Альпийская легенда

          Именно за такое, Франческа любила свою работу. Когда посреди нудных, скучных будней, вдруг, как молния среди ясного неба сверкнёт что-то занятное, яркое, способное выйти на первой полосе газеты. Выработавшееся уже профессиональное предчувствие просто кричало ей, это именно тот случай.           Они с археологом договорились, что он сидит дома и не высовывает и кончика носа, а она по своим каналам наводит справки о жетоне, вернее о человеке, которому он принадлежал. Марио, которого события последних дней, довели до жёсткого стресса, воспринял её предложение с заметным облегчением. Он относился к тому не редкому типу людей, которых всяческие угрозы и напасти, крепко выбивали из колеи и которые цеплялись за любую возможность переложить активные действия на кого-то другого. В данном случае, на неё, Франческу. А отсидеться день-другой дома в обществе бутылку-другой вина или чего покрепче, были для Де Луки отличным выбором.           Франческа заехала перекусить в первый попавшийся ресторан, а потом отправилась домой. Профессия журналиста, привила молодой женщине привычку работать в любой обстановке. Уже по дороге в ресторан она составила для себя план и приступила к его реализации пока листала в заведении меню. Для любого газетного писаки, сила – в личных связях! Эту истину Томмазо постарался вложить в милую головку привлекательной молодой журналистки с первый же день работы в газете. - Милочка, ты можешь иметь диплом с отличием факультета журналистики Бостонского университета, который выпустил 24 лауреатов Пулитцеровской премии! Ты можешь иметь два таких диплома, но быть посредственным газетчиком! Если не хочешь остаться серостью, пишущей о очередном показе мод или о порвавшемся платье кинозвезды на премьере в Ницце, обрастай связями! Они помогут тебе держать руку на пульсе всего, что происходит в мире! Они помогут тебе с информацией!           Пока она ждала заказанные тортеллини в бульоне, запивая ожидание бокалом сухого белого вина, то уже отыскала в контактах телефона того кто был нужен. -«Марио! Чертовски рада слышать твой голос! Да, знаю, что не пришла на ту вечеринку, шеф, чуть ли не принудительно отправил меня в отпуск. Шутишь?! Отозвал из отпуска уже на следующий день! Ха-ха!… Да, в этом весь сеньор Кавалли! Послушай, обещаю быть, у тебя, как только немного разгребусь с редакционным заданием, кстати, именно по этому поводу тебе звоню! У тебя же наверняка, есть знакомые в военных архивах? Ну что ты, вовсе не странный интерес… Нет,  интересует не эпоха Рима или Средневековья, всё проще. Вторая мировая война… Да, спасибо! С меня поцелуй и пара упоительных историй! Жду…           Марио Лонго, рослый красавец из отдела спортивных новостей, был первым, на кого обратила внимание юная Франческа с первого дня в «La Stampa». А Томмазо, видя, что новая журналистка откровенно на него запала, только посмеивался. Причины его сарказма стали ясны очень скоро. Красавчик, освещавший новости в мире спорта, отличный спортсмен и сам, совершенно не интересовался прелестями сеньоры Франчески, урождённой маркизы Мальяно. Его вообще не интересовали женщины, что и выяснилось во время их романтической встречи в одном из Туринских кафе. Наверняка Франческа имела донельзя глупый вид в момент их разговора, но Марио показал себя с самой наилучшей стороны. Он свёл все к лёгкой, не обидной шутке, и их отношения остались самыми дружескими. Кстати, отлично разбиравшийся в предмете своей страсти, он, когда увидел молодую женщину с Азизом, извинившись, что лезет не в своё дело, предупредил: – Франи, ты с ума сошла! Попомни мои слова, добром это всё не закончится! Это не тот человек, что тебе нужен!           Мужчин у Марио Лонго, было много, наверное, как пошутил как-то Кавалли, оправдывал свою фамилию[1]. Он пользовался успехом именно у брутальных красавцев, как и он сам, в том числе в среде военных. Что характерно, свою ориентацию Марио никогда не выставлял, в отличии от многих, напоказ. Не участвовал ни в каких гей-парадах и подобных сомнительных развлечениях. А вот если нужно было найти что то или кого-то в исключительно мужской среде, не раз оказывался великолепным источником информации. В мире журналистского бизнеса, это обычно. Он помогал Франческе, она, было дело, оказывала подобные услуги и ему.           Уже дома, когда она вышла из душа, включила торшер и предвкушала посмотреть по телевизору лёгкую комедию или шоу, зазвонил телефон. Связи Марио в очередной раз сработали: - Сеньорина Франческа? Добрый вечер! Будем знакомы, я Джовани. Мой друг Марио, просил с вами связаться. Сказал, что нужна помощь с архивами времён Второй Мировой». -  Отлично сеньор Джовани! Ничего казалось бы сложного. Нужно найти информацию о одном человеке, солдатский жетон которого нашли в горах. - Я попробую помочь, сеньорина, хотя… есть определённые сложности в архивами того времени, особенно если они 1944-1945 годов. Вам удобно будет приехать в Милан завтра в первой половине дня? - Да, думаю к 10-11 утра смогу быть в городе. - Замечательно! Государственный архив Милана, расположен в Палаццо дель Сенато, Виа Сенато, 10. Скажете что вы к капитану Фаббри, в секцию военных архивов. Я закажу на вас пропуск. Доброй ночи, серьорина! Франческа томно потянулась… Отлично иметь друзей, которые имеют много связей!             Утро следующего дня выдалось холодным и серым. Франческа проснулась раньше будильника — проклятый дятел Вуди так и не высунулся из смартфона, видимо решил взять выходной. Она не выспалась. Мозг продолжал и ночью решать головоломку с жетоном, кинжалом и мумией. Героями её снов были перепуганный Де Лука, красавчик Форд в роди Индианы Джонса, таинственные иезуиты и зловещие нацисты. Она встала, потянулась, и поплелась варить кофе. Турка шипела на плите, наполняя кухню горьковатым ароматом, а Франческа, глядя в окно на просыпающийся Турин, думала только об одном: эта история вполне может, сделает её звездой «La Stampa», а может оказаться обычным пшиком, с горьким послевкусием напрасно потраченного времени. Вряд ли она, если что, окажется самым большим провалом в её карьере. Поживём – увидим!           Дорога в Милан прошла на удивление спокойно. Северный ветер гнал по небу рваные облака, то и дело открывая бледное осеннее солнце. Её синяя «Lancia Delta» резво глотала километры, а Франческа, включив радио, ловила обрывки новостей и старые хиты Мины. Мысли её крутились вокруг Антонио Риччи. Кто он? Как его жетон оказался в кожаном мешочке рядом с мумией, которой пять тысяч лет? И почему из-за этого кто-то готов убить бедолагу-археолога? И действительно всё так серьёзно, а не следствие алкогольного тумана в голове перенервничавшего учёного, давно не бравшего отпуск. Она вспомнила слова Томмазо: «Докажи, что я не зря тебя вытащил из отпуска, рыбка моя». Что ж, шеф, держись. Эта рыбка намерена выловить акулу.           Милан встретил её привычной суетой. Франческа свернула на Виа Сенато и, к своему удивлению, быстро нашла место для парковки недалеко от Палаццо дель Сенато. Здание Государственного архива возвышалось над улицей — массивное, строгое, с колоннами и потемневшими от времени стенами. Она поправила сумочку на плече, бросила взгляд в зеркало заднего вида — волосы в порядке, глаза блестят от предвкушения — и направилась к входу.           У пропускного пункта её уже ждали. Молодой охранник в форме, сверившись со списком, и мельком взглянув в протянутые водительские права кивнул: — Сеньорина Бентивольо? Вас ждут в секции военных архивов. Капитан Фаббри на втором этаже, кабинет 12-Б. Франческа обворожительно улыбнулась парню, поблагодарила и поднялась по широкой мраморной лестнице, почти физически чувствуя на себе его взгляд. Внутри архив, как и должен, пах стариной — смесью пыли, старой бумаги и чего-то неуловимо казённого. Её шаги гулко отдавались в коридоре, пока она не остановилась у двери с простой табличкой «12-Б».           Она постучала и, не дожидаясь ответа, вошла. За столом, заваленным папками старыми книгами и фолиантами, сидел за компьютером худощавый мужчина лет сорока пяти. Его нервное, но красивое лицо с острыми скулами и лёгкой сединой на висках сразу привлекло внимание. Глаза — живые, тёмные, с искрами любопытства — поднялись на неё из-под очков в тонкой оправе. Он встал, и шагнул к ней протягивая руку: — Сеньорина Франческа, полагаю? Джованни Фаббри. Рад знакомству. Марио Лонго много о вас рассказывал. — Только хорошее, надеюсь? — улыбнулась она, пожимая его сухую, твёрдую ладонь, - даже странно, что я удостоилась от Марио столько внимания. — Исключительно, — усмехнулся он, но тут же посерьёзнел. — Присаживайтесь. Вы говорили о жетоне времён Второй мировой. Расскажите подробнее. Если хотите, можете закурить, - он придвинул к ней пепельницу. Франческа села на стул напротив, отрицательно мотнула головой на его предложение и бросила снятый с плеча небольшой рюкзачок на колени. Она ещё по дороге, обдумывая поведение своё поведение в архиве, решила не раскрывать всех карт — по крайней мере, пока. — Это журналистское расследование, — начала она. — Нашли солдатский жетон в Альпах. Антонио Риччи, номер такой-то. Хочу узнать, кем он был и что с ним случилось. Марио сказал, вы можете помочь. Капитан откинулся на кресле, задумчиво глядя, куда-то вверх и направо. — Вторая мировая, говорите? Сложный период. Особенно последние годы войны, когда всё рушилось. Итальянская Социальная республика, марионетка Муссолини под немцами… Многие архивы того времени либо уничтожены, либо сознательно спрятаны. После войны никто не хотел копаться в этом грязном белье — ни победители, ни побеждённые. Особенно побеждённые. Джованни, снял очки и потёр переносицу. - Понимаете, синьорина Франческа, документам того времени не повезло дважды. После нацистской оккупации в сентябре 1943 г. Северной и Центральной Италии германское руководство отдало распоряжение об изъятии всех итальянских военных документов. Операцию осуществлял отдел военной истории вооруженных сил, подчиненный начальнику штаба верховного командования. Глава отдела генерал Шерф направил своих сотрудников в Италию для поиска и вывоза захваченных итальянских военных документов. Операция была завершена в основном к июню 1944 г. При разборе документов немцы выискивали те, которые можно было использовать для доказательства тезиса о предательстве Италии в годы войны. Увы…многие документы, попавшие в руки немцев, так без следа сгинули. Возможно, уничтожены, а может быть, где то спрятаны и ждут своего часа.           Второй раз жестокая рука войны прошлась по нашим военным документам в апреле 1945 г. Итальянские военные документы, счастливо избегнувшие внимания немцев, были захвачены западными союзниками и большая часть была перевезена в подвалы Пентагона. Именно к этой партии относятся документы, касающиеся  1944 – 1945 годов. Своеобразно было организовано возвращение в Италию оригиналов военных документов. Итальянские военные документы были доставлены в министерство обороны Италии только 5 октября 1967 г. Вслед за этим последовало разъяснение генерального директора итальянских государственных архивов Дж. Руссо, что в соответствии с итальянским законодательством доступ к документам ограниченного пользования предоставляется только по истечении пятидесяти лет, а к личным документам — семидесяти лет.           Такова ситуация, сеньорина Франческа, - развёл руками капитан Фаббри, после этой импровизированной лекции. - И что, ничего нельзя сделать? – удивилась молодая женщина. - Ну что вы, мы свободная страна и признаться…строгость наших законов, хм…иной раз нивелируется необязательностью их точного соблюдения. Вы же представитель прессы, а у нас свобода слова, а не коммунистическая тирания! Я вам помогу! Франческа облегчённо вздохнула, что не укрылось от проницательного взгляда её собеседника. - Но вы рано успокаиваетесь, сеньорина. Дело в том, что большинство документов касающихся времён республики Сало, до недавней поры лежали мёртвым грузом. - Но вы в этом мёртвом грузе копаетесь, — заметила Франческа, внимательно глядя на него. Он слегка улыбнулся, но в улыбке сквозила горечь. — Да. Мы, энтузиасты, можно так выразиться. Последние лет десять я и несколько коллег пытаемся разобрать то, что осталось. Каталогизировать, систематизировать. Не всё, конечно, удаётся. Многое до сих пор под запретом. В определённых кругах нашей славной республики не любят, когда кто-то ворошить прошлое. Особенно если оно связано с фашистами или их последними днями. — Почему? — спросила она, хотя и сама могла бы ответить. — Потому что это неудобно, — пожал он плечами. — Слишком много компромата. По сути, хотя это и не признаётся официально, страна с 1943 по 1945 годы, пережила Гражданскую войну. Итальянцы убивали итальянцев, всё смешалось. Фашисты, сторонники короля, коммунисты, добавим в этот котёл кровавых страстей немцев и американцев с британцами…  Слишком много имён, которые до сих пор звучат в политике или бизнесе, оказались замешаны в тех событиях. Но давайте к делу. Что за жетон вы нашли? Он у вас с собой? - Нет, нет, что вы, это не моя находка… Вот посмотрите фото, оно у меня в телефоне.           Джованни взял протянутый телефон и всмотрелся в фото. - Антонио Риччи, говорите? Да, хорошая сохранность, всё читается чётко. Разночтений быть не может. Пойдёмте, посмотрим, что у нас есть.           Он поднялся, жестом пригласив её следовать за ним. Они вышли из кабинета и направились по коридору в хранилище — огромное помещение с рядами металлических стеллажей, заваленных коробками и папками. Свет тусклых ламп едва разгонял полумрак, а воздух был пропитан запахом старой бумаги и плесени. Джованни уверенно двинулся к одному из шкафов, пробежался пальцами по корешкам папок и вытащил толстую картотеку. — Вот здесь должны быть данные по личному составу и разных вооружённых формирований времён республики Салò, — пояснил он, листая пожелтевшие страницы. Молитесь, что бы ваша поездка, милая Франческа, не оказалась напрасной… — Риччи, Риччи… Ага, вот он. Удивительное у вас везение! Антонио Риччи, родился в 1923 году в Болонье. Да, номер на жетоне совпадает. Никаких сомнений, это он! Таааак… Вступил добровольцем в 8-ю чёрную бригаду «Алдо Резега», в июле 1944 года. Хм… в Милане. Вы надеюсь, знаете, они являлись боевым крылом Республиканской фашистской партии. Ещё бы Франческа, выросшая на рассказах старой маркизы о том времени, этого не знала! Но конечно она лишь кивнула головой, ничем не выдав своей осведомлённости. - Есть отметки о участии в боевых действиях против войск Антигитлеровской коалиции и итальянских партизан-марксистов. Последняя запись — апрель 1945 года, район озера Комо, север Ломбардии. Пропал без вести во время отступления. Не удивительно. Чёрные бригады в ходе боевых действий понесли большие потери. Франческа наклонилась ближе, вглядываясь в мелкий шрифт. — Это всё? — спросила она. — Не совсем, — Джованни вытащил из папки ещё один лист и конверт. — Тут есть его личное дело. И… о, фотография. Вам исключительно везёт! Поверьте, не все документы той эпохи сохранились и ещё меньше тех, что сохранились так же хорошо.           Он протянул ей чёрно-белый снимок. Франческа взяла его в руки, и её сердце вдруг пропустило удар. На фото был молодой парень, лет двадцати, в форме «Чёрных бригад» — чёрная рубашка, ремень, берет, суровый взгляд. Рядом с Муссолини. Короткие тёмные волосы, прямой нос, тонкие губы. Лицо, которое она где-то видела. Но где? Она замерла, пытаясь поймать ускользающее воспоминание. — Вам знакомо это лицо? — заметил её реакцию Джованни. — Не уверена, — медленно ответила она, не отрывая глаз от снимка. — Но… кажется, я его где-то видела человека с этого фото. — Интересно, — он задумчиво постучал пальцами по столу. — Знаете, сеньорина Бентивольо, вы полны загадок, такие совпадения в нашей работе — редкость. Может, стоит покопаться глубже? У нас есть ещё документы по тому району, но они не оцифрованы. Если хотите, могу заказать их из резервного фонда. — Хочу, — решительно кивнула она. — И спасибо, Джованни. Вы мне очень помогли. Они вернулись в его кабинет, где Франческа сделала несколько снимков документов на телефон. Прощаясь, она пожала ему руку: — Держите меня в курсе, если найдёте что-то ещё. И я тоже сообщу, если что-то выясню. — Договорились, — улыбнулся он. — Будьте осторожны, сеньорина. Прошлое иногда не любит, когда его тревожат. И передавайте мой привет Марио.           Уже сидя в машине, Франческа ещё раз открыла в телефоне фото, скосила глаза, рассматривая парня на нём. Смутное чувство тревоги не отпускало её. Заведя двигатель, Франческа машинально бросила взгляд в зеркало заднего вида — и замерла. Тёмный седан, припаркованный через дорогу, медленно тронулся с места вслед за ней. Совпадение? Возможно. Проклятье, так и до паранойи недалеко! Это всё истеричные бредни Де Лука! Она резко затормозила, ехавшая позади машина, аккуратно объехала её «Lancia Delta» тускло отсветив глухой тонировкой и резко рванула вперёд по улице. — Ну что ж, — пробормотала она, сжимая руль. — Посмотрим, что будет!           Время в дороге, пролетело незаметно, «подозрительные» машины больше не беспокоили, но домой она вернулась уже под вечер. Дома как обычно, душ, лёгкий ужин, смартфон…. Но нарастающее беспокойство, всё сильнее давило Франческе на психику. Неожиданно для самой себя, практически машинально набрала номер бабушки — Бабуля, привет. Слушай, у меня к тебе странный вопрос… Ты когда-нибудь слышала… Неожиданно в их разговор ворвался звонок от шефа. Сердце закололо острым чувством тревоги. - Погоди, бабуля, с работы звонят… Я потом тебе перезвоню! Целую! - Ну что за срочность, Томмазо? – недовольно спросила она, - я и так сегодня… - У тебя всё нормально, Ческа?! – голос перебившего её Кавалли был неожиданно серьёзен. - Да, а что? – спросила женщина. - Включи телевизор. Новостной канал... – после этих слов шеф, отключился.           Франческа, потянулась к тумбочке, достала пульт и включила висевшую на стене плазму. Он всегда был настроен на новостной канал Mediaset, который крутил новости ежедневно по 24 часа в сутки. Как раз главная вечерняя новостная программа. - … по свидетельству людей близко знавших учёного, последнее время, он находился в депрессии связанной с продолжительными неудачами в личной жизни. Видеосюжет с мигалками полицейских машин, во весь экран сменила фотография Марио Де Лука, судя по всему сделанная несколько лет назад. На ней он как мужчина, был ещё весьма не плох, по крайней мере, не казался человеком согнутым стрессом и переживаниями. Археолог, с которым она встречалась вчера, сегодня вечером покончил с собой, выбросившись с балкона дома.           [1] Лонго — означает «длинный».