Хранилище сокровищ

      Я открыла глаза, мгновенно услышав громкий утренний гомон птеродактилей где-то далеко на улице. Моё окно было плотно затворено, но не занавешено шторами. По полу и стенам прыгали солнечные лучи. Всю комнату заливал приятный утренний свет.       Немного полежав без движения, я всё же поднялась, завернулась в свой любимый махровый халат, подойдя к окну отворила его и высунулась навстречу свежему воздуху, упёршись в оконную раму животом. Ветер тотчас подхватил мои волосы, трепля их и обдувая прохладой лицо и шею.       Город Водопадов привык просыпаться рано. Всё оттого, что жили здесь по законам этого необыкновенного мира, где к сожалению или к счастью, не являлись вершиной пищевой цепочки, и вряд ли удалось бы прийти к такому мирному сосуществованию с нашими необычными соседями, если бы мы не уважали их стиль жизни. А дрыхнуть до полудня здесь мало кто любит.       По улицам уже вовсю сновали, переговариваясь горожане, ходили, бегали и топали галимимы и велоцирапторы, а над сухо шуршали крылья летающих ящеров.       «Как же я люблю тебя, мой город!».       С такими мыслями я принялась поскорее одеваться, чувствуя, что могу опоздать к общему завтраку.       Сначала мне показалось, что на улице ужас как прохладно, и я поспешила, поёжившись, поплотнее закутаться в свою куртку. Но когда организм окончательно проснулся и привык, да вдобавок солнышко стало уже значительно сильнее пригревать, то мне пришлось даже приснять куртку.       Со мной здоровались, махали мне или кивали. А я кивала, махала или здоровалась в ответ. И внутри расцветал бутон тепла и умиротворения. Совершенно не хотелось думать о том, что твориться у наших границ — за Городом Водопадов. На глаза, словно нарочно посмеиваясь над моим желанием, попался заголовок газеты.

<tab>»… Очередной прорыв периметра! Тираннозавры снова нарушили границу! Пострадавших, как сообщается, нет.»

      «То ли ещё будет…» — подумалось мне и я сразу помрачнела.       Должно быть за своими мыслями не услышала тяжёлого топота шагов и не ощутила горячего дыхания, ударившего мне в затылок, — а потому едва не подскочила, когда кто-то с силой толкнул меня в спину!       — А! — вырвалось непроизвольно, но обернувшись и увидев, кто замер сзади, я шумно выдохнула. — Ты меня напугал.       Огромный и шикарный анкилозавр был любимейшим и стариннейшим другом мера этого города и его семьи. Его очень любили и относились совсем не как к домашней зверушке, прислушиваясь к его мнению! Да, динозавр не обладал способностью говорить по-человечески, как например, Зиппо, но понять его можно было и без этого, уж поверьте.       В Динотопии испугаться динозавра было также дико, как во всём остальном мире — не испугаться. Пугливым, нервным и припадашным тут нечего и делать, как и особо впечатлительным — так как от вида огромных ящеров, спокойно бродящих по музеям, улицам и лавкам, они будут пугаться каждую минуту.       Анкилозавр молча смотрел на меня большими мудрыми глазами, несильно помахивая из стороны в сторону своей палицей, венчавшей его мощный хвост.       — Зубы не болят? — участливо спросила, наклоняясь ближе, словно желая это проверить.       В ответ, динозавр отрицательно мотнул лобастой головой.       — Куда направляешься? Я вот в центр города: опаздываю к завтраку, — поведала я, нервно закусывая губу.       Мой необычный молчаливый собеседник несколько секунд меня рассматривал, как бы раздумывая над чем-то. Потом, фыркнул, повернулся боком и издал низкий призывный звук.       Поняв, на что он намекает, я опешила.       — Ты хочешь… меня подвезти?! — в ответ тот же звук, сопровождаемый таким же фырканьем.       Убедившись, что намеренья динозавра тверды, шагнула ближе. Когда моя ладонь легла на шершавую толстую кожу, то я не сдержала восхищённой улыбки. Динозавры невероятны.       Проведя несколько раз ладонью по сильной шее анкилозавра, я влезла к нему на спину. Передвигался он сильно раскачиваясь, поэтому пришлось крепко обнять его.       Ощутив подобие укора в фырканье гиганта, я поспешно извинилась.       — Прости, но я иначе свалюсь.       Тут динозавр отчётливо закатил глаза, и пошёл вперёд. Он был удивительно тёплым, его громадное сердце размеренно билось, каждый шаг отдавался гулом по всей мостовой. Другие приветствовали его радостными и уважительными звуками, уступали дорогу. Вскоре я привыкла к его манере передвижения и перестала внутренне трястись — так что теперь сидела гордая и необъяснимо счастливая, раскинув обе руки в стороны, словно хотела обнять этот ещё не до конца пробудившийся ото сна мир.       К нужному зданию меня довезли вовремя. Спрыгнув на землю, я вежливо поклонилась своему величественному другу, заслужив вполне благосклонный кивок огромной головой, но когда хотела уйти, то меня остановили, возмущённо фыркнув.       И прежде чем я успела уточнить, что не так, анкилозавр сначала завалился набок, а потом перевернулся на спину, задрав кверху все четыре лапы. И это — прямо посреди улицы!       Не выдержав, я умилённо рассмеялась, а потом наклонилась, чтобы почесать удивительно мягкое и ничем незащищённое брюхо, слушая как динозавр совершенно по-собачьи фыркает от удовольствия.