Необходимая жертва

Наступило воскресенье. Терезе до сих пор было непривычно просыпаться не дома, не открывать по утрам тяжелые бархатные занавески, впуская внутрь солнечный свет, и знать, что больше не нужно терпеливо ждать, пока смешливая молодая гувернантка соберет ее к завтраку. Часы на полке рядом с кроватью показывали половину одиннадцатого. Раньше по воскресеньям приходилось вставать с первыми лучами солнца и готовиться к службе. Теперь же необходимость каждую неделю посещать их отпала - волшебники были не особенно религиозны. Со временем религия перестала занимать особое место и в ее жизни, но без церкви было странно, даже порой скучно. Вскоре пришлось смириться, и девушка вовсе заметила, что теперь гораздо меньше думает о Боге. Она училась колдовать и как-то раз поймала себя на малодушном сомнении – что, если магия опровергает Его существование? Заставив себя немедленно перестать, Тереза добросовестно сходила в церковь в тот же день, но сомнение уже прочно пустило корни где-то глубоко внутри. Через час сон пропал. Захотелось повернуться к окну, почувствовать солнце на щеках, но вместо хрустальных лучей внутрь пробивался только мрачный, болотистый отсвет Черного Озера. «Ладно. Хорошо, что вообще есть свет. Это же подземелье, в конце-то концов». Тереза встала с кровати. Ноги опустились на каменный пол и тело пронзил холод – захотелось немедленно укутаться в шерстяной платок, небрежно брошенный в изножье кровати. В свободное от занятий время разрешалось не носить форму, поэтому сегодня девушка не смогла противостоять соблазну надеть что-нибудь этакое. Остановилась на любимом платье - скромном, из шелковой струящейся ткани черного цвета. Длинная юбка и завышенный верх без утягивающего корсета, с закрытым воротником не сковывали движений. Быстро одевшись, она взяла щетку и собрала волосы в незамысловатую прическу. Иногда хотелось без стеснения распустить их, как делали здесь почти все девочки, но пересилить себя пока не получалось. «Родителей бы удар хватил, узнай они, что я иду куда-то без сопровождения. В таком виде. С кем-то противоположного пола». Тереза смутилась. Даже дома это платье нечасто удавалось поносить – уж слишком простым оно было. Отец, увидев ее в нем в первый раз за семейным приемом, рассвирепел, приняв наряд чуть ли не за сорочку. Поэтому, одеться так на прогулку стало храбрым решением. Правда, девушка и сама осмелела за последнее время. А в Хогвартсе девочки учились наравне с мальчиками, одевались и причесывались так, как хотели, их общение, казалось, никто не ограничивал несчетными правилами этикета. Не существовало тюрьмы надоедливых формальностей - неотъемлемой части прошлой жизни. Такая вольность, возможность не думать о каждом сказанном слове, будоражили, но воспитанная годами скованность не всегда давала воспользоваться этим. «Переодеться? – часы показывали почти полдень. – Не успею». Пришлось сдаться. Да и кому какое дело?

***

Себастьян стоял у главного выхода из замка и ждал Терезу. Он выглядел уставшим, фигура осунулась. С тех пор, как заболела Анна, спалось очень дурно. В последний раз, как они виделись, состояние ее заметно ухудшилось. Дядя, взявший опеку над близнецами после смерти родителей, наотрез отказывался продолжать искать способы лечения. Себастьян пытался убеждать, говорить, угрожать, даже унизительно умолять, но ничего не действовало. С последней попытки вразумить упертого родственника, прошло немного времени, но уже стало ясно, что способ спасти Анну придется искать самостоятельно. Тем более, что отношения с Соломоном и без того давно и безнадежно испортились - договориться все равно не получилось бы. Себастьян знал, что Анна страдает от этой немой вражды, но не мог перестать презирать мистера Сэллоу за то, что тот просто сдался и перестал верить в выздоровление сестры. И не только за это. Из книги, «одолженной» в запретной секции, он узнал об отваре из трав Дигиталиса. Он обладал сильной целительной магией, снимающей боли. Сегодня в Хогсмиде он надеялся отыскать это растение. Погруженный в неутешительные размышления, Себастьян не заметил, как кто-то подошел. Мисс Кроули односложно поздоровалась. Он поднял взгляд и увидел, что девушка слегка хмурится и выглядит не особенно довольной. «Наверное, не стоило ее тогда провоцировать. Надо перестать сперва делать, а потом думать». — Привет, Тереза, – начал он со всем дружелюбием, на которое только был способен, – Извини, что смутил тебя тогда, на уроке. Девушка удивленно прищурилась, не ожидая такого шага. «Что еще нужно, я же извинился только что», – с досадой подумал Сэллоу. Напряжение было почти осязаемым. — Неплохо, учитывая твою ситуацию. Не думал, что ты сможешь застать меня врасплох. Попытка разрядить обстановку грозила обернуться катастрофой. Тереза сухо ответила: — Спасибо. «Между прочим, это был комплимент». Себастьян сжал зубы, не зная, что еще сделать. Тем временем, девушка, казалось, оттаяла, – он был первым, с кем ей удалось познакомиться. А еще она все же осталась не совсем побежденной в импровизированной дуэли. Обида немного отступила. — На самом деле, мне даже пошло на пользу. Спасибо, что помог заложить основы хотя бы какой-то репутации. Себастьян, чуя какой-то подвох, понял – слова надо подбирать тщательно, иначе велик риск лишиться зыбкого перемирия. Но натура оказалась сильнее: — Всегда пожалуйста. Только в следующий раз я не буду тебе поддаваться. «Сперва думать, потом делать. Не получается». Он приготовился стоически выдержать осуждение, наблюдая не предвещающее ничего хорошего, выражение лица собеседницы. Тереза сначала чуть не задохнулась: «Разумеется. Поддаваться. Я-то думала, правда извиняешься». Она уже хотела возразить, но остановилась и решила парировать тем же способом. — Вот как? А я уже начала думать, за что это тебя так хвалит Гекат. «Туше». — Неплохо. Думаю, если так дальше пойдет, мы быстро подружимся. По крайней мере, мне бы этого хотелось, - искренне добавил он. Тереза была тронута, но показывать этого не собиралась. — Ну ладно, так уж и быть. Пойдем? — Эй, я ведь могу и передумать! – с притворным раздражением возмутился он, направившись к выходу. Тереза пожала плечами, мол, как хочешь, и последовала за ним. «Забавно, конечно. Но он все равно несносный».

***

Перед замком распростерлась большая лужайка. День выдался светлым и теплым, осенняя промозглость еще не успела добраться до этого места. Солнце заливало все вокруг холодным сиянием, а ученики, сбившиеся в небольшие группки, наслаждались им. Взрослые семикурсники обсуждали предстоящие экзамены, стайка первогодок устроила игру в салки, а пара друзей невдалеке от слизеринцев, безуспешно пыталась заколдовать жабу и посмотреть, что из этого выйдет. — Чудесно, – умиротворенно произнесла девушка, потянувшись к свету, которого так не хватало в общей гостиной. Сэллоу искоса взглянул на нее. Она была очень бледна. Многие первогодки с их факультета сталкивались с тем же, проводя много времени под землей, вдали от солнца. Спустя несколько мгновений на ее щеках заиграл слабый румянец, и она обернулась. Почему-то немного смутившись и, в надежде, что это осталось незамеченным, он подтвердил: — Да, в начале осени здесь всегда хорошо. Девушка повела плечами и осмотрелась. Школа с ее окрестностями казалась настоящей личностью, которую она только-только начала узнавать. — Тебе не холодно? Могу одолжить мантию. — Какой вы джентльмен, мистер Сэллоу. Нет, все в порядке. Спасибо. Идем? «Джентльмен, разумеется. Заболеешь – мне отвечать». В ответ прозвучало только: — Да, идем. Они вышли за пределы замка и некоторое время молчали. Природа еще не успела адаптироваться к новому времени года. По бокам от дороги еще зеленели круглые кусты и отцветали последние цветы, стойко превозмогающие смену погоды. С деревьев на тропинку падали пожухлые листья, спокойно и грациозно кружась на ветру. Небо заволокли громоздкие, взбитые облака. Казалось, что, если вытянуться во весь рост, удастся погрузить в них руки. Дорога кишела людьми - не только два слизеринца решили навестить Хогсмид сегодня. Розовощекая, упитанная первокурсница с Пуффендуя заинтересовалась бабочкой с узорчатыми полупрозрачными крыльями и погналась за ней, не обращая внимания на жалобные возгласы друзей: — Эй, стой! Подожди нас! – кричал вслед взлохмаченный мальчик с набитой сумкой. Тереза отвлеклась от малышей, посмотрела вперед и обомлела. Невдалеке парило существо, похожее на большую птицу с лошадиным телом, покрытым гладкими перьями. Испугавшись и побледнев, она резко подошла к Себастьяну, подняла руку и чуть не вцепилась в его мантию, но в последний момент опомнилась. — Кто это? Кровь стучала в висках от страха. — Не бойся, это — Гиппогрифы. Не причиняют вреда просто так, если их не злить, так что они не опасны. Тереза перевела дух: — Понятно. Смутившись испуга, она отошла от него. — Не переживай, — бравировал Себастьян, — ты что, забыла? С тобой лучший дуэлянт нашего потока. Даже если сейчас здесь появятся темные, я справлюсь с ними раньше, чем ты успеешь достать палочку. Тереза неожиданно для себя огрызнулась: — Мне говорили, что Слизерин – факультет самоуверенных людей. Кажется, теперь понятно, о ком речь. — Что ж, приятно знать, что для тебя я – лицо факультета. Горжусь собой. — Скажи, ты когда-нибудь бываешь серьезным? — Конечно. И сейчас, и всегда. Перепалка грозилась продолжиться. — Боже мой. — Ну, это все-таки слишком даже для меня. Видишь, а ты говорила, что я самовлюбленный. Они посмотрели друг на друга. Себастьян, увидев ее обреченное лицо, сам того не ожидая, заразительно засмеялся, Тереза изо всех сил старалась сдержаться, насупилась и поджала губы. — Ты бы видела себя, — заливался негодный мальчишка, — я сейчас умру. Наблюдая за тем, как он чуть не подавился, она тоже начала хихикать, при этом тщетно пытаясь сохранить благопристойный вид. Смеяться в открытую, да еще и над такими глупостями, не пристало. Себастьян снова посмотрел на нее и тут же отвернулся, захлебываясь очередным приступом хохота. Тереза, наконец, сдалась — Ты просто ужасен, — проворчала она, когда из ниоткуда взявшееся веселье отступило. — Ой, перестань, тебе же самой понравилось, я видел. Не скажешь, что тебе часто бывает весело, так что пойдет на пользу. «В последнее время мне вообще не бывает весело». Внутри зашевелилось смятение. Девушка неопределенно вздохнула. — Приму это за благодарность, — в очередной раз съязвил Себастьян. Ответа не нашлось и, не придумав ничего лучше, она посмотрела на него со всей безысходностью, которую только можно выразить взглядом. Он снова хохотнул, но в конце концов замолчал. «Тихо. Наконец». Прошло минут десять. Тишина больше не стесняла. Себастьян шел рядом, прямо глядя перед собой, и как будто не замечал ничего вокруг. Все так же взъерошенные волосы падали на высокий лоб, а лицо еще краснело от смеха. Девушка вновь отметила бессметное количество веснушек. Казалось, в блестящих лучах различалась каждая. «Симпатичная деталь». Щеки порозовели. Она стремительно отвела взгляд, пытаясь переключиться на высокие заросли еще живой травы у обочины. Себастьян же решил продолжить разговор в этот самый момент. — Скоро придем. Тебе понравится. Как закончим дела, можем пойти в «Три Метлы», ставлю десять галлеонов, ты будешь в восторге от сливочного пива. — Отлично, — сдержанно отозвалась она. Снова молчание. — Почему ты решил пойти со мной? Этот вопрос не давал ей покоя. — Ну, я помню нашу первую встречу. Ты тогда так заинтересовалась, чем я занимаюсь. Мне нравятся любопытные люди, поэтому захотелось узнать тебя получше. Тереза ждала очередную глупую колкость и растерялась. — А еще, я сильно насолил библиотекарю и решил использовать это как предлог скрыться в выходной день, чтобы она не заставила меня разбирать старье по алфавиту. Так что, благодарю за возможность застать моего заклятого врага врасплох, - не замедлил добавить он. Ей очень сильно захотелось его пихнуть. — Какой милый жест с твоей стороны, - в голосе проскользнули металлические нотки. Себастьян удивленно приподнял бровь: — А что такого? По-моему, отличный способ избежать наказания. Можно было поклясться – он издевается специально. Захотелось провалиться сквозь землю. «Кажется, я ее смутил. Как трогательно». Тереза взяла себя в руки и поспешила небрежно перевести тему. — Не удивлена, что ты насолил несчастному библиотекарю, но что именно ты натворил? Озорное выражение пропало с его лица, и Тереза поняла, что, несмотря на румянец, он выглядел очень уставшим и потерянным. «Прекрасно. Теперь неловкий кошмар создаешь ты». Следовало бы немедля закончить этот разговор, но было уже поздно. — Моя сестра очень больна. С ней что-то произошло. Мне нужно понять, что именно, чтобы ей помочь, поэтому я часто беру книги без разрешения, — на одном дыхании выпалил он. — Прости. — О, все нормально, не извиняйся, — встрепенувшись, он постарался убрать с лица все эмоции. – Я знаю, что-то обязательно найдется. Остаток пути прошел в молчании. К счастью, удручающий разговор настиг их всего за несколько минут до того, как на горизонте появился Хогсмид. Себастьян повернулся к сокурснице. — Пришли. Они прошли через главный вход и оказались на узкой улочке, по обеим сторонам которой в ряд стояли аккуратные, приземистые дома из цветного камня. На некоторых из них все еще вился непоседливый плющ. Вокруг кипела жизнь. Какая-то ведьма отчаянно пыталась усмирить неизвестное животное. Мимо этой странной пары прошла стайка девочек-третьекурсниц, одна из которых все никак не могла перестать икать. Ее подруги встревоженно и одновременно с сочувствием смотрели на нее. — Свежий номер «Пророка»! Новости всего за 5 кнатов! – вещал торговец газетами. Откуда-то лилась незамысловатая музыка. Оглядевшись, Тереза увидела компанию волшебников – они заколдовали скрипку и флейту, и теперь инструменты они выводили привязчивую мелодию. Рядом с ними столпились заинтересованные жители деревни и студенты. В воздухе вокруг незаметно витал пряный, сладкий аромат. Похоже, рядом продавалась какая-то выпечка. В памяти всплыли давно забытые домашние булочки, которые пахли точно так же. Их готовили каждое воскресенье и подавали вечером с обжигающим чаем с молоком после ужина. Грудь сдавило. Пожилая экономка всегда откладывала самую вкусную для нее, а не брата, и с любовью трепала по голове, когда Тереза просила еще чая. Голова закружилась от уличного шума и новых ощущений, куда так грубо просочился запах из детства. Стало трудно дышать, захотелось разрыдаться, стоя прямо на этом месте. «Нет. Пожалуйста. Когда угодно, только не сейчас». Чтобы успокоиться она чуть ли не до крови прикусила щеку изнутри. Это помогло – острая боль прогнала воспоминания. Себастьян встревоженно наблюдал за девушкой. Та опустила глаза и неестественно застыла на месте. Растерявшись и, не зная, что сделать, слегка потрепал ее за плечо, чтобы привести в чувства. — Все в порядке? Тереза очнулась и быстро заморгала. Потом вздрогнула, заметив, что Себастьян держит ее. Он тут же убрал руку. — Нормально. Я плохо спала. Он недоверчиво посмотрел на нее и предложил: — Пойти с тобой? Уходить не хотелось. — Нет, спасибо. — Ну, хорошо. Тогда встретимся на главной площади через час. Несколько слишком долгих секунд они стояли молча. Никто не двинулся с места, и Себастьян первым нарушил тишину: — М-м, мне нужно заглянуть в лавку с растениями, а тебе? Тереза засуетилась, вытащила из кармана платья помятый пергамент. Притворившись, что внимательно изучает записку, ответила: — Я должна купить набор ингредиентов для зелий. — Это в ту сторону, — он указал вправо. – Сиреневое здание. Там должна быть вывеска. Не заблудись. Коротко кивнув, он ушел. Тереза же поспешила в нужный магазин.

***

Себастьян пребывал в замешательстве. Впервые за долгое время получилось хотя бы ненадолго отвлечься от мыслей о сестре, и даже искренне посмеяться. На короткий миг все перестало ощущаться серым и однообразным. Он обрадовался теплому осеннему дню и снова почувствовал приятное предвкушение, зайдя в волшебную деревню – как раньше с Анной и Оминисом. Сегодня, испытав непривычную ясность ума и позабытое спокойствие, он понял, как сильно тревога и нечто, граничащее с отчаянием, въелись в голову. «Мне нельзя сдаваться, как дядя». Мимо прошли довольные ученики, младше на пару лет, громко обсуждая сладости из Зонко. Раньше он бы не обратил внимания, даже не заметил их, но не теперь. «Хотел бы я быть на их месте». На другой улице было тише и безлюднее. Тесно стоящие дома почти не пропускали свет, от чего по спине пробежал холодок. Но было все равно - хотелось какое-то время побыть подальше от всех, уж слишком бурлил Хогсмид по воскресеньям. Себастьян прошел пару метров и, на другом конце улицы, заметил высокого мужчину в длинной, расшитой серебряной нитью мантии. Когда они почти поравнялись, он приподнял голову и случайно заглянул магу прямо в глаза, уловив в них недобрый стальной блеск. Тот не отвернулся, наоборот, пристально изучал Себастьяна. Он оцепенел. Кто-то словно обхватил горло цепкими костлявыми пальцами и начал душить. Стараясь избавиться от отвратительного ощущения, он быстрым шагом отошел от неизвестного. И даже тогда казалось, что тот все еще сверлит спину неприятным острым взглядом. «Темный». Себастьян дошел до небольшого брусчатого моста, внизу которого бежал мелкий ручеек, и остановился, облокотившись о парапет и подперев щеку рукой. В голове крутилась какая-то мысль, которую все никак не получалось уловить. По небу лениво ползли серые облака, закрывшие собой солнце. Тихо шелестела сухая листва небольших деревьев, ручей слабо журчал, разбиваясь о камни. Прикрыв веки, он подставил лицо слабому ветру, а потом снова подумал о волшебнике. Родители часто говорили о пользе любой магии, даже темной, если та использовалась по верному назначению. Но как? «Интересно, как ей пользуется тот тип? Он наверняка считает, что все делает правильно. В чем тогда смысл?» И тут наконец он наконец догадался. Уже давно складывалось впечатление, что Анна не просто больна. Непонятно только, что именно вызывало сомнения. «Что, если причина в каком-то темном заклятии, о котором никто не знает? И почему я раньше не подумал? Если так, что теперь делать, черт». Уже отчаявшись, Себастьян вспомнил, как в одну из вылазок в запретную секцию, набрел на отделение, чуть поодаль от других. Таинственные книги манили. На одной из пыльных полок лежал неприметный том в черном переплете. Посчитав, что «Главные тайны темных искусств» Оула Буллока ничем не помогут ему, он положил их на место. «Мне нужна эта книга, надо снова попасть в секцию». Резко выпрямившись, Сэллоу перешел на другой берег и продолжил путь к лавке. Небо заволокло небольшими тучами, заморосил мелкий дождь.

***

Спустя час, Себастьян стоял на главной площади Хогсмида и ждал Терезу. В деревне стало гораздо тише. Школьники разбрелись обедать по лавкам и тавернам, взрослые не отставали от них. Невдалеке от него, столпившись вокруг патрульных, стояла группа волшебников, которые активно что-то обсуждали. Раньше стало бы интересно узнать, о чем сплетничают жители Хогсмида, но сегодня никакого желания совать нос в чужие дела не возникло. Он повертел головой из стороны в сторону, ожидая увидеть Терезу где-нибудь рядом, но ее все не было. Взгляд привлекла стойка с газетами напротив, рядом с низеньким домом с треугольной кирпичной крышей. «Как-то неспокойно в последнее время. Может, узнаю что-нибудь интересное». Он пересек маленькую площадь, купил выпуск «Пророка» у сухопарой ведьмы и прочитал первый попавшийся заголовок. «Новая атака сторонников Ранрока - банк Грингготс. Убит один из сотрудников». «М-да, что-то совсем все плохо». — Эй, Себастьян! Оторвавшись от газеты, он увидел Терезу. И в этот момент произошло сразу несколько вещей. С соседний улицы послышался истошный вопль. — Помогите! Тролль! В ту же секунду маги сорвались с места с криком: — Вперед! Вывести его из Хогсмида! Себастьян быстро двинулся к Терезе, которая тоже сорвалась с места, но тут за ее спиной раздался оглушительный треск. Еще один тролль, до основания разрушив очаровательный коттедж, ворвался в деревню. — Тереза, в сторону! Уходи! – закричал Себастьян, выхватывая волшебную палочку из кармана мантии. Она быстро среагировала и отбежала, за секунду до того, как на плитку опустилась шипованная дубина. Животное слегка замешкалось и оглянулось, пытаясь сообразить, куда делась добыча. Себастьян воспользовался этим и крикнул первое пришедшее на ум заклинание. — Конфринго! Из палочки вылетел столп ослепительного, кусающего пламени и удачно попал прямо в морду чудища. Оно взвыло и завертелось на месте, круша все вокруг. Тереза побежала, отчаянно стараясь не запутаться в подоле длинного платья. Успела - тролль все еще выл от боли. — Надо вывести его к дозорным. Мы не справимся одни. Я точно не хочу пытаться. Она тряслась. — Как? Тереза заозиралась, как будто это могло помочь, и не нашла ничего лучше, кроме как предложить: — Я отвлеку его. Побегу туда, – кивнула в переулок, где только что скрылись маги. – Ты прикроешь меня, если что-то пойдет не так. Мы передадим его. — Нет, опасно, — холодно отказался Себастьян, следя за тем, как тролль постепенно перестает реветь и мотаться в разные стороны. — У нас нет выбора, — взмолилась она. – Я плохо знаю заклинания и не смогу тебе помочь, если что, и тогда… Это имело смысл, но по какой-то причине очень не хотелось, чтобы тщедушная новенькая становилась приманкой для омерзительного создания. — Черт с тобой, хорошо. Я готов. Тереза выбежала на середину площади, замахала руками и закричала: — Эй, ты! Я здесь! «Будет очень глупо, если план не сработает, и я умру прямо сейчас». Предательская мысль не добавляла уверенности. Животное яростно взревела и со всей силы обрушил на Терезу. Отбежать удалось в последнюю секунду. Оно, глупо посмотрев перед собой и, неуклюже переставляя ноги, двинулось вперед. Она побежала, подхватывая неудобную юбку. «Пожалуйста, только бы не упасть». Время от времени тролль выходил из себя и яростно колотил дубиной по дороге, пытаясь раздавить назойливого человека. Но Терезе везло - она неуклюже уворачивалась. До последнего теплилась вера в неожиданную, но такую нужную помощь. Однако, улицы вмиг опустели - люди разбежались кто куда, узнав о нападении первого тролля. Ничего другого, кроме как полагаться на себя, не оставалось. Так, они с Себастьяном оказались у юго-западного выхода из деревни, где надеялись встретить дозорных, но рядом не оказалось ни души. Повсюду валялись развалины. В нескольких метрах от тропы, ведущей из Хогсмида без сознания лежали какие-то люди. «Вот черт!» Девушка замешкалась. Тролль с озверевшим рыком вскинул палицу и задел крышу каким-то чудом уцелевшего коттеджа, надеясь наконец покончить с ней. Тереза с криком отскочила, чуть не попав под дождь из каменного крошева. Тяжелый булыжник чуть н задавил девушку – она в последнюю секунду метнулась вперед, и под ним оказался подол платья. Почти потеряв рассудок от страха, она попыталась вытащить кусок застрявшей ткани. Себастьян, увидев это, поднял палочку и приготовился атаковать, но услышал, как Тереза пронзительно завопила: — Нет, стой! Он вздрогнул, задержался всего на мгновение, но в тот же момент тварь снова занесла орудие над собой. Тереза яростно дернулась, оторвав кусок застрявшей юбки, и со всех ног побежала к выходу, уворачиваясь от ударов. «Что она, черт возьми, творит?» Себастьян со всех ног побежал за ними. Тереза неслась, не понимая куда, из последних сил. Дыхание сбилось, легкие горели, но ни остановиться, ни обернуться было невозможно - животное почти настигло ее. «Где эта сила, когда она так нужна?!» Старания как-то призвать древнюю магию на помощь остались без успеха. Казалось, прошла вечность, но в конце концов она увидела, что дорога впереди обрывается. «Сейчас!» — подсказал незнакомый инстинкт. Она стиснула зубы, прибавила скорость, чтобы добежать до невысокого обрыва, надеясь на одно – только бы тролль не понял хитрости. « Пожалуйста». Она добежала почти до края и обернулась. Он приближался. Пришлось отступить еще дальше и надеяться на чудо. «Ну же, давай!» Отчаяние захлестывало, и девушка поняла, что просчиталась. Тролль атаковал. Глаза расширились от ужаса. — Нет! Она рванулась от уступа, пытаясь уклониться и не сорваться в пропасть. Оступившись, Тереза полетела на землю, рядом, в паре сантиметрах, шумно опустился исполинский кусок дерева и продавил под собой почву. Встать не вышло — ногу пронзила острая боль. Тем временем тварь уже готовилась раздавить ее ногой. — Остолбеней! – крикнул Себастьян. Тереза нащупала палочку, направила на дубину и прохрипела: — Вингардиум Левиоса! Оружие выдернулось из лап и, подрагивая, зависло в воздухе, а потом всем весом упала ему на голову. Он оглушительно взвыл и накренился. Тереза, в нескольких шагах от пропасти, вскочила на ноги, превозмогая боль, и отбежала к Себастьяну. Под тяжестью веса тролль свалился с края обрыва и полетел в пустоту. С открытым ртом девушка смотрела туда, где еще недавно стояло чуть не убившее ее создание. Она рухнула на колени, пытаясь восстановить дыхание и унять дикую дрожь, по всему телу. — Ты что творишь? Тебе жить надоело? – послышался раздраженный голос Себастьяна. Она залилась пунцовой краской, вся тряслась, а волосы безжалостно растрепались. — Нет. Он нахмурился. — Почему ты не дала мне атаковать его у выхода? Я бы разобрался. Нельзя, — отрывисто дыша протестовала она, — тогда бы он переключился на тебя, и мы бы не вывели его. «Черт, наверное, она права». — Ладно, но это все равно было рискованно и глупо. — Уж извини, что не дала ему уничтожить тебя и всю деревню в придачу. Он махнул рукой и задумался, с чего вообще читает нотации. Попади он в такую передрягу раньше, наверняка был бы просто в восторге. Подумать только, неопытные студенты-пятикурсники в одиночку справились с горным троллем – это же целое событие. Сейчас, вместо ожидаемого триумфа, душу заполнило только смутное волнение неясной природы. Подумав, что лучше не отчитывать и без того перепуганную девчонку, он вернулся к обычному modo operandi: — Ну что, Тэсси, смотрю левитирующие чары – твой коронный ход? — Эй! Не называй меня так. Тереза, почувствовала, как сильнее запылали щеки. «Хорошо, что я и так похожа на помидор, и он этого не увидит». — Думаю, после всего, я имею на это полное право. Тереза застонала и попыталась подняться. Себастьян, чьи манеры джентльмена оказались сегодня на высоте, благосклонно попытался помочь. — Спасибо. — Не очень больно? Можем зайти за обезболивающим зельем. — Терпимо, — откликнулась Тереза, не сразу отпуская его руку,— ходить могу. Пройдет. Только вот, — она хмуро оглядела себя. Платье безнадежно испачкалось и испортилось. Некогда изящный низ превратился в лохмотья, а остатки подола вымазались в грязи и пыли. На воздушных рукавах тоже виднелось несколько дыр и расплывшихся пятен. — Мое любимое. Жаль. Придется выбросить. — Постой, это можно исправить. Себастьян направил на нее волшебную палочку и произнес: — Репаро. Яркая фиолетовая вспышка осветила изодранные куски ткани. В тот же момент уродливые дыры исчезли, а грязные пятна пропали. — Спасибо! Она нелепо улыбнулась во весь рот. — Да не за что, — прогнав неизвестно откуда взявшееся смущение, отозвался он, — пойдем обратно? После такого мне срочно нужна порция сливочного пива, да и тебе тоже не помешает.

***

У выхода, откуда они недавно бежали, сломя голову, толпились патрульные и местные, пытаясь восстановить то, что осталось от уютного района. Люди шумели и переговаривались в недоумении - как это варварское существо попало внутрь? Себастьян наклонился к девушке и пробормотал: — Предлагаю не подавать вида, что мы что-то делали и уйти отсюда подальше. Если узнают, что мы ввязались в такую драку без взрослых, не видать нам Кубка Школы. Тереза согласилась. Сейчас меньше всего хотелось рассказывать кому-то об увлекательной встрече с разъяренным громилой. К счастью, во всеобщей суматохе никто не обратил внимания на двух молодых людей, что аккуратно пробирались между грудами каменных обломков. Слизеринцы прошмыгнули мимо и через несколько минут оказались на площади. Себастьян неуверенно предположил: — Кажется мне, что они появились не просто так. Я узнал, что шайка гоблинов напала на Грингготс на прошлой неделе, до этого они тоже устраивали погромы, теперь вот это. Думаешь, может быть связь? Девушка замялась. Если бы только выложить все сейчас же. Слова рвались наружу, но она понимала – пока лучше не болтать. Оставалось только уклониться и попытаться отвлечь внимание: — Не знаю. Наверное, нет, – не дав ему задуматься, нервно добавила. – Мне плохо. Пойдем отсюда. Себастьян растерянно уставился на нее, но спорить не стал – однокурсница и правда выглядела измотанной и напуганной. — Ну, хорошо. В переулке, недалеко от площади, где все началось, царила тишина. Кто-то решил переждать дома (если от него что-то осталось), остальные помогали восстанавливать разруху. Вдруг, откуда-то справа они услышали громкий шепот. Себастьян внимательно прислушался. Окончательно уверившись в том, что в небольшом углублении между домами кто-то есть, он потянул Терезу за собой. Девушка возмущенно посмотрела на него и уже собралась возразить, но он умоляюще приложил палец к губам. Тереза вымученно охнула, но все же перестала упираться. Притаившись, они прислушиваться. — Руквуд, ты идиот! – злобно шипел неизвестный. – Говорил тебе, надо просто подловить девчонку, пока она тут ходила одна. — О, прекрати, Харлоу! – раздраженно возражал другой. – Как ты подловишь кого-то в Хогсмиде в воскресенье, когда на улице полно народу? Не это ли идиотизм? — Как будто твой гениальный план сработал просто великолепно! Она никак не пострадала от твоего «отвлекающего маневра», а теперь, где нам ее искать? Ранрок будет в бешенстве. Тереза обомлела. Себастьян, прищурившись, обернулся. — Пожалуйста, пойдем отсюда. Прошу, — одними губами проговорила она. – Быстрее. — Иди вперед, по стене. Ты ниже меня, если что – поймут не сразу. Двое людей все еще яростно о чем-то спорили, но студенты уже не слушали их, стараясь убраться подобру-поздорову. Девушка успокоилась только когда они оказались на широкой, более шумной улице. На противоположной ее стороне стояло внушительное здание, построенное из щербатого гранита. Вывеска гласила: «Три метлы». Не заметив, как Себастьян оказался сбоку, она вздрогнула и чуть не закричала, когда тот слегка коснулся ее плеча своим. — Приготовься насладиться лучшим напитком на свете. Тереза огрызнулась: — Обязательно так пугать? Он сделал вид, что ничего не понял: — А? Что я сделал? «Вот притворщик несчастный». — Подкрадываешься сзади и кричишь, вот что. — Разве я кричал? Тебе точно надо расслабиться. «Это тебе за то, что недоговариваешь». — Вот только не надо, — она не нашла нужных слов и угрюмо согласилась. — Ладно, пошли. Себастьян благовоспитанно открыл перед ней дверь, склонившись в ироничном поклоне. — После вас. — Знаешь, что ты невыносим? – сердито спросила Тереза, проходя внутрь. — И это после того, как я практически спас тебе жизнь. Вот она, благодарность за рыцарские поступки. — Я сама бы справилась! И я не просила этого делать. — Если бы не свалилась. И вообще, случись с тобой что, я бы провел всю оставшуюся жизнь за наказанием от миссис Уизли. Так что, я скорее спасал себя. — О, перестань, пожалуйста, и так тошно. Тереза сдалась и поднесла руку к голове. — Сейчас не будет, — примирительно ответил он. Они подошли к стойке, за которой стояла высокая женщина с квадратным подбородком и острыми скулами. Заметив их, она дружелюбно поприветствовала их низким, глубоким басом. — Добрый день! Как поживаете? — Прекрасно, Сирона. — Кто эта юная леди с тобой, Себастьян? Не видела ее раньше. — Это – Тереза Кроули, новая студентка. — Приятно познакомиться, Тереза, — в голосе Сироны слышалось удивление, оно и понятно, девушка была гораздо старше привычных ей первогодок. — Мне тоже очень приятно, мадам, – вежливо отозвалась Кроули, надеясь, что вопросов не последует. Повезло. Сирона наполнила стаканы доверху пенным кремовым пивом и отошла к позвавшим ее посетителям. Тереза принюхалась - неизвестный напиток пах просто умопомрачительно. В нем смешались аромат начинки эклеров, сладких взбитых сливок и тягучей, свежесваренной карамели. Девушка поспешила попробовать глоточек и закрыла глаза от удовольствия. — М-м-м, вкусно. Пульсирующая головная боль и паника начали отступать. Себастьян наблюдал, как Тереза наслаждалась новым лакомством, как ребенок. Выглядело это весьма забавно. Впалые щеки порозовели от теплого пива и спертого воздуха. Волосы смешно растрепались – скучный пучок превратился в задорные всклокоченные патлы. Она хлюпала губами и обеими руками удерживала большую, тяжелую кружку. — Что-то не так? Услышав ее как будто издалека, Себастьян резко выпрямился и отвернулся: — М-м, все нормально, только душно. Повисло молчание. «Что со мной сегодня? Может, это из-за темного? Ну и тролля тоже. Не каждый день с ними встречаюсь», — подумав, что все так и есть, он немного остыл. Любопытство подмывало позадавать однокурснице некоторые вопросы, что он и сделал. — Тереза, те двое говорили о какой-то девчонке. Сказали, что она справилась с «отвлекающим маневром» и что-то про Ранрока. А он имеет отношение к нападению на Грингготс. Реакции не последовало – еще одна попытка. — Уверена, что ничего не хочешь мне сказать? Все это похоже на то, что ты ввязалась в какую-то дикую историю. Молчать об увиденном в банке давалось сложнее с каждым днем. Голову снова заполонили назойливо пляшущие картинки. К ним примешалось зловещее понимание - час назад она опять оказалась в шаге от смерти. Тело охватили жар и мелкая дрожь. — Тереза? — Да, — она старалась не смотреть на него. — Извини. «Все равно будет что-то подозревать. Рассказать? Но не сейчас». — Пока не могу, прости. Позже – может быть. Обещать тоже не могу. Дипломатия явно не была ее сильной стороной. Себастьян разочарованно кивнул и, не успев подумать, ляпнул: — Ладно, но если что, можешь положиться на меня. «Ну кто за язык тянул». — Спасибо. Ты и так уже сильно помог. — Ну, что есть, то есть. Если что, с тебя причитается. — Только не начинай, пожалуйста. Голова болит, — жалобно произнесла девушка. — Хорошо, хорошо, — он примирительно поднял руки. Они допили сливочное пиво и поспешили вернуться обратно в школу, смешавшись с заметно поредевшим после нападения потоком учениками.