Видения

Ещё восемь лет спустя Мерзкое предчувствие мучило её с самого утра. А предчувствиям она привыкла верить — они никогда её не обманывали. Вроде и всё нормально — большая часть пути позади, верный Байхэ за спиной, любимый шест в руках, мулы шагают тихо и мерно, торговцы — её подопечные — уважительны и подобострастны. — Дева Цин! Темнеет, скоро пора будет устраиваться на ночлег. И вроде обычная же фраза, а её как кипятком по хребту ошпарило. А-Цин напрягла память. Ну конечно. Вот он, тот день. Чем кончилось то видение? Тем, что она привезла того заклинателя и его учеников, связанными, в повозке, а в деревне их встречал Ян-гэ. Даочжан видел, что он попал в темницу и его захотят казнить — было ли это взаимосвязано? Да конечно! Она не строила иллюзий и прекрасно знала — её брат — преступник, которого, попадись он Великим орденам, ждёт плаха. Но она не позволит. Она уже выставила за ворота даочжана Суна — и тот, вняв её совету — или впечатлившись её навыками обращения с удавкой — больше не приходил. Она истово верила, что будущее можно изменить. Они расположились на поляне — той самой. Она выставит двойной защитный контур — амулетов хватит — и в нескольких чжанах воткнет ещё один, приманивающий нечисть — чтобы ни одна тварь гарантированно не влезла на поляну. Ей не придётся использовать тёмный амулет, и заклинатели пройдут мимо, ей не придётся драться с ними, везти их в деревню и рисковать. Ещё раз обдумав свой план и не найдя в нём изъянов, она приступила к его выполнению. Всё прошло как по маслу, и уже ранним утром они снова отправились в путь. Но на душе скребли кошки. Что-то было не так.

***

«Проклятая деревня» — гласила надпись на камне у дороги. Камень был сравнительно нестарым, а дорога — относительно чистой и утоптанной, что указывало на то, что деревня-то, возможно, и проклятая, но вполне себе жилая. — Зайдем туда, — скомандовал глава клана. Они неплохо поохотились, драгоценный племянничек умудрился сам упокоить одержимого волка, даже не сильно облажавшись при этом. Им необходимо было пополнить припасы.

***

Су Лин, бывший когда-то простым крестьянским мальчишкой, а ныне — учеником заклинателя, с огромным нетерпением ожидал свою шицзе, которая сегодня должна была прибыть с караваном. Караван, конечно, громко сказано — всего-то лишь три повозки, но для каких-то пять лет назад умирающего города это было большим достижением. Он всерьёз собирался просить её взять его с собой в следующий раз — ему уже шестнадцать! Так хотелось посмотреть на мир… Его наставники редко покидали окрестности города И — в соседний город даже не совались, и А-Лин догадывался, отчего. У учителя Сюэ были нелады с законом — в юности он знатно накуролесил, как ему рассказала шицзе — так что он не хотел лишний раз светиться. Жители тоже были научены не болтать лишний раз, особенно с незнакомыми заклинателями: сначала — от страха (наставник иногда был очень убедителен, а шицзе — счастлива от возможности практиковаться в целительских навыках), позже — почуяв свою выгоду, а ещё позже, когда учитель Сюэ додумался до охранных камней, избавивших город И от вечных туманов — из благодарности. А-Лин души не чаял в шицзе, даочжане Сяо и учителе Сюэ. Его даже не смущало, что последние явно были обрезанными рукавами — но шицзе это называла иначе — спутниками на пути совершенствования. Впрочем, по сравнению с Проклятой троицей (сыном бывшего старосты и его дружками, которые в своё время навлекли на деревню гнев учителя и дотрахались, в смысле отмучились, бедные, буквально два года назад, все втроём) они были образцом благопристойности. Пара мимолетных взглядов, лёгких прикосновений — на людях учитель Сюэ максимум мог придержать даочжана за руку или талию в местах, где он рисковал упасть — и всё. Местные шептались первые пару лет — а потом и привыкли, ну и дюжина сломанных носов как-то тоже не способствует злым сплетням. Как-то шицзе ему рассказывала, покатываясь со смеху, как один нахал шлепнул и обозвал даочжана Сяо, так тот ему сам руку поломал в двух местах — не иначе, как из милосердия, потому что учитель Сюэ сломал бы обе, и как минимум ещё выбил бы пару зубов. Итак, Су Лин, нетерпеливо наматывая круги по окраине, ждал, вглядывался в просвет между деревьями. И каково же было его удивление, когда на дороге появились четверо заклинателей: один взрослый и трое учеников. Ощущение наступающей катастрофы охватило его, и он бросился прочь. Немногие встреченные деревенские провожали его странными взглядами, а через минуту вжимали головы в плечи. — Великий Орден здесь! Задержите их. Передайте шицзе, что мне очень жаль, я должен предупредить наставника. Они по-любому отправятся в город… Су Лин вскочил на меч — он был довольно талантлив и уже вполне сносно умел летать, и умчался к городу. Лететь пришлось по лесу, а не над ним, чтобы заезжие заклинатели не увидели его снизу, жутко неудобно, но он умело огибал стволы деревьев и мягко скользил вперёд. Прибыв в город, впрочем, он так и не смог отыскать ни одного из наставников, он метался по городу несколько сяоши, пока шицзе сама не нашла его. — Шиди! — Беда, шицзе! Один из Великих орденов здесь! Я видел фиолетово-голубые одежды… А-Цин сжала зубы. Жители деревни очень старались задержать их: уговаривали остаться на ночлег, показывали местные достопримечательности — в основном, деревенское кладбище, на окраине которого упокоилась Проклятая троица. Заклинатели прониклись и были так любезны, что наложили ещё одну печать на их могилку — чтоб точно не встали и не занялись… Прежними делами. Но как бы деревенские не старались, заклинатели не пожелали остаться на ночлег, а направились в город И на мечах, разминувшись с А-Цин всего-то на пару сяоши. Она помчалась за ними, оставив караван в деревне. — Ты везде искал? — Дома их нет, я прочесал весь рынок и поспрашивал соседей, но всё без толку. Они уже собрались было снова идти в похоронный дом, чтобы оставить хотя бы записку, когда их отвлёк крик: — Дева Цин! Ваш брат… На него напали!.. А-Цин и А-Лин сорвались с места — благо, бежать было совсем недалеко. В самом центре города уже собиралась толпа недовольно ропчущих зевак, которые, услышав вопль девушки, моментально расступились. Они подоспели как раз вовремя чтобы увидеть, как на лежащего у крыльца дома Сюэ Яна опускается сверкающий фиолетовый хлыст. — Брат!!! Бой в лесу из видения встал перед её глазами, будто произошёл мгновение назад. Что же — она пыталась изменить будущее, но видимо, такова её судьба — сразиться с этим человеком. Заклинатель отвлёкся лишь на мгновение, но ей хватило, чтобы поднырнуть под светящуюся плеть и принять ее удар на Байхэ. — Отойдите, молодая госпожа, мне не хочется ранить вас, — процедил мужчина. Губы его дрожали от гнева. А-Цин отразила его гримасу и покачала головой. — Шиди. — одними губами, но А-Лин понял. — Эй, разойдитесь все! — крикнул он, увидев, как заклинатель снова воздел руку с хлыстом. — Не хватало ещё, чтобы кто-то пострадал! — И он бочком протиснулся к Сюэ Яну, щупая ему пульс и оттаскивая его подальше от поля боя. — Наставник Сюэ! Очнитесь!.. — Наставник?! — презрительно выплюнул заклинатель. — Ха! И чему же он учит тебя? Тёмному пути? Последний раз говорю тебе, дева — отойди от этого преступника! — Нет! Заклинатель усмехнулся. — Мне очень жаль.