Тайна принца и роковая встреча

В зале воцарилось напряжение. Звук потрескивающих в камине дров казался оглушительным в этой внезапной тишине. Словно по негласному сигналу, обитатели гостиной оставили свои места на мягких диванах. Сиэль шагнул вперед. Его разум лихорадочно перебирал варианты о том, кто мог явиться. «Неужели… Астарот?» — От этой мысли он невольно вздрогнул. Нет, это невозможно. Но сомнение, словно ядовитый плющ, уже обвивалось вокруг его сердца. В тишине, казалось, можно было услышать биение собственного сердца. Изабель, всегда чуткая к малейшим изменениям в окружающей обстановке, застыла, словно статуя. Может, ей просто показалось? Она уже была готова списать все на нервное перенапряжение. Девушка глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться и подавить нарастающую тревогу. Но её попытки оказались тщетными. Все сомнения развеялись, как дым на ветру, когда дверь распахнулась, впуская внутрь прохладный ветер и фигуру, словно сотканную из тьмы и света. В дверном проеме стояла молодая девушка, её внешность поражала своей нарочитой яркостью, словно вызов тусклому полумраку холла. Глаза, подведенные густой чёрной краской, а алые губы были тронуты легкой, едва заметной усмешкой. Её волосы представляли собой удивительную игру контрастов: цвета вороньего крыла у макушки, они внезапно преображались в водопад белоснежных, длинных локонов. Как только Изабель приметила два выступающих рога и несвойственные человеку глаза, отреагировала мгновенно. В её руке вспыхнул меч, окутанный аурой ослепительного света. Клинок, словно живой, пульсировал энергией, отбрасывая танцующие блики на стены комнаты. Наконечник оружия был нацелен прямо на незнакомку. Сиэль наблюдал за Изабель со спины. Ему не нужно было видеть её лица, чтобы понять, что происходит. Её поза, напряженные плечи, слегка дрожащая рука с мечом – все говорило о её готовности к бою. Она была как кошка, ощетинившаяся и готовая к прыжку, все чувства обострены до предела. В любой момент, стоило только незнакомке сделать неверное движение, и Изабель бросится в атаку. «Что она тут делает?» — Слова прозвучали в голове Сиэля скорее как удивленный вопрос, чем как гневное требование. Знакомая фигура ворвалась в комнату. Её озорной и вызывающий взгляд был устремлен прямо на него. Это была она… Тринити. Её взгляд скользил по Сиэлю, не задерживаясь ни на секунду на Изабель, словно той и вовсе не существовало. Меч, грозно сверкающий в руках разъяренной воительницы, казался для Тринити не более чем надоедливой мухой, которую можно отмахнуть легким движением руки. Да что там, мухой! Она воспринимала человеческую девушку, скорее, муравьем под её изящной туфелькой, не представляющим ни малейшей угрозы. Судя по всему, она еще не успела оценить, с каким оружием столкнулась. Иначе вряд ли бы она вела себя так вызывающе. И словно в подтверждение её пренебрежительного отношения к опасности, она продемонстрировала невероятную ловкость и грацию. Элегантным, почти танцевальным движением, Тринити прогнулась под клинком Изабель, проскользнула вперед. Словно из тени, возник Лукас. Сиэль даже не заметил, как тот приблизился. И вот, Лукас уже заботливо, почти навязчиво, схватив его за рукав, завёл за спину, словно оберегая от опасности. В голове Сиэля пронеслась абсурдная мысль: «Он пытается меня защитить?» Это было настолько невероятно, что на губах невольно появилась ироничная усмешка. Защитить его? Это было почти комично. «Уж кто-кто, а это я должен ограждать тебя от опасности, Лукас…». Сиэль, отнюдь не движимый страхом, легонько ухватился за край рубашки Лукаса, выглядывающей из-под брюк. Это был не отчаянный жест мольбы, а скорее едва заметный сигнал, напоминание о его присутствии. Сестрица, с неподдельным интересом, рассматривала темноволосого парня. Её черные глаза, с желтой и красной радужкой, блестели, а цепкий и проницательный взгляд скользил по его чертам: высоким скулам, сильному подбородку, завораживающим глазам, чей оттенок напоминал густое красное вино в лучах заходящего солнца. Завершала образ непокорная чёрная прядь, падающая на лицо. Она то наклоняла голову влево, то вправо, словно пытаясь рассмотреть его с разных сторон, оценить его характер. Каждое её движение, каждое изменение выражения лица – нахмуренные брови, приподнятые уголки губ – выдавало напряженную работу ума, попытку понять, где она видела этого человек. Вздохнув, Сиэль осознал, что больше не может это терпеть. Любопытство сестры, обычно забавное, сейчас казалось ему утомительным и неуместным. Быстрым, решительным шагом он обошёл принца, перехватил тонкие пальцы девушки и, не дожидаясь возражений, мягко, но настойчиво потянул её за собой, отводя от удивленного Лукаса. — Убери меч, — попросил Сиэль, — она не представляет угрозы. Изабель, не спуская глаз с девушки, холодно парировала: — И не подумаю. Кто она такая? — Моя сестра…, — на выдохе произнёс Сиэль, уставившись на Тринити. Сиэль вспомнил последнюю встречу с ней. Глядя на сестру, он пытался понять, что привело её сюда. Неужели что-то случилось? Он перебирал в голове возможные варианты, словно четки. Самым вероятным казалось то, что отец узнал о его побеге. Другой причины, которая могла бы заставить Тринити оставить всё и отправиться на его поиски, он просто не видел. Он бросил на неё недовольный взгляд, отмечая каждую деталь её внешности. «Даже не удосужилась скрыть свои демонические черты». Тринити казалась обиженной, но не демонстрировала это так явно. Сама ведь пришла без приглашения. Изабель, всё ещё держа меч наготове, смерила Тринити оценивающим взглядом и, немного поколебавшись, опустила его. «Сестра, значит… Демон высшего ранга, судя по всему. Как будто демонам тут мёдом намазано…» — пробормотала про себя с явной издёвкой. Вернувшись к беспокоившим его мыслям о барьере, который так и не успела поставить Изабель, Сиэль, ощущая подступающую тревогу, сказал: — Лучше поскорей поставить барьер! Изабель наградила Сиэля взглядом, полным упрёка, но спорить не стала. "Конечно, барьер. Как будто у меня тут проходной двор для всякой нечисти…", – подумала она и тут же принялась за работу. Иначе кто знает, какой очередной незваный гость решит посетить её дом, решив, что тут можно беспрепятственно хозяйничать. Если бы Изабель успела поставить барьер раньше, Тринити вряд ли удалось отыскать Сиэля, пока он находится под его защитой. Однако, вопреки здравому смыслу, отчего-то Сиэлю стало даже легче, что так всё случилось. Теперь он мог узнать новые подробности, а возможно, и какую-то ценную информацию из первых рук. Не церемонясь, крепко схватив сестру за руку, потащил за собой, обронив в след: — Мы отойдем поговорить, — он решительно направился к кухне, расположенной на первом этаже. Дверь за ними закрылась с тихим щелчком, и Сиэль выпустил руку Тринити. Затем, заняв доминирующую позицию, он облокотился на кухонную столешницу, скрестив руки на груди. —  Ой, ну не смотри ты на меня так, — поспешно заворчала Тринити. Сиэль закатил глаза. — Почему ты тут? Что-то случилось дома? Лицо Тринити мгновенно стало серьезным, исчезла вся показная легкомысленность. Какое-то время она молчала, словно собираясь с мыслями, нервно перебирая пальцами. Сиэль терпеливо ждал, не произнося ни слова. Наконец-то она решилась. — Тут такое дело..., сразу скажу, я тут не за твоей помощью, а лишь рассказать. — Девушка немного замялась. Всё обстояло не так скверно, как Сиэль ожидал. По крайней мере, для него лично. Со слов Тринити выходило, что после его ухода, владыки вынуждены были досрочно завершить собрание. И причиной тому, как выяснилось, послужило дерзкое нападение: кто-то сумел нанести Астароту рану в месте, куда доступ для большинства был строго воспрещен. Даже если бы незваный гость и рискнул проникнуть в запретную зону, ему бы это едва ли удалось. Здание, где проходили эти собрания, было защищено мощнейшим барьером, сквозь который могли пройти лишь сами владыки и их доверенные сопровождающие. Личность дерзкого нападавшего до сих пор оставалась загадкой. Если предположить, что это был кто-то из демонов приглашённый на собрание, то рана должна была затянуться сама собой, благодаря их регенеративным способностям. Однако, как уверяла Тринити, она собственными глазами видела рану отца, когда тот явился во дворец Астарты. И, судя по всему, исцеление не намечалось. Рана, конечно, не представляла угрозы для жизни, но явно сильно ослабила Астарота. Сиэль, вперил ледяной взгляд в стену. Как? Этот вопрос сверлил его мозг. Каким образом нападавшему удалось его ранить? Любое обычное оружие для него, демона с такой силой, - как комариный укус. Оно не должно причинить вреда. И уж тем более, кто в Дорморе осмелится покуситься на его жизнь? Он же тотчас лишился бы головы. Сиэль задумчиво потёр переносицу. «Что-то здесь не так». Нападавший, умудрился не только выжить, но и скрыться. Перед глазами всплыл образ меча Изабель. Сиэль ахнул от осознания. — Ну конечно! — Воскликнул Сиэль. — Ты что-то понял? — Взволнованно спросила Трини. — Дело не в человеческом или демоническом оружии. Оно неспособно навредить ему, но мы не учли оружие ангелов! Трини изумленно приоткрыла рот, пораженная собственной невнимательностью. Как она могла не догадаться? Ангельское оружие… Это же так очевидно! Подобное оружие вряд ли встретишь в демоническом мире на каждом шагу. Оно не из тех артефактов, что пылятся в укромном уголке, дожидаясь, пока их случайно обнаружат. Чтобы заполучить такую вещь, кто-то явно приложил немало усилий. Ангелы и демоны редко пересекаются, предпочитая не вмешиваться в дела друг друга. И тут у Сиэля промелькнула мысль: "А что, если кто-то просто позаимствовал оружие у ангела?" Конечно, представить себе ангела, добровольно сотрудничающего с демоном, казалось немыслимым, но нельзя было сбрасывать со счетов и этот вариант. Можно было бы воспользоваться подходящим моментом с отцом, но Сиэль был не настолько глуп чтоб хвататься за первую попавшуюся возможность. Слишком много вопросов оставалось без ответов. В его голове постепенно начал формироваться план дальнейших действий, выстраиваясь словно сложная карточная башня. Погруженный в свои раздумья, Сиэль не сразу заметил, как Лукас возник в дверном проеме и прожигал его тяжелым взглядом. Окинув Тринити оценивающим взглядом, Лукас ощутил укол ревности по отношению к Сиэлю. Стремясь отмахнуться от необоснованных подозрений – ведь она приходилась Сиэлю сестрой, – он постарался не придавать этому значения. Однако ситуация с Сицилией тут же всплыла в памяти, отравляя спокойствие. "И что с того, что она сестра? Сицилию это не останавливало, когда она плела интриги из-за ревности…" Выражение его лица казалось присутствующим несколько неуместным в сложившейся ситуации. Они гадали, какие мысли могли вызвать столь странное отражение на его лице, какие помыслы терзали его душу. — Ну конечно же! — воскликнула Тринити, и в ее голосе прозвучало озарение. — Я тебя помню! Это ведь тебе я помогла спасти Сиэля! Оба парня уставились на Тринити, и глаза их округлились от изумления. Сначала они не уловили смысл ее слов, но вскоре до них дошло: ведь это о ней принц когда-то упоминал, о той, кто помогла ему, указав на место заточения Сиэля. — Так это была ты! — Воскликнул Лукас, и в голосе его прозвучало искреннее удивление. — А я все думал, кого ты мне напоминаешь! Его прежние переживания мгновенно улетучились. «Да, сходство при желании можно было уловить, но как, скажите на милость, я должен был разглядеть за этим демоническим обличием ту девчонку? У них даже рост был разный, не говоря уже об…» Лукас невольно оглядел демонические атрибуты Тринити. При более детальном сравнении черт лица, различия, конечно, были, но не сказать, что колоссальные. Скорее, та девушка просто выглядела взрослее. Тринити разразилась смехом, словно услышала какую-то уморительную шутку. — Какой же он забавный, — проговорила Тринити сквозь смех. Лукас внезапно вспомнил, как она умудрялась отвечать на его мысленные вопросы, словно читала их. Она снова расхохоталась, не в силах остановиться, от чего Сиэль лишь устало вздохнул, прекрасно понимая ситуацию. Тринити действительно умела читать мысли, правда, лишь людские. Эта способность была исключительной, ведь силы обычно передавались по наследству, а Тринити умудрилась приобрести еще и такую, которой не было ни у кого из родителей. Этим даром в Дорморе она никогда не пользовалась, так как там он попросту не работал. К счастью для Сиэля на него эта способность тоже не действовала. — Ох, — Тринити попыталась собраться с мыслями. — Думаю, стоит представиться как следует. Меня зовут Тринити… — Лукас, — ответил он после небольшой паузы. Тринити слегка приоткрыла рот от удивления, осознав, кто стоит перед ней. «Так это он… Тот, к кому так рвался мой братец!» Она бросила на брата быстрый, лукавый взгляд, и глаза её заискрились от улыбки.