Вечное счастье

When I look into the sky

(Когда я смотрю в небо)

Wondering if I really tried

(Думаю, действительно ли я пытался)

To see this in a different light

(Увидеть это под другим углом)

Or throw it away just for spite

(Или не стал просто назло)

Now we stand alone in time

(Теперь мы стоим одни во времени)

Explain the meaning of our lives

(Оправдываем смысл наших жизней)

Set it all to overdrive

(Раскаляем всё до предел)

Now my friend just stay alive

(Теперь, мой друг, просто останься живым)

      

The Broken Asylum — Stay Alive

      Сквозь щель двери просачивался свет факелов из коридора. Для моря тьмы то капля разом с волосами-огнями. Фаер наконец приходит в себя. Пламя разгорелось чуть ярче, заливая хоть как-то комнату, увы, голова окаменела и заболела пульсом – дух промычал. Чтоб просто приподнять руку и щелчком зажечь свечу на комоде, сил ему хватило едва. Вкусно вино, да за сиё готов был проклинать. Немного больше десяти утра. Господи, сегодня ж опять на край географии... Иль, точнее, край небес. Мужчина хотел привстать, но помешало давление, обвившее другую руку. Повернул в её сторону взор, и глаза чрез секунды округлились. Рядом Винд спал сладко, обнимая. Спирит тут же закипел, устремил голову к потолку. Первая мысль, что тихо вырвалась наружу: — Я ж с ним не переспал..? Боже, скажи, что нет. После он осторожно попробовал освободиться. Благо трудностей не возникло – уж крепко очень парень дремлет. Видать, контакт подарил ему и чувство безопасности. Огонёк уселся да приложил ладонь ко лбу. Ничего не помнит, а глава теперь вообще трещит. Всё мучался: каким образом слуга оказался здесь?       Шаги. Тяжёлые, скрипящие металлом. — Чёрт бы его!.. — мигом слез с кровати. Футболка, футболка..! Ох, слава богу, висит на кресле. Надевая, он подошёл к двери – в неё вон постучались. — Фаер, — низко Питайя зазвучал. — Я знаю, что ты тут, прекращай дрыхнуть. Наследник сделал небольшую щель. — Уже. — А чего ты это прячешьссся? — грозным стал не голос лишь, а и лицо. — Я вообще-то поговорить ссс тобой хочу. Правитель хотел открыть дверь полностью, но сын не позволил, потянув ручку на себя. Опять что-то по пьяни наговорил... — Слушай, давай потом, а..? Голова просто разрывается, а у тебя голос громкий... Дракон нахмурился сильней. — Со сссвоим похмельем ты и так время тянешь, мы уже должны! — его перебивают: — Папа, потише!.. Я тебя понял, скоро соберёмся... — Не скоро, — расслабился он, да очи говорили об обратном, — а что б за чассс вы были готовы. На том и весь разговор... Фаер вздохнул, закрыв дверь. Настроения и без этого было ноль, а теперь оно пошло в минус. Хоть Винда не разбудили? Обернулся к нему, понаблюдал... и тот, увы, зашевелился. Тихо замычал. Да не схоже, чтоб правда просыпался. Чёртовые сны... Дух быстро вернулся к кровати, сел рядом с ним и положил руку ему на волосы. Гладил, гладил. И вот он вновь спокоен... Спирит улыбнулся. Миленький... Убрал мешающие прядки, наклонился и поцеловал в висок. Честно, чхать ему было на время и что им нужно собираться. Он просто хотел, чтобы Арчер наконец-то выспался. Красные глаза начали осматривать комнату, проверять. Бутылок нигде нет... Ещё на комоде лежит какая-то бумажка. Если там его же запись, почерк он вряд-ли поймет. Принц взял её и стал мысленно читать. На удивление, понятно.       «Доброе утро, Фаер.       Не волнуйся, всё в порядке. Я успокоил тебя, и ты отключился. Разбитое стекло и бутылки я прибрал, но всё же будь осторожнее. Небось, поранишься ещё.       Твой Винди.       P.S. Прошу тебя, не пей столько вина. Ещё и четырёх утра нет, а у тебя уже второй раз сердце остановилось. Я думал, остановится и моё». Гладить перестал. Посмотрел на слугу. Получается, спит крепко от усталости... Забота была с его стороны. Хоть и мило очень, но Фаеру стало жалко, ведь Арчер не спал всю ночь из-за него. Ладонь с волос опустилась, погладила плечо. Ещё хуже – от мысли, что придётся будить... — Винди... — нежно Спирит молвил, — пташка моя... Не услышал. Может, к лучшему. Уже чуть потрусил, как повторил: — Винди, проснись. Тогда он промычал и повернулся на спину, мямля: — У меня выходной... Видать, напомнило ему старые добрые времена. Собрался огонёк будить снова, так задумался вдруг. Это будет как-то... скучно. Ему захотелось начать утро с улыбки. Потому и сам усмехнулся до ушей. Стал легонько тыкать пальцами в живот, чтобы ощущалось щекоткой. Винд дёрнулся, замычал недовольно, пытаясь убрать руки, да сиё не особо получалось, из-за чего переросло мычание в смех. Оба заливались, что снова вели как дети. Жаль только – на столь короткое время. Зеленовласый наконец открыл веки и увидел, кто его так разбудил. Расплылись ещё больше уголки губ, а на щеках выступил лёгкий румянец. Фаер же улыбнулся чуть ли не на все зубы от реакции. — Доброе утро, сонька! — И тебе... доброе утро, хе-хе... — Как себя чувствуешь? Выспался? — принц за руки помог ему сесть. — Думаю, да... А ты как? — Да вот, — поднялся с постели и потянулся, — голова раскалывается. Я ничего тут не натворил? — Нет. Всё было нормально. Звучал он не особо уверенно. Хотя, может, только проснулся, вот и вся причина. Дух огня зевнул: — Ну и хорошо... О, кстати. Пока ты спал, Питайя уже успел раздать команды. Он дал нам час времени, чтобы собраться. — Мы уже будем лететь..? — удивился Арчер и встал за ним. — Ага. Только теперь у нас остался не час, а... — глянул на часы, — плюс-минус 40 минут. Надо бы поторопиться. Но что-то не по себе изумруду стало. Голова и живот – тревога скапливалась там, далеко то не бабочки. Скорее, предчувствие. Плохое предчувствие.

***

      Он ведь не должен бояться. Ему всегда твердили держаться. И смотреть страху в глаза. Фаер готов уже давно – ждал своего помощника. Бордовая броня была не только на плечах, а и на всём теле; поверх чёрный плащ с капюшоном – скрываться от дождя. Покоя не давали руки. Они ещё никогда так не дрожали, а паника в груди лишь поддерживала столь противное чувство. Ныло сердце, кричало о чём-то. И его не заглушить... Принц сделал глубокий вдох, сжав ладони в кулаки, и выдохнул, когда разжал. — Фаер? От голоса духа передёрнуло – обернулся, руки сложив. Винд тоже готов, но... почему нет брони на животе? Одного ж нагрудника будет явно мало. — Всё в порядке? — Ну конечно! — улыбнулся. — Знаешь, даже не верится, что нам осталось ещё две реликвии. И наконец-то полеты закончатся... Да вот слуге казалось иначе. Он чувствовал. То и решил переспросить: — Ты нервничаешь? — Я? — долони приложились к груди, затем развелись в стороны. — Что б я, наследник дракона, дух огня, нервничал? — и опустились. — Не смеши мои уши, умоляю! Конечно... Он таков, а значит, не имеет права выставлять свои слабости. Скрыл вон одну за жестами. Арчер приблизился, медленно возвысил его руки и оставил на весу. Верно, увы... Стиснул их, дабы как-то успокоить, поддержать. Но тогда волнение Спирита отразилось на лице. Голос стих, нервно колебался: — У меня плохое предчувствие. Ком в горле, я не знаю, что происходит. Зеленоглазый погладил ладони большими пальцами. — У меня тоже... Какой-то страх в голове и животе. Боже. Хоть бы не так. И не по-другому. Пусть пойдет ни по одному из сценариев худших, Фаер прошептал: — Мы выживем? Или хотя бы ты останешься в живых? Поднялся изумрудный взгляд. Уютный костёр в очах... настолько волнуется. Колышется, едва ль не тухнет. Боится, как за единый источник собственной жизни. — Я... не знаю... — Пообещай мне. Ты сделаешь всё, чтобы не умереть, пообещай мне. ... Тяжко. Не хотел он, честно, того – уж очень в себе неуверен. С тех пор. Нарушив одно. И сейчас с ним обещание равноценно. Однако что же будет в Небесах? Никто ведь не знает и тем более не скажет. Лишь огонёк... о том, раз так, что слуга не умрёт. — Обещаю... — прошептал. Обнял его тихонько, а тот, наоборот, вцепился, не желая отпускать. Стали гладить духу волосы. — Мы оба выживем. Всё будет хорошо... Хватка смягчилась. И стояли бы двое, пока не иссякнут силы в ногах, если б время не имело значения. Пришлось им отступить, но даже какие-то пары минут смогли вернуть Спириту искреннюю улыбку. После чего тема резко сменилась: — А где броня на животе? — Ам... да просто... — неохотно отвечал. — Мне неудобно в ней. — О, так все говорят. Даже я поначалу. К ней просто нужно привыкнуть, зато жизнь спасёт. — Не в этом дело... Я вообще не могу в ней двигаться. Она сковывает меня. — Да? Но мы ж поэтому и разбили её на части, — похлопал его по плечам и рукам. — Тем более стрелецкая бронь, куда ещё подвижней? — за секундами, однако, его краешки губ неспеша растянулись. — Или даже самый маленький размер для тебя велик? Арчер скрестил руки и отвернул личико в сторону, отчего мужчина засмеялся: — Ладно, будет так, но тебе придётся быть внимательнее. Помощник вздохнул. — Мы будем идти за оружием? — Куда без плаща? Я на кой тебе его подсунул? Не хватало, что б ты простудился потом. О, знакомое выражение лица. Отчётливое «Ты серьёзно?» — Я не думаю, что оно мне понадобится. — Надень говорю. Третий раз повторять не буду. Винд вскинул брови. Спорить бесполезно – об этом он сказал, развернувшись в примерочную с приподнятыми руками. Пришёл обратно уже в вещице. — Теперь идём? Принц подправил ему капюшон. Поцеловал возле изумруда. — Теперь да! Но к таким действиям, кажись, парень привык. Ни смущения, ни ступора. Ни мыслей против. Лишь на душе стало теплей и спокойней...       — Чего желаете, госсподин Лонган? На голос женщины белобрысый не обернулся. Не смыкал век со света Всевидящего Ока. — К нам гости. Поведи стражей, и ждите внизу у дворца. — Давно не было госстей. Разрешите поинтерессоватьсся? Кто они? Сфера потухла. — Питайя, его наследник и... ещё одна особь. Схватите его и отправьте ко мне. Живым. — Будет ссделано, госсподин...

***

      Виднелись вдали громовые тучи, и лился дождь как из ведра. Говорят, в том Царстве – маленькие реки, водопадом стекают они и уже в облаках рассеиваются осадками. Тоже своего рода защита. — Держитесссь крепче, — промолвил Красный Дракон. Винд натянул капюшон, сделал так и Фаеру, отчего тот оглянулся и с улыбкой кивнул. Но, увы, расслабляться нельзя. Отец набирал скорость и взмывал в самую бурю. Это был последний шанс избавиться от страха. Внушить уверенность в действиях и словах. Целях. Закололи духу первые капли дождя. Главное – не поднимать голову. Держаться за шип со всех сил, ведь Питайя постоянно вилял со стороны в сторону, избегая разрядов молний. От каждого раската грома – Спирит хорошо ощущал – вздрагивал, прижимался сильнее слуга.       Небесное Царство. Оно представляет собой несколько парящих островов, где льются воды, растут деревья, и красуются необычные статуи с прочей архитектурой. В центре наибольшего находится Блестящий дворец, чья вершина – то могучее древо без листьев, удерживающее своими ветвями огромное моргающее око. Рядом же несложно заметить глаза в разы меньше, что летают на деле везде и всюду. По слухам, они запросто могут превратить живое в камень.       На сей территории дождя благо нет. Однако уже с края Питайя заметил первую помеху. А если быть точнее, вероятную. Мало ли захотят присоединиться к Лонгану... Им созданные мелкие, жалкие существа. — Нассс уже встречают, — сказал, снижаясь. — Их возьмёте на сссебя. Не дайте им помешать. Фаер высунул голову и попытался разглядеть. Воины... чем ближе, тем больше казалось. Но одну особь перед ними он не спутает ни с кем. Держась друг за друга, мужчина вместе с помощником встали на ноги. И только драконьи лапы с грохотом коснулись земли, двое спрыгнули, смягчив падение кувырком и формой ветра. Красный же сразу оттолкнулся вверх, направляясь к верхушке дворца. Винд снял капюшон и помог огоньку подвестись. Зазвучал к ним ритмичный марш. А затем женский голос: — Ссмирно. Стражи остановились на приличном расстоянии и стукнули копьями. Дух убрал капюшон тоже, не отрывая узких глаз от блондинки с чертами змеи. Так и озаряла своей хитрой ухмылкой. — Снейк Фрут. А Вы куда симпатичнее, чем о Вас говорят. — Взаимно, принцсс. Но нашу бдительноссть Вам не сснизить. Что за мальчик то рядом cс Вами? — А это обязательно знать? — Ссоглассна... глупый вопросс. Мы же давно вссё знаем. Она возвысила руку, желая отдать приказ, но Спирит приподнял слегка и свои. — Постойте! Тише, — сделал пару осторожных шагов. — Выслушайте... Это дело сейчас касается исключительно правителей. Сражение народов ничего не изменит. Только жизни будут отданы напрасно! А моя цель далеко в ином. Для меня все равны. И существа, и люди, бедные слуги, – все равны и одинаково важны. Каждый из вас. Поэтому прошу, — он вытащил из ножен меч, да ухватился за лезвие, протянул к ним, — опустим оружья. Уж так будет лучше для всех. Оба не смыкали очей. Смотрели драконьи в змеиные, своим огнем пронзали. Расплылись у девушки шире уголки губ. Голову опустила. — Ваша речь цепляет, принцсс... Но увы, сспешу Васс огорчить, — вернула взор. — Вам, как и Вашему отцссу, мы никогда не поверим. Тон её голоса напряг до кончиков пальцев. Фаер взял меч теперь за рукоять, отступил к слуге, прикрывая собой. — Не убивать, — ему затвердил. — Ты услышал почему. — Услышал... Достаточно. Зашипела Снейк Фрут и протянула руку вперёд.       Балкон с видом на покои. Лонган вглядывался в большое око с драконьими крыльями, лежащее на листве такого же немалого древа. Бездвижность делало мужчину самого схожим на статую. Ведь даже когда с коридора доносился громче тяжёлый звон металла, он не дёрнулся вообще. — Я знал, что ты прилетишь. — А кто сссомневался? С тем оком ты же всё видишь, — Питайя натянул ухмылку до ушей. — И даже сссвой исход. Правитель Царства вздохнул. Повернулся к нему. Внешне Красный Дракон отчётливо изменился бронёй: темнее оттенок, довольно массивная, чем казалась прочней. Да отсутствие его реликвии-цветка на нагруднике. Знал старший, конечно... Тот всё имеющееся объединил и постоянно копил магию в себе. — Ты прав. И впервые я сделаю всё, чтобы его избежать.       А для ближнего боя сей лук очень хорош. Металлические укрепления играли отличную роль щита. Как Винд был таковым для Фаера. Двое держались буквально спина к спине. Пламя и ветер замедляли, меч и стрелы заставляли воинов отступить из-за ран. От змей отмахиваться легче луком, то и взял помощник задачу на себя. Однако другую проблему заметил первым принц – глаза-стервятники слетелись над главами. Поэтому оборону пришлось прекратить. Схватил он зеленоволосого за руку и на страх да риск ворвался в толпу. Из очей упали золота лучи, осветили несколько стражей, замахнувшихся на чужаков. Превратили в камень. — Прочь, букашки! — с трона крикнула Снейк Фрут, и змеи подняли её выше. — Вы только вссё портите! Где шаманы?! — трижды хлопнула в ладони. Среди бойцов вдалеке Арчер заметил чёрно-лиловые вихри. И вознеслись после в небо трое тёмных драконоподобных с белыми грудками. Постремились они сразу к ядру битвы, когти заострив, то слуга едва предупредил: — Фаер, назад! — Что?! А! Отпрыгнуть друг от друга таки успели, и одна из виверн пролетела прямо между ними. Но желал лучник вернуться, копейщики мигом заполнили пустое пространство, а сзади – ещё потянули за плащ. Оставшиеся двое существ разделились. Нападут. Ветром бы к Спириту, он хочет, он должен рядом быть. Увы... не может. Ни секунды нет, чтоб отвязались, не кидались раз за разом. Не прикасались. — Фаер! — копьё отмахнул. Чёрт... Очень сложно концентрироваться. Не убить бы никого, не спалить, зверя избегай, а места... места теперь вообще не будет – второй летит! Запугивать огнём пришлось сильнее, уж по-другому не увернуться. Хотя и были смельчаки... Сквозь защиту пробивались, потому воспламенялись, и приходилось вести бой без единой искры. Лишь размахивать мечом да отталкивать всех подряд. Но Винд... Отвлёкся! Накинулись на спину, потом на руки, ещё и ещё! Думают массовкой задавить? Обернул это тогда мужчина против них же, взревев и окутав пламенем себя вместе с ними. Конечно, не надолго. Потушил, когда мигом отпустили, и воины стали отступать, оттягивая за собой скинутых и сбитых с ног. Дух огня выставил лезвие. Окружили они вновь, и дистанция прилична. Однако виверны не атаковали. Никто не собирался. — Что? Вразумились наконец? На то вперёд вышел страж. Воздел руку, что держала кожаную сумку. И за секундами на Фаера меч упал огромный груз, заставив кончиком медленно коснуться земли. Сам принц, глаз не отводя, потянулся к поясу. Она должна быть справа, должна. Но её нет. Тяжесть с меча поползла прямо в сердце. Мысленно признал – страшно, страх тот самый, как в полёте сюда. Нельзя позволить просочиться наружу... — Ловко... — шагнул он к бойцу, волоча лезвием. — Я правда удивлён! С его рывка кольцо сузилось в разы, за спиной особенно. А тот воин остался на месте. Вытащил из сумки сферу, осмотрел... и со всех сил сжал. Блядь! Спирит чудом успел отмахнуть копьё. Давит же! Из-за того – хоть и пытался бороться, решимостью сверкал, пламенем отпугивал – не вышло к себе не подпускать. Массой выбили меч, несколько человек скрутили руки за спину, и другие принудили стать на колени. Успокоило только лезвие у горла.       Хлопки. Остальные стражи опять отошли, и в кольцо занесли трон. Снейк Фрут спустилась и сделала пару шагов: — Ах, как же так... Насследник дракона вссё же пал предо мной. Сюда явились ещё двое воинов. Так само, скрутив руки, держали Винда. И честно, Фаер бы псом с цепи сорвался, если б кончик копья не впился в кожу. — Отпустите его, — сквозь стиснутые зубы приказал, а затем выкрикнул: — Отпустите его, не то сожгу остров дотла! Девица посмеялась, прикрывшись рукавом: — Как мило! Хозяин пытаетсся сспасти ссвоего сслугу, хотя ссам на волосске от ссмерти. Не переживай, — ступила к зеленоглазому и за подбородок подтянула голову выше, — ссудьба твоего мальчика теперь в руках госсподина Лонгана. А вот что будет сс тобой... — уже точно направилась к Спириту. Ухмылка растянулась до ушей, — решу я. Нет, всё не так. Она ждала этого долгое время. Возгласить приказ «убить», потому съедал страх ноги, их ощущение земли. Стоял Арчер за счёт стражей едва. Едва мыслил, пронзённый знакомым дежавю. До безумства тревожным, ноющим, проклятым, что вбивало защитить, ведь должен, несмотря ни на что, ведь хозяин, как луч во тьме, он заботливым стал другом, и позволить ему сгаснуть – сгаснуть самому! — Не убивайте! — рывок его сдержали. — Вам же нужен только я, зачем лишать жизни его?! — Хорошо посставлен вопросс... Снейк Фрут подозвала к духу ещё одного бойца. Указательным и средним пальцами постучала по лбу, махнула ими за голову. Тот кивнул. Встал меж теми, кто сковывал руки, и, ухватившись за волосы-огни, оттянул назад. Копьё с шеи отвели в сторону. — Это наказание для Питайи, — она ответила. — Рассплата за вссё, что он натворил и продолжает творить. Конецсс его плана... относсительно ссобственной копии. — Он мне не пример... — вмешался Фаер. Как дева приподняла ладонь. — Прошу, не надо! — крикнул Винд сразу, да ему закрыли рот. И тогда он стал читать в уме молитвы. Обращение ко всем Святым – пусть поменяют те решенье. За это собственную жизнь готов отдать. Лишь бы пылал огонь вечно. С того, что враз мужчина притих, змееподобна усмехнулась. Обратилась к принцу: — Посследние ссслова? Нет! Слуга истошно замычал. Голос не жалел и мышцы, рвался, чтоб избавиться от рук. Ещё двое держать его стали, сковали так полностью. Поплыло всё вокруг. Золотые, белые и тёмные цвета, блеск брони и пламенный свет. Моргнул – капли пробежали по щекам. Но чётко увидел он не духа. Моргнул снова – облик той исчез. А чрез несколько раз – вот опять. Опять те травяные волосы. До боли родное лицо. И прямо сейчас быть может... опять. Перерезана шея. — Гореть вам в аду...       Раздирающий крик. Красно-зелёный свет.       Очень знакомое чувство. Давнее. Больное. Что лучше было Фаеру не вспоминать. Как кровь застыла в венах за мгновение, обернулась лавовым камнем. Такой степени страх. Что не мог себе позволить ни бить, ни бежать. Коло пламя завертелось не его, сам он крепко зажмурил глаза – слишком горячо. Увы, не мог не слышать всюду крики: мучительные нескольких стражей, рычащие... кого? Вместе с приказами «назад» от других. И запахом... запахом дыма сгоревшего мяса. Который с-под носа жаркий ветер унёс. К Спириту прижались спиной, и веки приоткрылись от испуга. Полностью же – от шока. Перед ним зеленые волосы, плащ с капюшоном. Доносилось слабое рычание. — Винд? — выронил и перевёл взгляд, где лучника держали. Однако те воины... Вот откуда горелое мясо. Тогда он и заметил, что руки свободны, неужто... Оглянулся. Господи. Тоже... — Винд, — ладони на плечи положил осторожно. Помощник поднёс за спину предмет. Рубиновая сфера. Принц забрал в мгновение ока, осмотрел – цела, ни царапины, ни трещин. Как тут голова впереди резко повернулась. Уставился Арчер на бойцов со всем вниманием. — Здессь командир я или кто?! Живо пропусстили меня! Искал. Хищной птицей, где ругался женский голос. И если зарычал, чёрт, значит, нашёл! За ним подвёлся дух и до рывка успел приставить посох к шее. Но теперь ещё попробуй удержать! — Убью! — рвался тот что было сил. — Винд, контролируй себя! Адский огонь может!.. — Прочь сс дороги! Кыш! — Снейк Фрут таки влезла. Пересеклись её с изумрудными глаза. За секунды раздражение притихло. У этого мальчишки... камень во лбу сиял красным. А прямо сейчас аж блеснул искрой! Слуга взревел и выбрался пламенем с захвата. — Винд! — крикнул Фаер, протягивая руку к нему вслед. Командира мигом спрятали обратно в толпу, нет-нет, плохо! Это не он сейчас, он под влиянием... влиянием!.. Магии, воспоминаний, вместе ли – не важно, не важно! Голоса снаружи ему не услышать! Он будет искать до тех пор, пока не достанет её! Вспыхнуло красно-зеленое пламя. Сердце сжалось от картин и звона копьев. Неужели. Неужели это правда? Принц смотрел и не мог сомкнуть очей. Воздуха мало. Всё меньше, и не сделать глубокий вдох, он тонул, часто дыша, захлебывался в собственной панике, но люди, как же люди? И как же Винду помочь – да почему они нападают?! Хотели череп, сверху замахнувшись, расколоть, так Спирит очнулся в последний момент, и удар благо пришёлся по наплечнику. В ответ парень посохом горящим отпугнул. Стражи окружают. — Идиоты, вы что творите?! — оглядывался на все градусы. — Я нужен ему, только я могу его усмирить! — однако на огонька за раз напали трое. Тогда, атаки отразив, неожиданно решил окликнуть: — Снейк Фрут! Верил ведь, она должна услышать. Понять теперь и отозвать, если жизни ей важны. Вместе с собственной, ну! Уклонился от нескольких лезвий, вот её голос уловил! Да всё, что было, – увы... — Оссторожно, держите его! Потом вдали раздался грозный рык, и земля задрожала. Это точно не отец.       Сломанные ветви колыхались на волоске. Всюду летающие очи. Отражала чешуя их солнцеподобный свет. А верхние этажи дворца, казалось, вот-вот рухнут от недостающих частей. Очередную золотую пластину с промахом метнули в Дракона Слоновой Кости. Красный же параллельно восхвалялся: — Рано или поздно ты отдашь мне Око, Лонган! Чары Сердца, естественно. Но у Лонгана давно иммунитет – Личи та ещё экспериментаторша. Он имелся, можно посчитать, и на адский огонь вместе с горными породами, ведь правитель Царства всегда знал наперёд, где что загорится и куда что полетит. Со Всевидящим Оком на месте одного из глаз он видел до деталей каждый шаг в будущих действиях своего брата. Их когти сцепились. Давление друг на друга колыхалось подобно неуравновешенным весам. — Твои силы иссякнут, — твердил Лонган. — Если ты увидел это, то я тоже изменю ссвой исход! Конечно, по физической силе Питайя уступает. Дракон Слоновой Кости оттолкнул его и тотчас обхватил хвостом, чтобы откинуть со всей силы в другую сторону – и так уже слабую конструкцию дворца. Оглушить должно сильно. Старший высокомерно задрал голову, просматривая следующие шаги. Однако его видение колким остриём пронзил крик. Пронзил и остался в разуме, отравив паническим ядом, что обвил сердце болью. — Наследник! — вырвалось из пасти, как опустил правитель взор. Издалека. Сорванный голос, страдальческий хрип. Почти возле края острова. Да разнёсся вдруг эхом его собственный рык. Массивные огненные когти... Шрамы прямо из пекла останутся на челюсти навсегда.       В круг влетела горящая сфера. Волна пламени растеклась к ногам стражей, и уже Фаер поднял из языков прочную стену, что щитом постепенно отдаляла народ. Посох направился к шаману-виверне. — И только посмейте! К нему подступиться! Затем где-то среди бойцов вспыхнула на них же командир: — Я же говорила «оссторожно»! А вы что наделали?! Он живым нужен, живым, пусстоголовые ссоздания! Что-что? Чуть оружье дух опустил. Тогда и уловил наконец обессиленное: — Фаер... Названный дёрнулся, не то что обернулся. Винд сидел на коленях: одна рука на лбу, другая закрывала живот. Вдруг, согнувшись, закашлял. — Винди, — огонёк к нему спустился, к щеке руку притиснул. — Что с тобой? Что они сделали? А? На что показал живот. Окровавленный, где порвана кольчуга. Видимо, получилось пройти копьём... — Чёрт... А ведь если... — но прервался тем, что слуга положил голову ему на наплечник. Тяжёлое дыхание встревожило ещё больше... Потому Спирит попробовал успокоить и его, приобняв, и себя: — Ничего, исправим. Думаю, рана несерьёзна. Жить будешь... Красные очи оценочно забегали кругом. Рядом сгоревшие трупы... Их запах он уже не чувствовал, однако насколько же это место пропиталось... смертью. Что грудь наполнялась тревожным желанием уйти. Так из-за стражей, ждущие приказа, некуда. — Принцсс! — Снейк Фрут обратилась. — Моя чаша терпения уже переполнена! Лучник тихо зарычал. Приковал свой взор к ней снова – да он на дух её не переносит. Похлопал Фаер по спине: — Чш... Дай выслушать. — Ваша погибель неизбежна, — продолжила. — Но мальчик, ссмотрю, Вам дейсствительно дорог. Как и нам. И ссейчас он грани. — Я вижу. Но Вам, скорее, больше хочется моей смерти, чем его жизни. — На Вашем мессте я бы не огрызалассь, — насупились её брови. — Или в насстоящее Царсство Вы хотите забрать его сс собой? Нет, ну конечно нет. Точнее, заберёт, но не туда. Просто надо немного отвлечь... Расчистить путь. Например, как было в пещере Личи. Только тут будет лучше вариант порискованней... Да, по-другому, видимо, никак. — Песок почти истек, Фаер! Отдай мальчишку! С её протянутой рукой стражи приняли боевую стойку. Готовы пойти прямо в жерло... Их бесстрашию можно позавидовать. Однако дух огня вздохнул: — Ладно. Хорошо, Вы правы. И пламенный щит потух, во что Арчер сначала не поверил. Сколько мог осмотрелся и, лишь заметил, как посох стал возвращаться в рубин, то растерянно глянул на мужчину. — Фаер? — Доверься, — прошептал и враз переключился на змеиную: — Я правда не хочу, чтоб он умер, но... если с этим Вы так жаждете разбить мою жизнь... — в его ладони сфера разожглась. Ярче с каждой секундой. — Сначала поймайте её. Зеленоволосый чуть не свернулся в клубок – едва успел пригнуться, прежде чем принц замахнулся и подбросил предмет в сторону женщины. Что после осветил пылающим солнцем. Обернулся сердцем дракона. — Назад! — прозвучал приказ командира. Для Спирита же это – полный вперёд. Он в спешке обхватил слугу и закинул себе на плечо, из-за чего тот сорвал короткий крик. Прижал ладонь ко лбу сильнее. Да когда Флейм полетел прямо на бойцов, его хозяин побежал за хвостом. — Потерпи немного! Пытается. Пока мир уже начинает плыть. Рука слабеет, иногда соскальзывает. И когда такое происходило, с неё выпадали кусочки размытого блеска...       Огненный зверь приземлился перед армией и угрожающе взревел. Под очами-лезвиями находились все. До единого. Только Снейк Фрут помогли встать, она сразу отмахнула руки и шагнула из толпы. Дракон принца Долины... Жизненная сфера заняла место сердца. Взмахи крыльев. Сзади по очереди раздались рыки – к армии присоединились ещё двое шаманов-виверн, чем заменили погибших двух. Пламенный спустился ближе к земле, повиливая хвостом. Но играть ему нисколь не хочется – вероятно, разыгрывает азарт. Делает вид, что ему всё под силу. Как сам Фаер. А с этим блеснуло кое-что командиру в око. Между ними осколок драгоценного камня. Змеиная со злостью прошипела и отдала громкий приказ: — Цельтессь в ссердце!       Вон то дерево. В отличие от небольших статуй, оно будет в самый раз. И, может, этот маленький кусочек природы как-то его да успокоит. Проверив на слежку, Фаер присел к корням и осторожно уложил раненого на землю. Глаза разомкнуты слегка, и так бледная кожа теперь казалась ещё бледней. Страшно сердцу это видеть... Однако его же не могли задеть сильно, верно? К нему попробуй тогда было подобраться, сия рана, наверное, случайная. Напрягает только... — А с головой что? — дух спросил и попутно взялся за разорванную кольчугу. Готовился. — Кружится... — вяло зашептал. Как вдруг рывок – прокряхтел Винд явно от испуга, когда огонёк разорвал больше колец. — Я только взгляну, ага? — тот встретился с ним взором. В ответ – медленный выдох. Вдох, хорошо, теперь не отвлекаться. Спирит, и сам коротко вздохнув, принялся снимать броню с правой ладони. Но эти картины... Возможные сценарии, среди которых лучших нет, раз за разом только хуже. Из-за них пальцы ослабли, стали неуклюжи. Не с первого раза расстегнули застёжки и ремень, ведь начинали понемногу дрожать. Дальше он ладонь нагрел, чтобы избавить от зараз, и быстро отряхнул. Хоть бы обошлось... Придерживая другой мешающую кольчугу, чистой раскрыл края порванной одежды. Ранение... увы, немалое, кровит средне. И с кожей что-то не то. Точнее, не то, что ожидалось увидеть. Парень надеялся: будет просто разрез, как если бы лезвие сильным ударом рассекло звенья и неглубоко проскользило в сторону. А тут... рваная и даже немного вывернутая наружу. Собраться вновь уже пришлось себя заставить. Да лишь коснулся раскрыть – слуга от боли вздрогнул. — Тише-тише, — таки решился принц, — я понимаю, но... — и плавно затих. Кровь сочилась постоянно, однако теперь не проливалась за края. Будто для неё... появилось больше места? То есть рана ещё глубже, чем кажется? Тогда насколько? Не могло ж оно дойти до самых органов – для той цели и кольчуга. Алое должно быть, оно просто накапливается... правда же? — Потерпи, я тебя прошу... — почти что Фаер шёпотом сказал. Хотя к его нервам сиё тоже можно отнести. Если всё действительно хорошо, значит, жидкость выльется. Он осторожно надавил на кожу – всё будет хорошо. И получится спокойно прижечь, пусть всё будет... ...нет..? Почему нет? Где? Куда она исчезает? Колец же было сломано мало, то и рана сама небольша; чтоб аж до внутренностей – нет-нет, это просто невозможно! Куда?! Куда ей стекать?! Чего как сквозь землю проваливается?!       Как... сквозь землю? Сквозь. Мышцы, органы...       И в землю.       Сердце подобно кулаку ударило по нервам, отдало это от головы до живота. Боль в горле и чувство тошноты. Одновременная сила и слабость в руках, чтоб на бок Арчера приподнять и затем пытаться удержать. Понять. Осознать... Созерцает Спирит ту картину, которую оба так старались избежать. Худший из возможных исходов. Незамеченное, ведь кровь всё время впитывалась в плащ. Самое тяжелое, непоправимое в сим месте. Сквозное. Дух не отводил взор ни на миллиметр. Выдохнул весь воздух, а... вдохнуть. Не получалось. Чёртов ком в глотке застрял, казалось, каждая попытка поймать кислород была больнее предыдущей. И хотя снаружи – учащённое дыхание, внутри – будто кровью наполнялись его же лёгкие. Уши. Глаза. Хуже слышит, темнеет вокруг. В перепонках только давящий противный пульс. Фаер себе рыкнул потому и вернул так ощущение реальности. Очнулся. — Винд, — он еле смог позвать, обратно уложил на спину, попутно громче повторив: — Винд, слышишь? ... А... что это..? Что... что с его изумрудом? Он ведь был красивой идеальной формы... без единой трещины. Абсолютно целым. Но где же тогда... Заметил принц мимолетный свет. Ладонь. Ранее прижимающаяся ко лбу лежала на земле рядом с головой. В ней... Ах, видимо... вот...       ...остальная половина...       Значит ли, что... бесполезно? Что бы с ним не сделать, что б не залечить, и плевать, будь рана лёгкой или аж такой. Здесь дело в изумруде. В расколотом надвое, как сердце. Словно там его заложена жизнь. Подобно Спириту. Единое подобно. — Винди, — торопясь, подтянул он его к себе на колени. — Посмотри на меня. Да не реагирует. Не слышит, смотрит куда-то вдаль, Боже. Не делай этого. Голос уже с дрожью и болью ком рубил. — Посмотри на меня! — встряхнул дух. Медленно перевёл. Вместо век у Винда, казалось, камни – едва мог держать их приоткрытыми. А то, что жив и что всё ещё с ним, подал двумя знаками. Слезами и страхом в очах. Но чего он боится? Смерти? Неизвестности? Того, что бросит пламя во тьме одного? — Скажи что-то! Винд! — пытался принц докричаться. Каков лишь смысл... Взор понемногу расслаблялся. Спускался со знакомого лица, из-за чего влага в глазах Фаера перевалила границы окончательно, пробежавшись по коже жгучими дорожками. Сам он импульсивно приложил руку к щеке парня: — Нет, не смей закрывать глаза, останься!.. Хоть старался огонёк их подавлять, каждая капля, не успевшая испариться, падала на душу Арчера иглой. Оттого плакал бы навзрыд, но кончились силы. Ни закричать, ни скривить брови. Всё, что мог, – лежать и терпеть. Именно терпеть, отдалённо слышать плач мучений. По собственной вине... — Ты же обещал... — Спирит почти что прошептал. Наклонившись, притиснул тело к груди. — Ты же обещал!.. — вперёд-назад качался, сильнее и сильнее обнимал, трепетал изнутри. А слёзы обжигают. Мысли обвиняют. Стало в тысячу раз больней, что сорвался он на крик: — Ты обещал, ты обещал! Хотелось ему сжать так крепко – просто впить его в себя, чтоб больше никто и никогда не смог притронуться. Даже сквозь ощущенье, что с движения любого рвется плоть, и когда лёгкие на малейшие вдохи отказывали напрочь. Фаер хрипло взревел, и к чёрту, что мог лишиться голоса. Зеркально сего хотело сердце. Оно в истерике рыдало, ритмом раздирало на куски всё разом с собой, а потом – ныло и истошно мычало, от кровотечения задыхаясь. Как и снаружи мужчина, да от горьких слёз...       Это ли не держало Винда в сознании. Нестихающее вытье в ушах и размытая картина, дополненная силуэтами. Громовое небо, пятна-камни и с ними схожие деревья. Статуи, отражающие свет... Память, может, замутнилась, но последние недавно явно были меньше. Хотя и сейчас продолжали расти. Их кто-то двигает..? Или то разум дурно шутит перед смертью: своего рода иллюзии, галлюцинации. Сделал архитектуру живой. Три живые скульптуры...       В руках рассеялись адские огни.       Спирит намертво вцепился в свои плечи. Притих, заикался, окаменев. Вместо дум – компульсивные комки: Винд, мёртвый ли, где тогда, куда исчез; и слышал же, лишь не мог осознать, страшные звуки за спиной. Связать всё в одну цепочку. Мужские крики, среди них – нечеловеческий рёв. Добавить жар и тошнотворный запах гари, того дыма обгорелых трупов. И кто-то вдруг упал там на другого – зашумела так броня. Раздался резко гневный крик, с ним – глухой удар. Что-то забулькало после. Заплескало, разлилось. А затем – ещё удар, да хлюпкий. С теми ж короткими рычащими вспышками ещё, ещё и опять, каждый предыдущего сильней. Пока не наступила тишина. Тяжёлая отдышка. Которую принц до сих пор не понимал. И что чувствует – тоже. Он прерывисто, осторожно оглянулся. Ни тревоги. Ничего.       Рассеяв белую стрелу, подвёлся очень шатко. С почти обезглавленного стража. Остальные два продолжали гореть, казалось: нет теперь угрозы. Но ярость никуда не исчезала. По прежнему жадно отнимала кислород, а мышцы напрягались до единой. Подёргивали, сдавливали органы и кости, подобно тяжёлым цепям. Такими сковывали в прошлом, ощущение крайне схоже, не забыть. Абсолютно ненавистное. От него градус тела только накалялся – запекло в животе, груди, в глубинах мозга. Подхватывали судороги, доставляя больше боли, заставляя рычать словно раненый зверь. Ох, это правда злило... Больше разжигало грёбаный гнев! Потому горло аж вспыхнуло из-за внезапных тёплых рук – они сзади обвили лоб и живот. В усилиях освободиться разъяренно закричал, порвался к разным сторонам, крутясь. Фаер заткнул сразу: — Цыц! — голос дальше колебался: — Не то я тебе голову откушу. Застыл. Пока ладони, держа, на ощупь осматривали те места, проверяли на раны, жжение внутри понемногу остывало. Наконец мог спокойно Винд дышать... Изумруд-то полностью целый. Нет дыры в животе. Огонёк твердил себе об этом множество раз, тогда почему тело и нынче тягостно вопит? А уж особенно, чёрт возьми, нога! Где-то недалеко рассеялся высокий драконий рёв, рыкнул и Спирит хрипло, отступив, зашипел, схватился за бедро – и лучник тут же потянул руки, приобняв. — Фаер! Что такое?! Рёв опять. Перед ними приземлился Флейм, вот только вид его не лучший... Кровят яркой лавой раны: были когти, задевшие шею, было точно, что копьё прилетело прямо в грудь, в сантиметрах от сердца. Досталось лезвием и задней лапе. Меткие. Предельно шустрые. Дух отстранился от поддержки, неспешно похромал к дракону, руку поднеся, а стражи в то время выстраивались в круг. Поэтому Арчер за Фаером ходил по пятам, к нему спиной, чтобы смотреть за остальными да никого не упустить. Когда сфера оказалась в ладони, на один синхронный шаг вперёд и стук копий – он грозно зарычал. — Винд! — гаркнул ему принц. Так ещё буквально подняли другую проблему, на троне... — Живой?! — командир аж наклонилась, опираясь на подлокотники. — Да блядь..! — процедив возмущённо, Спирит закатил глаза. — Гадюка... — Винд же сию цель терять вновь не собирался. Под движком наново вскипающей злобы напал бы без единой капли страха последствий, но огонёк успел вцепиться за плащ: — Стоять! — намотал его на руку, притянул слугу впритык. На ухо твердо указал: — Будь. Рядом. Тот тихо, но коротко проурчал в ответ. Разобрались. И драконьи очи со змеиными пересеклись. — Эти жертвы бессмысленны. — Потому что мир жессток, принцсс, — Снейк Фрут нахмурилась. — Таким его ссделал Ваш отецсс, — и дух перебивает: — Ну так он же, не я! — едва успел договорить, вмиг женщина вскрикнула: — А значит, ты ссделаешь только хуже! Рано или поздно. В тебе его чисстые гены, его магия и ссмертоноссный гнев. Они пробудятсся. Как произошло это сс ним, — указала головой на пернатого. Фаер взглянул. Промолчал, что удивительно. Однако воины сделали ещё два шага и выставили лезвия, следом Снейк Фрут закончила мысль до конца: — Это твоё единсственное от Питайи насследие. Чем заставила выдохнуть дым. Парень остро вернул к ней взор и теперь вместо того, чтоб защищаться, отрицать, наоборот: — Да. Всё так и есть. Честно, ещё с самого детства он подавлял это во мне. Я научился контролировать себя, но вот эта твоя халатность уже достала меня вкрай! — плащ отмахнул, то бойцы и стали в оборону. — Не хочешь по-хорошему, ладно! — загоревшийся рубин к нагруднику поднёс. — Будет по-плохому. Зашипев, командир быстро раздала приказы. Указала на кольцо стражей в четырех местах – четверо крестом вышли в атаку, потом дважды хлопнула в ладони, и... как взлетели две виверны, точно в шеи тем четверым попали некие шипы. Каменные. Взятые из-под земли, ведь точками вырыта. — Ссмирно! — вскрикнула она шаманам, высоко возвысив руку. Мальчишка. Его проделка – змеиная успела уловить: кристалла жёлтый свет сменился красным обратно. Следил Арчер, тёрся рядом с Фаером, а тот... Её очи раскрылись в нарастающей тревоге. На неё смотрел. Не смыкал век, наверное, не шевельнулся и в момент, когда напали. Пока сфера плавила левую часть брони. Расплавила до самой одежды и кожи. — Я докажу твои слова, — дух резко вставил предмет на место сердца. Но теперь Снейк Фрут не знала, как реагировать. Её будто переклинило с огненного вихря, который за секунды раскрыл иное обличие принца. Очень светлое, почти слепящее и в сотни раз горячее. Это ли то пробуждение? Раз кардинально изменился и настрой... — Мы похороним это небо вашим же пеплом!       Лонгана прижали к большому древу отломанной веткой. На неё перебросилось пламя с части лица, обжигая теперь и шею. Хвост и тело зажимали породы... Научился ж таки братец ими управлять. — Отдай мне! — хотел Красный схватить когтями око, но они впились в веки. Правитель сдержанно зарычал и сразу после издал короткий рёв. Зажмурившись, Питайя кое-как успел отвернуться, прежде чем ослепили бы лучи. Золотые глаза на зов слетелись. Ему пришлось отпустить, чтобы горящей веткой хоть немного разобраться с мелкими «мошками». Адский огонь на Лонгане разгорелся сильнее, только камни ослабли. Близко... Дьявол, он не даёт сосредоточиться. Дракон смог взлететь к огромному оку на вершине. Кроме огня, почти ничего не вижу... Да с такого вида – случайно заметил – был мягко шокирован. А это что?.. Нет, мне не кажется. Его огонь... Увы, брат оглушительно рыкнул, кинув ту ветку в него.       Куда идти? Как анализировать? Земля дрожит, ветер туманом кроет. Бурей из праха вместо пустынного песка! А в нём кругом всё вспыхивает и горит. Кто б не встречался по пути – поздно: пылающие стражи отталкивали от себя командира, защищали от той же участи. Нет... нет, считала, не заслуживает. Сих криков не должно было быть, сей музыки для танца двух огней! В котором Снейк Фрут завертелась сама. Заблудилась. Но сколько тогда тех, кто успел? На приказы отступать – вовремя сбежал? И получается ли это у других сейчас? Боже, пусть будет так, сбереги их от ада в небесах! Впереди прогремел звон упавшей брони, из-за чего женщина тут же остановилась. В густоте пепла запылали новые адские языки. Он там. И наверняка слышал её бег. То змеиная почти оцепенела. Смогла отойти лишь на несколько шагов, ведь силы тратились на то, чтоб просто через рукав дышать. Неужто... на этом всё? Вот её найдут. Сначала перережут от уха до уха за содеянные ошибки. Позже снимут шкуру за драконьи самоуверенность и гордость, а наконец – отправят в самую колыбель красно-зеленого пламени. Господин Лонган... Об этом Вы тоже знали?.. Ответом неожиданно стал рёв самого правителя. К громкому и протяжному Снейк Фрут дёрнула голову – где-то в той стороне. Блестящий дворец. Спасение. Адреналин подскочил до высот, когда она рванула прямо в неизвестность. Ориентируясь только на звук, едва избегала огней и павших союзников. Как их жаль, как жаль! Выжили бы, если б командир заткнула своё эго и услышала принца как сейчас, хоть и мельком, далеко сзади: — Винд, хватит! Вышла. Нет, даже вышли – оказывается, двое стражей бежали с ней. Но женщину сиё нисколько не успокоило. Лонган, продолжая рычать на весь остров, летал вокруг дерева. По согласованию, при хорошем раскладе он бы занял место на нём, а значит... чёрт, чёрт, ну за что и это?! Уже и на нервах, и со злости Снейк Фрут бойцам протараторила: — Вы, двое! Разделилиссь и зовите вссех под землю! — на что ей кивнули. Сама начала: — Немедленно внизсс! Отсступаем!       Фаер-то в прежнее состояние вернулся. С Виндом же ситуация повторяется: его опять пришлось удерживать, да сидя на земле. — Всё, они уходят, — первый общался. — Слышал? Мы их проучили. Мы их проучили... Вот. Вот так. Дыхание постепенно замедлилось. Освободиться больше не пытался. То огонёк попросил: — Опусти пыль. На ровный вздох и выполнил. Трава, статуи, умершие воины – кругом померкло, потеряло свои краски из-за праха и пепла. Командир с картины, естественно, ужаснулась, особенно ж – увидев их двоих. — Бысстрее, бегом! — закричала последний раз, побежав вслед за выжившими. И тогда земля дрогнула вновь. От дворца разнёсся по острову грохот – дух перевёл глаза – падали обломки. Поэтому стала почва разрываться – заметил вовремя Арчер, вскопошился: — Фаер, земля! С того, как ветвь трещин пошла на них, мышцы напряглись мгновенно. Встать успели оба, однако Спириту пришлось, обхватив, подтянуть зеленоглазого вверх и отойти. Ведь разрыв образовался бы точно под ногами. Принц спустил обратно, и обратно же приковал взор к дворцу, пока слуга сквозь гул землетрясения засыпал вопросами: — Что происходит?! — и сам поглядывал то туда, то на мужчину. — Куда они, где Питайя?! Громовые тучи... медленно заходят на территорию острова. Скоро всё погрузится во мрак. Начнётся ливень. — Остров удерживался за счёт реликвии, помнишь?! — продолжал огонёк наблюдать. — То вот у них под дворцом, по-моему, змеиные покои, а нас Питайя должен забрать! — Ну так! Где он?! — развёл руки. Фаер сжал сферу крепче. Не злился. Не думал усмирять. Паника абсолютно оправдана, потому что чувствовал себя так же. Любую зацепку искал, но Лонган перестал кружить просто у вершины – теперь он намеревался делать обороты над всем островом. И начать круг решил именно с их стороны. С приближением дух спрятал Винда за спиной, воспылал рубин. Дракон становился больше и больше... Намного, чем по рассказам Питайи. Точнее, чем сам Питайя, казалось, раза в два. К тому же появились новые и не менее устрашающие детали: следы когтей, ожоги на пол морды и... с кровавыми слезами пустота вместо глаза. Он здесь, чтобы отомстить? Подобно тому, что было с Лотос. Когда правитель пошёл на снижение, Спирит действительно так и подумал. Однако тот пролетел мимо. А остановился, только чтобы напоследок взглянуть на племянника. В первый и последний раз. Видно налицо: хотел парень найти успокоения. Узнать, как маленький ребенок, куда исчез отец. И если смерть исключена, судя по вырванному Оку, да человеческая форма тоже, ведь для обширных поисков нелогична вообще, то Лонган выделил единственную мысль, что прямо сейчас могла витать у принца на уме. С расчётом именно на неё дракон опустил главу и закрыл веки. После чего направился дальше, зарычав финальным предупреждением. А Питайя говорил, что он не проявляет никаких эмоций и чувств. Что ко всем он равнодушен и ждать помощи не стоит. Но вот же, тогда почему дух ясно видел сожаление? Почему этой реакцией правитель буквально только что помог? За секунду убрал с разума всё лишнее, дабы Фаер уже перестал отрицать. И наконец-то принял. Когда отбежали от снова треснувшей земли, собрал волю заявить: — Он не мог нас бросить! Но!.. — пришлось ещё отступить. — Но его нет! — Как нет?! — Арчера ошеломило. — Его здесь нет, и Лонган только подтвердил это! Над головами прогремело – из-за громкого лучник закрыл уши и прижался к Спириту. Тучи, закручиваясь, извиваясь, стягивались к центру. — Думай, думай..! — огонёк приложил ладонь ко лбу, осматривал все, что мог. — Может, у нас получится проскользнуть в покои? — пытался уловить его взгляд. — Нет, гиблое дело. Да чёртов гром! В сей раз Фаер таки приобнял помощника. С расшатанными нервами ему это очень нужно, ведь тревожиться – сам боялся того признать – придётся много. Ветер крепнет. Будет буря, устоять на острове не выйдет – и вдруг принцу кольнуло в макушку. Затем опять, потому зашипел, чтоб той дождь побрал! Натянул капюшон и убрал сферу в сумку, чем и правда заставил Винда нервничать сильней. — А-а хотя бы дворец? — он накинул ему на голову и свой плащ. — То же самое! Нам нельзя быть ни там, ни здесь на улице! Остров затопит, дворец может разрушиться! — Тогда что нам делать?! Боже, чуть не перешёл на крик... Нет, дух огня не мог вынести такую панику в нём. Даже с пониманием, что каждая секунда на счету, за плечи поставил его перед собой, бережно одел капюшон. Разглядывал в очах, как волновался лес от беспокойного потока... Будто дождь вот-вот хлынет и там. Поэтому страшно предлагать, чтобы сего не случилось. Да необходимо. — Остаётся выйти за пределы. — За пределы острова? — нахмурился. — Хочешь спуститься? — Да, но... — Спирит отвёл взор, — я пока не знаю как. Сферой и ветром в таких условиях нам не выжить. Мы слишком малы. Мы прошли за счёт Питайи – габариты ж. Вот только драконы и могут... Так же? Лотос, Ананас... Стоять, так Личи ж тут тоже не раз была. А мелкая, как... — Флейм... — вырвалась дума из его уст. Они же одинаковы. Это может помочь. Но... Хотел огонёк воздеть голову, осмотреть небо. Запекло и закололо – опустил. — Флейм, — осмыслил Арчер, взглянув на него. — Он больше и быстрее. Вряд-ли что-то изменится... Вдвоем не... — Э-это отдельное существо, у него есть своё тело, а-а значит, он куда выносливее! — продолжал торопливо. Нет, всё не так!.. — Винд, послушай... — увы, Фаера аж перекрикнули: — Если разогнаться по наклонной, то мы точно выберемся! — Он не протянет и трёх минут! — выкрикнул тогда в ответ, приложив руки к его щекам. — Да, он имеет физическую оболочку, но это всё магия огня; ливень будет пронзать насквозь – он рассеется! И теперь лучник замолк. Однако был на очень тонкой грани: губы, дергаясь, поджались, брови так хотели подкосить, а глаза – неясно, то ли попали в них капли дождя. Вот как дальше говорить? Если он уже в худшем состоянии – ох, Спирит не желал и думать, не то что видеть наяву! Знал без сомнений: слова доведут, разобьют грань окончательно, и пережить это придётся им обоим. Ведь сам не мог смириться до сих пор. — Поэтому прошу, послушай, — молвил тяжко принц. Вздохнул. — За эти минуты. Но Лонган перебил кратким рычанием. Огромная длинная тень пронеслась над ними – он летел к краю острова. Быстро скрылся где-то внизу, открыв обзор на другой островок неподалёку. Казалось, который... нет, не казалось, он действительно опускался, он падал! И Дракон Слоновой Кости явился под ним, воздымая силой. — Мы... — вернулся Фаер к очам-изумрудам, перья гладил, чтоб сквозь ком осмелиться договорить: — М-мы спустимся, насколько сможем. — Нет... — тот слабо помотал головой, к его ладоням притиснув свои. — Тогда ветром у тебя!.. — речь в одночасье заглушалась: — Нет, нет, нет! — Арчер стряхнул руки с щёк, несколько шагов назад. — Винд! — Не делай этого со мной! — сломался в истерику... — Я не смогу, я не перенесу этого дважды! — Ты дал обещание! — треснул и Спирит изнутри. Выдержка, расколовшись, превратилась в неконтролируемые слёзы, что невозможно ему остановить. — Пожалуйста, в-выживи! — мог лишь снова протянуть дрожащую долонь. — Хотя бы ради меня!.. Хотя бы... Однако легче же оттого не станет. Выживет, а сердце о смерти будет выть. Как сейчас воет пламенное... наоборот, о его спасении. Оно, плача, умоляет об этом, нещадно терзает, что вода дождевая, протекающая под бронь, – сущий пустяк. Фаер ждал. Не жалел самого себя, не жалел никогда! А его пожалеть, что сейчас, что за всё пережитое время... подпускался только преданный друг, больше не слуга. И если ради друга, не хозяина уже, если прильнуть-таки к нему? Обретёт ли наконец его сердце покой смиренный? Перед вечным... Винд опять мотал главой: — Нет... н-нет... — и постоянно это повторяя, иногда проглатывая, мямля, бормоча. Шёл. Измотано и вяло. Но вцепился рывком. Обхватил шею духа, уткнул глаза в накидку, и тот к себе прижал со всех сил. Получается... последний раз? Ещё и впервые изливая душу кому-то, а не, как всегда, наедине. Честно, странное ощущение... Обычно где-то в подсознании оставался неприятный след, да тут – плавное облегчение. Словно пронзал мягкий бриз и уносил горе с собой. Может, куда-то в небо... Только почему-то сильнее закололо в капюшон. Не в смысле, что рясно, – в смысле тяжести..? Гравитация давила. Красны очи на миг зажмурились, дабы избавиться от влаги. Осматривали сколько могли – верх, по сторонам. Едва пробивалось солнце... И когда через секунды закончилось давление, за горизонтом взлетел правитель Царства. Вновь к мелким островкам, что опускались быстрее основного. Спасибо, дядь... Спирит усмехнулся. Теперь у них есть ещё примерно минута. Не придавая значения дрожи земли, нарастающему холодному ветру и дождю, стоять статуями. Просто рыдать. Так же будет легче, правда? На место выгоревшей боли ничего не придёт. Хоть слёз сиё не остановит, но судьбы в конце концов примут оба. Полностью, чтобы начать действовать. Осторожно мужчина вытянул рубин. Если кожа от капель пекла, то вот с неё уже – худо телу. Потому решил пока спрятать руку под плащ Арчера. Причём он не отреагировал никак. Ему бы лишь дышать, не заикаясь... И огонёк его прекрасно понимал, щекой прижался к головушке. С одной стороны, по отношению к нему это... очень жестоко... Однако с другой – это и ключ к свободе. Пусть станет прощальным подарком. Остров опускается. Знак – медленно растущая лёгкость брони, из-за чего заметили её не сразу. Вдох во всю грудь. Выдох. — Возвращайся домой, — Фаер похлопал по спине, попытался убрать с шеи руки. — Пора! — Нет! — отпускать не хотел, да тот, нырнув назад, освободился и железной хваткой ухватил ладонь. — Винд, мы не успеем! — потянул за собой, переходил на бег. — Фаер! — опять навзрыд. Увы, поддался... Сломя голову, дух мысленно просил прощения. У всех, кому наделал бед, за то, что вообще в такое ввязался. У Винда за то, что пришлось с ним пройти, заново пережить муки, которых вообще не должно было быть. У отца... за много чего. Считался список бесконечным. И что забудется он вместе с сыном, сгорит. Спирит поднёс жизненную сферу к груди – сгорит, как она. Сделанная из принадлежности рода, драконьего духа. Пролитой из вен крови... Спасибо, пап. Рубин, загораясь, несколько раз тушился дождем. Тогда принц сжал сильнее. Поддерживал пламя, накапливая с огромным трудом. И сквозь слёзы расплылась улыбка. — Винди! — оглянулся. Посмотрели они друг другу в глаза. Последнее слово... — Спасибо!       ...перед прыжком в громовую бездну. Винд обхватил его и руками, и ногами. С раската оглушающего, прижимаясь, замычал. А магия прерывалась. Фаер пытался выпустить снова и снова – её рассеивало, оставляя только огонь самой сферы. Нет, не так это должно быть. Он будет жить. Одна смерть для новой другой жизни, не две ради пустоты! Гори. Давай, взлети же! Гори! Вспыхнуло ярче. Парень вскрикнул от резкой боли в спине и затылке. Словно упал на твердую поверхность... С которой начал соскальзывать из-за быстрого наклона! Он в последний миг успел зацепиться за первое, что было под боком. И если сначала внимание не уделил, то со второго взгляда внезапно понял. Не поверил очам. Зелёный шип. Осмотрелся по сторонам – красная чешуя. Размашистые крылья. Папа... Папа!.. Тут травяная голова могла бы приподняться, да Спирит её притиснул обратно. — Лежи! — он закричал. Он... плакал. Значит, живой..? И то, что подхватил Питайя, – правда? Их правда спасли? Выжили... оба... Фаер здесь. Поэтому Арчер закрыл глаза, позволив слезам разлиться. Дождь спокойней – моросит. Выглянули лучи солнца.

***

      Сидят отец и сын за королевским столом. С момента прилёта от первого – ни слова. Ни за себя, ни за второго. Ни как всё прошло, ни как себя они чувствуют, не получили ли ран в бою. Тогда он просто превратился и ушёл. Спустился в логово, сверкая Всевидящим Оком в руках. А сейчас сверкает столовыми приборами – как ни в чём не бывало наслаждается обедом. Пока Фаер на свою еду лишь смотрит, хоть и держит вилку и нож с самого начала. Всё давно остыло. Да что-то... и не было охоты есть. Он уже насытился мыслями. Навязчивыми вопросами и отмахивающими ответами, наподобие «не сейчас», «его нельзя отвлекать». «Он разозлится»... Хотя, с другой стороны, чёрт возьми, какая разница? Мало ли где он будет потом. Может, за сегодня это вообще последний раз, что они видятся. Если пытаться поговорить... то вот шанс. Дух плавно отложил приборы. Перевёл усталый взор на Питайю. — Как ты узнал, что мы хотели прыгнуть? Тяжёлый вздох, ну да... Всегда раздражается, когда отвлекают от трапезы. — Лонган предупредил. До того, как я ему Око вырвал, — ответил и закинул кусок мяса в рот. Предупредил..? То есть он знал, как могло быть, и решил сделать иначе? Поэтому Красного не было в небе? И что Лонган прилетел, солгал в лицо... Специально. Чтобы племянника спасти. Но в противоречие возник главный вопрос... за что? Он же видел количество сгоревших. Тот хаос, что созданные его же руками существа не смогли пережить. Хаос и боль... Такая сильная. У наследника до сих пор каждым стуком беспокоило сердце. А отец же не знает. Не интересуется. Будет ли от него реакция, если к сему подвести?.. — Винда чуть не пырнули в живот, — огненный поставил локоть и положил голову на кулак. — Мою сферу могли разбить... — Ну, — дракон съел ещё шматок, — твоего пернатого не жалко. Если б умер – нашли бы нового. Но как ты допустил такое сссо сферой? — Погоди... — нахмурившись, прислонился к спинке стула, скрестил руки. — В смысле «не жалко»?.. В смысле «нашли бы нового»? Пап, он такое же существо, как и мы, — да его перебивают: — Опять ты за сссвоё... — закатил глаза. — Сколько раз я тебе говорил, ссслуги в этом мире – никто! — Но он стал моим другом! Мы пережили столько всего, он достоин быть им! Он заслуживает на доброту так само, как и все люди тут! — Фаер, — правитель отложил приборы, — не зассставляй меня читать лекции. Однако Спирит резко хлопнул руками по столу, вскочив: — Да мне насрать на них! Я был готов умереть за него, поэтому мы и прыгнули! ... Они уставились друг на друга, не смыкая очей. Сынок решителен в своих словах, видно. Зато дракона не понять. Безразличие, высокомерие, недовольство, злость, гнев. Зрачки Фаера сузились почти до тонких ниток. Так и уловил: буквально на долю секунды губы отца поджались. Естественно. Разочарование... — Привязался... — затих мужчина, едва кивая. Взгляд отвернул. — Позор. Чтоб мой нассследник опустился к слугам... Задёргался глаз. Дух выпрямился и с того, что Питайя вот так просто продолжил есть, сжал ладони в крепкие камни. Ненасытная тварь. Эгоистичная сука, которой все, блядь, ему обязаны, которой только на блюдечке и подавай! Эти ёбаные реликвии... Зубы стиснулись, что аж рассыпаться на тысячи осколков были готовы. Сквозь них Спирит еле процедил слова: — В тебе нет ни капли милосердия... — затем устремился прочь. — Куда пошёл?! — правитель задал грозно. А тот, шагая дальше, повернулся к нему лицом да улыбчиво развёл руки: — Действительно, куда?! Ты же сам сказал, что я до слуг опустился! — и руки с улыбкой враз упали. — Вот к ним я и иду. Он распахнул двери со всей силы и ушёл, даже не закрыв. — Фаер! Фаер!       Мисс Барфи сказала, что в столовой его ещё не было. Группка исправившихся знатоков подтвердила, к тому же каждый не видел и по дороге, а это с разных уголков первого и второго этажей. Брать третий – бессмысленно... ну и четвёртый, выходит, тоже. Буквально ж недавно броню складывали в оружейной, и, по сути, зачем уже этаж? Остаётся пятый. Хотя он говорил, что всё понял и, как сменит одёжу, обязательно поест... Фаер шёл по левому коридору, касаясь стены кончиками пальцев. Одна дверь мимо, вторая. На третьей остановился, постучал. — Винди? Ты тут? ... — Открыто!.. — голос прозвучал на обессиленном выдохе. А на вдохе – шипение. Дух заглянул молниеносно. Так само и обрушился холодный страх. Одну руку Винд прижимал ко лбу, другую – к животу, лежа на кровати. Адские пламени свечей подсвечника и люстры постоянно колебались, даже едва ль не гасли. То Спирит влетел, почти что хлопнув дверью за собой, и подсел к нему: — Сильно болит? — накрыл его руки своими. — Колит, режет, как? — Фаер... Всё нормально, — хотя одного дыхания хватало на слово или несколько. — Да где ж нормально?! — пробежался глазами туда и обратно. — Лежишь тут, мученик! — и на секунды поджал губы. Виновато выдохнул, спустив ладонь с головы к перистой щеке. — И я хрен знает где был... — Фаер, — сию ладонь парень осторожно взял обеими руками, хотел вернуть. Но тот вдруг всё поменял: тоже двумя ухватился за его долонь, что была ближе. — А если бы тебе стало ещё хуже? — её гладил, слегка мял и, опустив к ней взор, сразу далее ручьем выливал: — Мы ж не знаем ничего: вовремя я, рано, поздно, может, с того, что я пришел, вообще нет смысла и тебе вот только будет хуже, а я... — Это побочка, — дозвался Арчер с которой попытки, тем самым перевёл внимание на себя. — Побочка. Помнишь... что было со мной после Личи?.. — Фаер несколько раз кивнул. — У меня ещё... после Ананаса. Суставы болели. — И ты не сказал..? — Я думал, тоже пройдёт. А прошло, аж... когда ты оставил меня у себя. Тогда, ночью. Выслушивая, огонёк ему слабо кивал – как забыть... Таким был перепуганным котёнком, бедный клубком сворачивался в объятиях. Столько времени терпеть воспоминания, голоса, головную боль, а, оказалось, ещё и боль от любого телодвижения... Обнять его прямо сейчас захотелось безмерно. Но просто подержать за руку тоже должно быть нормально, да? С надеждой на это дух и оглянулся. Стол, подсвечник... ну, пламя заметно спокойнее, чем раньше. Может, что размер меньше, вот и приходит в норму быстрей. Потому что в люстре, где его куда больше, особо ничего не изменилось. Разгорается и тихнет не так сильно, да колыхается по-прежнему хорошо. Мужчина вернул взгляд к замку ладоней. Наверное, стоит ещё немного побыть с ним... — Так... как ты?.. — поднял красные очи к изумрудным. А говорить об этом стало Винду немного неохотно – видно по устам. С одной же стороны, да, тот может распереживаться, хотя с другой... состояние совсем не ухудшается. — Всё тело жжёт... Особенно, где были раны. Но мне уже лучше. Теперь. Тем не менее принц не отреагировал ни волнением, ни облегчением. Вздохнул тяжко... и приложил, даже притиснул разогретую долонь к щеке. Ничего выражение лица не скрывало – ему очень было жаль. Наверное, что, несмотря на огромнейший порыв помочь, он только и мог делать, что сидеть. Ждать, бездействовать. Однако зеленовласому больше и не надо. Главное, что рядом... поэтому просто усмехнулся. Из-за чего наконец успокоился огненный пыл, позволив Спириту тоже расплыться в улыбке. Да и отвлечься на что-то иное, например, одежду: — Смотрю, ты уже хотел идти, — руки опустил. — Да. И хорошо, что не успел... Дух издал тихий смешок. Одну ладонь переложил Арчеру на живот и легонько похлопал. — Получается, мы оба без крупицы в желудке. — А ты чего..? — принахмурился. — Да так... — он временно отвёл взор. — Питайя, ссора – ничего нового. Ну, кроме того, что я решил теперь есть у вас в столовой. Кстати, может что-то принести, раз, — и оборвалось нервным: — Нет, — аж вцепился в его предплечья. — Нет, пока... — а осознав, плавно отпустил, — останься. Фаер, хоть и испугался чутка, но прекрасно понимал: магия ещё не усмирилась. Тот боится быть с ней один на один. И дабы снять переживания, в том числе уж точно, что навязывается, огонёк поднял краешки губ обратно, говоря: — Хорошо, — потянулся гладить мягкие волосы. — Тогда уже вместе пойдем. И когда, наклонившись, поцеловал возле изумруда, – пожалуйста. Милейшая улыбка снова на лице, даже слегка прикрывающая веки. Казалось, он вот-вот уснет... Прижаться сильнее хотел к тёплой ладони, то принц её спустил для удобства к щеке. Винд прильнул сразу. Оттого, что стали поглаживать перья, действительно закрывались глаза. Так сонно, неспеша... Хотя, вообще-то, есть о чем поговорить, увы. — А я думал в Древний Город завтра лететь... — промолвил дух полушёпотом. Как ожидалось, усталость и сонливость прошли в одно мгновение – зеленоволосый тут же очнулся. Поглазел секунды в потолок, потом уже перевёл на него. — Древний Город? — Да, — выдавливал слова, — но я теперь за тебя побаиваюсь. Думаю, денёк-два надо, — а Арчер ухватился за протянутую руку и, используя опорой, резко уселся перед ним. Смотрит. Едва наклонив голову, прямо в очи, в черные зрачки, раскрывающиеся всё шире. Во тьме которых только он видел уютный огонёк. Ему молча говорилось: «Посмотри». «Какой ждёт лес»: в изумрудно-травяных вечных красках, что средь Долины не найти, сейчас укутанный нежаркими лучами, пламенем рассвета; если же туда вживую прийти – куда просторнее и благоухающий чудными цветами. Разве нет желания вдоль и поперек его изучить? — А, может, всё-таки завтра? — спросил аккуратно. Да честно говоря... Спирит думал лишь о том, как тот будет счастлив. Насколько засияют его сердце и душа. Спустя столько времени долгожданная связь с родной землёй... Даже сам неосознанно улыбнулся, ответил после неуловимого смешка: — Ну, — пожав плечами. — Завтра, так завтра. И понеслось... Винд сначала, выдохнув, озарил приоткрытой улыбкой, будто просто скромно рад. Однако за секунды всё больше проливался еле сдерживаемый, тихонький смех. Что позже парень аж взял и крепко обнял принца за шею. — Спасибо, спасибо!.. — под ухом бубнил. Прижал его Фаер к себе куда сильней. Не за что, не за что... Правда ведь, казалось бы, что тут такого? Всего-то не ждать пару дней, а полететь прямо завтра. Но он правильно всё делает, правильно. Дабы не сойти с ума в сим мире, нужно радоваться любой хорошей... м-мелочи?! Это что сейчас было за тепло на щеке? На шеё снова появилось давление объятий – это он поцеловал?! За что?! Ну, ну вот зачем, ой боже... Дурачок. И огонёк с того тоже засмеялся. Теперь ни в чем же ему не откажет, чтобы такое повторилось.