Ракшаса 2. Возмездие

Знакомые высокие ворота распахнулись, впуская машину внутрь комплекса «Ильчуль». Юнги сидел на заднем сиденье дорогого автомобиля, чувствуя себя средневековым гладиатором, которого собирались выпустить на ринг. Чимин с Чонгуком поехали в другой машине, оставив его одного. Представление вскоре должно было начаться, но волнения уже не было. Всё было правильно. Наверное, именно так и должна была закончиться его пустая и бессмысленная жизнь, которая прошла в погоне за отцовским одобрением и попытках кому-то что-то доказать. Он бежал и бежал, пока на всей скорости не врезался в милого и обаятельного вампира с чарующей, солнечной улыбкой и большим, светлым сердцем. И даже не сразу понял, что впервые в жизни встретил что-то настоящее, не окровавленное, целое. И обидней всего понять это сейчас, понять, как могло быть хорошо с кем-то рядом. Терять это больно, но удержать не получится. Ведь он уже почти у финиша, а у Чимина вся жизнь впереди. Машина плавно въехала на территорию комплекса, и на них сразу обрушился шум толпы. Оборотней согнали во двор, как стадо овец, под бдительным взглядом вампирской охраны. Многие не понимали, что должно произойти, и испуганно оглядывались, перешептываясь, прижимая к себе детей. В воздухе витало напряженное ожидание надвигающейся катастрофы, чего-то, что могло перевернуть всю их жизнь, и каждый волк это чувствовал. Юнги старался не всматриваться в оборотней, но невольно всё равно скользил по знакомым лицам. Напряженный Намджун, взвинченный Хосок, готовый броситься в бой Сокджин. Перед Сокджином хотелось извиниться больше всего. Юнги казалось, что он до сих пор слышит панику в голосе омеги. Чимин разрешил им встретиться и поговорить. Юнги пытался убедить Сокджина в правильности происходящего, но получилось у него слабо. Чимину повезло, что его не было в этот момент в доме, иначе Сокджин бы набросился на вампира за «идиотский» план. — Какая в этом необходимость? Неужели нельзя сделать всё иначе? — возмущался Сокджин, мечась из угла в угол. На его лице застыли ужас и нервозность. — На тебе это никак не скажется. Вы просто примите Чонгука как вожака. Ты ведь сам не хотел, чтобы Сону возглавил стаю, — пытался Юнги успокоить друга. — Да при чем здесь мы?! Речь сейчас идет о тебе, Юнги! Ты — наш вожак. Ты! Лишать тебя стаи, даже ради какого-то гребанного спектакля, слишком жестоко! — Так будет правильно, — Юнги пытался говорить спокойно и уверенно. — Когда меня не станет… — Что значит "тебя не станет"? — взвился Сокджин. Юнги зажмурился, уже не в силах выносить чужие эмоции. Тяжело вздохнув, он посмотрел на парня. — Всё может случиться, когда мы разорвем связь с Чимином, — попытался он ускользнуть от ответа. — У стаи должен быть вожак, Джин. Так они все смогут выжить. А вариантов у нас немного: это либо ты с Сону, либо Чонгук. — Как это будет происходить? — внезапно оборвал его Сокджин. — Как будет проходить разрыв связи с ракшасой? Юнги хотелось сказать правду. Хотелось попросить просто посидеть с ним рядом сейчас, но Сокджину не нужно знать, что это, возможно, их последняя встреча. — Всё будет в порядке, Джин. Успокойся, — натянуто улыбнулся он. — Ты выглядишь так, будто хочешь попрощаться, — нервно сглотнул омега. — Брось. Не выдумывай. Я просто хочу подготовить всех к худшему сценарию. Ты не должен мешать нам в бою, ладно? Признай Чонгука вожаком. Юнги надеялся, что смог успокоить Сокджина. Машина остановилась рядом с толпой оборотней. — Чимин уже здесь? — спросил он у водителя. — Ещё нет. Господин Чимин сказал, что подъедет чуть позже с китайским другом, — отчитался вампир весьма вежливо. Он не пытался как-то иначе взаимодействовать с ним, подойти ближе или коснуться, и Юнги был благодарен за это. Лишнее чувство нервозности ему сейчас ни к чему. — Хорошо. Юнги вышел из машины, и рокот в толпе стал сильнее. Они были рады его видеть, несмотря ни на что, и это приятно согревало. Первым к нему подошел Хосок: альфа просто рванул с места, в два шага преодолевая расстояние между ними и заключая в объятия. Юнги неловко похлопал парня по спине. — Не раздави меня только, ладно? — тихо шепнул он. — Придурок. Давай отменим всё, — нервозно прошелестел Хосок, держа его в объятиях так крепко, словно боялся отпустить и потерять. — Мы поможем тебе сбежать. — Я устал уже бегать, Хоуп, — честно признался Юнги. — Это моё решение. И, на правах пока что вожака, я приказываю вам не вмешиваться. Так что подчиняйся, засранец. Хосок заставил себя отступить на шаг. Намджун и Сокджин стояли рядом. — Привет, — Юнги был рад видеть друга. Намджун тоже обнял его, крепко, по-дружески, словно желал передать часть своих сил. — Рад тебя видеть, — Намджун неловко отстранился и хлопнул его по плечу. — Я тоже, Джун. — Как ты? — беспокойно оглядывая его с ног до головы, спросил альфа. Хосок стоял чуть в стороне, кусая губы. — Нормально. И не в такие передряги попадал. — Чимин рассказал нам обо всём. Я не согласен с его решением, — сообщил Намджун. — Мы можем всё переиграть. — Это и моё решение тоже. Поэтому не нужно вмешиваться, — попросил Юнги, надеясь на благоразумие друзей. — После разрыва связи ты будешь свободен. Ракшаса сказал, что отпустит тебя, когда всё закончится, — произнес Хосок. Юнги не мог определить, от чего ему хуже. От самого факта того, что всё закончится, или от того, что Чимин, зная, как именно будет проходить разрыв связи, продолжал лгать всем вокруг о мистическом будущем. — Да, — кивнул Юнги. — Я перееду в какой-нибудь живописный уголок Европы и буду наслаждаться свободой, отдыхая от всех вас. — Прекрати, — резко оборвал его Сокджин, смотря так напряженно и зло. — Прекрати делать вид, что ты будешь в порядке после лишения стаи. — Вы останетесь в моем сердце, Джин, не переживай, — Юнги постарался шутливо улыбнуться. Он не хотел видеть страдания на лицах родных сегодня. — Вернитесь лучше к остальным и постарайтесь их успокоить, — махнул он в сторону толпы оборотней, которые не решались к ним подойти ближе. В ворота въехал еще один автомобиль представительского класса. — Идите, — поторопил их Юнги. Парни тоже посмотрели на подъехавшую машину и неохотно отступили. Юнги поймал Намджуна за рукав рубашки, удержав его на мгновение. — Не отступай больше, Джун, хорошо? — шепнул он тихо, бросив взгляд в сторону Сокджина. Намджун тоже посмотрел на омегу. — Он любит тебя, что бы ни говорил и ни делал. Намджун медленно кивнул. — Я буду рядом, если понадоблюсь. Дай только знать. — Спасибо, — шепнул Юнги, отпуская друга. — Иди. Намджун отошел, когда Чонгук, выйдя со стороны водителя, открыл дверь для Чимина. Юнги смотрел на то, как ракшаса выбирается наружу, улыбаясь и о чем-то разговаривая с Крисом, который тоже вышел из машины. Они выглядели как лучшие друзья. Двое ракшас. Могли ли они быть братьями? Чимин что-то сказал, и Крис громко рассмеялся, откидывая голову назад. Юнги пробрало дрожью. Воспоминания о том, как этот ракшаса вонзал в него зацепы и клыки, были еще слишком свежи, и от них дурно настолько, что хочется позорно сбежать. И лишь присутствие Чимина поблизости удерживало его на месте. Ракшасы в его сторону даже не смотрели, увлеченные беседой, словно он и в самом деле просто пустое место, лишь игрушка. Юнги поймал напряженный взгляд Чонгука, тот выглядел так, будто находится в секунде от обращения. Что его так разозлило, было непонятно, но парень явно пытался сдержаться. Во двор комплекса стали въезжать ещё машины, из которых выходили вампиры из древних кланов. Чимин встречал их всех вежливо и спокойно, как и подобает Правителю. Он вел себя так, словно ничего и не должно произойти, настолько холодный и равнодушный, что казался чужим. Но Юнги теперь знал, что скрывается за этой маской, помнил о жадных прикосновениях утром, помнил, как Чимин сжимал его в руках. — Друзья мои! — громко начал Чимин, выйдя из толпы. — Хочу поделиться с вами одной радостной новостью. Я встретил свою пару как ракшаса. Крис издевательски заулыбался и первым начал хлопать, среди вампиров послышалось скупое «поздравляем», среди оборотней - встревоженные шепотки. — Вот он. Сын Мин Джихёна, вожак стаи оборотней, Мин Юнги! — Чимин указал рукой в его сторону. Юнги становилось не по себе от этой издевательской театральности. — Я та-а-ак счастлив, друзья мои, что у меня есть пара. Гук, приведи сюда мою сучку. В толпе вампиров никто не смеялся, лишь несколько глупых девушек хихикнули. Старшее поколение явно было не в восторге от участия в непонятном шоу. Чонгук вышел вперед. Юнги постарался не дернуться, когда альфа подошел к нему, и не стал вырывать руку из хватки парня, отмечая, что Чонгук держал его аккуратно, стараясь не причинять боли, что не сказать о Чимине, который грубо схватил его за волосы, стоило им оказаться ближе. — Мой омега, — хохотнул Чимин и лизнул его щеку. Юнги прикрыл глаза, стараясь не реагировать на близость вампира. Он боялся, что сейчас друзья не выдержат и бросятся защищать его, но надеялся, что здравый смысл у них всё же возобладает. — Я приготовил ему сегодня подарок, — сообщил Чимин остальным, неожиданно ласково проведя пальцами по шее, словно пытаясь поддержать, сказать, что всё это игра на публику. Юнги немного расслабился, но чувство отвращения всё же закрадывалось в душу. — Как вы знаете, в стае с властью как-то неважно дела обстояли в последнее время. Многие стали воспринимать вожаком другого оборотня. Сегодня мы все узнаем, кто настоящий вожак. Чимин подал знак рукой, и из здания вывели мужчину в цепях. Бонсу. В толпе оборотней зашумели: то ли неодобрительно, то ли встревоженно. — Малыш, ну-ка, покажи всем им, кто тут настоящий вожак, — едко улыбаясь, Чимин толкнул его вперед, в сторону Бонсу. — Ставлю сотню на то, что мой мальчик выиграет. — Я слышал, что Бонсу тоже сильный волк, — довольно произнес Крис. — Тем интересней. Представляешь, Бонсу решил последовать примеру своего дружка Тэхёна и стал наговаривать на тебя. Такую чушь городил, когда мы его поймали, — невинно сообщил Чимин. — Правда? — Ага. Наверное, вместе придумывали. Юнги направился ближе к центру их импровизированного ринга, поражаясь тому, насколько хорошо Чимин играет свою роль. Настолько хорошо, что уже и непонятно, где он настоящий остался. — Да будет бой! — громко выкрикнул ракшаса. Бонсу освободили от цепей и толкнули вперед. Юнги покрутил шеей, разминаясь. Отринув всё остальное, он сосредоточился на альфе. Разделаться с ним хотелось без всей этой показательной мишуры. — Неужели у котенка прорезались зубки? — насмешливо бросил Бонсу, уверенный в своей силе. — Осмелишься бросить мне вызов? — Осмелюсь снести тебе башку, ублюдок, — зло ответил Юнги. — Ты предал стаю, продал своих же. — Жаль, нельзя было продать тебя вместе с остальными, — едко произнес Бонсу, растирая запястья. — Но так даже лучше. Знал бы ты, как давно я хочу поставить тебя на место, омега. Бонсу резко кинулся вперед, вскинув кулак. Юнги увернулся, слегка ошеломленный такой неожиданной молниеносной атакой. Все вокруг затаили дыхание, понимая, как близко был кулак альфы. Юнги отступил на шаг. — Думаешь, сможешь меня победить? Ты? — засмеялся Бонсу. — Твой отец должен был лишить тебя статуса вожака с самого рождения. Это моя стая! Моя! Юнги отбил несколько ударов альфы и нанес первый пробный выпад, попадая в плечо мужчине. Он ударил со всей силы, вкладывая всю свою злость. Бонсу пошатнулся на пару шагов, перестав смеяться. — Забыл, кто помог тебе тогда? — вновь бросился альфа в атаку. Его удары были сильны, а реакция и скорость - на высоте. Юнги приходилось прикладывать немало усилий, чтобы ему противостоять, но полностью закрыться от нападок не получалось. Когти альфы прошлись по предплечью и задели бок, но и Юнги сумел нанести несколько серьезных, болезненных ран. — Ты использовал ребенка, чтобы утвердиться в своей власти, — Юнги отреагировал на подсечку в последнюю секунду, но сумел увернуться от захвата и заехать альфе в лицо, разбивая тому нос. — Ребенка, который только потерял родителей! Злость поднялась со дна души, накрывая его с головой. Воспоминания пережитого ударили снова со всей своей необратимостью. Момент, когда он должен был занять место вожака, день, когда стая не поддержала его. Он до сих пор помнил сомнения на лицах оборотней, когда они собрались после нападения Маркуса. Кучка выживших, тех, кому удалось сбежать. — Ты воспользовался моментом, сука, — Юнги врезал альфе так, что тот повалился на землю. Но Бонсу поднялся слишком быстро, разъяренный в десять раз больше. Они снова сцепились, призывая частичную трансформацию, нанося удары на поражение. Не просто наказать, убить. Юнги чувствовал на себе ненависть альфы, но не собирался больше уступать. Они катались по земле, пуская в ход когти, били снова и снова. Юнги задохнулся, когда Бонсу сумел-таки достать его, ударил по ноге с такой силой, что, кажется, хрустнула кость. Боль на миг ослепила, перед глазами поплыло, когда Бонсу, воспользовавшись моментом, ударил в раненый бок. Он дрался подло, используя все грязные приемы. — Нравится, щенок? — зло сплюнул Бонсу кровь. — Ты ничтожный омега, но тебя почему-то всё равно любили. Почему, а? Юнги чувствовал, как в голове зашумело от очередного удара. Силы таяли кошмарно быстро. — Это я делал для них всё. Я! — прокричал Бонсу. — Разве я не заслужил для себя немного благ? — Ты предал всех, — выдохнул Юнги, закашлявшись. Он с трудом поднялся на ноги, тряхнул головой, пытаясь собраться. Но от удара всё еще звенело в ушах, а перед глазами то и дело расплывалось. — Да-да, это я уже слышал, — тяжело дыша, ухмыльнулся Бонсу. — Твой ракшаса позволит мне тебя убить? Вряд ли. Вмешается, конечно. Но поиграть с тобой даст, — продолжил издеваться альфа, в прыжке намереваясь сбить его с ног. Юнги увернулся, выставил блок, но стоило ему это немалых трудов. Бонсу был силен, а реакция, которой Юнги всегда мог похвастаться, почему-то сейчас подводила. «Ты не солдат, Шуга. Больше нет». Может, они все были правы? Может, не стоило и пытаться? Юнги харкнул кровью, пытаясь собраться. Дыхание стало тяжелым, а рана на ноге заныла вновь, напоминая о зубах Криса. — Надо было тебя тогда Маркусу подложить вместо Джина, вот было бы забавно, да? — хохотнул Бонсу. В голове что-то неприятно щелкнуло. Юнги поднял взгляд на альфу, не улавливая смысла в словах. — Жаль мы не знали, что у Маркуса есть сыновья, — с досадой протянул Бонсу. — Но ничего, мы используем это знание сейчас. Уверен, папочка где-то тут поблизости. Не мог же он пропустить такое представление, да? Этот уёбок китаец решил, что может всех переиграть. Бонсу повернулся в сторону вампиров и показал средний палец с насмешкой на лице. — О чём ты? — Юнги вновь закашлялся. Стоять ровно было всё тяжелее и тяжелее. — Да ладно, не догадался ещё? — хохотнул вновь Бонсу, слишком неожиданно оказываясь рядом. Он схватил его за волосы, собираясь ударить в живот, но Юнги успел увернуться, отскочить и ударить по ногам альфы. Тот рассвирепел ещё больше и, выпустив когти, ударил наотмашь. Юнги повалился на землю. В толпе послышались испуганные вздохи. У Юнги самого вырвался слабый стон от внезапной вспышки боли во всём теле. Дьявол! — Ты такой тупой, Шуга. Хотя. Ты же не знаешь о маленьком секрете Джина. — О чём ты говоришь? — поднявшись на ноги, прохрипел Юнги, снедаемый предчувствием чего-то ужасного. Бонсу улыбался окровавленными губами. — Маркус время от времени трахал моего мужа в обмен на некоторые уступки, — склонившись над ним, желчно выплюнул альфа. Юнги почувствовал, как сердце ухнуло в пятки. Он безошибочно нашел в толпе Сокджина. Тот стоял, не шевелясь: сдержанный, холодный, неприступный, закованный в броню. Такой сильный. — Я позволил Маркусу трахать своего омегу, — с усмешкой повторил Бонсу. «Джин? Ты плачешь? — потрясенный увиденным, Юнги не знал, как реагировать. Сокджин, съежившись, рыдал в лесу под деревом, выглядя так убито. Увидев его, старший испуганно встал, вытирая поспешно слезы. — Эй, что случилось? Ты где был вчера ночью? — Ничего. Всё в порядке. Я просто… мне нужно было развеяться. Разведгруппа вернулась? — Да. Ты представляешь, никто не пострадал, — улыбаясь, счастливо сообщил Юнги». Никто не пострадал в вылазке, которая не обещала ничего хорошего. Юнги перевел потрясенный взгляд на довольно ухмыляющегося Бонсу. — Мой омега довольно успешно отрабатывал каждую нашу победу, — хмыкнул Бонсу. — Маркусу явно нравилась задница красавчика. «Юнги, мы ведь можем просто уйти в лес, да? — тихо, неуверенно спросил его Сокджин, когда они вернулись с очередного успешного задания. — Нам необязательно оставаться здесь. — Ага. И позволим вампирам чувствовать себя хозяевами? У нас только начало получаться. Не беспокойся. Ты не заболел, случайно? Выглядишь неважно. — Устал, наверное». Юнги пошатнулся. Тошнота подкатывала к горлу от осознания того, как именно Джин помогал им добывать продовольствие и боеприпасы. Сокджин. Господи. Рычание в стороне привело в чувство. Юнги кинул взгляд в сторону. Намджун обратился и явно собирался броситься вперед, но нельзя. Нельзя. Потому что Юнги должен был сделать это сам. Если он вмешается, то ему придется драться с Юнги. Бонсу ярость Намджуна заметил тоже и издевательски хохотнул. — Ты страдал столько времени по шлюхе, придурок, — бросил он волку. — Нет, — Юнги тряхнул головой, снова переведя взгляд на мертвенно-бледного Сокджина. Нет. — Ты лжешь, — хрипло выдохнул Юнги, вспоминая все те моменты, когда Сокджин пытался уговорить его прекратить сражаться с вампирами. — Если бы. Маркус мог давно уже избавиться от нашего жалкого Сопротивления, но ему доставляло удовольствие, видимо, шпилить моего мужа, — едко бросил Бонсу. — Джин-а, ну что же ты молчишь, расскажи всем, как ты отдавал тело на благо стаи, расскажи, благодаря кому все они до сих пор живы. Юнги от потрясения не мог дышать. Думать, через что прошел Сокджин, было невыносимо. — А потом мой милый залетел и наотрез отказался помогать нам дальше. Я позволил ему тихо разродиться взамен на послушание с его стороны. Ох, Джин-и, ты был таким послушным в это время, это были лучшие моменты нашего брака, — хохотнул Бонсу, посмотрев в сторону мужа. У Юнги начало плыть перед глазами от ярости и ужаса. — Замолчи! Замолчи, тварь! — Сокджин бросился вперед, но Хосок перехватил его. Удержал, прижал к себе, закрывая от посторонних глаз. Юнги не мог поверить, что, пока он воевал с вампирами, Сокджина ломали прямо в стае, растаптывая в хлам. От боли, пронзившей сердце, хотелось завыть. А Бонсу весело и победоносно улыбался. — Маркус, ты, наверняка, где-то поблизости и слышишь меня, — продолжил альфа, оглядевшись. — Так вот. Ребенок Сокджина — не мой. Он сказал, что ты его там и под волков подкладывал, что ребенок от них. Я и решил, что ублюдок от кого-то из них, но мне было выгодно признать его своим, чтобы укрепить свою власть. В тот момент мне и в голову не могло прийти, что ребенок может быть от тебя. Но китайчик сказал, что у тебя есть два сына. И тут меня осенило. А ведь есть вероятность, что Сону — твой. Это было бы, конечно, забавно, — засмеялся Бонсу. — Короче, если ты хочешь увидеть пацана живым, то советую вытащить меня отсюда. — Он в надежном месте, твои слова - блеф, — бросил Хосок уверенно. — Сону… — испуганно выдохнул Сокджин, пытаясь вырваться из рук Хосока. — Проверь, братец. Не все предали меня, как ты. — Это ты говоришь о предательстве, тварь?! — сорвался Хосок, сжимая кулаки. У Юнги самого кровь застыла в жилах от мысли, что Сону могли выкрасть. Он невольно повернулся к Чимину, который стоял рядом с Крисом. Эти две ракшасы выглядели так, словно смотрели представление, которое вдруг перестало быть скучным. — В который раз убеждаюсь, как у вас тут всё весело, — донесся до него голос Криса. — Точно, — улыбнулся Чимин. — Эй, Бонсу, ушлепок ты такой, — крикнул громко он, привлекая внимание альфы. — Знаешь, как мне хочется лично тебя распотрошить? — Папочка не позволяет? — хмыкнул Бонсу. Чимин холодно сверкнул голубыми глазами и выпустил зацепы. Юнги против воли вздрогнул, но не мог отвести взгляда от парня. Он ждал команды, веря, что Чимин не позволит причинить вред ребенку. — Противно пачкаться о тебя. И не смей мне портить бой, шавка, — резко произнес Чимин. — Шуга, Сону у меня. Поэтому убей уже эту мразь, малыш, — улыбнулся он. Юнги прикрыл на секунду глаза, переводя с облегчением дыхание. Он слышал, как всхлипнул Сокджин, как в толпе оборотней прошелся осуждающий рокот, но всё это потонуло в кроваво-красном желании убить. В прыжке трансформировавшись в волка, Юнги бросился на Бонсу, сразу повалив его на землю. Он пропахал им землю, но не остановился. Злость и боль за Сокджина придали ему сил. Бонсу тоже обернулся, но во второй форме сильно сдавал ему. Его жалкие попытки защищаться были бессмысленны. Юнги с рыком бросался в атаку снова и снова, в итоге прижав коричневого волка к земле, вонзаясь зубами в его шею, нанося смертельную рану. Бонсу сопротивлялся до последнего, переходя на скулеж, но вскоре тело волка ослабло и затихло. Юнги чувствовал себя таким вымотавшимся, смотря на мертвое уже тело того, кого когда-то считал едва ли не заменой отцу. Эмоции переполняли его. Подняв голову, он завыл, передавая всем оборотням стаи, что Бонсу мертв. Тишина после этого воя стала такой мертвой, опустошенной. Юнги отступил в сторону, пошатнулся на лапах. Он не стал смотреть в сторону Сокджина, боялся не устоять, сорваться, завыть снова. А ему нельзя сейчас. Спектакль еще не закончился. Чимин аплодировал ему, а хотелось, чтобы он просто подошел и обнял. — Ты сделал своей паре отличный подарок, — поддержал его Крис, выглядя уже не так радостно. Юнги казалось, что он стоял лишь только благодаря поддержке стаи. Он чувствовал, как внутри всё вибрирует от этой энергии. Вожак. Он должен был стать вожаком сразу после смерти отца, но не смог. Но теперь вот он: стоит здесь, чувствуя весь свой род в своей крови. В обличии волка это ощущалось так ярко, сильно, что кружило голову. Но Юнги не мог насладиться этим. Беспокойство за Сону и Сокджина, новость о прошлом самого близкого оборотня разбила его вдребезги. Так хотелось обернуться, посмотреть на Сокджина. Не уследил. Не заметил, как страдал омега, сколько всего они пережили с Сону. Чувство вины разрывало изнутри не хуже когтей Бонсу. Юнги пошатнулся. Чимин что-то говорил, среди оборотней зашумели, но Юнги уже ничего не слышал. Кровь на белой шерсти смотрелась так ярко, что бросалась в глаза. На импровизированную арену вышел Чонгук. Юнги коротко оценил свое состояние. Чонгуку и стараться не придется, кажется. Чонгук обратился сразу, встав перед ним большим черным волком. Он и правда большой. Красивый. Юнги видел в его глазах неуверенность, сомнения, видел, с какой силой Чонгук заставлял себя шагать вперед. Это сложно. Бросить вызов вожаку и сразиться с ним, ведь инстинкты будут требовать иного. Юнги встряхнулся, стараясь прийти в себя, мотнул головой, сбрасывая наваждение. Ему нужно продержаться еще немного.