Какой твой типаж?

Всемогущий, как и ожидалось, был обеими руками «за»: — Юный Мидория, это фантастическая идея. — Вы правда так считаете? — Изуку положил нож на разделочную доску, чтобы плечом прижать телефон к уху. — Вообще, я просто так подумал, мне было бы неплохо показаться миру. Я ведь Новый Символ Надежды и все такое. В конце концов, вы задали для меня действительно высокую планку, мне нужно оправдать ожидания… На другом конце телефона послышался какой-то шорох. — Ну, тебе еще следует набраться опыта, мой мальчик, — возразил Всемогущий. — Честно говоря, гнаться за вниманием СМИ — не всегда мудрое решение, особенно в начале пути: это только возвысит ожидания публики. Не стоит торопиться, когда у тебя еще столько лет впереди. Изуку принялся нервно перебирать край своей рубашки. — Но?.. Всемогущий усмехнулся: — Но я думаю, известность никак не повлияет на тот факт, что у общества и так будут высокие ожидания от тебя. Быть может, это даст тебе еще больше мотивации защищать народ. Кроме того, я думаю, горожане как раз захотят посмотреть на тебя, узнать поближе. Только так они смогут довериться тебе. У тебя очаровательная аура, мой мальчик, я уверен, ты привлечешь немалую аудиторию. Щеки Изуку мгновенно раскраснелись от похвалы, он все никак не мог привыкнуть к тому, что его кумир говорит про него такие приятные вещи. — Джиро и Каминари недавно были на шоу, — поспешил он сменить тему. — Я видел. Знаешь, когда я смотрел их, я не мог не задаться вопросом, «А что, если бы на их месте был Изуку и Бакуго сёнен?» У Изуку загорелись глаза, он рассеянно потянулся к нарезанным кубиками помидорам и кинул несколько штучек в рот. — Вот именно! Прошлой ночью я пересматривал старые эпизодов шоу и думал, что если бы там был я с Каччаном, я бы знал ответ на каждый вопрос! Знаете, рекорд — всего 6 правильных вопросов из 10. Когда я упомянул это в разговоре с Каччаном, он вправду задумался об участии! Он же так любит соревноваться. И к тому же… после всего, через что мы прошли — все те ссоры и недопонимания — я чувствую, что сейчас — самое время. — Он сделал глубокий вдох. — Я чувствую, что… понимаю его сейчас. На другом конце провода некоторое время звучала тишина, пока слова Изуку укладывались в голове Всемогущего. — Боже мой, — наконец с нежностью сказал он, — посмотрите, как далеко вы продвинулись. Слова Всемогущего были наполнены такими гордостью и почтением, что Изуку захотелось разрыдаться. — Я — да. Я-я очень рад… — Знаете что, я посмотрю, смогу ли я сделать пару звоночков и достать вам место на шоу. Только если Бакуго согласен, конечно. Изуку выпрямил спину. — Правда? Вы можете это сделать? Это было бы потрясающе! И не беспокойтесь о Каччане, уверен, он согласится. Он последнее время не такой категоричный, как был раньше, — Изуку смущенно потер затылок. Это было правдой. Он не мог не заметить, как легко Каччан соглашался всякий раз, когда Изуку просил его об услуге, и вместо угроз отвечал лишь утвердительным хмыком. — Ну, это пока только планы, — поспешил добавить Всемогущий. — Я не могу обещать, что смогу достать вам приглашение, но… Если не я, то кто сможет вас порекомендовать? — Спасибо вам, Всемогущий! Я не подведу вас! Всемогущий рассмеялся: — Подвести меня? Сынок, ты никогда меня не подводишь. Тем более, это всего лишь игра! Это… Послышался тихий звук дверного звонка, за которым последовало слабое «Тоши?» — А, это, должно быть, Инко, — немного смутившись добавил он. — Эм, не хочешь передать ей привет?.. Изуку усмехнулся. Всемогущему не обязательно было так неловко вести себя по поводу отношений с его матерью, но в любом случае, это их дело. — Не, не надо. Я все равно разговаривал с ней вчера. — Ладно, — сказал Всемогущий, и теперь, после открытия входной двери, его голос звучал счастливее. — До свидания, Изуку. — О, это что, мой мальчик на телефо… — голос Инко оборвался, когда Всемогущий сбросил вызов. Изуку улыбнулся, позволив себе минутку пялиться на экран и радоваться за свою мать и новые отношения Всемогущего. Вскоре он собрался с силами и вернулся к приготовлению обеда. Он вздохнул над полунарезанными — полусъеденными помидорами. — Я могу убить злодея в мгновение ока, но не справляюсь с нарезкой помидоров кубиками. Просто фантастика. Если бы Каччан был здесь, он сделал бы идеальные кубики с закрытыми глазами. Он попытался представить Каччана-инструктора на своей кухне. Иногда это помогало, за исключением сейчас, когда Воображаемый Каччан одной рукой обнимал Изуку за талию, а другой вел его руку, и веки Изуку призакрылись, когда он уловил призрачный карамельный запах нитроглицерина и чувствовал руку Каччана над своей, его хриплый голос говорил ему на ухо, что нужно просто переместить нож так- Нож звякнул о разделочную доску, щеки Изуку пылали. Боже, ему действительно нужно выкинуть эти мысли из головы. Он должен быть другом Каччана, и он точно не собирался разрушить все своими неуместными чувствами. Он не смог бы сказать, когда это началось. Однажды они оба сидели на крыше, внимательно осматривая город внизу. Посередине разговора Изуку повернулся на Каччана, слова буквально были на его языке, но в следующую секунду они все застряли у него поперек горла, и он застыл, завороженно наблюдая за неподвижным, сосредоточенным выражение лица Каччана. «Он так прекрасен на закате,» — прошептали его мысли, и его сердце забилось со скоростью миллионов миль в час. Изуку пришлось собрать всю силу воли, чтобы удержать руку на колене, хотя в тот момент сильнее всего на свете она жаждала запутаться в волосах Каччана. После этого все перевернулось вверх дном. Хотя если так подумать, если действительно копнуть глубже, Изуку мог обнаружить, что это чувство… оно не было новым. На самом деле, оно было таким знакомым и оно так укоренилось в его жизни, что к настоящему моменту его влечение к Каччану было практически мышечной памятью. Удивительно, что он осознал это так поздно. Однако не важно, насколько привычными казались ему его чувства, это не меняло того факта, что Каччан считал их друзьями. В лучшем случае. Он принялся резать помидоры с таким бешеным огорчением, что Каччан даже похвалил бы его скорость. Той ночью Изуку, еще не уснув, лежал в постели и мысленно перепроверял свой список дел: — Так, завтра мне нужно написать Урараке и спросить, как идут дела с Тсуи, мне также нужно привести в порядок белье, когда я получу его обратно из прачечной, я, наверное, должен начать думать о подарке на день рождения Эри- Звук на тумбочке вырвал его из круговорота мыслей, он в темноте нащупал телефон. Сообщение от… Каччана? Изуку в замешательстве посмотрел на время. Было всего 9 вечера, еще не слишком поздно для Каччана. Тогда, как истинный по уши влюбленный подросток, он расплылся в улыбке и разблокировал телефон. Что же Каччан так хотел сказать ему? От: Каччан Сугои! <3 Дажыьсгфж Изуку моргнул. От: Каччан Сугои! <3 бля игнорь

От: Изуку

Ахаха, опечатки? На тебя не похоже, Каччан

Как дела? :)

От: Каччан Сугои! <3 мне кажется, или я только что сказал тебе проигнорировать это иди спать деку

От: Изуку

Я не могу: с

Представляешь я сегодня чуть не отрезал себе палец!

От: Каччан Сугои! <3 ты пытался порезать помидоры, да? ты же знаешь, что можно просто резать их на чертовы полоски, и только ЗАТЕМ поперек? как только твой ботанский мозг до этого не дошел? ну-ну.

От: Изуку

Боже, как ты вообще узнал, что это были помидоры? Ах, ну да чего я спрашиваю, ты всегда догадываешься. Это так круто, что и в этот раз ты попал в яблочко (＠＾◡＾)

Три серые точки в углу некоторое время то появлялись, то исчезали. Может быть, Изуку должен было сказать что-то еще? Господи, он же просто пытался поблагодарить Каччана за кулинарный сове- — Божечки, — ахнул Изуку, когда телефон вдруг зазвонил. Он недоверчиво уставился на фотографию над именем Каччана — они вдвоем на выпускном вечере, один из них совершенно пьяный, второй только наполовину. Качан обычно не звонил так поздно ночью, поэтому Изуку нажал на зеленую кнопку с бóльшим рвением, чем требовалось для ответа на простой звонок. — Привет, Каччан! — мгновенно выпалил он, не утруждая себя скрывать свой энтузиазм. — Эмм. — голос Каччана звучал хрипловато, будто он только что проснулся. — Здорово, ботаник. Изуку удивило то, как неловко, нерешительно звучал тот. Но, наверное, он просто был уставшим. — Кто-то звучит сонным, — улыбнулся Изуку. — Почему ты все еще не спишь? — Сейчас не настолько поздно, придурок. Изуку представил, как тот прямо сейчас закатил глаза. Но, по крайней мере, теперь Каччан звучал бодрее. — Очень даже поздно для тебя, — возразил Изуку. — Но, полагаю, даже у тебя могут быть проблемы со сном. Ты пробовал смотреть какие-нибудь жутко скучные видео, чтобы заставить себя засыпать буквально на ходу? Я слышал, что это работает. Я даже пытался испробовать этот способ на себе один раз, но как-то не вышло. Я смотрел видео о процессе старения орангутангов, и оно вообще-то даже помогло мне взбодриться. Кстати, все еще не могу поверить, что индустрия пальмового масла в одиночку уничтожает целые популяции орангутангов… — Эй. Твой дурацкий ботанский голос заставляет меня засыпать. Изуку расплылся в ухмылке: — Вот как? Может, мне стоит почитать тебе сказку на ночь? — шутливо сказал он, положил телефон на подушку и устроился рядом, улыбаясь, будто это действительно Каччан был рядом с ним, а не просто его бестелесный голос, говорящий из куска стекла и пластика. На самом деле, это было даже грустно. Изуку прогнал эту мысль. На другом конце провода раздался короткий, приглушенный смешок, и сердце Изуку в ту минуту практически находилось на седьмом небе от счастья. — Когда ты успел стать таким чертовски наглым, Деку? Несколько секунд он ничего не отвечал— не потому, что не знал, что сказать, а потому, что прислушивался к еле слышным звукам на заднем фоне. — Ты смотришь Восходящие звезды, не так ли? Послышалось ерзание. — Окей, а вот это уже жутко… Изуку с довольной ухмылкой устроился поудобнее на подушке. — Я узнал голос ведущей. Леди Ханазаву ни с кем не спутаешь… Подожди-ка, ты действительно смотришь! Ты уже посмотрел эпизод с Каминари и Джиро? Все те игры для героев-партнеров выглядят такими интересными, не правда ли? — Все не так уж и плохо, — признал Каччан, очевидно приостановив видео, так как фоновые шумы прекратились. — И да, я посмотрел их эпизод сегодня. Тупые неудачники ответили правильно только на 4 вопроса. Изуку рассмеялся: — Ну, справедливости ради, нужно ответить на вопрос не только на счет себя, но и на счет партнера. А у них ведь нет преимущества в виде дружбы длиной во всю жизнь! Полагаю, следовало ожидать, что они профукают такое количество вопросов. — У нас было бы не так, — Каччан теперь звучал серьезно, его голос был твердым и совершенно уверенным. Изуку почувствовал, что заливается румянцем, и приложил ладонь к щеке. — Эм… хм. Да, — сказал он и откашлялся, — я знаю, у нас было бы не так. Между ними повисло молчание, и Изуку обнаружил, что наслаждается этой близостью. Если бы у его мобильника был один из тех проводов от старых стационарных телефонов, Изуку крутил бы его на пальце прямо сейчас. — Я разговаривал со Всемогущим сегодня, — наконец заговорил он. — Он сказал, что может попытаться протолкнуть нас на шоу. Безусловно, только если ты в самом деле хочешь принять участие. — Да пофиг вобще, — проворчал Каччан. — Это может быть интересно, полагаю. Наблюдая за тем, как эти неудачники проебывают вопросы, во мне кипит желание показать всем, как это делается. — Такой соревновательный, Каччан, — Изуку тихо рассмеялся. — Кто знает, у тебя, вполне возможно, даже появится немало поклонников! Я слышал, ты весьма популярен среди старшеклассниц. Блондин фыркнул. — О, нет. Они будут тратить свое время на гея. Изуку инстинктивно замер. После неловкой паузы из телефона прозвучал голос: — Деку? — О-о, э-э. Я имею в виду… ну, я… То же самое. Вроде. Эм, да. Я такой же. Извини, я просто немного удивлен. — Оу. Изуку прикусил губу. — Угу. — Эээ… круто, наверное. — Я… кто-нибудь еще знает? На этот раз тишина так затянулась, что Изуку подумал, что Каччан повесил трубку. — Эм, ало? — Нет. Никто больше не знает. В любом случае, это никого не касается. — Это верно, Каччан, — ответил Изуку, стараясь произнести слова на улыбке, надеясь, что это привнесет немного утешения для его друга. — Эй, а кстати, почему ты вообще решил посмотреть Восходящие звезды? Облегчение Каччана при смене темы было очевидно. — Не знаю, я просто думал о… — он сделал паузу. — Думал на счет популярности в целом. То есть. она не помешает, я думаю. К тому же, хотел посмотреть, что за отстойные игры там проводят. Изуку зевнул и кивнул, хотя прекрасно понимал, что Каччан не мог его видеть. — Каччану не нужно появляться в шоу, чтобы быть популярным. — Да, да, я знаю, — почти что с некой мягкостью в голосе сказал Каччан. — Мой голос утомляет тебя, Деку? — Мммм, — глаза Изуку начали закрываться, — конечно нет. Я мог бы слушать твой голос всю ночь. Если бы Изуку не был настолько уставшим, после таких слов он сквозь землю бы провалился. Но глубокий голос Каччана успокаивал, даже если время от времени он был приправлен ругательствами, и Изуку чувствовал, что начинает засыпать. (Если бы они оба находились в одной комнате, он бы увидел, как руки Каччана подлетели к лицу, чтобы скрыть позорный румянец, растекающийся по его щекам) — Иди спать, — грубо сказал тот. — Хорошо, добр’й н’чи, Каччан. Хорошо поболтали. — … Мгм. Доброй. Изуку так и заснул со своим телефоном в ладони. —-- Всемогущий был прав, когда сказал, что он, как никто иной, сможет достать им проход на шоу. Примерно месяц после того, как Всемогущий, как он выразился, «сделал пару звоночков», Изуку получил звонок от менеджера Ханазавы, в котором тот сообщил, что он и Каччан получили место на эфир через три недели. Как и обещал менеджер, письмо с подробным описанием различных рубрик а также другими правилами этикета на интервью и советами только что пришло на его почту. Изуку даже не обратил на него внимания. — Каччан! — прокричал он через весь спортзал. Другие герои, слонявшиеся в спортзале, не обратили ни единого внимания на крики Изуку в безбожный пятый час утра. Все они уже более или менее привыкли к его присутствию в этом спортзале. Сам виновник торжества в тот момент выполнял свои ежедневные упражнения на другом конце зала. Он не счел нужным проворчать в ответ ни единого звука и даже не стал поворачиваться на крик, а это могло означать лишь то, что его злило, что Изуку разговаривал с ним во время тренировки. За его спиной первые признаки восходящего солнца приветствовали героев через большие панорамные окна. Изуку вприпрыжку побежал к турникам и с разгона затормозил перед очень потным, очень увлеченным делом Каччаном. — Угадай, кому достали место на Входящие Звезды?! Каччан бросил на него взгляд из-за перекладины, ненароком задержавшись в воздухе посередине упражнения с такой легкостью, будто он этого даже не почувствовал. Его глаза хладнокровно просканировали лицо Изуку, прежде чем его брови слегка приподнялись. — Черт, — пробормотал он, спрыгнул на землю и расплылся в ухмылке. — Уже? Черт, ладно. Когда наш эфир? Улыбка Изуку растянулась еще шире, когда он увидел, что Каччан взволнован не меньше его самого: — Три недели! — Оу. Это довольно скоро. Не стоит ли… — Наше расписание уже освобождено на нужный вечер, Каччан, шоу связывается с нашими агентствами, чтобы подвинуть график, так что… — Хэй, никакого чёртового чтения мыслей перед шоу. Но глаза Изуку уже потеряли концентрацию, и он больше его не слушал: — Ох, у меня же нет ничего красивого надеть. У меня, конечно, есть тот черный костюм с выпускного, но с той поры я набрал немного мышечной массы, и я не уверен, налезет ли он сейчас. Но вообще, это неплохой вариант. Нужно померить. Но что, если не подойдет? Не могу поверить, что за весь этот год мне ни разу не понадобился костюм, — Изуку перевел взгляд обратно на Каччана и моментально пожалел об этом. Каччан вытер пот с лица белым полотенцем, после чего повесил его на шею и посмотрел прямо на него. Во рту Изуку пересохло, он изо всех сил старался не задерживать взгляд на блестящей глазурной коже прямо под ключицей Каччана. — Эм… — многозначительно пробормотал он. — Мы можем просто пойти и поискать костюм, если ты так волнуешься, — сказал Каччан, закатив глаза. Он схватил с земли бутылку с водой и сделал большой глоток, совершенно не замечая, как Изуку пристально смотрит на его кадык. Опустив бутылку, Каччан прищурил глаза. — На хрена ты пялишься? Когда зеленые глаза Изуку метнулись обратно к паре красных, он понял, что все это время пялился на грудь Каччана. Блондин осмотрел себя, будто пытаясь найти что-то необычное, и Изуку охватило внезапное желание сесть на ближайший рейс подальше из Японии. Но затем: — Блин, как ты это заметил? Каччан стряхнул с себя крошечного жучка, присевшего на его майку, почти незаметного среди черного цвета. Изуку с облегчением выдохнул и отправил молитву на небеса, поблагодарив их за создание крошечных привлекаемых потом насекомых. — Э-э, в любом случае, — выдавил Изуку, молясь тому же небу, чтобы он не раскраснелся как сумасшедший. — Мы должны… — Он остановился. — Подожди. Мы? — М? — Ты сказал, что мы должны подыскать для меня костюм. — Изуку склонил голову набок. — Разве это не то, что я скорее всего сделал бы сам?» Изуку не упустил, как нижняя часть шеи Каччана внезапно покраснела. С губ изуку непроизвольно вылетел смешок, хотя он знал, что это только разозлит Каччана. — Что смешного, черт возьми? — Каччан хочет потусоваться со мной! — нараспев прощебетал он, радостно смеясь. — Нет, блять, не хочу, — отрезал он, явно смущенный. — Забудь, что я вообще что-то сказал… — Нет! — Изуку зажал себе рот рукой, когда это слово вырвалось громче, чем он планировал. Он оглядел спортзал, который медленно увеличивался в количестве посетителей. Никто, как обычно, не обратил на него внимания. — Т-то есть нет, — сказал он, наклонившись ближе и прошептав последнее слово. — Ты обязательно пойдешь со мной! Это будет весело. Ой, а почему я шепчу. О, смотри! — Изуку прищурил глаза, когда комнату залил теплый солнечный свет, окрашивая его лицо мягким золотым оттенком. — Солнце встает. За все время Каччан не сказал ничего, что могло бы прервать бессвязную речь его друга. Он так же молча наблюдал, как Изуку смотрит на городской горизонт с улыбкой, которая могла бы затмить сам восход. — Хорошо, — процедил он сквозь зубы, соглашаясь на просьбу, которую он сам изначально предложил. — Я пойду с тобой. Но только потому, что у тебя нет чертового стиля, и тебе нужен кто-то, кто спасет тебя от самого же себя. — Мой герой! — Изуку рассмеялся в надежде, что тренировка хотя бы немного подняла Каччану настроение, что позволит ему избежать смерти за небольшое поддразнивание. — Серьезно, Деку. Ты будто умоляешь меня вырвать все кости из твоего тела и швырнуть их в чертову Норвегию. Ах, значит, тренировка сработала! — Тот факт, что им дали только два пропуска за кулисы для друзей и членов семьи, усложнил ситуацию. Ну, во всяком случае, усложнил для Изуку. Когда он спросил Каччана, кого он собирается привести, ответ не заставил себя долго ждать: — А? Мы можем привести двух человек? Думаю, Киришима и Пинки освободят свое время. Излишне говорить, что Изуку был несколько раздражен и совсем слегка завидовал тому, что его друг сделал выбор так легко. Забираясь на пассажирское сиденье машины своей матери, он старался не чувствовать вину за то, что из всех выбрал Инко и Урараку. Он не винил себя за то, что выбрал свою маму, потому что, ну, во-первых, он любил ее до чертиков, а во вторых она, вероятно, была единственной, кто заслуживал к себе наиболее особое отношение от Изуку. В то же время выбрать друга оказалось нелегко. В конечном счете Изуку просто отправил ссылку на генератор случайных имен в групповой чат и дал своим друзьям поразвлечься. Имя Урараки всплыло на первый план, поэтому сейчас она, пока Инко за рулем лихо мчится по улицам, сидит на заднем сидении с позеленевшим лицом, вцепившись в ручку на крыше машины. — Деку-кун! — послышался ее умоляющий голос, приглушенный прижатой ко рту рукой. — Я рада за тебя и все такое, но… О БОЖЕ, МИСИС МИДОРИЯ-САН, ПОЖАЛУЙСТА, ПОМЕДЛЕННЕЕ. Я чуть не умерла на пути к тебе, твоя мама водит как маньяк! У тебя есть… ААААА, Я СЕЙЧАС УМРУ! ВЫ ЧУТЬ НЕ СБИЛИ КОШКУ — у тебя тут есть бумажный пакетик? Инко за рулем безмятежно улыбалась: — Ах, прости, что напугала тебя, Урарака-кун! По правде говоря, я не совсем уверена, как ехать медленнее! Машину толкнуло, когда Инко задрифтила практически под прямым углом, чуть не проехав на красный сигнал светофора. Изуку и Урарака изо всех сил вжались в сидения, хотя на лице Изуку покоилась умиротворенная улыбка. Он повернулся назад и лучезарно улыбнулся своей подруге. — И тебе привет, Урарака! Отлично выглядишь! — На ней были надеты красивая пастельно-розовая блузка и голубые джинсы. Неверотяная беззаботность Изуку заставила Урараку недоверчиво прищуриться. — Ты пугаешь меня, Деку. Как ты выживаешь, добираясь туда и обратно со своей мамой, навсегда останется для меня загадкой. Мисис Мидория-сан, если вы не повернете сейчас, мы врежемся в бордюр! На удивление, не врезались. Что еще более удивительно, Инко попала в пробку, так что машина постепенно утихомирилась. Урарака пробормотала что-то о том, что не чувствовала такого головокружения даже когда злоупотребляла своей причудой. — Ох, Изу! — внезапно воскликнула Инко, повернувшись к сыну, ее глаза уже блестели от наоворачивающихся слез. -— Мой мальчик будет в прямом эфире! Притом с Кацуки-куном! Из всех возможных людей! Я не могу в это поверить. Только посмотри, каким большим ты стал! Боже, дорогой, я горжусь тобой больше, чем когда-либо в моей жизни! Изуку улыбнулся и наклонился вперед, чтобы чмокнуть ее в щеку. — Ты говорила то же самое на моем выпускном. Кроме того, мы виделись всего три недели назад, насколько же я мог успеть вырасти? — Немного, — признала она, машина снова продвинулась вперед. — Мне просто нравится это говорить, потому что это заставляет тебя улыбаться. Ты нервничаешь, милый? Урарака, выглядевшая теперь гораздо более расслабленной, издала нервный смешок. — О, даже не сомневайтесь, он нервничает. Ты, Деку, известен тем, что приходишь в ужас от игрового шоу, и абсолютно ничего не чувствуешь, убивая злодея. Со вздохом он сполз ниже по сиденью и попытался подавить неприятную тревожность в животе. — Угу, теперь я чувствую себя глупо. — Эй, подумай об этом так, — мягко сказала Инко. Урарака вновь вцепилась в ручку, стоило машине начать набирать скорость. — Что бы в этот момент чувствовал Кацуки-кун? «Он был бы в порядке», — подумал Изуку и глубоко вздохнул. — «Тогда со мной тоже все будет в порядке». — — — — — — — — — — — — — Та девушка с голубыми волосами будет давать вам подсказки, — объяснил Кадзи, указывая на женщину, что возилась с двумя белыми маркерными досками, присев на корточки рядом с камерами. — Очевидно, она не будет придумывать за вас, что говорить. Смысл этого шоу все-таки в том, как вы, ребята, раскроете свои личности и все такое. Та девушка скорее укажет на то, что делать дальше, даст совет и так далее. Вы же прочитали письмо, верно? «Всего-то лишь около миллиона раз», — подумал Изуку. Он посмотрел на Каччана, который был слишком занят тем, что, скрестив руки на груди, строил сердитый вид. Они вдвоем только что прошли парикмахерскую и гримерку и сейчас стояли перед знаменитыми плюшевыми креслами студии Леди Ханазавы. Ее менеджер, невысокий темноволосый мужчина по имени Кадзи, непринужденно сидел на столе напротив них, балансируя держатель для бумаги на сгибе локтя. — Еще бы, черт побери, — ответил Каччан. — Просто скажите в двух или менее словах, что от нас требуется. Менеджер закатил глаза, ничуть не поколебленный манерами героя. — Как очаровательно, — саркастически протянул он. — Я уже представляю, как публика схавает этот выпуск. Каччан заметно ощетинился: — Что, черт возьми, это должно означать? Кадзи спрыгнул со стола и поднял обе руки в жесте капитуляции. — Ничего. Я просто ожидаю, что количество зрителей шоу возрастет. Людям нравятся вспыльчивые ублюдки вроде тебя. Просто будь собой сегодня вечером, Король Взрывокиллер, и ты легко справишься со своей задачей. К удивлению Изуку, в ответ в менеджера не полетели оскорбления, хотя он только что прямо в лицо назвал Каччана вспыльчивым ублюдком. — Ха! — Ухмыльнулся тот. — Еще бы. Затем Кадзи пробежался по всему остальному — большей частью были правила, которые Изуку уже изучил в электронном письме. Вскоре менеджер ушел, пробормотав: «А где Кито, этот засранец?», вновь оставив двоих героев в относительном одиночестве. Изуку взглянул на часы на запястье. — Час до начала, — сказал он, громко сглотнув. — Деку, — Глаза Изуку метнулись вверх, где его встретил хмурый взгляд Каччана. — Расслабься, господи. Изуку сделал глубокий вдох, и улыбка вернулась на его лицо. — Я скорее в волнительном предвкушении, правда. Я просто… не могу поверить, что мы правда здесь. Все это будто сон. Смотри, даже наши рубашки сочетаются! Хотя теоретически они не должны были сочетаться, но пламенно-оранжевая рубашка Каччана действительно откликалась с бутылочно-зеленой рубашкой Изуку. Они обе были заправлены в черные брюки и их рукава были закатаны до локтей, так что двое хотя бы отдаленно смахивали на пару. Кацуки осмотрел себя снизу вверх, будто он уже успел забыть, во что он одет. — Странно ощущается быть не в геройском костюме под всеми этими камерами. Изуку открыл рот, чтобы ответить, но не нашел слов. Каччан уже выглядел очень хорошо ранее, когда они столкнулись в вестибюле, но теперь, после того, как визажисты наложили на него свои чары, он выглядел прямо дьявольски хорошо. Растушеванные пятна подводки под глазами, совсем не похожие на те, которые обычно виднелись из-под его маски после утомляющей работы, делали его глаза еще более соблазнительными. Визажистам даже удалось, — с помощью небольшого количества магии пудры, — сделать его кожу еще более совершенной, сделав ее ровной, будто нарисованной. Этот вид вызвал у Изуку головокружение, если честно. — Каччан? — мягко спросил он. Красные глаза метнулись к нему и задержались на его взгляде. — Что? Его мысли вертелись. Что, собственно говоря? Ему нужно было успокоить сердце. — Ты…. выглядишь хорошо. — Я знаю. Затем, наскоро оглядев Изуку с ног до головы, добавил: «Ты, эм, тоже хорошо выглядишь.» Мозг Изуку завис. Повисло неловкое молчание. — Привет, мальчики, — шелковистый голос раздался из-за стола. Подпрыгнув от неожиданности, они оба тут же отвернулись друг от друга и перевели взгляд на девушку. Леди Ханадзаве было около сорока лет, но ее лицо все так же носило черты игривости подросткового возраста. Ее длинные серебряные волосы были заплетены во французскую косу, спускавшуюся к бедрам, где покоилась ее худая рука с безупречным маникюром. Она склонила голову на бок, осматривая героев выпуска этой недели, и ее глаза сверкнули озорливой заинтересованностью. На пике своей карьеры Ханадзава быстро поднялась в геройских рейтингах, чем заработала себе имя одного из самых эффективных героев на всем белом свете. В самом деле, она и по-прежнему являлась рекордсменом по самому быстрому уничтожению злодея менее чем за секунду. Каким бы впечатляющим это ни было, Изуку больше приводила в восторг ее причуда, — та самая, которая послужила основой ее геройскому имени, — Стоп-Кадр. Госпожа Ханадзава могла останавливать время на секунды и даже минуты, что позволяло ей будто «лагать» в реальном мире, неожиданно меняя свою позицию в пространстве. Завораживающе было наблюдать за происходящим — вот она прыгает со здания, а вот она уже на противоположной улице, и через ее плечо перекинут разыскиваемый вор. Помогало и то, что Ханадзава была выдающимся бегуном. Изуку мог отчетливо визуализировать лихорадочные записи, которые он делал о ней со времен средней школы. Ему потребовалось все силы, чтобы не заверещать, как ребенок. Вместо этого он попытался изобразить на своем лице что-то более профессиональное. Это длилось целую волшебную секунду, прежде чем его целеустремленность с грохотом рухнула. — Л-леди Ханадзава! — взвизгнул он, с размаху поклонившись до самого пола. — Для меня большая честь познакомиться с вами! Отставная героиня рассмеялась, и звук был точь в точь похож на колокольчики или птичьи трели. Она положила изящную руку себе на грудь: «О нет, милый! Не нужно формальностей, сынок, мы здесь, чтобы расслабиться! И тебе добрый вечер, Бакуго-сан,» — она учтиво склонила голову перед блондином, который никак не отреагировал на ее прибытие. Когда Изуку выпрямился и посмотрел на друга, он с трудом сдержал улыбку. Каччан напыщенно скрестил руки на груди, но Изуку насквозь видел, насколько притворным был его облик. Он нервничал. Палец Каччана в ускоренном темпе стучал по его ребрам, когда он с напористостью встретил понимающую улыбку Ханазавы. — Стоп-кадр, — поприветствовал он. Затем, в последовавшей короткой тишине, он, очевидно, почувствовал, что нужно сказать больше. — Э-э… спасибо, что пригласили нас. — Никакой нужды обращаться ко мне по геройскому имени, — улыбнулась Ханадзава. — Просто «Леди» более чем достаточно. Как ощущения, мальчики? Другие ваши приятели — ну, знаете те, свеженькие выпускники из Юэй — волновались в разы больше, чем вы двое. — Мы не волнуемся. Изуку потребовалась секунда, чтобы понять, что их голоса смешались, что они сказали это в унисон. Ханадзава подняла идеально скульптурированную серебристую бровь и выпрямила спину. — Что ж, — сказала она. — Это будет интересно».