Наследие Жеводана

— Мне кажется, я буду выглядеть в этом как проститутка. — А ты на самом деле — нет? — Себастиан, когда-нибудь я оторву тебе язык. Вопрос о внешнем виде и предпочтениях в одежде Нила Джостена можно поднимать бесконечное количество раз. Себастиан провел рядом с ним не так много времени, чтобы заполучить доверие и расположение, но всё-таки мог кое-что сказать о Ниле. Первое, что отметил наблюдательный алхимик, это то, что Нил любит практичные вещи, не привлекающие внимание. Следующим пунктом стало то, что, несмотря на искреннюю веру Нила в свою невзрачность, он частенько привлекал внимание. И, стоит отметить, Джостен ненавидел это. Понятия «симпатичный» или «красивый» вызывали у него скорее панику, нежели злость. Нил считал, что если привлекает внимание к себе, то риск быть найденным Натаном резко возрастает. Когда Себастиану всё-таки удалось вытащить Нила на дневную прогулку, что практически невозможно, ведь парень признает своё существование либо ранним утром, либо поздним вечером, когда нет людей, то алхимик заметил резкую смену поведения. Среди людей Нил ведёт себя собрано, опасливо осматривая всех и ожидая нападения со всех сторон. Изначально Себастиану такая реакция показалась забавной, но после, когда эффект от сигарет аконита прошёл, он медленно осознал причину. Нил вёл себя как затравленный зверь не потому, что ему это нравилось, он просто не мог жить по-другому. Казалось бы, обычные прикосновения и разговоры, которые в социуме являлись нормой, вызывали у Джостена непреодолимый страх и ужас. Пока шкала терпения и тактильности на высоком уровне он молча переживал чужие прикосновения, но, когда обе шкалы стремительно падали вниз, парень становился практически неуправляемым, а чужие руки ощущались хуже ножей. Он считал дикими и пугающими самые обычные вещи, такие как: торговые центры, закрытые помещения, резкие шумы, слишком яркий свет и даже говорящих с ним людей. Но, несмотря на все эти пункты, Нил старался держать себя в руках, прячась за масками безразличия и агрессии, тем самым пытаясь хоть как-то выживать среди людей. Также от Себастиана не укрылось, как Нил смотрит на людей. За плотными линзами было сложно определить, что именно испытывает оборотень: его лицо редко выражало эмоции, но алхимик смог разглядеть, насколько тоскливы его глаза на самом деле. Одинокий и брошенный миром ребёнок, который так боится идти на свет. — Мне не нужно столько вещей, — Нил неловко обнимает себя, осматривая консультантку, которая молча ходила за Себастианом и время от времени относила вещи на кассу, — Нил отказывается примерять их. — Съешь конфетку и заткнись, — буркнул Себастиан, передавая девушке несколько черных водолазок с высоким горлом. — Всё равно я трачу свои деньги, а не твои. — Ты забыл? У меня есть деньги, — раздражённо заявляет Нил. — Такую сумму не забыть, — усмехается парень. — Я всё равно задолжал тебе около пяти тысяч долларов. Траву аконита ты притащил обратно ко мне. — Купил бы что-нибудь более полезное, — фыркнул Нил, окидывая магазин взглядом. Торговые центры Нил на дух не переносил, считал, что тут слишком людно и опасно. Со стратегической точки зрения, торговые центры — самые незащищённые объекты, и убить кого-нибудь здесь проще простого. Пожарные выходы и лестницы, а также ходы на крышу надёжно запираются, во избежание неконтролируемых ситуаций: подростки в наше время очень любопытные. Таким образом, уйти незамеченным практически невозможно. Естественно, оборотни сильнее всяких замков и дверей, однако наличие камер увеличивает риск быть раскрытым обществом. — Что-нибудь полезное тоже куплю. Надо обустроить тебе комнату в общежитии. Дай тебе волю — будешь жить в коробке, — отмахнулся Себастиан, направляясь дальше. — Кто-то же должен заботиться о таком ребенке. — Засунь свою заботу, знаешь куда? — раздражённо отвечает Нил, бросив на алхимик злобный взгляд. — Знаю, бывали там, — в руках девушки оказалось несколько футболок зелёных оттенков, а Себастиан вновь развернулся к Нилу. — Какой цвет тебе нравится? — Никакой, — буркнул Джостен, презрительно оглядывая зелёные вещи. — Слишком ярко, убери. — Ты не можешь постоянно ходить в сером и чёрном — как на похороны, — в пустоту ворчит Себастиан, понимая, что Нил его не слушает, но повинуется, возвращая футболки на место. — Твоя задача — купить, а не диктовать мне правила, — Джостен останавливается у вешалок с женской одеждой, пальцами перебирая толстовки. — Слушаюсь и повинуюсь, господин Жеводан, — кивнул Себастиан. — Ты, конечно, ооочень хорошо сложен, Нил, но, мне кажется, размерчик маловат. — Это для Мейлин, — отвечает Нил, вытягивая черно-белую толстовку, и, даже не проверяя размер, передаёт её консультантке. — Она из семьи китайских эмигрантов. Особо денег нет, но о помощи сама просить не будет. Собственно, поэтому в скауты пошла: большую часть от продажи печенья они забирают себе. — Поэтому ты постоянно покупаешь у неё печенье? Ты же ни одно не съел, — задумался Себастиан. — Как благородно, Нил! А вещи она точно возьмёт? — Ты думаешь, я дам ей выбор? Просто поставлю перед фактом, — пожал плечами Нил. — Я время от времени покупаю ей что-нибудь и говорю, что это одежда моей сестры, из которой она уже выросла. — Умно, — заявляет Себастиан, передавая белоснежный, лёгкий сарафан консультантке, а на вопросительный взгляд Нила отвечает: — У меня тоже есть быстрорастущая сестра. Ты разве не знал? Себастиан смеётся, глядя в недовольное лицо Джостена, но замечает, как уголки его губ дрогнули в лёгкой улыбке. Монкан считал увлекательным наблюдать за поведением Джостена и за его попытками влиться в общество. Нил мог обмануть кого угодно, сыграть идеально любую роль и даже обмануть самого себя, но почему-то, глядя на него, Себастиан видел все эти слои лжи. Возможно, Нил просто позволил их ему увидеть. Нил не готов к такой вещи, как «доверие», нужно слишком много сил чтобы сделать это — хоть как-то переступить через себя. Он не мог доверять даже самому себе. Как можно доверять «Нилу Джостену», о котором ничего не известно? Призраку Аризоны, который должен был там и остаться, но смог вырваться в Южную Каролину. Он не мог доверять ни Алексу, ни Стефану и даже Крису. Все те личности, что когда-то ему приходилось надевать, казались враждебными и чужими, словно он снял с человека скальп, натягивая кожу на своё тело. Нил Джостен был тем, кого он выбрал сам, — первый самостоятельный выбор Натаниэля. Кожа Нила сидела как влитая, и Натаниэлю действительно хотелось, чтобы это было так. Оборачиваясь на Себастиана и долго разглядывая силуэт алхимика, Нил запрещал себе надеяться на что-то светлое и хорошее. Монкан не тот, кто будет бояться оборотней, он в состоянии навредить им сполна, и это радовало Нила. Есть призрачный шанс на то, что Себастиан не испугается настоящего лица Жеводанского Дьявола. Джостен хотел бы этого. Ему необходим человек, который сможет протянуть ему руку и вытащить из кровавой патоки, в которой когда-то утонул Натаниэль Веснински. Но всё это лишь мечты маленького мальчика, сам Нил понимает: таких людей нет и никто не протянет ему руку. — Это разве не Нил? — по телу прокатывается волна холода, и Джостен резко обернулся в сторону голосов. — Ну и что? — недовольно заявляет Сет, бросив на Нила злобный взгляд, и крепче обнимает Элисон за талию. Из всех торговых центров и магазинов одежды они выбрали именно этот. Нилу начинает казаться, что вся его жизнь — это какая-то драматическая комедия. — В смысле «ну и что»? Где твой командный дух? — фыркнула Рейнолдс, взмахнув своими длинными блондинистыми волосами, и, широко улыбаясь, направилась к Джостену. — Привет. Ты так быстро убежал с собрания. Мы даже не успели нормально познакомиться. — Нам же уже сказали: он со странностями, — догнал её Гордон, одаривая Нила холодным взглядом. Будто именно Джостен виноват в этой встрече. — Простите, у меня была запланирована встреча. Тренер не предупреждал, что собрание затянется, — виновато улыбнулся Нил, указав на зависшего у женского отдела Себастиана. — Нужно было встретиться с другом. Покупку одежды я себе не доверяю. — Ему тоже не стоит доверять. Он смотрит женскую одежду, — фыркнул Гордон. — У одежды нет гендера, молодой человек, — цокнул языком Монкан, рассматривая красный классической костюм. — Нил, как думаешь, Мейлин он подойдёт? — Без понятия, — бросил Джостен. — Она что-то заподозрит, если мы купим ей весь магазин, так что прекращай. — Позволишь поинтересоваться? — протянула Элисон в предвкушении свежих сплетен, заправляя волосы за ухо и слегка наклоняясь к Джостену. — Школьница, которой мы по божьей воле помогаем, — отвечает Себастиан, прикладывая руку к груди, и кивает в знак приветствия. — Себастиан Монкан, близкий друг этого асоциального молодого человека. — Элисон Рейнолдс, — улыбнулась девушка, а после кивнула на своего парня. — А это Сет Гордон. Мы состоим в команде Лисов вместе с Нилом. — Мы с ним не друзья, — недовольно бурчит Джостен, отбирая костюм у Себастиана и впихнул его девушке-консультанту. — Приятно познакомиться, — Монкан игнорирует Нила и пожимает руку Сета. — Буду благодарен, если вы позаботитесь о моём близком друге. Он слегка скромный, поэтому не стесняйтесь быть настойчивее. — Обязательно, — подхватила Элисон. — Нил, ты не против, если мы составим вам компанию? — Если Сет не против, то пожалуйста, делайте, что хотите, — отмахнулся Нил. — Он не против! — Рейнолдс перебила Гордона, прикрыв ему рот ладонью. — Отлично! Мне нужна помощь с выбором вещей для комнаты этого нелюдимого, — протянул Себастиан, подставляя свою руку и позволяя Элисон ухватиться за неё. — Поможешь? — С радостью. Нил взглянул на Сета, понимая, что в его глазах так же читалось недовольство, но единственное, что мог сделать Джостен — просто пожать плечами. Он не несёт ответственность за Себастиана, так что вины на Ниле в данный момент нет. Продолжая бродить из одного бутика в другой, Нил размышляет над тем, чтобы добавить «Себастиана Монкан» в список самых ненавистных вещей, потому что желание разбить ему голову намного сильнее, чем здравый смысл. На удивление, Сет покорно следует за Элисон, помогая достать ей что-то с верхней полки или угрюмо отвечая на вопросы. Нил не имел привычки наблюдать за отношениями людей, но в данный момент это было более познавательно, чем монолог Себастиана о дизайне и архитектуре. Джостен мог разобраться в чём угодно: языки, химия, математика, боевые искусства и оружие, но не отношения. Нил — самый последний человек, которого стоит спрашивать о взаимоотношениях между людьми. А лучше вообще не спрашивать. Естественно, они интересовали его, но сугубо с научной или теоретической точки зрения, и только для того, чтобы понять, как выжить среди этих людей. Нил сомневается, что в условиях побега возможно завести отношения с кем-либо, да и сам концепт близких связей напрягал его. Но наблюдать было интересно. Особенно пытаться понять, как любовь отличается от ненависти, Нил часто путал эти понятия, так как не имел практических знаний. Ощущаются они абсолютно одинаково, и, чтобы понять отличие, нужно уметь считывать не только чувства людей, но и их движения. — Чё делаешь? — когда квартет, во главе которого был Себастиан, спустился на этаж дизайнерских безделушек для декора и создания «уюта», им пришлось взять тележки. Нил не стал терять время, загрузил пакеты в тележку Сета и запрыгнул в неё следом. — Я устал, — вздохнул парень, усаживаясь удобнее и откинув голову на бортик, прикрыл глаза, скрещивая руки на груди. — Вылезай, — Сет скривился, небрежно толкнув тележку. — То, что я зависаю с вами не значит, что вы мне нравитесь. — Будь добр, заткнись, — простонал Нил, поднимая глаза на Сета. — Я два месяца терпел тех придурков и из последних сил старался не переубивать их. Думаешь, имея такое впечатление, мне хочется как-то контактировать с остальными? Я даю вам хоть какой-то шанс оказаться менее конченными, чем компания Миньярда. Ну, так и ты дай мне шанс. — Дэй реально свихнулся, раз взял в команду на место инсайда какого-то клоуна-неудачника, — рычит Гордон, скрещивая руки на груди. — Он обещал провести нас через эту мясорубку, и я положился на него. Несправедливо. — Кевину Дэю никогда и ни при каких условиях нельзя доверять — урок на будущее, — Нил приподнялся, вздохнул и со всей серьёзностью оглядел Сета. — Считаешь, вместе со мной вы будете неудачниками? А сейчас разве — нет? В прошлом году? Два года назад? Я просмотрел все ваши игры. Сет, вы были неудачниками с самого грёбаного начала. Вы и без меня отлично справились с этим. — Больно много ты знаешь, — фыркнул Гордон. — Нам сказали, ты играешь всего год. — Сказать можно всё, что угодно, Гордон, — Нил скрестил ноги и вновь улёгся. — Одно дело говорить, другое — действовать. Я предпочитаю второй вариант. — Какие-то проблемы? — Себастиан загородил Нила, опираясь о тележку всем телом, и мягко улыбнулся Сету. Нил решил, что Монкан защищает Сета, ведь алхимик понимает, насколько сильна разница между человеком и оборотнем. Однако, вопреки ожиданиям, Себастиан недовольно смотрел именно на Сета. Элисон подоспела следом, устало вздыхая и раздражённо закатывая глаза. — Что тебя опять не устраивает? — Элисон взмахнула руками, поднимая глаза к потолку. — Ты действительно хочешь знать? — буркнул Сет, дожидаясь пока любопытные покупатели отойдут и продолжил: — Отлично! Ты с Мэттом заодно, что ли? Такие благоверные и позитивные, что аж блевануть хочется. Он даже Дэн странным показался! Как вы не понимаете, что с таким игроком, мы не пройдем и в четверть финала? — Он так пылко любит экси или сидит на чем-то? — брезгливо морщится Нил, поднимая глаза на Элисон. По тому, как глаза девушки недобро блеснули, он понял, что всё-таки верным будет второй вариант. Гордон дерганый и неуравновешенный, но запаха наркотиков Нил не чувствовал. Возможно, он сидел на антидепрессантах, но учуять какой-то определенной препарат Нил не смог, скорее всего, его перебивал запах табака. — Мне плевать на мнение Кевина, — вздохнула Рейнолдс, вопреки ожиданиям пытаясь сгладить конфликт. — Пусть приводит кого хочет, это меня коснется в последнюю очередь. Но Мэтт был прав, мы не можем судить Нила только из-за каких-то личных проблем. Мы не видели его на поле. — Когда ты успела подружиться с этим инсайдом? — фыркнул Сет, скрещивая руки на груди, но замолчал, не решаясь продолжать конфликт дальше. — Эй, умник, монстр сказал, что ты бегаешь быстрее всех в команде. Это правда? Нил вновь выпрямился и, используя Себастиана как опору, оттолкнулся от него вместе с тележкой. Нил отметил, что наблюдать за конфликтом лёжа в тележке оказалось очень удобно. — Когда это Эндрю такое сказал? — А как ты думаешь? — огрызнулся Сет. — Как только ты свалил, мы тебе все косточки перемыли. — Скажешь тоже. «Перемыли» — слово-то какое мерзкое, — вмешалась Элисон. — Дэн просто расспрашивала монстров и Ваймака о тебе. — И? Дальше что? — не выдержал Нил. — Собственно, ничего особенного они нам не сказали, — пожимает плечами Элисон. — Главный монстр больше говорил о твоём проблемном характере, а не спортивных возможностях. Монстр-близнец и Ники вроде остались тобой довольны. Ваймак сказал, что в Аризоне ты пробегал километр за две минуты. Это правда? — Полторы, — исправил Нил, щёлкнув пальцами. — Что-то ты коротковат для таких нереальных скоростей, — усмехнулся Сет. — Важен не размер, а умение им пользоваться, — встрял в разговор Себастиан. — Отойди нахер от меня, — в унисон протянули Сет и Нил, после сразу бросили друг на друга недовольные взгляды. — В задницу твой бег, — продолжил Сет. — Ты реально забил Эндрю? Или он пиздит? — Шесть раз подряд, — обыденно заявил Нил. — Пиздёж! — возмутился Гордон, указывая на Нила пальцем. — Ты себя в зеркало видел? Ты хоть и одного роста с монстром, но такое чувство, что меньше его раза в два. — Ну, вот выйдем на поле, и ты по-другому заговоришь, — по-лисьи улыбается Нил, хлопая в ладоши. — Мне нет смысла врать. Будь моя воля, я бы играл с кем угодно, но не с этим коротышкой. — Давайте продолжите ругаться в общежитии? — Элисон смирилась с поведением парней и лишь раздражённо стучала носком туфли по полу. — К тому же, нас ждут Дэн, Рене и Мэтт. И из-за ваших споров я не хочу испортить себе весь вечер. Уяснили? — Без проблем, — буркнул Сет, подняв руки, и направился на кассу, утаскивая за собой тележку Себастиана, а вторую, где сидел Нил, оставил алхимику. Элисон попыталась улыбнуться, но раздражение брало верх, поэтому она просто развернулась и направилась за своим парнем. — Нашёл безопасное место? — Себастиан выудил телефон из кармана и сделал несколько фото сидящего в тележке Нила. — Почему ты и в таком виде выглядишь как модель? — Я точно убью кого-нибудь, — раздражённо выдыхает Нил, провожая взглядом Элисон и Сета. — Глотку перегрызу или брюхо вспорю. — Глотку! Оставь мне органы, — шепнул Себастиан, опускаясь на корточки у тележки и пропуская пальцы сквозь решеточки. — В морге сейчас отказывают, а хорошие органы спортсменов подойдут для ритуалов. Договорились? — Обязательно, — улыбнулся Нил, а после махнул рукой в сторону кассы. — Скоро Мейлин подойдёт. Она после своих скаутских сборов, поэтому есть точно захочет. Остальное купим в следующий раз. — Я хотел зайти в магазин электроники. Тебе нужен телефон, а ещё ноутбук — это всё только для учебы, — хнычет Монкан, но послушно толкает тележку. — Ну, ещё пять минуточек! — Нет, — отрезал Джостен, вновь ища глазами Элисон, и игнорирует дальнейшие уговоры Себастиана. — Я забыл рассказать тебе очень интересную вещь. — М? Какую? — поинтересовался алхимик, наклоняясь к Нилу, чтобы их разговор не услышали. — Элисон может быть нам полезна в будущем, — хмыкнул Нил, ухватывая парня за воротник и наклоняя ещё ниже, чтобы доставать до его уха и прячет лицо в длинных золотистых локонах. — Эта девушка из рода чистокровных алхимиков Рейнолдс. Себастиан затормозил на месте, всё ещё продолжая стоять в согнутом состоянии и практически утыкаясь лбом о плечо Нила. — Да ну нахер! — взвыл Монкан, резко выпрямляясь и с восторгом поднимая глаза на девушку. — А я ещё думаю, почему фамилия знакома. Но я не чувствую в ней алхимии. — Рейнолдс — увядшая ветвь нашей истории, — пожимает плечами Нил и ударяет пальцами по тележке, призывая Себастиана к движению. — Алхимиками им больше никогда не быть, но все исторические данные и артефакты, вероятнее всего, ещё хранятся в их родовом поместье. — Артефакты? Какие к примеру? — опираясь о ручку тележки локтями, Себастиан вновь пригнулся к Нилу. — И ты уверяешь, что родовой алхимик. Ты историю свою даже не знаешь, — устало вздохнул Нил, поворачивая голову в сторону Себастиана. — Что ты знаешь о философском камне? Себастиан не успевает затормозить, не вписывается в поворот и врезается в стенд с какими-то ванными принадлежностями. На звук развернулись консультанты, и Нилу пришлось закинуть парочку дозаторов и баночек к себе в корзину. — Ты хочешь сказать, у неё может быть магистерий? — ещё тише протянул Себастиан, испуганно оглядываясь по сторонам. — Он был утерян более двух веков назад. — Камень, превращающий низшие металлы в золото и способный даровать вечную жизнь, — проговорил Нил. — Артефакт, способный трансмутировать низшую природу человека в божественную. А ты думал, Жеводанский Зверь взялся из воздуха? — Жеводан — один из продуктов ребиса? — шокировано прошептал Себастиан. — Первый Жеводан был известен как Бессмертный Зверь. — Призрачный Зверь, — исправил Нил, ловко выбираясь из тележки. — Жеводанский Зверь бессмертен, но вот не состыковка: Первый Жеводан мёртв, а его наследие живёт. — В теории он может быть жив, просто лишён своих сил, — задумался Себастиан. — Как передается сила Жеводана? При рождении? — При рождении ты получаешь только ген, в дальнейшем способный развиться в силу Жеводанского Зверя, — Нил обернулся на Сета и Элисон, в которой раз убеждаясь, что они ничего не слышат. — Мне стоит объяснять, как именно происходит обращение в оборотня? — Нет? — неловко протянул Монкан. — Ох. Кто и кому ещё в помощники годится, — недовольно зашипел Нил, поворачиваясь к Себастиану спиной и накрывая рукой заднюю часть своей шеи. — За ген волка отвечает мозжечок и продолговатый мозг, а для связи с ними используют спиной мозг. Носитель доминирующего гена, ну, или просто альфа, вводит ген непосредственно в спинной мозг, производя укус строго в заднюю часть шеи. Если прокусить спинной мозг где-нибудь в другом месте, то человек умрёт, ген не успеет дойти до мозжечка и запустить волчью регенерацию. Поэтому загривок для оборотней самое слабое место, неуч. — А если укус приходится на другую часть тела? — То это просто укус, — пожал плечами Нил. — Клыки должны войти в спинной мозг, и пустить ген в спинномозговую жидкость. Других вариантов нет. Ты разве не знал, что оборотни нападают именно со спины, стараясь ударить в затылок? Сломать шею — получить преимущество в бою. — Ну, знаешь, в Хогвартсе такому не учат, — фыркнул Себастиан. — Исходя из этого, можно догадаться – чтобы заполучить силу оборотня, нужно съесть его мозжечок, — заключил Нил, остановившись у кассы. — У Жеводанского Зверя так же. — То есть, ты сейчас неполноценный Жеводан, но станешь им, когда убьешь своего отца? — удивился Себастиан. — Восхитительно. — Всё так, — согласился Нил. — Но мой отец не тот, кого так легко победить. В жестокости он не уступает Первому Жеводану. — Поэтому ты и скрываешь свою личность, — догадался Себастиан. — Он решил, что ты угроза, и хотел избавиться от тебя. — Кто угроза? — протянула Элисон, аккуратно приобнимая Нила за плечи. Парня пронзила судорога, но он стерпел, мягко улыбаясь и пряча руки в карманы. — Да так. Себастиан рассуждает насчёт ваших цирковых монстров, — усмехнулся Нил, легонько пнув Монкан в ботинок. — Я не очень нравлюсь Эндрю. — Ага, — подтвердил Себастиан, а после продолжил говорить, одновременно повторяя свои слова на языке жестов: — У Нила такой характер, что даже если отрезать язык, он выскажется на языке жестов. — Есть такой нюанс, — фыркнул Джостен, а после жестами показал Себастиану: «пошёл нахер, придурок безмозглый» — Вот! Я об этом! — воскликнул Себастиан. — Погодите-ка, ты не говорил, что знаешь язык жестов. — Ты не спрашивал. — А на стадионе ты Дэю на каком языке плёл? — из-за спины Элисон появился Сет, отдёрнул свою девушку от Нила и встал между ними. — Это был французский, — усмехнулась Элисон. — Очень красивый французский. Раньше родители хотели, чтобы я его выучила, но мне было так плевать на их желания. Откуда его знаешь? — Мать настояла на обучении, — полуправду выдал Нил. — Ей хотелось, чтоб я знал что-то кроме английского. А потом и мне понравилось изучать его. — От тебя он звучит волшебно, — подтвердила Элисон. — О! Ты бы слушала, как он разговаривает на французском по утрам, когда готовит завтрак, — шепнул девушке Себастиан. — Голос сонный и хриплый. Просто волшебно. — Мы можем выкинуть его с лестницы? — Нил поднял взгляд на Сета. — Я уже не вывожу. — А вы разве не вместе? — брезгливо поинтересовался Гордон. — Это самое оскорбительное, что я от тебя услышал за сегодня, — поморщился Нил, вновь переводя взгляд на Себастиана, пытаясь зацепиться за что-то в его внешности. — Если когда-нибудь меня и заинтересуют мужчины, то это будет не такой типаж. Блондины? Может, у меня нет вкуса в одежде, но всё не настолько плохо. Сет молча оглядел Себастиана, а после хлопнул Нила по плечу и заржал. Спор, который прошел минут десять назад, уже все забыли. — Мы собираемся перекусить с Мэттом и девочками. Хочешь с нами? — спросил Сет, приобнимая Нила за плечи. — Своего «не друга» бери с собой. Мэтт будет рад увидеть тебя, уже все уши мне прожужжал. Да и девчонкам стоит с тобой познакомиться. — Как-нибудь в следующий раз, — отмахнулся Нил. — Нам нужно встретиться ещё кое с кем. — Как знаешь, — хмыкнул Сет, теперь уже обнимая Элисон со спины, и шепчет ей что-то на ухо. Девушка хихикнула и несильно ударила парня по руке. — Тогда мы пойдем, Нил. Встретимся в общежитии. — Хорошо, — кивнул парень, разворачиваясь в поисках Себастиана. — Оставим пакеты в машине и подождем Мейлин на парковке. — Нужно будет накормить её. Тут есть хороший ресторан на верхнем этаже, — задумался Себастиан, загружая покупки обратно в тележку. — Сегодня вернёшься в общежитие или поедем домой? — Домой? — неловко протянул Нил, удивлённо хлопая ресницам. Собственный голос показался ему чужим, но он совладал с приступом паники. — Да, кроха, — усмехнулся Себастиан, подталкивая его к выходу. — Наш дом. Не твой или мой, а «наш». Связь между оборотнем и алхимиком намного крепче, чем ты думаешь. Как только я согласился быть на твоей стороне, появилось только «мы». — Звучит как угроза, — вздрогнул Нил, ощущая, как вместо рук Себастиана появляются крупные ладони Натана. — Убери руки. Себастиан слушается, сразу отступая на шаг, но ощущение чужих рук на теле не исчезает. Сейчас не то место и не то время, чтобы впадать в панику, поэтому Нил надкусил губу, ощущая горячую кровь во рту. — Всё нормально? — неловко начал Себастиан, вновь протягивая руку к Нилу, но остановил её в воздухе, проводя пальцами по складкам верхней рубашки, не касаясь тела. — Нормально, — шумно выдохнул Нил. — Просто твои слова напомнили мне о моём доме. — Но, теперь это не твой дом, — продолжил Монкан. — Теперь это наш дом. В нашем доме нет места жестокости, Нил. Он будет местом, куда мы захотим вернуться. — Я правда могу? — голос Нила дрогнул, и он обнял себя руками, ощущая пробирающий холод. Нил почувствовал, как слова и взгляд Себастиана окунают его в теплую воду — долгожданную и желанную. Джостен привык к вечному холоду, который окутывал его на протяжении всей жизни. А сейчас, стоя напротив человека, которому, оказывается, не всё равно, Нил ощутил, как все эмоции Себастиана больно обжигают тело. Нечто подобное Нил ощущал, проводя вечера с Лойдом на крыльце домика в Милпорте. Тогда это была мимолётная искра тепла, появившиеся где-то глубоко внутри, сейчас же Джостен ощутил разрастающийся пожар. Нил нужен Себастиану так же сильно, как Себастиан необходим ему самому. — А почему нет? — удивился Монкан. Он всё прекрасно понял по испуганным глазам Нила и его напряжённым плечам. Себастиан медленно протянул руку к плечу Джостена, взглядом спрашивая разрешение, а после легонько сжал. В тот же момент кожа оборотня под ладонью алхимика вспыхнула, и Нил понял, что теперь это не руки Мэри и Натана – они принадлежат Себастиану Монкан. — Нил… — Натаниэль, — прошептал парень, закрывая глаза. — Назови меня Натаниэлем. Казалось, Себастиан молчал целую вечность, а в этот момент все стены, что Нил так отчаянно строил, начали рушиться. Все попытки поверить в то, что Натаниэль — совершенно другой человек, каждый раз заканчивались провалом. Джостен мог только догадываться, о чём именно думал Себастиан и насколько далеко он сможет зайти в своих рассуждениях. Монкан вглядывался в лицо оборотня, обдумывая его слова, и пытался пробиться сквозь одну из его масок. — Натаниэль, — повторил Себастиан, мягко улыбаясь, и сильнее сжал плечо оборотня. Он не требовал объяснений и не задавал вопросов. Себастиан просто выполнял требования. — Позволь стать частью твоей новой жизни. Дом. Натаниэль слишком ярко помнил каждый свой день, проведенный в стенах дома в Балтиморе. Натан воспитывал не сопливого и жалкого труса, а жестокого аристократа и монстра, способного уничтожить всё на своём пути. С самого рождения Натаниэлю приходилось терпеть не только пытки, но и суровые уроки этикета. Натану приносило удовольствие переламывать пальцы мальчику за ошибку в игре на фортепиано. Честь избивать ребенка до полусмерти после неудачного реверанса выпадала Малкольм. Лола была примером не просто жестокого убийцы, но и представителя высшего света. Утонченная, гордая женщина, прекрасно обученная этикету, приковывала взгляды, сворачивая всем шеи как образно, так и буквально. Натаниэль не понимал, почему Натан взял в жены Мэри, раз предпочитал ставить в пример и проводить время с Лолой. Уже после парень понял, что Мэри нужна была Натану только для улучшения генофонда семьи Веснински. Стены особняка Веснински в Балтиморе были пропитаны кровью и болью от воспоминаний. Натаниэль помнил, как ночь становилась поразительно тихой, когда над крышей особняка возвышалась полная луна. Чуткий слух оборотня заглушался собственными криками, а после уши заполняло стекающей с лица кровью. В дни полнолуний Натан был крайне жесток, и Натаниэль, вспоминая об этом, до сих пор содрогался от ужаса. Дом. Стены в доме Себастиана не давили на оборотня и не пытались обрушиться на него. Нилу действительно нравилось там, и даже зелёный цвет или другие яркие элементы интерьера не раздражали. Дом в Каролине очень светлый и тёплый, заботливо согревающий холодное сердце Нила. Себастиан обожал всё уютное и мягкое, разбрасывая по всему дому множество ярких подушек и пледов, чтобы в любой момент можно было укутаться и лечь. Нил не ощущал в воздухе запах крови или смерти, он отчётливо слышал нотки аконита, кофе и сладкой выпечки. Дом, который Себастиан захотел разделить с Нилом, был детской мечтой — иметь что-то своё, что-то безопасное. Наблюдая за тем, как Себастиан складывает пакеты в машину, Нил выудил из кармана связку ключей от их общего дома и с силой сжал, заставляя острые края ключей вонзиться в ладони. Их общий дом — место, где безопасно, тепло и не одиноко. Нил прижал связку ключей к тому месту, где должно быть его сердце, вслушиваясь в бешеные ритмы горячего и всё ещё живого сердца. Нил сделает всё, чтобы их общий дом остался самым тёплым и безопасным местом. — Держи, — перед глазами Нила блеснула пластиковая карта. — Я закинул на нее двести пятьдесят тысяч. Картой пользоваться удобнее, чем таскать с собой наличку. — Спасибо? — неловко протянул Нил. — Ты только что задал вопрос? — прыснул от смеха Себастиан. — Сопли подбери, к нам бежит ангел. — Нил! Себастиан! — на парковке разносится женский голос, и Нил сразу же разворачивается, глазами обнаруживая фигуру Мейлин. — Опять упасть хочешь? — недовольно бурчит Нил, не сводя взгляда с её ботинок. — Шнурок завяжи. — Он постоянно развязывается, — дуется Мейлин, пытаясь запихнуть края шнурков внутрь ботинка, а после раскрывает руки для объятий. Нил игнорирует её, раздражённо выдыхает и опускается на корточки, крепко затягивая шнурки бантиком. — Спасибо! — Всему тебя учить надо, — фыркнул Нил, заводя руки за спину и позволяет девочке крепко обнять его за шею. Монкан опустил взгляд на сжатые в кулаки ладони Нила, сразу вспоминая, что у парня шкала тактильности уже на нуле. — А меня обнять? — возмутился Себастиан, дёргая Мейлин на себя, а после языком жестов показал Нилу: «если невыносимо — не терпи, она поймет». Нил ответил так же жестами: «пошёл нахер». — Почему вы захотели встретиться здесь? — уточнила Мейлин, поправляя сумку на плече. — Мы покупали вещи для общежития, — ответил Себастиан, закуривая сигарету. — А сейчас я хочу перекусить. — Держи, — Нил протянул Мейлин пакет из бутика, в котором они с Себастианом закупились. — Нил, боже… — девочка растерялась, неловко принимая в руки пакет и заглядывая в него. — Я не могу это принять, ты и так дал мне слишком много. — Ничего и слышать не хочу, — фыркнул Джостен, отбирая сигарету у Себастиана, и выкинул его в урну. — Не смей курить перед ребенком. — Правильный какой, — цокнул языком Монкан. — Нил, ты же говорил, что это вещи твоей сестры. — Ну, да, — согласился Нил, вновь переводя взгляд на Мейлин. Она держала в руках бирку от белого сарафана. — Себастиан, вместе с языком я оторву тебе и голову. — Это номер телефона? — удивлённо протянула девочка, проводя пальцами по ряду чисел. — Не важно, — ответил Нил, отбирая бирку и пряча ее в кармане, вновь одаривая Себастиана недовольным взглядом. — Я забыл! — одними губами протянул Монкан, виновато опуская взгляд. — Прости. — Все эти вещи новые? — всё ещё удивлялась девочка, а после опустила взгляд на свою одежду. — Эта футболка тоже была новой? — Чёрт, — раздражённо заявил Нил. — Мейлин, как я могу дать тебе чьи-то вещи? Конечно, они все новые. — Это слишком дорого, Нил, — возмущённо прошептала девочка. — И это платье такое красивое, но очень дорогое! — Мы оторвали все бирки, не выкидывать же их теперь, — пожал плечами Нил. — Отдай сестре! — У меня нет сестры, Мейлин. Это был предлог, чтобы купить тебе одежду, — буркнул Джостен. — Слушай! — просиял Себастиан. — Ты же тоже одежду покупать себе не хотел. Может, мне сказать, что я купил её себе, а на самом деле отдать тебе? — Платье не может столько стоить, — продолжала возмущаться девочка. — Сегодня оплачивал не я, — ответил Нил, махнув на Себастиана. — Все вопросы к нему. — Ну, а что? Да, я предпочитаю закупаться в дорогих бутиках, — кивнул Монкан, поправляя ворот своей рубашки. — К тому же, Мейлин, когда дают, надо брать. Если человек что-то отдает тебе, значит, у него это лишнее. — Но не настолько дорогое. — Малышка Мейлин, для нас с Нилом такая сумма — мелочи, — щёлкнул пальцами Себастиан. — Ты не смотри на внешний вид этого остолопа, он у нас любит практичность, а не внешний вид, поэтому и выглядит простовато. У него денег намного больше, чем у меня. — Вы вроде есть хотели, идём, — фыркнул Нил, засовывая руки в карманы. — Не парься, Мейлин, я делаю это не с какой-то конкретной целью. Вопрос о пищевых предпочтениях и брезгливости Джостена можно обсуждать не реже его внешнего вида. Себастиан не знал точную природу возникновения такого опасливо отношения к обычным продуктам питания, но нарушать привычный для Нила устой не собирался. Нил избегал каких-либо приёмов пищи в обществе и старался перепроверять даже собственноручно приготовленную еду. Он не доверял никому. И самое главное: Нил понимал, что такая реакция неадекватная. Он в полной мере осознаёт дикость своего настороженного поведения и понимает, что в общественных местах вряд ли кому придёт в голову отравить еду. Себастиан не берет в расчёт тот факт, что соленые, сладкие и острые продукты Нил включил в запретную категорию, ведь он получал отказы, пытаясь угостить Джостена даже пресной пищей. Взять что-то из рук другого человека приравнивалось к опасности, даже если Нил понимал, что этот человек ему не навредит. Само понятие и определение «оборотень» зародилось еще в Древней Греции и было тесно связано с одним из первых царей Аркадии — Ликаоном. Лживая легенда о божественной каре пересекалась с, казалось бы, логичным, для того времени, термином — каннибализм. Царь Ликаон являлся людоедом, и причиной было не помутнение рассудка из-за отсутствия пищи и голодания, а извращенная натура самого правителя. Ощущение безграничной власти, безнаказанности и свободы одурманили царя, заставляя думать о своем могуществе всё больше. Началось всё с употребления в пищу тел наложниц. В моменты полной эйфории царь Ликаон поедал их горячие и мокрые тела. Ликаон являлся одним из первых известных оборотней, от которого в дальнейшем и пошло одно из имён ныне живущих волков — «ликан». Ещё с древности люди знали: чтобы определить в человеке оборотня, стоит дать ему в пищу человеческое мясо. Нюх ликана способен определить множество видов мяса, кроме человеческого. Всё бы ничего, вот только человеческую кровь оборотни чуют на большом расстоянии, поэтому мясо изначально обескровливали, а после обдавали дополнительной обработке. Первые традиции использования человеческого мяса для проверки оборотней так же начались с Древней Греции. Как только ликан вкушал человеческой плоти, тут же принимал свой истинный облик. Чистокровные оборотни начинали проявлять свои способности и изменять облик только к шести годам, Нила же научили обращаться чуть ли не самого рождения. Детёныши оборотней остаются обычными людьми вплоть до шести лет и как-то влиять на их развитие или пытаться ускорить процесс обращения строго запрещено, как правилами Ассоциациями, так и моральными нормами. Моральные нормы и Натан Веснински? Они никогда не смогут находиться в одном предложении в положительном ключе. Натан не был готов ждать созревания сущности Натаниэля, ему был необходим оборотень здесь и сейчас. Натаниэлю было не более восьми месяцев, когда терпение Натана кончилось, и он принудил маленького всё ещё человека к обращению. Восьмимесячному Натаниэлю пришлось стать оборотнем, съев человеческую плоть. А сколько раз ему приходилось употреблять её в дальнейшем, Нил не хотел вспоминать. Прошло уже пять лет с побега, но Нил до сих пор помнил вкус людского мяса, которое давал ему Натан. — Нил, ты точно не хочешь есть? — переспросила Мейлин, водя ложкой по супу с морепродуктами. — Нет, — коротко бросил парень, проводя пальцами по пластиковой бутылке с водой, проверяя её целостность. — Он очень брезгливый в выборе пищи, — сообщил Себастиан. — Поэтому не обращай внимания. — Вы и здесь мне заплатить не даёте, — обиженно засопела Чжоу. — Даже меню посмотреть не дали. — Ты же любишь морепродукты, — вздохнул Джостен, открывая бутылку, и перед тем как сделать глоток, поднес её к носу. — Сейчас ещё креветок принесут. Или ты хочешь что-то ещё? Можешь заказать всё, что хочешь. — Нет, больше ничего, — покачала головой девочка, а после поджала губы. — Зачем столько на меня тратить? — Я просто могу, — голос Нила оказался грубее, чем он рассчитывал. Джостен замолчал на пару секунд, переводя взгляд с Мейлин на Себастиана, убеждая себя в том, что говорит именно с ними – с безопасными людьми. — Мейлин, я делаю это всё не просто так. Это не жалость. Ты этого заслуживаешь. — И чем же? — удивилась Мейлин. — Тем, что ты просто есть, — пожал плечами Нил. — Ты возишь нам печенье на другой конец города, хотя тот район даже не входит в список. А ещё ты помогала Себастиану разбирать завал в аптеке. — Ну, мне не сложно, — смутилась девочка. — Так и нам тоже, — заключил Нил. — Поешь, а после погуляем. Хочу зайти в пекарню. — Пекарню? — уточнил Себастиан, вскинув брови. — Это где готовая выпечка? — Ага, — задорно подметил Нил. — Хлеб мне самому печь? — Вау! — искренне удивился Монкан. — Я уже хочу туда. — Я всё ещё не понимаю ваших приколов, — Мейлин запихнула в рот креветку и надула губы, переводя взгляд с Нила на Себастиана. — Вы на какой-то своей волне. — Как только станешь особенным человеком для нашего Нила — поймёшь, — усмехнулся Себастиан, протягивая девушке салфетку. «Особенный» человек. Нил долго всматривался в Себастиана, пытаясь вызвать в себе хотя бы долю тех «особенных» чувств. Да, тепло, настолько, что даже кожу обжигает. Да, приятно, но это ощущение скорее вызывает привычный дискомфорт. Да, Нилу это нравится, но он сомневается, что должно. Себастиан это не то, что Нил запрещал себе на протяжении долгих лет. Себастиан не станет для Нила заменой Кевина, Кайли, а о замене сестры и думать не стоит. Он не тот самый человек, которого Нил готов впустить в самые темные закрома своей души. Себастиану позволено знать всё то, что Нил скрывал от остальных, но от этого алхимик становился очень опасным. Монкан полезен — единственное, что может сказать Нил глядя на алхимика. Полезен он в том, что его будет не жалко убить, когда он надоест или станет ненужным. После того, как Нил приоткрыл для Себастиана завесу своих тайн, его нельзя было отпускать, только убить. Нил ещё не до конца понимает, что именно испытывает, смотря на Мейлин. Чувства были очень похожи на те, что появлялись внутри него при взгляде на Себастиана. Но Нил понимал — это не то же самое. Мейлин как-то слишком неожиданно появилась в жизни оборотня и кроме лёгких душевных вибраций не приносила никакой пользы. Нил честно может ответить: она бесполезна. Никакой выгоды от общения с этим ребенком Нил не получал, лишь одни затраты и переживания. Но даже эти переживания казались ему приятнее, чем теплота, исходящая от Себастиана. Тепло алхимика слишком опасно, к нему нельзя привыкать, а волнение и страх за девочку были такими привычными, что Нил не смог от них отказаться. На самом деле, Нил не планировать как-то сближаться с Чжоу, но ноги сами вели его к стенам школы или районам, где она с подругами разносила печенье. Мейлин стала чем-то лёгким и воздушным в жизни Нила, она та самая «сладость», к которой нельзя привыкать. Но Нил привык. — Нил, давай сфотографируемся здесь? — Мейлин резко остановилась посередине площади и указала на высокий фонтан. — Хочу выложить фото в соцсети. — Нил не любит социальные сети, — Себастиан перенял на себя роль объяснять окружающим, что и как Нил не любил. Он вообще ничего не любил. — Как хочешь, — пожал плечами Джостен, ловя удивленный взгляд Себастиана. — Ты хочешь сделать фото в соцсети? — надавил Монкан, в очередной раз за вечер удивлённо хлопнул ресницами. — Мейлин, ты ведьма? Нет вроде, не чувствую ничего. Почему он делает всё, что ты попросишь? — Заткнись, придурок. — отрезал Джостен, подходя к фонтану и подозвал ладонью Мейлин. — Давай только быстрее. — Бегу! Нил хотел оставить после себя что-то. Когда он в очередной раз исчезнет, у Мейлин и Себастиана останется хоть какое-то напоминание о нём. Фотографии и видеозаписи — это табу, которое установила его мать, и Нил готов был её слушать. Он, в принципе, слушался всех ее наказов даже после ее смерти, кроме запретов на экси. Возможно, где-то глубоко внутри Нилу нравился этот вид спорта, своей жестокостью, но особо сильной любви он к нему не питал. Да, интересно, но экси лишь не такая скучная вещь, как жизнь. С таким же успехом Нил мог заняться действительно важными вещами, например, изучением алхимии. А напряжение можно снимать бегом или другими видами физических нагрузок. — Когда перееду в Колумбию, буду очень по вам скучать, — мягкая улыбка Мейлин ударила Нила сильнее ножа. — Уедешь? О чём ты? — пластиковая бутылка сжалась в руках, издавая громкий и неприятный звук. — Забыла, — шёпотом протянула Чжоу, а после вновь попыталась улыбнуться. — Мы с матерью уезжаем жить в Колумбию. Она решила сойтись с отцом. — Почему ты говоришь об этом только сейчас? — нахмурился Нил. — Ты же уже давно знала об этом. — Я не знала, что они сойдутся так быстро, — виновато ответила девочка, и Нил не почувствовал лжи. — Отец стал спускать все деньги на развлечения, и мы с мамой уехали из Макао. Это было очень давно, я его толком и не помню. Мать рассказывала, что он связался с какими-то бандитами. — Она думает, что он исправился? — усмехнулся Нил, сдерживая истеричные смешки. — Бред какой-то. Люди не меняются, Мейлин. — Я знаю, — кивнула девочка. — Я сама не хочу переезжать к нему, но мама была такой счастливой, когда он связался с нами. — Тогда оставайся с нами, — не унимался Нил. — Можешь жить у нас. — Нил, — Себастиан легонько похлопал парня по плечу. — Подумай ещё раз. Это рушит все наши планы. — Себастиан прав, я не могу жить с вами, — покачала головой Мейлин. — Не хочу, чтобы мама оставалась с ним одна. Я не верю в то, что он исправился, но мою мать не переубедить. — Хорошо, — согласился Нил. — Тогда пообещай мне одно – будешь писать нам каждый грёбаный день. Понятно? — Конечно, Нил, — засмеялась девочка. — Вы так просто от меня не избавитесь. — Я серьезно, Мейлин, — остудил её Нил. — Каждый день выходи с нами на связь. Если нужна помощь или даже если просто станет скучно, берешь телефон и звонишь Себастиану. — Надо купить ему телефон, — сам с собой разговаривал Монкан. — Если со мной что-то случится, — Нил ткнул Себастиана локтям. — Отвечать за неё будешь ты. — Ну что с тобой случится? — поморщился Себастиан. — Опять поругаешься с коротышкой из команды, и он попытается убить тебя своими детскими способами? Не смеши, пожалуйста, ты в состоянии избавиться от него одним чихом. Я уже говорил: мне нужны материалы для ритуалов, мой подвал всегда рад новым гостям. — Не вмешивай его сюда, — злобно отрезал Нил, с силой сжав плечо алхимика. — Даже не думай о нём, как о материалах. Понял? — Да! Успокойся! — взвыл Себастиан, потирая ушибленное плечо. — Ты руку мне сломаешь скоро. — Если надо будет, так и сделаю, — буркнул Нил, а после перевел взгляд на Мейлин. — Ты уверена в своём решении? Я смогу убедить твою маму оставить тебя здесь. — Да, я уверена, — улыбнулась Мейлин, ухватывая Нила за руку. — Я буду писать вам каааждый день. К тому же, Колумбия всего в трёх часах езды от вас, я смогу приезжать на выходных. — Эй, Нил, — шепнул Себастиан, поднимая глаза от телефона, а после продолжил жестами: «Нам надо поговорить». — Мы сейчас, далеко не отходи, — протянул Нил, а после направился за Себастианом. — Сегодня вернёшься в общежитие, — Себастиан зажёг самокрутку с аконитом, вновь судорожно опуская взгляд на телефон. — Предположительно, Калеб может зайти в аптеку. — Ты должен оборвать с ними все связи. — Это для нас невыгодно, — отмахнулся Себастиан. — Пока я могу тянуть из них ресурсы, буду оставаться рядом с ними. — Но это опасно, — вздохнул Джостен. — Если тебя поймают на лжи, ты рискуешь лишиться жизни. — После моего ухода из семьи всё, что я делал, это рисковал, кроха, — усмехнулся алхимик, легонько похлопывая Нила по плечу. — Калеб сейчас занят делами стаи. Стало известно, что несколько чужаков стали распространять слабый аконит среди людей. — Надеюсь, это не связано с тем, что у меня стащили три таблетки? — вскинул брови Нил. — Твоим аконитом даже оборотня убить можно! — возмутился Себастиан. — Я в шоке от той дозировки, которую ты принимаешь. — Не отходи от темы. — Точно, — алхимик хлопнул в ладоши, заставляя пепел с сигареты разлететься в разные стороны. — Их «новшества» имеет название «аконитум», очень слабый и, на первый взгляд, лёгкий наркотик. О! Как крекерная пыль. Но здесь-то и проблема. — Аконит имеет накопительный эффект и оседает в лёгких, — догадался Нил, раздражённо выдыхая. — Некоторые виды аконита используют в традиционной медицине, поэтому его след в теле не могут обнаружить. Смерть от аконита можно списать на пневмонию и отёк лёгких. — Бинго! — Какие придурки этим занимаются? — возмутился Нил. — С какой целью? — Калеб как раз их и ищет, — пожал плечами Себастиан. — А цель и так понятна – деньги. Аконитум не из дешёвой наркоты, якобы без вреда для здоровья. Он очень хорошо расходится среди спортсменов, так как является стимулятором и повышает работоспособность. — Откуда только такие придурки берутся, — покачал головой Нил. — Есть информация, что аконитум пошёл из Китая, — продолжил Себастиан. — Этим оборотням с Алиэкспресса всегда на месте не сиделось. Какую-нибудь дрянь всегда придумают. — Держи меня в курсе дел стаи, — подытожил Нил, ища глазами силуэт Мейлин. — Я посмотрю на ситуацию в общежитии. Если кто-то из спортсменов начнет принимать аконитум, я сразу пойму. Тогда сможем выйти на дилера. — Слушаюсь, господин Жеводан. Нил вернулся в общежитии позже, чем рассчитывал, сразу направляясь в сторону своей комнаты. Слишком много времени было потрачено на прогулку с Себастианом по магазинам, а после ещё на Мейлин. Нил наотрез отказался отпускать девочку домой одну, поэтому им пришлось сначала съездить на другой конец города, чтобы отвести Мейлин домой. Себастиан шёл следом, неся несколько огромных пакетов. Нил решил, что раз не он их купил, значит, не ему их и нести. — Не комната, а больница какая-то, — поморщился Себастиан, скидывая пакеты на кровать. — Почему так пусто? — Университет не обязан снабжать меня бытовыми вещами, — пожал плечами Нил, открывая дверь ванной, а после ткнул пальцем в алхимика. — Сядешь на кровать — убью. — А? Почему? — удивился Себастиан, замирая в полусогнутом состоянии над белоснежным одеялом Джостена. — Здесь больше сидеть негде. — Стул и стол в твоём распоряжение, — парень махнул в сторону гостевой зоны и скрылся в ванной. — Я куплю тебе диван! — выкрикнул Себастиан, просовывая голову в ванную комнату, и достал телефон, открывая заметки. — И кофейный столик. А ещё… так, я составлять список. — Делай, что хочешь, — вздохнул Нил, начиная расставлять ванные принадлежности по полочкам. В отличие от остальных комнат у Нила вместо душевой была именно ванна, довольно большая и удобная. С его ростом точно будет удобно улечься в ней. Опустившись на бортик, Нил поймал взглядом своё отражение. Рука потянулась к левому уху, с силой сжимая серебряное колечко на хряще. Всё это казалось нереальным. — О! Нил, я купил тебе пижаму, она точно тебе подойдёт! — дверь вновь распахнулась, и Себастиан протянул парню свёрток с одеждой. Нил поморщился. — Она зелёная. — Что за дискриминация цветов, кроха?! — вспыхнул Монкан. — Выпрыгивай из штанов и натягивай мягкие вещички! — Позже, — возвращаясь в комнату, Нил бросил одежду на кровать, открывая шкаф с намерениями запихнуть пакеты внутрь. — Всё позже. Я хочу спать. Езжай домой. — Окей, — кивнул Себастиан, заканчивая составлять список очередных покупок. — Сейчас запишу примерные размеры дивана и поеду. Точно, в ванную нужен ковер и шторка! Как только Себастиан скрылся за дверью ванной, в комнату постучали. Нил на секунду напрягся, задерживая дыхание, а после расслабленно выдохнул. Кевин. — Что случилось? — Нил обеспокоенно оглядывает Дэя с ног до головы. В здравом уме он бы не пришёл к нему, учитывая, что произошло сегодня. Нил предполагал, что Кевин сейчас ноет, забившись в угол кровати, или снимает стресс на корте. — Поговорить надо, — бесцеремонно начинает Кевин, сразу проходя в комнату, и бегло осматривает её. — Где Эндрю? — Сегодня останется у тренера. — Дивана ещё нет, поэтому можешь сесть либо на стул, либо на стол, — пожимает плечами Нил, останавливаясь в проходе в спальную зону. — Тебе лучше поторопится, я жутко хочу спать. — Твой второй вопрос, — переходит к делу Кевин, скрещивая руки на груди, и садится на стул. — Я его не понял. — «Что ты можешь мне дать?» — повторил Нил, склоняя голову на бок. — Что тебе не понятно? — Чего ты хочешь? — раздражённо выдыхает Кевин. — Хм, чего же я хочу? — задумался Нил. — Даже не знаю. — Прекрати. Или ты набиваешь себе цену? — Есть чем платить? — хихикнул Нил. — Эй, Кевин, для начала, этот разговор только между мной и тобой. Давай не будем докладывать о нём нашему малышу Эндрю? — Хорошо, — Кевин задумался на пару секунд. — Нил, ты действительно можешь помочь команде. Если ты и я объединим силы, то сможем сделать из Лисов лучшую команду первого дивизиона. — Ты и я, — болезненно морщится Нил, поджимая губы, и отводит взгляд к окну. Появилось желание выпрыгнуть, всего третий этаж, с Нилом ничего не будет. — Как же мерзко звучит. — Я тебе не нравлюсь, — кивнул Кевин. — Могу узнать причину? — Я придумал, — проигнорировал вопрос Нил, а после поднес два пальца к левой скуле имитируя татуировку Кевина. — Ты можешь дать мне информацию. — Какую? — рука Кевина взлетела в воздух, опасливо накрывая свою татуировку. — Я хочу знать всё, к чему тебя когда-либо принуждали Морияма, — Нил все ещё держал два пальца на скуле, слегка постукивая и привлекая в этому внимание. — Хочу знать всё, что тебе пришлось пережить. — Чёрта с два! — взвыл Кевин, вскакивая на ноги. — Зачем тебе это нужно? — Я узнал, что Ваймак твой отец. Об этом, скорее всего, ещё не знает твой бывший «хозяин». Сомневаюсь, что они бы отпустили тебя, зная, что Дэвид твой папочка, — задумался Нил, прикладывая те самые два пальца к своим губам. — Мне не составило труда узнать об этом. Как думаешь, сколько мне потребуется времени, чтобы окончательно залезть вам под кожу? — Откуда ты это узнал? — протянул Кевин. — Даже в Гнезде никто не мог тебе рассказать об этом. Ты связан с Морияма? — Работать на таких слабаков? — засмеялся Нил. — У меня другие источники. Я нашёл эту информацию не с целью шантажировать тебя — это гнусно и скучно. — А для чего? — Я просто решил показать тебе, что, если я захочу, найду управу на кого угодно, — Нил спрятал зажигалку в карман. — Единственное, что тебе нужно знать: я не свяжусь с Морияма ни за что на свете. Поэтому можешь сказать Эндрю, что я не крыса. — Значит, ты получаешь информацию о моей жизни в Гнезде, а взамен будешь играть? — подытожил Кевин. — Только если эта информация будет для меня полезна, — уточнил Нил. — Почему ты это делаешь? — Потому что могу.