Аватар: Принц Севера

— Так значит, слухи уже поползли… — Я невольно морщусь, кончиками пальцев разглаживая тонкую бумажку, испещрённую рядами необычных символов. Письменность Народа Огня очень похожа на азиатские стили письма моего мира: символы шли сверху вниз, справа налево, и каждый из них нёс в себе множество значений, меняющихся в зависимости от контекста. Выходило весьма заковыристо, но невероятно информативно, если уметь читать между строк, а я, благодаря опыту прошлой жизни и усидчивости, уже неплохо освоил эту науку, пусть и не идеально. — Господин? — Голос Кенто, моего верного и почти единственного здесь «друга», вырвал меня из раздумий. Парень полностью признал меня своим господином, что было довольно легко, Кенто – сирота, спасённый от незаслуженной кары, он готов был пойти за мной хоть в пасть дракона, и я этим беззастенчиво пользовался… Да что же это со мной? Разве в прошлой жизни я… Правда был таким человеком? — Всё в порядке, Кенто, — протягиваю ему листок, даже не глядя на него самого. — Сожги. Кенто молча кивает, и через мгновение бумажка вспыхивает от крошечной искры, которую тот выпускает с кончика пальца – его магия огня была слабой, но для таких мелких бытовых нужд вполне годилась. Итак, слухи о смерти Лу Тена уже облетели весь дворец, а новость о снятии осады и позорном возвращении Айро уже и простым людям известна... Что дальше? С того памятного спарринга с Азулой прошло четыре дня, и всё это время я старательно избегал её общества, давая девочке время чтобы остыть… Надеюсь, она не слишком в обиде и не копит силы для следующей «дружеской» встречи – боюсь больше столь сильных и уникальных техник у меня нет. Я же, тем временем, не сидел сложа руки, а строил план, который сегодня, наконец, обретёт форму. Чиркаю несколько давно продуманных фраз на новом листе чистой бамбуковой бумаги (здесь она производится именно из него), сворачиваю его особым образом – так здесь обозначали срочные и конфиденциальные послания – и передаю Кенто. — Отнеси это Лиан, лично в руки, — привычно отдаю приказ, наслаждаясь властью над другим человеком… Чёрт, да что же это со мной? В последнее время хоть замечать эти «вспышки» стал… — После этого – на сегодня свободен. — Да, господин… — он низко кланяется и, забрав послание, бесшумно исчезает за дверью. Что же было на этом листочке, спросите вы? Дерзкое, самоуверенное, но, я уверен, единственно верное предложение принцу Озаю: я предложил ему свою помощь в устранении Азулона, с гарантиями, что никто, даже самый проницательный лекарь или маг, не заподозрит его в причастности к этому инциденту. Я знал, что Озай примет моё предложение, не сразу, конечно – он слишком горд и попытается сначала заполучить трон более «традиционными» методами – уговорами, интригами, давлением на знать, ну вы понимаете, всякая хрень в стиле Игры Престолов, но всё это долго, сложно и ненадёжно, и даже в случае успеха, подозрения падут именно на него, «Кровавого Принца», мой же план предлагал ему чистую, быструю и абсолютно «естественную» смерть отца, после которой он сможет взойти на трон без тени сомнения в своей легитимности. Почему же в таком случае у него не будет проблем, если наследный принц – Айро? Всё просто – Айро показал слабость, отступив так ещё и лишился наследника (а жена Айро погибла во время рождения Лу Тена), так что «слабый, без будущего» проигрывает своему младшему брату во всём, кроме, разве что, силы и опыта боевых действий. На данный момент есть целый негласный список магов огня по силе, и Озай на 7 месте, а Айро на 4, сразу за своим отцом. На первом и втором, если интересно, находятся какие-то монахи, которые безвылазно сидят в своих храмах и не участвуют в войне как-раз из-за своей силы. Каким же образом я собираюсь убить Азулона так, чтобы никто ничего не заподозрил? О, это целая наука, которую я постигал ночами, чтобы никто не заметил, и экспериментируя со своей магией воды. В организм деда попадёт яд – аконит, смешанный со строфантом в выверенной пропорции, чтобы вызвать симптомы, схожие с сердечным приступом, но произойдёт это не сразу: яд будет «спящим». Благодаря своему отменному контролю, я смогу сдерживать его распространение и действие в организме Азулона с помощью магии воды, создавая вокруг ядовитых частиц микроскопические ледяные капсулы или изменяя потоки жидкостей в его теле так, чтобы замедлить абсорбцию (Примечание автора: абсорбция – это процесс передачи лекарственного препарата от места введения к месту действия), а потом, когда пройдёт достаточно времени, я просто «отпущу» яд и позволю ему действовать в полную силу, вот тогда Хозяин Огня, схватившись за сердце и умрёт от «естественных причин»: от «старости» или «переживаний за судьбу Империи», это уж как новый «Хозяин» объявит. Озай займёт трон, а я… я отправлюсь на Север, чтобы, опираясь на его поддержку и свою новообретённую силу, захватить власть над «моим» народом. Да, я уже познал вкус власти, и он оказался слишком сладок, чтобы отказываться от него добровольно! На лицо против воли выползла гнусная, хищная ухмылка, так непривычная мне в прошлом. Мда, власть и правда развращает – я всего лишь пленный принц-подросток, а уже настолько упиваюсь ею, что сильнее меня «штырит» только от ощущения силы стихии, которую я будто подчиняю своей воле… На самом деле, это довольно странное чувство, будто что-то извне влияет на меня, на мою личность, искажая её, направляя по этому пути: в прошлой жизни я действительно был одержим идеей самосовершенствования, но вот к власти как таковой, к управлению другими людьми, я был в основном равнодушен, а здесь… Здесь жажда власти стала почти такой же сильной, как жажда знаний и магической мощи. Возможно, это влияние Ци, или влияния окружения, или просто моё истинное «я», освободившееся от моральных оков прежнего мира… Ладно, потом обдумаю, сейчас нужно собраться, Озай точно примет правильное решение… для себя, а значит, и для меня. Да… Надо успокоиться… Меня немного пугает эта метаморфоза, эта беспомощность перед собственными меняющимися желаниями, но я не вижу вариантов, что бы могло так воздействовать на меня, а потому и сделать ничего не могу, что меня и бесит, и пугает одновременно. Тяжёлый вздох. Так, хватит рефлексии! Я достал из тайника под половицей небольшой глиняный горшочек с высушенными корнями аконита и пузырек с тёмной маслянистой жидкостью – вытяжкой из строфанта, которую я с огромным трудом приготовил сам, используя знания из прошлой жизни о химии и примитивные инструменты, найденные на кухне и в старой кладовой. Кенто, по моей просьбе, принёс из пруда несколько небольших живых рыбок – серебристую, золотистую и красную, сейчас они беззаботно плавали в тазах с водой. Сначала – чистый аконит. Я растёр небольшой кусочек корня в порошок и растворил его в малой части воды, затем аккуратно вылил эту смесь в таз. Золотая рыбка продолжала плавать как ни в чем не бывало. Минута, две, пять… Никакой реакции, что и логично, ведь аконит – яд медленный, накопительный, действует на нервную систему, вызывает паралич… Для рыбы, видимо, дозировка или способ введения не тот. Затем – строфант. Всего одна капля тёмной жидкости из пузырька упала в воду, реакция была почти мгновенной: золотая рыбка заметалась, её жабры судорожно задвигались, тело выгнулось дугой, и через несколько секунд она замерла, перевернувшись брюшком кверху. Строфантин вызывает остановку сердца, работает быстро, но слишком очевидно. Нужен синергетический эффект, чтобы симптомы для организма были смазанными, похожими на естественную смерть от старости. Теперь – смесь. Я тщательно отмерил порошок аконита и вытяжку строфанта, смешал их с небольшим количеством мёда – для маскировки вкуса и лучшей усвояемости, после чего накормил крошечным шариком этой смеси серебристую рыбку. Первые несколько десятков секунд ничего не происходило, а потом рыбка стала вялой, её движения замедлились, затем начались судороги, слабые, прерывистые, и только ещё минут через пятнадцать она окончательно затихла. Вот это уже ближе – симптомы не такие явные, а смерть не мгновенная, но как это «сдержать», а потом «отпустить»? И тут мне в голову пришла идея, основанная на моих экспериментах с магией воды – я ведь могу управлять водой на микроуровне, изменять её температуру, плотность, даже создавать тончайшие ледяные оболочки, а что, если… заключить яд в такую ледяную микрокапсулу? Ввести её в организм вместе с питьём или пищей, лёд будет медленно таять, высвобождая яд постепенно, но я смогу этим процессом управлять – ускорять или замедлять таяние с помощью своей Ци, даже на некотором расстоянии, если хорошо сконцентрируюсь, а в нужный момент – резкий импульс Ци, и ледяная оболочка разрушится, высвобождая всю дозу яда разом. Ну или наоборот – поддерживать оболочку, не давая яду действовать, а потом просто перестать её контролировать, и она растает сама по себе, имитируя отложенное действие. Я снова приготовил ядовитую смесь, но на этот раз не стал кормить ею рыбу, вместо этого я погрузил кончик пальца в смесь, а затем опустил его в стакан с чистой водой. Сконцентрировавшись, я представил, как вокруг микроскопической капли яда на моем пальце образуется тончайшая ледяная сфера, что было сложно, ведь такие действия, на удивление, давались сложнее чем создание волн и огромных сосулек, так что потребовалось несколько попыток, но в итоге я почувствовал, как на кончике пальца сформировалось нечто твёрдое и немного прохладное. Я стряхнул эту ледяную «бусинку» в стакан, где она медленно опустилась на дно. Теперь – контроль. Я закрыл глаза, направив свою Ци на эту бусинку, представляя, как лёд вокруг неё уплотняется, становится прочнее и перестаёт таять. Минута, две, пять… Бусинка оставалась целой. Теперь – «отпустить». Я резко оборвал поток Ци, и через несколько минут бусинка исчезла, растворившись в воде. Я выловил из таза красную рыбку и бросил её в этот стакан. Результат был таким же, как и при прямом скармливании яда, только смерть наступила чуть позже – через двадцать минут. Идеально! Теперь у меня есть метод, пусть и требующий невероятной концентрации и контроля, но работающий. Убрав все следы своих экспериментов, я вышел из комнаты – нужно было пройтись, проветрить голову, обдумать детали. Дворец жил своей обычной жизнью – слуги сновали по коридорам, стражники лениво переминались на постах, но воздух был пропитан напряжением: слухи о смерти Лу Тена и провале осады Ба Синг Се уже расползлись повсюду, обрастая самыми невероятными подробностями. Я видел страх в глазах одних, злорадство – в глазах других, некоторые лорды из «светских», те, что всегда ставили на Озая, ходили с загадочными улыбками, а военные, особенно те, кто был близок к Айро, выглядели подавленными и злыми. Проходя мимо кухни, я кивнул Бохану, который, увидев меня, тут же протянул свежеиспечённую тарталетку с креветками. Старик определённо проникся ко мне симпатией после моих «варварских» кулинарных советов. Мэйли и Шиа, которых я встретил в коридоре с корзинами белья, заговорщицки мне подмигнули и начали рассказывать последние дворцовые сплетни о том, кто из фрейлин получил нагоняй от госпожи Мизу (Вспомнить бы ещё, кто это…). Через десяток минут, я покинул их общество и наткнулся на Кенто, который доложил, что адмирал Чао сегодня был необычайно мрачен и несколько раз вызывал к себе гонцов из военного ведомства. Мои размышления о власти, о предстоящих переменах, о собственной роли в этой кровавой игре были прерваны неожиданной встречей: в одном из тихих, уединённых двориков, где обычно никого не бывало, я увидел её. Урса. Она стояла у небольшого фонтана, глядя на струи воды пустым взглядом, но, когда женщина услышала мои шаги и обернулась, её лицо, как и всегда, исказила гримаса неподдельного ужаса. Урса побледнела, отшатнулась, прижав руки к груди, словно увидела призрака. Подобное отношение вызывало очень странные эмоции: мне было одновременно мерзко и стыдно за себя, но в то же время, я упивался её ужасом, своей властью и силой… Да что же со мной не так?!? — Вы считаете меня монстром? — спокойно спрашиваю её, смотря прямо в глаза, в надежде найти ответ на свой вопрос. — … — Молчание. В глубине глаз принцессы на мгновение будто загорелся какой-то огонёк, но он сразу же потух. — Я ведь такой же человек, как и вы, — приподнимаю бровь. — Вы чудовище… — Всё-таки отвечает она, после чего разворачивается и быстро уходит, не оглядываясь назад… — Как странно… — В мультфильме нам показали её женщиной, готовой на всё, ради защиты своих детей, только потом всё это зачеркнули, показав, что она просто отказалась от своего прошлого, чтобы жить с «любимым». Я подспудно ожидал что и здесь она будет «положительным» персонажем, но достаточно было один раз пригрозить, и она уже не волнуется о том, что такой как я крутится вокруг её дочери… Такой как я, да?..