Киты умеют петь

      — Ты слышал, как эта самодовольная сука разговаривала со мной?! Да кто она вообще такая, что позволяет себе говорить со мной таким самоуверенным тоном?! — выливаю возмущение Хоро, пока мы идём к ресторану.       — Серьёзно не знаешь, кому нагрубил? — округлил глаза северный дурак.       — Нет, блять, а должен каждую высокомерную суку в лицо знать? Или она пиздец какая королева Вселенной?       — Ну не королева Вселенной, конечно, но в Японии её знают многие… Это Анна Кёяма, известная писательница… Она автор в таких бестселлеров, как «У любви лавандовый запах» и «Давай разделим печенье на двоих?»… Только не говори, что впервые слышишь её имя…       — Скажи мне, пожалуйста, ты кретин или да? — спрашиваю, изо всех сил стараясь не взорваться, но чувствую, как волосы давно уже стоят дыбом.       — Сам-то понял, какую хуйню сейчас сморозил? — усмехнулся Хоро неуверенно.       — Я-то понял, не сомневайся. Ты, блять, на полном серьёзе думаешь, что я в Китае интересуюсь творчеством современных подобий писателей Японии? Откуда мне, блять, знать об этой охуевшей пизде? Но меня больше интересует другое: ты-то откуда знаешь о ней?       — А… блин, не подумал… Ты ж в Китае живёшь! — заорал северная башка, и его лапа мгновенно встретилась со лбом.       — Не ори. Мне стыдно идти с тобой рядом. Исчезни на другой конец коридора, а лучше в другую страну…       — Да чё опять началось?! Нормально ж общались, дружили…       — Ты не ответил откуда знаешь про книжонки этой пизды, — говорю раздражённо.       — Это Пирика мне все уши прожужжала… — скомкано отвечает Хоро, не смотря на меня.       — Н-да? Что-то мне не верится… А ты, случайно, не пиздишь ли мне, засранец?       — Нет, конечно…       Пока мы разговаривали, не заметили, как дошли до входа в зал ресторана, где нас встретили две симпатичные хостес: грустная блондинка с ярко-зелёными глазами и, словно в противоположность ей, ярко-рыжая с озорными фиолетовыми глазами. На бейджике первой — имя «Мари», вторая — «Мати».       — Ебать! Рен, походу иностранки! — заверещал кретин Юсуи, когда прочитал имена на их бейджиках.       — Заткнись, чесотка, не позорь меня… — шипю на этого дикого придурка, закатывая глаза и вопрошая небо, за что этот кретин свалился на мою голову…       — Вот что ты вечно так томно глазки закатываешь, будто стесняешься меня? — ноет Хоро шёпотом.       — Ты слово «будто» убери и скажи ещё раз, — ухмыляюсь я.       — Доброе утро, молодые люди! Меня зовут Матильда, и я буду сегодня вашим официантом. Сейчас принесу меню завтрака, хорошо? — подошла к нам рыжая официантка с озорными фиолетовыми глазами, когда мы приземлились на свободное место в углу.       Матильда скрылась из виду среди многочисленных столиков просторного зала, чтобы через несколько минут вернуться с рабочим планшетом, на котором мелькали фотографии блюд.       — Советую Вам попробовать блюдо дня: жареный лосось в соевом соусе с рисом и кунжутом, — улыбается рыжуля, заглядывая мне в глаза с улыбкой.       — Я буду молоко c шоколадными мюслями, — твёрдо-холодно говорю я, давая этой девушке понять, что не расположен отвечать на её заигрывания со мной.       — А Вы? — ласково обращается она к Хоро оскорблённая моим холодным равнодушием к её попыткам привлечь на себя внимание. Я же только усмехаюсь.       — Мисо и тамагояки.       — Я покину Вас ненадолго. Если что-то понадобится, вы всегда можете вызвать меня с помощью пульта управления. Хорошо? — улыбнулась официантка перед тем, как отойти от нас и затеряться среди многочисленных столиков ресторана.       Хоро провожал девушку завороженным взглядом, пока я не привёл северянина в чувство:       — Челюсть подбери, Квазимодо, — ухмыльнулся я.       — Отвали. У тебя есть подружка-невеста, а я, может, тоже любви хочу! Ебать, Рен, ты видел до чего дошёл прогресс? Можно нажать на кнопку, и она придёт! Вот бы это работало и за пределами этого отеля… — грустно вздохнул Хоро.       — Ты меня раздражаешь, кретин… Ничего тут удивительного нет, — говорю устало.       — Блять, я веду себя точно так же, как Йо, а тебе всё равно всё не так и не то, блять! — возмутился мой синеволосый тормознутый спутник.       — Йо меня не бесит, в отличие от тебя… — испускаю страдальческий стон.       — Потому что ты течёшь него, как девка… — тихо буркнул идиот.       — Что ты там обиженно ноешь себе под нос?       — Ничего…       Вскоре Матильда принесла нам наши заказы, и, совершая очередные попытки привлечь моё внимание, она улыбнулась мне и принялась протяжно и грустно изучать мои глаза. Закончив изучение, вдруг задумчиво выдала, обращаясь ко мне:       — Сочетание золотого и фиолетового смотрится очень гармонично и красиво, Вам так не кажется?..       — Мне больше нравится сочетание золотистого и красного, как глаза моей невесты, — сладко улыбаюсь я, с искренним наслаждением наблюдая, как уверенность и игривость в лице Мати стремительно сменяются растерянностью и грустью, по мере того, как до неё доходит холодный равнодушный смысл моих слов.       — Я вам двоим не мешаю? Я, вообще-то, не салфетница и не для красоты! — прошипел Хоро, открыв по мне яростный огонь своих синих растерянных и отстранённых глаз.       — Мне — мешаешь, я тебе уже который день делаю ну о-о-очень жирные намёки… — отвечаю невозмутимо пожимая плечами, — а что до Матильды-сан, не знаю, можешь спросить сам, но не думаю, что ответит тебе честно… — усмехаюсь я, переводя свой скучающий взгляд на картину летящих журавлей, висящую на стене напротив.       — Так, ты доволен? Завтрак окончен? Я могу уже вернуться в свой номер? — спрашиваю дёргано, не в силах и не считая нужным сдерживать своё раздражение, которое растёт ежесекундно, нуждаясь в выходе.       — Ой, да иди уже, задолбал ныть… И как только бедняжка невеста тебя будет терпеть…       — Тебя еба… волновать не должно, — отвечаю я, счастливый от того, что для меня этот театр абсурда подходит к концу. Срываюсь с места так яро, словно боюсь, что в любой момент Хоро остановит меня и заставит остаться тут ещё на час по какому-то абсолютно кретинистическому поводу.       Покидая ресторан, быстрым шагом иду к лифту, беспрестанно оглядываясь из опасений, что северный идиот нагонит меня и найдёт предлог задержать ещё хоть на минуту. Чувствую удар от столкновения с кем-то и знакомый возмущённо-взбешённый голос:       — Под ноги смотри, идиот! — зло взвизгнула Анна, падая назад и увлекая меня за собой.       — Если бы Вы не стояли на проходе, я бы в Вас не врезался! И вообще, не много ли Вы о себе думаете? — спрашиваю я, за что мне прилетает ещё одна звонкая пощёчина.       — Не смей фамильярничать со мной, наглец! — взвизгнула от возмущения писательница, и её янтарный взгляд вспыхнул кровожадным гневом тысячи óни, словно угрожал мне расправой.       — Великолепно! Я ещё и виноват?! — нет, ну это уже выше моих сил! я, конечно, Тао, но терпеть оскорбления этой девки с гигантским самомнением, которая возомнила себя ёбаной королевой мира только потому, что написала пару книжонок для школьниц, я не собираюсь.       — А не пойти бы тебе к чёрту, Анна? — спрашиваю холодно и разъярённо.       — Ты труп, колючка… — рычит Анна в ответ, и мы уже уже близки к тому, чтобы подраться, как вдруг…       — Анна-сан! Подождите меня, пожалуйста! — окликает писательницу не знакомый мне голос…       — Я Ваша преданная читательница! Пожалуйста, подпишите книгу! — внезапно подлетевшая запыхавшаяся девчушка лет семнадцати едва не сносит Анну с ног, заставляя ту поморщиться так, словно её только что оскорбили, а меня — усмехнуться.       — Видите что-то забавное? — строго спрашивает Анна у меня, а я проклинаю себя за медлительность.       Молча продолжаю свой путь к лифту, не намереваясь тратить время на пустые споры с этой пиздодельной особой.       Подхожу к кабине и нажимаю кнопку вызова, надеясь хотя бы подняться на свой этаж без приключений. Впрочем, мои надежды оправдываются, и я относительно спокойно доезжаю до нужного этажа. Относительно, — потому что вздрогнул, вспомнив утреннюю картинку в своей голове, где из действующих лиц я, синеволосый кретин и этот лифт…