуживала городок, работала только для него. Андрей настолько часто приходил забирать посылки, что уже подружился с местными почтальонами. Приносил он оттуда в дом всё: пледы, новый набор посуды, теплая одежда, странные сладости, реклама которых ему попадалась в интернете.       Федю совсем не смущали безумные траты Андрея. Наоборот, он с особой теплотой смотрел на то, как парень радуется очередной посылке, кутаясь в новый, пахнущий пластиком, плед с Пикачу. Они с нарисованным покемон даже стали похожи.       Узнав, что Логвинов не сильно ограничен в бюджете, Андрей первым делом наведался в местную парикмахерскую и домой уже вернулся с яркой жёлтой шевелюрой. Федя начал в шутку называть его цыплёнком, отхватывая за такие высказывания хлёсткие удары по заднице.       Так они и жили. Всеми сутками в маленькой уютной квартире, которую освещали десятки гирлянд. Смотрели сериалы на ноутбуке (который Андрей заказал одним из первых), жевали безвкусные чипсы из местного киоска, согревая друг друга под одним одеялом.       И сейчас он взглянул на улыбающегося Андрея, что волосами сливался с мятым пледом и влюблённо смотрел. Его сердце сжималось от той нежности, что он испытывал, она накрывала волной, выбивая весь воздух из лёгких.       Холодные пальцы просочились под футболку, заставляя ёжится. Федя ещё раз взглянул на него. Такой красивый, что зубы сводит.       - Ты как ледышка! - прошипел он.       - Ну ты не греешь, вот и страдай теперь! - язвительно ответил Андрей и пальцы ловко проскользнули под резинку домашних штанов Феди.       Острым холодом сковало низ живота, от чего Логвинов даже отпрыгнул. Парень на кровати только засмеялся, всё еще вытягивая ледяные руки в его сторону.       - Сейчас так согрею, что от тебя только лужа останется! - грозно усмехнулся он.       Руки Андрея моментально припечатали к кровати, заведя их за голову. Федя поцеловал податливые губы, что, казалось, были единственным теплым местом на теле безбашенного парня. Довольный стон не заставил себя долго ждать.       Андрей всё пытался высвободить руки, но Фёдор держал их крепко, параллельно спускаясь поцелуями к шее. Влажными прикосновениями он выложил дорожку до уха и несильно прикусил мочку. Парень под ним выгнулся, сладко простонав и дыхание его начало сбиваться. Андрей обвил ногами Федю за талию и дернул на себя. Логвинов почувствовал, что его действия возымели нужный эффект, парень под ним уже возбудился.       - Если я отпущу твои руки, обещаешь не морозить меня, пока они не согреются? - прошептал он на ухо. Андрей кивнул, нервно сглатывая.       Тогда Федя исполнил обещанное и тут же об этом пожалел. Ледяные ладони мгновенно проникли под футболку и морозным прикосновением припечатались к его лопаткам. Логвинов вскрикнул от неожиданности, и взглянул на ехидное лицо Андрея. Ухмылку с его лица необходимо было стереть, поэтому Фёдор, не долго думая, ощутимо сжал член парня через бельё.       В момент эмоции Андрея изменились, и вот он уже вытянул рот и закатил глаза, протяжно простонав. Федя обожал его стоны, они заводили сильнее всего. Красивые, немного высокие, а, главное, не скрываемые. Ему нравилось, что Андрей не пытается их заглушить, а отдается на полную, позволяя Фёдору наслаждаться каждым звуком.       Через пару плавных движений бельё Андрея стало мокрым, а сам он начал задыхаться, забывая дышать между стонами. Тогда Федя аккуратно высвободил парня из трусов, коснувшись уже обнажённого члена. Это, конечно же, вызвало более яркую реакцию, Андрей выгнулся навстречу ласкающей руке, прижимая Фёдора ближе. Руки, что до этого были ледяными, теперь ощущались как раскалённое железо.       И Логвинов наслаждался, наблюдал, как парень прикрывает глаза, закусывает губы и сладко стонет вперемешку с громкими вздохами. Зачарованный возбуждающей картиной, он не сразу понял, что ему пытаются что-то сказать.       - Федя, Федь! - звал его Андрей сбивающимся голосом.       - Что такое? - он сбавил темп, нависнув над парнем.       - Я хочу тебя, - выдохнул он ему в губы. - Но если ты продолжишь в том же духе, я кончу прямо сейчас.       Фёдору сносило крышу, когда Андрей говорил вот так, открыто. Говорил, что хочет его, что любит его, что не представляет без него жизни. После таких слов он просто не мог ни в чём отказать, буквально, физически.       - Я тоже хочу тебя, - с лёгкой улыбкой ответил, стягивая с парня футболку.       Федя неторопливо оставлял поцелуи на груди Андрея, спускаясь от ключиц до живота и, как бы, невзначай, легонько коснулся губами головки члена. Полустон-полувыдох соскочил с губ парня, от чего возбуждение самого Фёдора поднималось до высшей точки.       - Господи, блять! - задыхаясь, произнёс Андрей.       Федя не мог больше ждать, ещё один стон парня и он точно кончит, даже не коснувшись себя. Погладив Андрея по бедру, он метнулся до комода, попутно снимая с себя одежду. На обратном пути парень уже натягивал презерватив и обильно смазывал болезненно ноющий член смазкой. Андрей лежал на кровати, уже заняв любимую для него позу, поджав колени, и выжидающе смотрел. В свете гирлянд его глаза переливались всеми цветами радуги, а взгляд был томный.       Логвинов начал с поцелуя, сладко исследуя уже знакомый язык. Его пальцы медленно продвигались к колечку мышц и поочередно заставляли Андрея стонать прямо в губы Фёдора. Они проделывали это уже много раз, но каждый ощущался лучше предыдущего. И сейчас Андрей уже не сжимался, как раньше, позволяя нежным пальцам заботливо его подготовить.       Под протяжный, но полный наслаждения стон, Федя вошёл в парня, как всегда останавливаясь, чтобы привыкнуть к жару и тесноте. Сколько бы они не занимались сексом, а внутри было всё так же дурманящее, как и в первый раз. Андрей не скупился на стоны, движения Логвинова вызывали в нём бурю эмоций, которыми он охотно делился. Кричал, стенал и оставлял неглубокие царапины. Всё это полностью обезоруживало Фёдора, было трудно держаться, но он продолжал, лишь бы стоны парня никогда не останавливались.       Как только крики Андрея начали срываться, Федя уже отработанным движением обхватил его член и начал водить ладонью в такт своим толчкам. Глаза парня закатились, и, хрипящим криком он кончил, сильнее сжимаясь вокруг члена Фёдора. Распаленный видом наслаждающего Андрея, Логвинов отпустил свой контроль и кончил следом, на этот раз не сдержав стон.       Было бы романтично принять душ вдвоем, но их ванная была настолько миниатюрной, что они по одному там помещались с трудом. Поэтому всё, что им оставалось, это чистым и намыленным залезть под одно одеяло, поставив на ноги ноутбук. Пока Андрей искал серию, на которой они остановились, Федя легонько поцеловал парня за ухом.       - Я очень люблю тебя, - сказал он.

***

      Запись номер 1.       Ангел (Юрий П.)       Выполненных заказов: 24       Личное:Я без понятия, что сюда писать. Это должен быть учётный дневник всех, кто пребывает в укрытии, но конкретного плана ведения нет. Ладно, будем составлять самостоятельно. Не думаю, что эту тетрадь вообще кто-то будет проверять, но - от греха подальше - я не хочу расстраивать Секретаря. В чём заключается моя работа? Всё просто - я буду говорить, будто я их Фея Крестная: вот вам крыша над головой, вот вам еда, бухло - только не высовывайтесь, пока я с Комитетом подчищаю за вами дерьмо. Да, думаю, так будет понятно. Что мне важно знать про тех, кто сюда будет приходить? Сколько заказов выполнил - однозначно. Нужны будут важные факты: прошлое, настоящее, будущее. И ещё уточнять про аллергии. И не пускать в бункер астматиков.

***

      Влад стучал костяшками по столу, действуя Юре на нервы. Они уже минут двадцать сидели в приёмной, но это не значит, что можно вот так запросто начать бесить людей.       - Хорош нервничать, - одёрнул он наконец Айко.       - Я устал ждать, - парень, всё же, прекратил, скрестив руки на груди.       - Я тоже, если честно, - признался Юра, поглядывая на дверь.       Как бы сильно его не беспокоило поведение Влада, сам он нервничал не меньше. Ему ещё ни разу не приходилось приезжать в штаб с отчётом лично, а, если верить слухам, встречи с Секретарём часто заканчиваются на недоброй ноте. Новости у него были не самые радужные, и ждать позитивную реакцию от главы из гильдии - глупо.       - Надо было мне в отеле остаться, - сетовал Влад. - Я же тут бесполезен.       - Нет, ты нужен мне тут, - взглянул на него Юра.       - Как собака-поводырь или как клоун-акробат?       - Как собака-клоун, не раздражай, - шикнул Юра. - Я сам, как на иголках!       Массивная дубовая дверь открылась и в приёмную вышел низенький мужчина в лоснящемся костюме.       - Ангел, какие люди! - тут же обрадовался он. - Проходи!       - Добрый день, Секретарь, - Юра поднялся.       Мужчина скрылся в кабинете.       - И вот его боятся наёмники? - поднимаясь, шёпотом спросил Влад.       - Разозли его и поймёшь, почему! Идём, - Юра глубоко вздохнул и вошёл в кабинет.       Он был уверен, что личные апартаменты президента выглядят хуже. Всё внутри выглядело дорого, престижно и, даже, чересчур.       - Когда мне сказали, что ты хочешь назначить встречу, я, сначала, не поверил, - сказал мужчина, присаживаясь в кожаное кресло.       - Да уж, - неловко ответил Юра, садясь напротив. - Я и сам не думал, что мне удастся поговорить с вами лично.       - Не льсти мне, Ангел!- отмахнулся мужчина. - С чем пожаловал? А это... - Секретарь взглянул на Влада.       - Мой позывной Айко, - поспешил представиться он. - Рад встречи!       - Наёмник? - с легким пренебрежением отреагировал мужчина. - Что ты задумал, Ангел?       - Да, я прекрасно помню, что вы не общаетесь с наёмниками лично, но наша ситуация немного необычная.       - Ну давай, удиви меня, - мужчина выдохнул, откинувшись в кресле.       Юру трясло, он сильно переживал и это было заметно. Ему нужно было о многом рассказать, и одна новость была хуже другой.       - Что ж, - всё же, выдохнул он. - Бункер, который был под моей ответственностью больше не пригоден для укрытия.       - Почему? - мужчина вскинул брови.       - Банда Букера взяла его штурмом, это привлекло внимание местной полиции. Если оставить укрытие в бункере, то возможность засады - дело времени.       - Букер? А на кой чёрт ему брать бункер своих же штурмом?       - Мы не знаем, - соврал Юра.       - Нет, мы знаем, - взглянул на него Влад.       - Айко, не надо, - еле слышно предостерёг его Ангел. Но было поздно.       - О чём ты? - Секретарь облокотился на локтях, подавая вперёд.       - Букер искал меня, хотел убить, за то, что я взял заказ на одного из них, - выпалил Влад.       Лицо мужчины мгновенно преобразилось, сказанное ему явно не понравилось.       - На самом деле, - начал Юра, но громкий выкрик Секретаря его оборвал.       - Это правда?       - Да, - поникши ответил Ангел.       - Ты привёл ко мне наёмника, что взял заказ на одного из наших? - Секретарь был в гневе. А Юра - в панике.       - Он не был одним из наших, - продолжал топить себя Влад. - Он был настоящим маньяком! Вместе с целью, он убивал всю семью! Это против правил!       - Правила придуманы для того, чтобы люди учились их обходить, сукин сын! Ты и сам нарушил правило! Какое третье правило наёмника?       Влад опешил и замолк.       - Я не слышу! - вопил мужчина.       - Не убивать других наёмником, если он не угрожает твоей жизни, - слабеющим голосом ответил Влад.       - Тот наёмник угрожал твоей жизни?       - Фактически, да, - почему-то усмехнулся Влад. - Но, правда, уже после покушения на него.       - Для тебя это шутки? - воскликнул Секретарь. - Ангел, зачем ты привёл его сюда? Чтобы я пристрелил его прямо здесь и сейчас?       - Нет! - подорвался Юра. - Нет, что вы! Он отличный наёмник, у него лучшие результаты из всех, что я знаю! Да, он натворил дел, но я уверен, он полезный кадр!       - Сильно в этом сомневаюсь, - Секретарь почесал подбородок, откидываясь. - Что ещё ты хотел сказать?       - Букер и его банда мертвы, - на одном дыхание выпалил Ангел.       - Это я уже понял, - с едкой усмешкой сказал мужчина. - Иначе бы тут сидел именно Дэ-Фрэд.       - Он даже с своими псами и оружием не смог взять нас, удивлён, что он вообще дожил до своих лет, - усмехнулся Айко.       - Влад, блять, заткнись! - не выдержал Юра. Он с таким трудом хранил хрупкое равновесие в разговоре, а парень норовил подбросить говна на вентилятор!       - Ты сказал вас? - пояснил Секретарь. - Кто ещё был в бункере во время налёта?       - Мукка, Дождевик, Стэд и... - Юра задумался. - И Пирокинезис, новенький.       - И, хотите сказать, что вы все, без оружия, порешали мою лучшую банду наёмников? - мужчина усмехнулся.       - Так точно, - Влад самодовольно улыбнулся.       - Простите, если неправильно понял, но вы сказали вашу банду?       - Да, ты всё правильно понял, - подтвердил Секретарь. - Эту группу сформировал я. Именно поэтому я не в восторге.       - А зачем вам целая организованная банда наёмников? Разве суть всей гильдии не в том, чтобы каждый наёмник работал обособленно?       - Ты прав, но бывают заказы, на которые одного наёмника посылать нельзя. Для этого и была создана специальная группировка. И возглавлял её Дэ-Фрэд.       - Хуево возглавлял, - прыснул Влад.       - Говоришь так, будто смог бы лучше. Это была отличная группа с высокими показателями, стопроцентное выполнение заказов.       - Но стоило им начать действовать без вашей поддержки, как они сдохли. Да, лучше некуда! - насмехался Айко.       - Как бы то не было, - выдохнул Секретарь, пропустив мимо ушей колкости парня. - Я потерял целую оперативную группу. Это не останется незамеченным.       - Сожалею, - произнёс Юра. - Мы защищали свои жизни.       - Оно и понятно, - холодно ответил тот. - Но проблему это не решит. У тебя были ещё вопросы, Ангел?       - Да, по поводу тех кейсов, что я вам отправлял. Есть уже решения?       Секретарь задумался, пошарил на столе и отдал Юре папку с документами.       - Сожжение тех трех в машине повесили на бывшего заключённого, у него срок был за похожее преступление, так что всё прошло гладко. Того мужика из подъезда устранили раньше, чем он успел дойти до участка полиции. По поводу депутата ведутся переговоры о взятке. С тем парнишкой, что засветился в сети, сложнее..       - По нему уже не надо решать вопрос, - потупив взгляд, прервал отчёт Влад. - Глеб мёртв.       Секретарь поднял на него глаза. Несколько секунд он молчал, не зная, как реагировать, но, после произнёс:       - Соболезную. Я следил за его успехами.       - Мы тоже, - сжимая в руках документы, кивнул Юра.       Повисло молчание, которое свинцовой тучей давило на каждого в комнате.       - Что нужно для того, чтобы возглавить отряд, вроде того, что был у Букера? - неожиданно спросил Влад.       - Собрать сам отряд, - усмехнулся Секретарь. - Найти куратора, который будет связывать отряд со мной и быть готовым выполнять самые кризисные заказы.       - Мне это интересно, - кивнул Айко.       - С ума сошёл? - шикнул Юра. - Тебе это не интересно!       - Ангел же может стать куратором моей группы? - проигнорировав парня, спросил Влад.       - Конечно, он ведь уже куратор. Правда, укрытие потерял. Но с людьми же он будет более аккуратным, не так ли?       Юра лишь нервно сглотнул, наблюдая, как задумчивый взгляд Влада меняется на воодушевлённый. И его это пугало.       - С вашего позволения, Секретарь, я соберу группу. И мы точно не сдохнем на первом же заказе, как это вышло у Букера.       - Ради Бога! - улыбнулся мужчина.       - Где ты собрался искать группу? Не лезь в это, придурок! - наклонился к нему Юра.       - У меня уже есть группа, - ответил он. - И ты - её часть!