Пропорция уязвимости

      Водитель остановил машину у до боли знакомого подъезда. Я быстро рассчитался с ним, на чувстве эйфории переводя на карту гораздо больше, чем было нужно. Любовь делает удивительно щедрым.              — Еще минута, нежная, еще буквально минута, — шептал, оглядываясь по сторонам в поисках круглосуточного магазина. Я помнил, что здесь был мини-маркет, в нем я покупал Лее цветы в ту ночь, когда она пустила меня к себе переночевать в первый раз. Не хотелось и сейчас заявляться с пустыми руками.              Уже у входа в маркет меня осенило. Откуда я знал её адрес? Откуда знал, что тут магазин и в нем продаются цветы? Если все мне просто приснилось, как я мог так точно угадать? Ну, может она и не живет здесь, я просто выдумал этот адрес, а магазин… да в Сеуле на каждом углу такие магазинчики. Ничего необычного.              Я натянул на лицо маску, которую нашел в кармане пальто, капюшон кофты скрывал бинты и волосы. Черт, как же неудобно, что теперь меня снова с легкостью могли узнавать на улице. Я уже и забыл, какие неудобства это приносило. Так долго я наслаждался тем, как приятно просто гулять по улицам без маскировки, что отвык от популярности. Однако теперь я знал, что это часть славы и я не буду больше жаловаться.              Быстро купив пышный букет алых роз, вышел из магазина и стал караулить у подъезда в ожидании кого-нибудь из жильцов, чтобы войти. Не хотелось звонить в домофон. Я очень хотел увидеть удивление на её красивом лице. Хотелось сделать сюрприз.              Наконец, сонный мужчина с собакой вышли из подъезда и я быстро зашел, пренебрегая лифтом, чтобы скоротать время. Не хотелось терять больше ни секунды, я слишком сильно скучал, я слишком давно не видел её глаз.              — А что мне ей сказать? Как представиться? — спрашиваю самого себя, замирая у знакомой двери. Внезапное волнение охватывает все внутри. Как будто я снова в школе на выпускном, маюсь и переживаю, боясь пригласить девочку на танец.              Но все же нахожу в себе силы и нажимаю на дверной звонок. Секунды теперь превращаются в бесконечные часы ожидания. В животе завязывается мерзкий узел тревоги и адский страх охватывает все тело. А вдруг там не она? Или она не одна? Вдруг я просто сошел с ума все-таки?              И не зря я так думал…              — Кто там? — спрашивает совершенно не знакомый мне голос, сквозь зевоту. Женщина не открывает дверь до конца, переживая, что я маньяк или что-то вроде. Я заглядываю в тонкую щель, насколько позволяет навесной замок.              — Добрый вечер, я ищу Кан Лею, она не тут живет? — стараюсь говорить спокойно, чтобы не взывать лишних подозрений у сонной женщины.              — Нет, вы ошиблись, — в глубине квартиры раздается детский плач и извинившись, хозяйка квартиры закрывает дверь. В своем отчаянии я остаюсь теперь совсем один.              Что-то разрывает острой болью изнутри. Стараюсь игнорировать это. Скатываясь по грязной стене, садясь на холодный пол. Забыв о ране, я откидываю голову, ударяясь больным местом о холодную поверхность. Чертыхаюсь и закрываю лицо руками.              Опять эта ноющая боль. Опять душа разрывается в агонии.              — Ну как так? Как так? — слезы застилают глаза. — Я не нашел тебя, прости, любовь моя.       

***

      Так проходит неделя. Меня выписывают из больницы, прописывая антибиотики и назначают визит через еще одну неделю, чтобы снять швы. В агентстве дают отпуск, Чан настоятельно просит никуда не ходить и восстанавливаться. Я соглашаюсь, потому что в груди зияет такая дырень, что кажется, словно даже собственное тело себе не принадлежит. Какая разница — буду я лежать дома или ходить куда-то. Все одно. Все одно…              С каждым новым днем воспоминания о снах и Лее выветриваются из головы, как шлейф её духов. Словно она прошла мимо, как мечта, как комета, как мгновенье. Прошла и пошла дальше по своему пути. А мне осталось только стоять и наслаждаться тонким, еле ощутимым ароматом её духов и красивых волос. Но с каждой секундой запах рассеивается и вот уже от него не остается ничего.              Как и от Леи, как и от наших воспоминаний.              На четвёртый день своего отпуска я понимаю, что уже почти ничего не помню. С трудом вспоминаю даже, отчего на душе так погано. Наверное, это нормально. Все сны забываются с приходом нового рассвета. И мой сон рассеялся, как только солнце осветило сумрак в моем сознании.              Прощай, Лея. Спасибо, что скрасила мои кровавые кошмары. Прости, что я так и не смог отыскать тебя, прости, что причинял столько боли и что не смог удержать тебя хотя бы в своей памяти.              Как страшно все забывать.              — Хён, я привез тебе покушать, — Феликс заходит в мою спальню, ставя на прикроватный столик пакеты с чем-то вкусным. Я давно не ел, но желания нет. Как скоро можно умереть без еды?              Ли открывает шторы, пуская в мрачную комнату свет. С его приходом любая обстановка становится лучше. Парень с веснушками словно панацея, но мне не становится лучше.              — Как ты? — он садится на кровать рядом и сжимает мою руку.              — Как будто чего-то не хватает, — честно признаюсь и выдыхаю. Отодвигаюсь, чтобы Ликс мог прилечь рядом. Он так и делает и я нахожу в себе силы впервые со дня пробуждения, чтобы хоть кому-то честно во всем признаться. — Я влюблен, Ббоки.              — Ну, это должно было когда-то случиться, — улыбается друг. — Расскажешь мне про этого человека?              Еле заметно киваю и даю себе пару секунд, чтобы собрать все оставшиеся мысли во что-то связное.              — Я мало что помню, честно. Как будто я всю зиму ждал, что под снегом найдутся потерянные осенью варежки, а когда все растаяло, то там не оказалось ничего. Понимаешь?              — Не совсем, но продолжай.              — Она… она необыкновенная, таких добрых и смелых людей в мире мало. Я даже не понял, что она такая светлая нашла во мне, как смогла полюбить мою прогнившую душу, — слезы мешали говорить внятно. — Я совсем позабыл все…              — И где она сейчас? — после того, как замолчал и ушел в себя, спросил Феликс.              — Я… я не знаю.              — Что мешает тебе её искать? Разве за такое прекрасное чувство, как любовь, не стоит бороться?              Я пожал плечами и поник окончательно. Разбитые осколки души давили, делая больно и даже вдохи и выдохи давались тяжело.              — Слушай, — неловко начал я. — я хотел бы извиниться за те слова, которые сказал тебе в нашу последнюю встречу перед ударом. Извини меня, пожалуйста. Я вел себя как мудак, пренебрегал заботой и потерял тебя.              — Все в порядке, хён. Я тоже тебя люблю и я прощаю тебя. Да я даже и не держал обиды, — улыбнулся друг и мне стало легче. Боль, что я держал в себе столько времени, наконец утихла.              Ёнбок еще какое-то время посидел со мной, проследил, чтобы я поел и ушел к себе. Квартира опустела. И зачем мне такой большой пентхаус с кучей комнат, если сюда даже позвать некого, а большая постель размера «king» сейчас казалась особенно неуютной и гигантской. Все не то без нее…              Надо бы съездить к родителям. Увидеть Кками. Сходить в зал и на тренировку по танцам, а то совсем себя запустил. Стоит переехать к ребятам в общежитие, чтобы не сходить с ума в одиночестве. Надо бы начинать снова жить нормально, нужно ценить каждый миг, кто знает чем обернется для меня завтрашний день. Теперь я буду разумнее относиться к дарам, что мне дала судьба.       

***

      Дни пролетали незаметно, я шел на поправку и уже кажется полностью восстановился. Настроение становилось все лучше и лучше с каждым новым действием. Я начал с того, что вернулся в спортзал. Врач пока запретил сильные нагрузки и я слушал это наставление, не переутруждая себя и не занимаясь силовыми упражнениями.              Полностью возвращаться на сцену мне было тоже еще нельзя и я только наверстывал упущенное за небольшой перерыв в зале с Минхо-хёном и Феликсом. Теперь каждое занятие с ними было мне в удовольствие, я старался наслаждаться каждым моментом, я смеялся с друзьями, улыбался им и больше не огрызался по мелочам.              Мемберы естественно замечали перемены в моем поведении, но много про это не спрашивали. Чан с особой гордостью подмечал все мои старания и даже как-то раз сказал:              — На днях у меня возникло чувство, словно я снова увидел Хёнджина, который только пришел в JYP. Молодой и зеленый паренек с горящими глазами и страстью к сцене. Я рад, что ты снова с нами, друг.              Теперь что-то действительно изменилось внутри меня. Я уже совсем не помнил ничего из сна, но точно знал, что мне там не понравилось и я больше никогда не хочу потерять то, что имею.              А вместе со сном, я забыл и Лею.       

***

      — Я все знаю, — твердо произнес голос человека, уверенного в своей правоте. Конечно Хёнджину было больно, но что еще делать, если некогда лучший друг убил человека, а теперь его самого обвиняют в этом.              — И что будешь с этим делать? — казалось, что Сынмин вообще не страшился ни закона, ни чего либо еще.              — Увидишь, можешь пока что наслаждаться оставшимися днями на свободе. Пока.              Хван узнал давно.              В полиции ему показали видео с камер наблюдения. На них был парень, очень похожий на него, он тенью прокрался по коридору, выходя из кабинета убитого. В свете луны в руках убийцы сверкнул нож для вскрытия писем.              Конечно же, это был Ким Сынмин. Кто же еще мог так мастерски подставить Хёнджина? У них один рост и примерно похожее телосложение, да и это не важно, у камер плохое качество картинки и будет казаться, что это Хван.              Но не только это выдало вокалиста.              Толстовка, обычная черная толстовка с логотипом его любимой бейсбольной группы. Казалось бы, что необычного в такой вещи? У любого фаната этого вида спорта такая может быть, но Хёнджин точно знал, что таких в мире есть несколько, эксклюзив. Одна у Сынмина и точно такая же у самого Хвана, ему ее он и подарил на один из праздников года два назад. И похоже, что в этом мире у него такая же.              — Попался, Минни.       

***

      Месяц реабилитации, и агентство сделало официальное заявление о возвращении Хван Хёнджина.              Утро перед первым после отдыха полноценным рабочим днем в агентстве выдалось солнечным и теплым. Я встал со странным ощущением предвкушения. Но чего я ждал?              До собрания с директором и менеджерами оставалось два часа и я решил выйти на пробежку. Конечно, опасно было бегать по улицам Сеула без охраны, но я очень хотел побыть наедине с собой и подышать свежим воздухом, пребывая в раздумьях.              Теперь я снова жил в общежитии и предупредив единственного кто не спал в этот ранний час — Чанбина, я вышел из здания, предварительно спрятав лицо, волосы и глаза.              Минут двадцать я бежал, слушая музыку в наушниках. Я даже не разбирал дороги. Сначала бежал по безлюдному утреннему парку, а после забрел в спальный район, который казался подозрительно знакомым.              Остановился я у какого-то жилого дома, присел на скамейку, чтобы отдышаться и выпить воды. Этот дом я будто уже когда-то видел, то вспомнить не мог. Да и не особо мне хотелось сидеть и вспоминать, поэтому, закрыв бутылку с водой, встал, чтобы отправиться обратно по тому же маршруту.              — Да, конечно. Спасибо большое, госпожа Чон, маме понравятся эти цветы, — тонкий женский голосок заставил меня остановиться и обернуться к его обладательнице.              Молодая девушка вышла из продуктового магазина удерживая в руках букет алых, как кровь свежих роз. Её волосы раздувал теплый ветер. Девушка улыбнулась, вдыхая аромат цветов.              И что-то во мне затрепетало.              Она уже собиралась скрыться в дверях подъезда, но я знал, что не могу дать ей уйти. Сорвался с места как-будто меня магнитом потянуло прямо к ней.              Секунд, что сокращалось расстояние между нами хватило, чтобы осознание прошибло все тело как разрядом тока. Я все вспомнил. Я вспомнил абсолютно все.              Передо мной стояла моя Лея.              — Здравствуй, — неловко произнес, беря её за руку так нежно и аккуратно, слово она была миражом и могла пропасть стоило мне коснуться ее. Другой рукой я стянул с лица маску и очки.              — Простите? — девушка оглядела меня сверху вниз и попыталась вытащить руку из моей. Во мне боролись разные чувства и мне не хотелось отпускать, но ее комфорт всегда был важнее моих желаний.              — Лея, это я, Хёнджин. Помнишь меня? Мы познакомились в баре около месяца назад, — сказал я, улыбаясь от уха до уха, наконец-то та самая недостающая деталь в моей жизни встала на место.              Кан ненадолго задумалась, наклоняя голову в бок и всматриваясь в мое лицо.              — Помню, привет, — бинго. Я выдохнул, когда услышал это. Значит мы встречались в баре и это было взаправду. Пускай не было всех наших приключений, зато хотя мы она есть, живая. И даже если мне придется снова добиваться её и её расположения — я сделаю это.              — Как же долго я искал тебя.              — Ну, если честно да, Ариэль, — усмехнулась Лея и мое сердце пропустило удар. Как давно я не видел этого красивого лица и не слышал ее нежного голоса. Нестерпимо хотелось прижать её к себе и никогда больше в жизни не отпускать. Хотелось поцеловать эти розовые губы, чтобы все прохожие знали — это моя женщина и я никогда больше её не потеряю. Пусть судьба обломится. — Я, конечно, не оставляла своих данных, но думала, тебе расскажут друзья о том, что я была в больнице. Хотя, тебе наверное это покажется странным. Мы знакомы два дня, а я жертвую тебе свою кровь.              Кровь?              Ну да, точно. Это Лея была анонимным донором, это она спасла мне жизнь. Теперь все еще понятнее. В моих жилах течет ее кровь. Вот как мы связаны.              — Так это была ты, — я просиял. — А я приходил к тебе, но дверь мне открыла неизвестная женщина.              — Какая женщина? На каком этаже ты был?              — На четвертом.              — Я живу на пятом, — она рассмеялась. Какой я глупый и невнимательный. — Как ты себя чувствуешь? — спросила она после неловкого молчания. Я застыл на месте, любуясь её красотой. Наверное со стороны я выглядел как маньяк пристающий к невинной девушке.              — Хорошо, теперь хорошо.              — С тобой все нормально? Ты какой-то другой, хотя мы месяц не виделись и я знаю тебя не так хорошо, чтобы судить…              — Я люблю тебя, — перебил, забирая цветы из её рук и укладывая их на пол. Не дожидаясь какой-либо реакции я просто притянул её за талию и поцеловал.              Как же было невероятно приятно спустя так бесконечно много времени снова ощущать вкус её сладких и манящих губ.              Словно оправившись от шока она оттолкнула меня и влепила смачную пощечину.              — Ох, — я потер ушибленное место, но с губ не сходила довольная улыбка. — Заслужил, признаю.              — Ты придурок?!              — Я люблю тебя.              — Идиот.              — Люблю, слышишь, принцесса?              — Умом тронулся, ненормальный!              — Моя принцесса, люблю.              — Невыносимый просто, что тебе от меня надо? — кричала девушка и люди проходящие мимо уже начали оглядываться на нас.              — Детей, семью, а тебе от меня? — я уставился на нее глазами как у котика выпрашивающего рыбу у хозяина.              — Да что ты несешь? Я просто пришла по указанному на визитке адресу, хотела работу найти, а там скорая. Я спросила что случилось и мне ответили, что ты упал в душе и разбил голову, что тебе нужно переливание, а донора найти не могут. Моя группа крови — универсальный донор, и я вызвалась помочь. А ты тут теперь спустя месяц в любви признаешься! Ты нормальный? — тараторила она возмущенным голосом, а я стоял не в силах оторвать влюбленного взгляда.              — Да, ты права. Сначала надо сходить на нормальное первое свидание, у нас ведь его так и не было, — и снова не дождавшись ответа я просто закинул ее на плечо, поднял с пола букет и потащил её в ближайшую кофейню.              — Отпусти меня, придурок! — Лея била меня по спине, но я знал: теперь мне никогда нельзя ее отпускать.       

***

      — И почему ты рассказываешь мне все это только спустя год, Хван? — смеется девушка, отпивая свой чай. Я только что пересказал ей все, что снилось мне те бесконечные три дня без сознания.              — А ты бы поверила мне раньше? — смеюсь тоже и крепче сжимаю ее теплую руку в своих. Даже спустя год отношений я все еще боюсь, что если не буду касаться ее, то она исчезнет.              — Знаешь, а я ведь тебе тоже не рассказывала. В ту ночь в больнице, когда я поделилась своей кровью и врачи сказали остаться, чтобы быть под наблюдением, ты тоже мне снился. Я точно не вспомню, что было. Всякий бред, в общем…              — Я люблю тебя, принцесса.              — А? — она рассмеялась, протягивая руку к моему лицу и убирая упавшие на лоб пряди. — Я тебя тоже люблю, мой Джинни.              Обойдя столик она присела рядом со мной.              — Мне нужно сказать тебе кое-что важное, — неловко начала она, заметно волнуясь.              — Мне тоже.              — Кто начнет?              Я достал из кармана зажигалку. Давно уже не курил, но зажигала была до того красивой, да и памятной вещью, что я постоянно держал ее в кармане. На удачу.              — Крутим зажигалку, на кого укажет верхом, тот и говорит первый, — Лея кивнула и я положил зажигалку на стол, раскручивая её. Дно указало на девушку, а значит начинал я. Вздохнув, я попросил её встать и встал следом.              — Хёнджин?              — Прошу, не перебивай, мне очень страшно, — я набрал полные легкие воздуха и начал: — Кан Лея, я люблю тебя, я полюбил тебя с первого взгляда, ты изменила меня и мое восприятие мира. Ты много на что открыла мне глаза. Я столько раз терял тебя и столько раз делал больно, что понял — мне не нужно ничего в этом мире, если в нем не будет тебя. Пожалуйста, будь моей женой. Я бесконечно люблю тебя, ты моя принцесса и мое сердце бьется ради тебя. Ты выйдешь за меня?              Лея замерла на месте, прикрывая рот рукой от шока. В её глазах застыли слезы. Те секунды, что длилось молчание, я казалось, даже не дышал.              — Боже… Джинни, я согласна! Да, я согласна. Конечно да! — наконец сказала она, бросаясь в мои объятия.              — Нужно выпить за это!              — Ой, как раз об этом, — стирая слезы, она положила руку на живот. — А мне теперь нельзя.              Я так и сел на диван позади, ошарашенный этой новостью. Лея звонко рассмеялась и присела рядом, обнимая меня.              Кажется, вот оно — долгожданное счастье.              В кафе ворвались мемберы и принялись нас поздравлять. Я попросил Чана ждать у входа и в случае её согласия, зайти с цветами и шариками. Все обнимались, Джисон и Феликс плакали. Теперь уже Лея Хван поочередно принимала поздравления от всех и давала гладить свой пока что плоский живот.              — Да, хён, она у тебя все же красавица, поздравляю, — сказал Сынмин, пожимая мне руку.              — Вот даже не начинай, Минни.              — Поздравляю, — произнесла проходящая мимо неизвестная женщина, тут же скрываясь в дверях кафе.              — Странно, я же выкупил кафе на спец-обслуживание, тут никого быть не должно, — удивился Чан.              — Милый, ты ее знаешь? — Лея обняла меня, я обняла свою будущую жену в ответ и вгляделся в дверь где пару мгновений назад была странная особа.              — Нет, но она выглядит знакомой. Не могу вспомнить.              — Ну и не важно, — улыбнулась девушка и тепло разлилось по моим венам при виде этой улыбки.              Да, все в мире было против нашей любви, но я отвоевал тебя у всех. Даже у самой смерти. Теперь вся вечность в нашем распоряжении, моя звездная принцесса.