Совсем не изменился

      Учёба. Вот оно – настоящее зло.       Генри сидит за первой партой, максимально близко к доске, и старательно делает заинтересованное лицо, при этом, даже не подозревая, на каком именно уроке он сейчас находится.       Учитель увлечённо рассказывает что-то на незнакомом языке, а Генри кивает на каждое слово, из-за чего кажется, что он всё прекрасно понимает. Это привычка, появившаяся ещё далеко в детстве. В то время его часто отчитывали за то, что он отвлекается и невнимательно слушает. Теперь вообще не слушает, но никто и не догадается, пока преподаватель не задаст ему какой-нибудь вопрос по теме, на который он, конечно же, не ответит.       Перед уроком, когда Генри закидали бумагой, он сразу придумал, как выкрутиться из этой ситуации.       Поначалу он ловил то, что летело в него, и бросал, не целясь, обратно в одноклассников. Потом, пока все продолжали смеяться, веселиться и просто заниматься своими делами, он отошёл чуть в сторону от двери и незаметно встал поближе к Маргарет, так, чтобы его хорошо было видно со входа.       Через минуту в класс зашёл мужчина, лет тридцати-сорока. По внешнему виду можно было понять, что это очень рассеянный учитель: рубашка спереди заляпана полупрозрачными пятнами, на плечи накинут синий пиджак, а в руках – книги, которые так и норовят выпасть. Он оглядел царящий в помещении бардак и принялся выяснять, что здесь произошло. Генри сделал настолько несчастное лицо, насколько позволяет его мимика, и сказал, что когда он пришёл сюда, кабинет уже был завален бумагой, а Маргарет пыталась заставить его убирать всё это и грозилась избить.       Никто из класса ничего не возразил против этой версии произошедшего – всех устраивало то, что их не выдали. Был слышен только скрип зубов девушки с розовыми волосами, её лицо от злости покраснело, а во взгляде читалось: «Пизда тебе на перемене, сучёныш».       Преподавателю ничего не оставалось, кроме как поверить в эту ложь. Он ничего не знает о новеньком, но зато много знает о Маргарет и о её сомнительной репутации, на основе которой, можно предположить, что всё было именно так, как сказал Генри.       Девушку оставят убираться после урока, а пока, учитель ходит по кабинету и чудом не падает, натыкаясь на белые листы. Класс тихо хихикает каждый раз, а вот Генри не может себе такого позволить – он играет роль прилежного ученика.       Втереться в доверие – один из самых распространенных способов манипулировать человеком. Никогда не знаешь, что может произойти и, на всякий случай, лучше обзавестись людьми на своей стороне, особенно, если это кто-то из взрослых. Поэтому, Генри перестанет изображать паиньку только исчезнув с поля зрения мужчины.       Как только прозвенел звонок, парень как можно быстрее покинул кабинет. У него есть не так много времени, чтобы скрыться где-нибудь, пока Маргарет собирает разбросанную бумагу. Неизвестно, что она с ним сделает, если найдёт. Разговаривать с этой язвой не хочется, а драться уж тем более.       Но тут возникла проблема, и заключалась она в том, что Генри не знает куда идти. Размышляя над этим, он не заметил, как перед ним оказались два парня – по всей видимости, его новые одноклассники. Один был в фиолетовой расстёгнутой кофте, тёмно-зелёной водолазке под ней и серых джинсах. На шее висел фотоаппарат, чёлка набок закрывала небольшую часть лица. Второй – руссо-рыжеволосый, в зелёном свитере, штанах цвета хаки и с какими-то учебниками в руках. — Привет, — первым заговорил парень с фотоаппаратом. Генри поднял взгляд на лицо говорящего. За стёклами очков были видны покрасневшие от чего-то глаза, а точнее, область вокруг глаз, — Ты ведь Генри? — Слушайте, я, конечно, умираю от желания с вами познакомиться, но мне надо спешить. Так что, давайте как-нибудь в другой раз, — Генри уже было повернулся спиной к собеседникам, но его остановил голос второго парня. — Ты от Маргарет хочешь спрятаться? Мы можем помочь. — И чем вы мне поможете? — Отведём туда, где она тебя не найдёт.       Предложение заставило задуматься. Помощь бы тут не помешала. Они лучше знают школу и лучше знают Маргарет, раз учатся с ней в одном классе. Но может быть и подвох. А вдруг, она сама их и послала, чтобы они задержали Генри или, ещё хуже, привели в место, где его будет поджидать засада. — Почему я должен вам верить? — Генри скептично сложил руки на груди и нахмурил брови. — Ты и не должен. Мы просто предложили. Хочешь – соглашайся, не хочешь – не соглашайся, — челкастый говорил спокойно и вразумительно. Лицо выглядело то ли серьёзно, то ли пофигистично. Друг же его наоборот – переживал и нервничал, от чего его немного потряхивало. Наверное, именно этот рыжий и придумал спасать Генри от злой стервы. — Ладно, ведите.

***

      Парни поднялись на этаж выше, прошли до конца коридора и остановились около самой последней двери.       В этом месте было темно – окон не было, а свет от ламп не доходил. Деревянная дверь была обшарпана и в некоторых местах на ней расползались трещины. Было жутко. Казалось, что отсюда можно попасть в потусторонний мир, и от этого по телу проходили мурашки. — Что там? — спросил Генри, кивком показывая на вход в интересующее его помещение. — Раньше это был обычный кабинет, но теперь это что-то вроде склада. Сюда относят поломанные вещи, непригодные для использования: парты там, стулья, шкафы, — объяснил тревожный парень.       Тем временем, очкастый уже вошёл в эту дверь и, передвинув что-то, махнул рукой остальным, приглашая зайти тоже.       Оказавшись внутри, Генри увидел именно то, что описали ему ранее – склад со сломанными вещами. Все стены были заставлены шкафами, ими же посередине была выстроена стена с небольшим проходом сбоку, разделяющая кабинет пополам. Перед шкафами шли стены из парт. На каждой было ещё по несколько, и эти башни почти доставали до потолка. Над стульями особо не заморачивались – они стояли как попало. Где-то кучками, где-то по одному, некоторые даже не стояли, а лежали. Там, где это было возможно, находились сломанные компьютеры. На некоторых партах стопками лежали порванные книги и тетради. Возле двери, опираясь друг на друга, стояло несколько точно таких же дверей. Видимо, они и были отодвинуты, чтобы не мешали заходить в кабинет. — Почему вы считаете, что Маргарет сюда не придёт? — Генри взял ближайший стул, повернул передом к одноклассникам и сел на него. Но через пару мгновений он, негромко вскрикнув, упал на пол, и остался там сидеть, сверля поломанную ножку стула осуждающим взглядом. — Год назад ей здесь прямо на голову упала парта, вместе со всем, что на ней лежало, — руссо-рыжий парень схватился за свою голову будто это на него что-то упало. Генри стал кататься по полу заливаясь громким смехом. — Так вот почему она такая! — Какая? — Ёбнутая! — Генри накрыла новая волна хохота. Успокоившись, он поинтересовался, что было дальше. — Она тогда такую истерику устроила! Даже полиция приезжала! Правда, потом, когда выяснилось, что никто ни в чём не виноват, они попросили больше не беспокоить их по пустякам и уехали. Маргарет ещё несколько месяцев уговаривала директора сделать что-нибудь с этим кабинетом, и пыталась самостоятельно вынести отсюда вещи. Вскоре она решила просто игнорировать его и не подходить без надобности, — кисти юноши были сжаты в замок у груди, глаза тревожно бегали из стороны в сторону. На его плечо легла чужая рука, и парень, широко раскрыв глаза от испуга, стал медленно поворачивать голову. Узнав в лице стоящего за спиной своего друга, он успокоился и выдохнул с облегчением, а тот продолжил говорить за него. — Ходят слухи, что это подстроил Ральф. Он хотел сделать здесь место, где будет собираться с друзьями и прогуливать уроки, а Маргарет хотела, чтобы тут была «девчачья комната», в которой они будут краситься, сплетничать и заниматься всякими девчачьими делами. Во время спора о том, кому достанется кабинет, Ральф каким-то образом скинул парту на Маргарет, чтобы прогнать, а потом спрятал все улики до прихода полицейских. Теперь он приходит сюда иногда вместе с бандой. Сегодня они все прогуливают, поэтому кабинет свободен. — Так, погодите. Кто такой этот Ральф? — Генри озадаченно смотрел на собеседников. Казалось, ещё чуть-чуть, и его голова взорвётся от переизбытка информации, — А ещё, вы так и не сказали, как вас зовут.       Друзья переглянулись. Тот, что в фиолетовой кофте подошёл ближе, встал напротив нового одноклассника и посмотрел ему в глаза. — Ты что, совсем ничего не помнишь? — А что я должен помнить? — Генри разглядывал лицо перед собой и откровенно не понимал, что от него хотят. — Ральф был твоим лучшим другом в детстве. Мы все в начальной школе учились в одном классе. У нас ещё банда была – «Лиловая рука». — Лиловая рука... — взгляд переместился куда-то в левый верхний угол, рука зарылась в кудрявые волосы на затылке, — Звучит знакомо. На самом деле, мне мало что запомнилось с начальной школы.       Парень, стоящий перед Генри, сделал шаг назад. Оба лица выглядели огорчённо. Видимо, им зачем-то нужен был «старый Генри» из их воспоминаний.       Но для чего? Что он мог сделать раньше, но не может сейчас? Это как-то связано с тем Ральфом? Или с «Лиловой рукой»? Генри помнит, что у него была такая банда, дома до сих пор валяются вещи с эмблемой. Но её участники превратились в размытые силуэты без лиц и имён. — Я Вильям, — рука в фиолетовом рукаве протянулась для рукопожатия, на которое собеседник ответил, сделав максимально дружелюбное лицо, — а это Эндрю, — кивком Вильям указал на своего друга, на что тот вздрогнул и тоже пожал руку натянуто улыбающемуся Генри. — Рад знакомству, хоть и повторному. Вы, вроде, не плохие ребята, думаю, мы сможем снова стать друзьями, — кажется, эти парни много знают, они могут пригодиться. Пусть Генри и дружил с ними раньше, сейчас это не нужно. Главное – выведать у них побольше информации о том, что происходит в этой школе, кто здесь главный и какие у этого «главного» слабые места.

***

      Перемены проходили в кабинете-складе с Эндрю и Вильямом, а уроки – под испепеляющим взглядом Маргарет и безмолвными угрозами мучительной смерти.       Выяснилось, что Вильям – школьный журналист. Он предложил написать статью о Генри, так как в эту школу мало кто переводится и новички здесь редкость. Парень, конечно же, согласился. Чем больше людей о нём узнает – тем лучше.       И вот, настало время обеда. Скрываться от злобной одноклассницы можно хоть вечно, но против природы не попрёшь, есть всё-таки хочется. Остаётся только надеяться, что Маргарет не пойдёт в столовую, а продолжит поиски в другом месте.       Генри взял поднос, набрал всякой еды и стал искать стол, за который можно сесть. Поблуждав туда-сюда, он обнаружил небольшой столик в углу. Обычно такие сразу занимают, но этот, на удивление, был свободен.       Только начал юноша идти к своей находке, как кто-то схватил его за шиворот джинсовки и дёрнул на себя. Еда на подносе подпрыгнула и чудом не свалилась на пол. Приторный запах духов дал понять, кто стоит за спиной. — Не-е-е-е-е-ет!