Прошлого не вернёшь

— Извините, но должно быть туго. Халтуру они заметят, — с этими словами Развитый крепко связал своим попутчикам руки за спиной. — Разумеется, — кивнула Дана, несколько поморщившись. Приятного в этой процедуре не становилось больше от того, что она сама её предложила. — Амайя, тебе страшно? — Хеллер попытался утешить девочку, но уже проклинал себя за то, что не может придумать подходящих слов. А были ли они вообще? — Веревки не страшно. Бывало больнее. Солдат боюсь. — Даже часто в телефонном режиме, но всё же военное воспитание давало о себе знать. Девочка неплохо рефлексировала свои эмоции и умела четко обволакивать их в словесную оболочку. — Можешь не скрывать свой страх, если вдруг они начнут тебя доставать. Сейчас сдерживаться по самой легенде, как раз не нужно. — «Приказ» ничего не держать в себе имел обратный эффект, и Амайя вроде как стала дышать ровнее. — Удачи. Она нам понадобится, — с этими словами бывший морпех довершил последний штрих с мешком. — Странс, есть работёнка. Сгоняй со своим «железным пегасом» в указанный квадрат, — голосом Томаса Джеймс связался со столь нужным пилотом.

***

— Ого! Это в каких лотереях такие счастливые билеты выдают?! — материализовавшийся летчик не мог поверить своим глазам. — Сказал же, у магазина шмоточного повязал их. Хватит лясы точить. Нигер тот уже однозначно землю носом роет. — Здесь бы этого любителя халявы и поглотить, после чего стремительно прикончить его помощника. Так бы Хеллер и сделал, если бы перебирался сам. Однако он был не один. Если вертушка будет атакована стаей летунов или обстреляна гидрой с земли, шансов уйти от атаки у штурмовика гораздо меньше, чем у профессионалов своего дела. Поглощенные воспоминания таких людей непосредственный опыт не компенсировали. Это как читать сведения космонавтов после их высадки на Луну, при этом самому ни разу не побывав в космосе. К сожалению, девушкам придется потерпеть не самую приятную компанию. — Ну тогда к главному. — Напоминания о высшем развитом заставило Странса переступить с одной ноги на другую, мысленно ускоряясь. — Как делить, сколько ты сказал, пятьсот тысяч баксов, будем? — Пятьдесят на пятьдесят, — резко ответил «Лакратион». На таких «граждан», солдатами их было называть позорно, он насмотрелся ещё во время службы в горячих точках. — Даже не торгуешься? — Странс подозрительно выгнул бровь. — Я-то согласен, но ведь ты выполнил больше работы… — Ты забыл, кто у нас на хвосте?! — так как на самом деле никого на нем не было, Хеллер мог кататься по ушам «товарищам» сколь угодно долго. Однако мужчина очень хотел не дать им возможности морально или даже физически попинать своих, как они думали, беззащитных пленниц. Что подобная публика одназно сделает, если почувствует возможность. — Питер, не глупи! — открыл спасительный фронт доселе молчавший, как оказалось от страха, а не от природной выдержки, «дополнительный» пилот. — Да. Точно. Валим отсюда.

***

— А Алекс не рассказывал, какого оно, когда людей ел? Там просто Иди Амин говорил, что они соленые, а Бокасса, что, наоборот, сладкие? — Этого стоило ожидать. Естественно, Странс не мог упустить возможность скоротать тряску в вертолете общением с таким уникальным человеком, как сестра сильнейшего высшего развитого. — Сам попробуй и узнаешь, — буркнула девушка в ответ. Мешок на голове приглушил звуки негодования. — Бойкая коза… Ну и чего ты хорохоришься? Плакать надо. Так нравится меньше будешь и всякие мужланы вроде меня доебывать не будут. Блин, дурак. Пытался через шлем подмигнуть. — Питер был хоть и не самым приятным хомо сапиенс, но явно умел в самоиронию. — Том, а мелкая то начальству нашему зачем? — Даже через мешок начало пробиваться учащенное дыхание девочки после упоминания о ней. — Зачем-то нужна. Я не спрашивал. Была бы не нужна, выбросил бы в каком-то переулке и всё, — в голосе Хеллера не дрогнула ни одна нотка. Хотя он был безумно рад, что шлем на голове скрыл выступившую испарину. — Как скажешь, — отмахнулся пилот. Вертолет двигался через пролив. С каждой минутой всё более очерчивались штрихи Бронкса или же «Жёлтой Зоны». Латиноамериканско-чернокожий квартал изначально был далек от определения «привлекательный». Бедность, высокий уровень преступности. Даже до начала эпидемии семейство Хеллеров чувствовало себя на уровне нормального среднего класса только за счёт доплат главному кормильцу как участнику БД. Сейчас же боро являлся готовой декорацией для съёмок социальной антиутопии. Во время второй вспышки именно сюда устремились беженцы с Манхэттена. Жилья всем не хватало, да и не каждый готов был пускать к себе незнакомцев с в лучшем случае, очевидно, нарушенной психикой. А в худшем вообще заразившегося или являющегося переносчиком. Поэтому беженцы стали массово возводить бараки, добавляя ко всем проблемам ещё и антисанитарию с окончательным дефицитом ресурсов. И, разумеется, этим хаосом не мог не воспользоваться Гентек. Вдали от всех журналистов, сотрудников Красного креста и дальше по списку, можно было творить всё, что угодно. Как, например, проводить опыты над людьми без спроса. В этом кошмаре троице и предстояло выживать. — Кстати, а у Развитых как с этим… Ну с мужским короче… — Странс сгенерировал новый мучающий его вопрос. — Не знаю я, — процедила Дана сквозь зубы. Казалось, ещё один подобный вопрос — и мешок на её голове загорится. — Выкашивание таких дебилов, как ты, в промышленных масштабах с лихвой заменяло Алексу личную жизнь. «А она действительно горяча. Не будь сестрой этого ублюдка…», — Джеймс махнул головой отгоняя неуместные мысли. — Так, ты мне надоела, — терпению первого пилота пришёл конец. — Вильям, где у нас тут рулон изоленты? — Однако стоило помощнику потянуться за материалом для кляпа, как ситуацию спасло… Нет, не так. Дана бы однозначно предпочла этому возможность тихо проследовать оставшийся маршрут с заклеенным ртом. — Это чё за гидра такая?! — завопили в унисон пилоты. Хеллер промолчал лишь потому, что временно потерял дар речи как таковой. Посреди пролива из воды выскочила гигантская тварь. — Метров десять над поверхностью. А до дна тут в среднем тридцать… — пропищал Вильям, выходящий из имитации немого лишь в подобные моменты. — Сними с нас мешок! — рявкнула Дана. Никто не возражал. Слепые обузы сейчас были никому не нужны. Амайя быстро прижалась к сестре Алекса в поисках защиты. — У этой сволочи зелёный цвет… То есть она растение. Это объясняет почему ей комфортно в воде. — И куда нам эту информацию себе засунуть?! — Странс пошёл ва-банк и допустил ошибку. Стал обстреливать мутанта из ракет. Доселе существо никак не реагировало на вертолет. Возможно, из-за слишком маленького размера потенциальной добычи запах воды перебивал для него запах людишек. Однако мощный залп с последующим прямым попаданием в корпус всё изменил. Тварь дернулась. Удар был сильным. Людишки показали, что недооценивать их не стоит. — Нет, нет! Не делай этого! У растений часто очень высокая регенерация, ты не пробьешь его! — отчаянно завопила Дана. — Вызывай истребители! — поддержал девушку «Томас». — Стопе, нам же тогда делиться придётся! Пятьсот штук — это не так много, чтобы ещё кого-то втягивать! — Питер был действительно безумен, когда вопрос заходил о деньгах. Пора было с этим кончать. — Держитесь за меня, — обратился Джеймс к девушкам, двумя пальцами разрывая путы на их руках, не обращая внимание на обескураженных попутчиков, — и крепко. Тут тридцать метров. До берега было совсем недалеко. Открыв дверцу бывший морпех «бомбочкой» десантировался с обхватившими его за шею девушками прямо в воду в тот самый момент, когда разъяренное чудовище клювом разгрызло вертушку пополам.