Глава 11. Базар-Хадзар
28 июня 2025 г., 16:00
Небо было таким же хмурым, как выражение лица Шастуна, что смотрел в даль на плавно меняющийся пейзаж. Повезло, что не было осадков: ни мокрый снег, ни моросящий дождик сейчас не пришлись бы к месту. Антон, скрючившись и свесив одну ногу, сидел на краю телеги, которую тянула неспешно кобыла. Рядом полулежал на чужих вещах Викентий, а Миша местился в противоположной стороне, за кучером.
Им предложили лошадь, одну на троих мужиков с вещами. Уместиться было невозможно, но других свободных скакунов не нашлось. Так им пришлось тащиться с общим караваном и, поскольку они не имели никакого отношения к клану, уместили их в самом конце на телеге с общими вещами. Это всё равно было лучше, чем идти пешком. Если бы не клан «Жар-Птица», то идти им до Белгорода ещё двое суток с ночлегом неизвестно где, а так к вечеру они уже будут на месте.
Антону ничего не оставалось, кроме как смотреть за исчезающими за горизонтом лесами и полями, слушать, как скрипело одно колесо на телеге, и надеяться, что осадков всё же не будет. Ведь крыши над головами не было.
Шастун так широко зевнул, что слезинки образовались в уголках глаз. Выспаться сегодня не удалось. Антон смог уснуть, только когда Миша перестал ерзать, громко сопеть и всхлипывать на соседней лежанке. А потом их подняли с первыми лучами солнца. Сложно сказать, сколько конкретно часов он проспал, но этого явно было недостаточно. Даже сил не было, чтобы выяснять отношения.
Миша строил из себя обиженного ребёнка, которому не дали желаемого. Он надулся и начал показательно игнорировать Антона, а потом специально отсел подальше. Хотя вообще-то обижаться следовало бы Шастуну, но его лишь позабавило такое поведение. Для вечно зевающего Антона это было даже спасением. Может быть, получится немного подремать.
— Что такое Базар-Хадзар? — послышался вопрос от Дербина. Долго же он с этим тянул.
— Как ни странно, это базар, — хмыкнул в ответ Шастун, повернувшись к нему лицом. — Большое место, где скапливаются люди, чтобы обменяться товарами. Иногда это оптовый обмен.
— Люди из кланов?
— Не только. Любой может зайти: из кланов, поселений и даже банд. Базар-Хадзар – это нейтральная территория, там запрещено насилие, ну, кроме словесных взаимных оскорблений. Это правило больше для кланов, которые там собираются. У них что-то типа сезонных сборов.
— Сезонных сборов? — хмуро переспросил Викентий.
— Каждый первый месяц любого времени года кланы собираются в Белгороде, чтобы прийти к договоренностям, обменяться вещами и едой, заключить выгодные союзы или наоборот. Ну и, конечно, поиграть в карточные игры, — неспешно проговорил Антон, пока искал пачку сигарет. — Покер, двадцать одно, козёл и т.д. Даже можно назвать это турниром.
— А кто занимается… ну, порядком? Если там есть запрет на насилие, то кто-то же должен за этим следить, верно?
— Верно, — снова хмыкнул Шастун и прикурил одну сигарету. — Сейчас там на постоянной основе живёт часть бывшего поселения Медведей. Когда-то они славились тем, что большинство из них были военными, а причины их распада мне не известны, — вальяжно выдыхая дым, сказал он, потом снова затянулся и продолжил: — В общем, часть из них осела в Белгороде и теперь следит за порядком, причём не только в фигуральном, но и в некоторых помещениях. Там и заночуем.
— А посмотреть можно будет? — заинтересовано спросил Дербин, даже поддался вперёд.
— Да, ходите, где хотите! Базар-Хадзар находиться на территории железнодорожного вокзала, там всё огорожено и безопасно, — задорно сказал Антон, потушил окурок об толстую подошву ботинка и швырнул его на «обочину». — Если вопросы закончились, то я, с вашего позволения, вздремну.
— Конечно, — тихо вздохнул Викентий и подтянул ноги к себе.
Шастун натянул посильнее на голову капюшон и откинулся на чужие сложенные вещи, подложив одну руку под голову, а другую на глаза. Ход телеги был плавным, колесо всё так же негромко скрипело, а редкие кочки, камни и ямы на просёлочной дороге только лучше укачивали. И пяти минут не прошло, как сон забрал Антона в мягкие, тёплые объятия.
***
Когда телега перестала катиться и трястись, а остановилась и замерла – Шастун тут же проснулся. Он потянулся, широко зевнул и потёр глаза пальцами, затем рывком сел и только потом поднял веки, чтобы хмуро оглядеться по сторонам и понять, в чём же дело. Караван остановился, чтобы сделать небольшой привал и подкрепиться. Люди уже стали собираться в компании и разжигать костры. Миша успел пристроиться к одной такой, а вот Викентий далеко не отошёл и, завидев Антона, в два шага вернулся к телеге. — Что, уже обед? — слегка улыбнулся ему Шастун и провёл рукой по несвежим волосам. Последний раз они полноценно и нормально мылись у Лис, а времени с того раза прошло уже навалом. — Да, что-то вроде этого, — быстро ответил Викентий. — В этот раз вам удалось выспаться? — В этот раз? — непонимающе хмыкнул Антон. — Ночь была не такой длинной, как хотелось бы, — пожал плечами Дербин. — Пойдём, найдём что поесть, — добавил он, уже разворачиваясь. Шастун проследил за Викентием, что присоединился к толпе людей, среди которых уже что-то жевал Миша. Они встретились взглядами, и на душе сразу стало нехорошо, даже тяжело. Иногда Антон задавался вопросом, а вообще стояла ли игра свеч? Может быть, нужно было тогда пройти мимо и не спасать пацанёнку жизнь? Нет, пройти мимо он бы точно не смог, а вот нужно ли было тащить потом Мишу в Гнездо – хорошо вопрос. Жаль только, что ответа на него Шастун найти не смог. История не терпела сослагательных наклонений. Что было, то прошло, и уже ничего не изменить. Так что приходилось ему пожинать плоды собственных благородных поступков. Антон спрыгнул с телеги, быстро подошёл к костру и уселся на край бревна. Ему в руки тут же всучили куски лепёшки и одну четвертинку куропатки. Мясо толком не пропеклось, снова еле жевалось, но это всё ещё было чертовски вкусно и сытно. — Они очень радушны и добры, — прошептал просто Вик, чуть склонившись к нему. — Это один из самых дружелюбных кланов, — кивнул Шастун. — Тот же «Северный ветер» или «Алая роза» куда более закрытые, даже жестокие. Кстати, именно между ними и идёт холодная война. — И они будут в Базар-Хадзар? — Конечно, — снова кивнул Антон и стал дожёвывать свою порцию мяса. Привал продлился около получаса, может, даже больше. Дети беззаботно бегали на поляне, играя в свою выдуманную на ходу игру, женщины хозяйничали вокруг костров, пытаясь всем угодить, мужчины же проверяли транспортные средства и занимались лошадьми. Суета, конечно, тоже присутствовала. И, будучи практически в центре событий, только никак в них не участвуя, Шастун ощущал себя странно. Идти с кланом на протяжении долгого времени раньше не приходилось. Антон часто с ними сталкивался, обменивался информацией и свежими новостями, бывало, оставался на ночь, если правила клана позволяли. Но чтобы вместе куда-то двигаться – такого не случалось. Обычно их интересы не совпадали, кланы почти никогда не отправлялись в том же направлении, что и Пернатый. А сейчас ему с попутчиками очень повезло встретить клан «Жар-Птицы», что двигался на общие сезонные сборы в Белгород, через который им тоже следовало пройти. Шастун, безусловно, благодарил судьбу за свою удачливость, но она когда-то должна была кончиться. Бесконечно везти ему не могло. Всё время привала Миша продолжал дуться, игнорировал слабые попытки заговорить, показушно отворачивался, стоило им снова взглядами сойтись. Мозгами Антон понимал, что надо бы проговорить. Опять. Стоило в очередной раз напомнить Кукушонку расклад дел и скольких его родственников Шастун убил. Но душой и сердцем говорить об этом снова не хотелось. Нет, Антон не стал вдруг мягче и терпения к людям, он все такой же циничный мудак. Ему просто уже надоело повторять одно и то же. Всему был предел и его нервам — тоже. Наконец-то все собрались и продолжили путь. Антон так же сел на край телеги, свесив больную ногу, которая, к слову, почти перестала его беспокоить, и в очередной раз блаженно закурил. Было в этом сумасшедшем мире что-то неизменное — Шаст и сигареты, например, или Викентий и вопросы… — Антон, а что, если это всё бессмысленно? — вдруг спросил Дербин и Антон резко повернулся, выпуская дым сквозь зубы и сильно нахмурившись. — Мы уже так долго идём, а если всё зря? — Ничего не бывает зря, — вздохнул Шастун, перед тем как снова затянуться. А потом вновь выпустил дым одной струёй в сторону и добавил: — Для самурая важен путь, а не конечная цель. Сам Антон думал только о том, что его конечная цель находилась в противоположной стороне. — Даже если там правда есть заражённые люди, то шанс, что я смогу сделать вакцину почти мизерный, — быстро проговорил Викентий, поддавшись вперёд. — К тому же, если это наш вирус, то там уже одни трупы. Антон внимательно выслушал его и задумчиво прикусил щёку изнутри, а потом потушил окурок об подошву и тихо сказал: — Я буду с вами честен. Мне кажется, что это лишь слух и никаких заражённых там нет. — Зачем тогда мы идём туда? — искренне удивился Дербин. — Думаю, что там вы сможете найти новый дом, — слегка улыбнулся Шастун и, кинув взгляд на макушку Миши, который сто процентов подслушивал их разговор, добавил: — И не только вы. Викентий растерянно захлопал ресницами, даже чуть приоткрыл рот, но ничего не сказал. А Антон всё с той же лёгкой улыбкой на устах отвернулся и уставился вдаль на плавно меняющийся пейзаж.***
Базар-Хадзар встретил их яркими многочисленными огнями и пропускным пунктом. Хоть центральный вход был радушно открыт, контроль в лице суровых стражей пройти пришлось. Сегодня главным в смене оказался старый знакомый. Пока проходил клан «Жар-Птица», Шастун успел просканировать взглядом блюстителей порядка на входе и силуэт главного узнал сразу же. Мансур преподнёс традиционный дар – распотрошённую тушу оленя, а бывшие Медведи, будто нехотя, его приняли и снисходительно махнули рукой на прохождение всего клана. Антону с попутчиками пришлось подождать лишние минуты, пока весь караван пройдёт внутрь. Только когда проход стал свободным, они двинулись вперёд. — Шаст, вот так встреча! — воскликнул глава и развёл руки в стороны, словно собрался обнять Шастуна. Антон непонимающе уставился на мужчину, что был чуть ли не в два раза старше его самого, имел залысины на голове и россыпь маленьких морщинок на лице. Шастун и опомниться не успел, как его все же приобняли за плечи тяжёлые руки бывшего военного. — Полковник, что это с тобой? — изумлённо спросил Антон, выставив ладонь и резко отстранив его от себя. — Может, я соскучился по твоему унылому лицу и циничным фразочкам? — хмыкнул Полковник, похлопав его по плечу. — Ты вообще в курсе, что у нас тут всеобщий слёт кланов? — Я в курсе, — буркнул Шастун. — Сейчас же идёт вторая неделя декабря. — А что ты тогда тут делаешь, птица моя залётная? — А что, нельзя?! Может, я в покер пришёл сыграть? Вот, у меня даже лук хороший есть, пойдёт как ставка, — в доказательство своих слов, Антон снял с плеча тот самый лук, который ему достался от мёртвого Серафимовца. Полковник осмотрел внимательным взглядом оружие в его руках, покачал головой, мол, да, сойдёт, а потом кинул взгляд на попутчиков, стоящих чуть дальше за спиной Шастуна, и даже не успел просить… — Это со мной, — махнул рукой Шастун. — Чапаем тут в одно поселение на берегу Чёрного моря. Они мирные ребята, — под конец фразы Антон даже улыбнулся, обнажая верхние зубы. — Ну ладно, — вздохнул Полковник. — Правила ты знаешь: никаких открытых конфронтаций, даже если кажется, что у кого-то лишний туз в рукаве. — Я умею держать себя в руках, — холодно заметил Антон, закинув обратно на плечо лук. — Ну да, — опять вздохнул Полковник. — И за попутчиков своих отвечаешь, в противном случае — вход будет закрыт для всех троих. — Я знаю, — почти не шевеля губами и челюстью, сказал Шастун, смотря на него цепким взглядом. Бывший военный тоже ответил похожим взглядом. Они сверлили друг друга глазами, словно играли в старую детскую игру. А потом Полковник просто кивнул в сторону прохода и отошёл. Антон уже хотел пройти мимо, сделал шаг вперёд, а потом резко вспомнил кое-что, развернулся и спросил: — Есть место для ночлега? — Центральное здание вокзала, третий этаж, правый зал для ожидания, — немного отрешённо проговорил Полковник. — Благодарю, — кивнул Шастун и, уже не оглядываясь, зашагал вперёд. На самом деле территория Базар-Хадзара не была такой большой: железнодорожный вокзал, площадь перед ним, ряд остановок, стоянок и половина Вокзальной улицы. Забор вокруг, с вышками и несколькими входами, соорудила та часть Медведей, что осталась следить за порядком. А вот название было придумано кем-то из кланов, причём смысл едва ли кто-то понимал, но его быстро подхватили. Большинство кланов разворачивались на улице максимально рядом друг с другом, а другая часть останавливалась на первом этаже вокзала, где были высокие потолки и большие залы. В любом случае, палатки, шалаши, шатры и прочее стояли так близко, что атмосфера фестиваля висела в воздухе сама по себе. Было шумно, голоса людей слышались отовсюду: кто-то рассказывал истории, кто-то спорил, кто-то бренчал на гитаре. Огни костров и факелов освещали тёплым светом. Здесь ощущались безопасность и комфорт, даже не смотря на то, что одни могли смотреть волком на других. — Они что, все тебя знают? — Миша нарушил свой обет молчания, когда они уже поднимались по лестнице и остались только втроём. — С чего ты взял? — спросил Шастун, даже не обернувшись. — Почти все мужики кивают головами, когда видят тебя, будто здороваются. — Ну, я совершил много перелётов, — пожал плечами Антон. — Приходилось налаживать контакты. Как видишь, не зря: нас подбросили до города и без проблем пустили сюда. — Так сюда же могут войти, кто хочет, — добавил Викентий. — Да, но незнакомцев не всегда пускают, тем более, когда идут сборы кланов, — тут же ответил Шастун. — Пойдёмте, забьём себе койко-место и можете заняться, чем хотите. Только, — он резко обернулся и посмотрел Мише в глаза. — Только без выкрутасов и выкидонов, — Антон посмотрел и на Дербина. — Это вас обоих касается. Я не собираюсь бегать по всему Базару и спасать ваши задницы. Завтра утром мы продолжим путь, а пока можете пройтись, завести знакомства и даже обменяться с кем-то. — Хорошо, — легко согласился Викентий. — А что будешь делать ты? — хмуро спросил Миша. — Сыграю в покер, — растянулся в улыбке Шастун. — Надо же куда-то деть этот всратый лук.***
Дурака или двадцать одно Антон не любил никогда. Если в первой игре хоть как-то можно было пораскинуть мозгами, то во второй только и нужно было, что считать карты. А вот покер Шастуну нравился всегда. Там присутствовали не только элементы удачи, но и умение блефовать. Что-что, а держать лицо жизнь научила Антона уже давно. В кланах тоже любили карточные игры и нарды, конечно. Покер был у многих в почёте, так что, когда кланы все стекались в одно место, организовалось три, а то и четыре стола. Фишки можно было получить за разные ставки. Огнестрельное оружие и патроны к нему, холодное оружие, одежда, украшения и прочие вещи, необходимые для вечного пути. От ставки зависело количество фишек, с которыми можно было сесть за стол. Сегодня Шастун совместил полезное с приятным. Он совершенно спокойно лёгкой рукой обменял хороший лук на стек в десять фишек и уселся за стол, где только что освободилось местечко. — О, какие люди и без охраны, — задорно проговорил Тимур, обладатель ярко рыжих длинных волос и невероятно огромного количества веснушек. — Я сегодня обыграю тебя, Шаст! — Только если я опять скину две дамы, но я таких ошибок больше не совершу, — хмыкнул в ответ Антон, а новая раздача тем временем началась. В целом всё шло неплохо, раздавали средние руки, никто не спешил и не жестил, так что игра шла размерено. Поэтому Шастун решил между разговорами о погоде разузнать последние новости. Точнее, его интересовало только одно. — Говорят, «Северный ветер» затеял заварушку… — издалека начал Антон. — Всё-то ты знаешь, — ухмыльнулся Тимур. — Но да, Тамир со своими людьми расправился с группкой сектантов. Думаю, о них ты тоже знаешь. — Окончательно расправился или нет? — спросил Шастун только через минуту, когда скинул карты. — Вроде, окончательно, — пожал плечами Тимур. — Ты у него сам спроси, они здесь. — Ну, раз «Северный ветер» здесь, то всё хорошо, — озвучил мысли вслух Антон, снова смотря на свои карты. — Кому как, — прошептал Ник, что сидел справа от Шастуна. Антон косо посмотрел на главу клана «Алая роза» и не стал что-то говорить, а полностью ушёл в игру. За полтора часа игры он увеличил свой стек вдвое. Хорошая выпадала рука, да и другие игроки сами отдавали фишки. Решив уходить на пике, Шастун тепло распрощался со всеми и отправился обменивать стек на физические вещи. Лук, естественно, ему вернулся. — Серьёзно? — устало вздохнул Антон, беря в руки лук. — Таковы порядки, — пожал плечами парень на «кассе». — Да и отличный лук, сгодится. — Ну, может быть, — прошептал Шастун. — Так как фишек в два раза больше, могу предложить… — он осмотрел кучу проигранных вещей. — Кожаную куртку на все сезоны, здесь и подкладка меховая. В руках низкого паренька коричневая куртка казалась просто огромной. Разве можно отказаться от такого щедрого предложения? — Беру, — махнул рукой Антон. От пресловутого лука избавиться не вышло, зато он приобрёл отличную куртку, что теперь станет его постоянной вещью. Шастун закинул её на плечо и медленно зашагал по улице к центральному зданию, а про себя подумывал, зайти в бар выпить или нет. Тут ему навстречу из того самого бара вышел Миша. «Боже, что, опять?» — проскочила мысль у Антона в голове. — Как покер? — спокойно спросил Миша. Он не выглядел пьяным, от слова совсем. Шастун просканировал его взглядом три раза, перед тем как ответить: — Неплохо, вот, куртку выиграл. — Класс, — равнодушно вздохнул Миша и явно наметился его обойти. — Постой-ка, — Антон остановил его, выставив руку. — Я хотел поговорить. — Не надо, — покачал головой Миша, а потом быстро затараторил: — Я всё прекрасно знаю. Мы друг другу никто, между нами ничего не может быть, ты убил моих родных, я тебя никогда не любил и бла-бла-бла, — он помолчал немного и упрямо повторил: — Я всё знаю! А глаза у него при этом были такие тоскливые. В его словах была чистая правда, Миша всё прекрасно понимал, и повторять это не стоило. Шастун нежно, почти невесомо коснулся тыльной стороной ладони его щеки и негромко произнёс: — Всё будет хорошо. — Ага, — цокнул языком Миша и резко отстранился, а потом ещё и шаг назад сделал. — Долго нам ещё тащиться в компании друг друга? — Дней пять, шесть, — пожал плечами Антон. — В целом, большую часть пути мы уже прошли. — Класс, — саркастично ответил Миша и всё же ушёл. А Шастун с чистой совестью отправился пропустить стаканчик-другой. Куртку нужно было обмыть!
