Без вкуса и запаха

      — Тебе не кажется это странным?       — То, что ты молчишь с того самого момента, как мы поздоровались? — Джин, переключив рычаг передач, стал мягко поворачивать руль, и Юнги невольно засмотрелся на его движения. А потом также невольно поднял на него глаза, заметив спокойный и уверенный взгляд, который замечательно гармонично сочетался с расслабленно опущенными широкими плечами, которые прижимались к спинке кожаного кресла. — Да, Юнги, это немного странно.       Джин, остановив машину на светофоре, повернул к омеге голову, заставив того опустить взгляд.       — Почему они пригласили нас двоих и при этом предложили остаться на ночь? Чтобы мы не заебывались о количестве выпитого и о том, как заплетающимся языком вызвать такси? — Юнги сцепил перед собой руки, затем чуть нервно начав разглаживать на коленях широкие голубые джинсы.       — Ты о чем-то сожалеешь? Я чувствую, что ты напряжен, но это напряжение не связано с тем, что господин Пак успел заработать на просторные апартаменты с гостевой спальней. — Джин смотрел на дорогу, и от этого Юнги стало спокойнее. — Мы договорились о сексе, но ты в любой момент можешь передумать. Я не собираюсь тебя принуждать и всегда готов выдумать альтернативу, которая сможет обеспечить схожий результат.       — Просто… мне кажется, что ты делаешь это не потому, что хочешь, а потому что…       — Юнги. Я дрочил, пока с тобой разговаривал, и вполне приятно кончил. — Джин бросил в омегу быстрый, но раздраженный взгляд. — Как ты думаешь, я сильно буду заставлять себя, когда мне представится возможность заняться с тобой сексом?       — Наводящие вопросы. Хуйня, которую я невзлюбил еще со времен универа. — Юнги поджал челюсть, отвернувшись к окну и не заметив улыбку на лице альфы. — Можно просто ответить Я хочу.       — Ты должен думать не о том, хочу я или нет, а о результате. Своем результате, потому что я твой инструмент. Ты не спрашиваешь у лопаты, хочет она копать или нет — ты просто засовываешь ее в землю и совершаешь определенные телодвижения.       — А я засуну твой член в задницу и… Спасибо. Исчерпывающе.       — Я со времен универа терпеть не могу озвучивать очевидные вещи. Если ты не можешь самостоятельно выстроить причинно-следственные связи, значит, это останется для тебя тайной. — Джин чувствовал на себе рассерженный взгляд, при этом снисходительно улыбаясь. — Просто Ким Тэхен хочет хорошенько нас с тобой рассмотреть. Чтобы затем торжествующе плюнуть мне в лицо Я же говорил.       — Серьезно? — Юнги удивленно распахнул глаза. — То есть, всё это затевается только для того, чтобы вы смогли, наконец, кончить после затяжных предварительных ласк в виде охуенно сексу… — Омега запнулся. — Сексологичных, блять, дискуссий?       — Мне нравится, какими категориями ты рассуждаешь. — Джин только многозначительно улыбнулся. — Включенное наблюдение. Доктор Ким называет себя ученым, а мы с тобой и с твоим диагнозом — слишком обширное поле для деятельности. Разумеется, я не исключаю, что им просто будет приятно наше общество, но это не мешает эксперименту.       — Мне всё равно, если тебе приятно проводить со мной время, а не просто нужно и полезно. — Юнги знал, что услышит, поэтому совсем отвернулся к окну, считая постепенно зажигающиеся в сумерках фонари. Сумерках, потому что у них у всех успел закончиться пятничный рабочий день и все они хотели привести себя в порядок, прежде чем собраться в одном месте.       — Мне приятно проводить с тобой время. А тебе — нужно и полезно.       — Открой окно — ты слишком душный. — Юнги недовольно поджал губы.       — Скажешь мне об этом, когда я буду вдавливать тебя, стонущего, в матрас.       Омега ничего не ответил, решив, что будет сохранять молчание, потому что иначе всё будет использовано против него. И когда, припарковавшись, альфа открыл для него дверь, затем весьма учтиво взяв его за талию (как однажды в клубе) Юнги только самодовольно улыбался, пытаясь не замечать, как быстрее начало колотиться его сердце.       Чимин суетился на кухне, пока Тэхен проверял гостевую спальню, которую, не задумываясь, предложил отдать на растерзание своим гостям, уверив их в том, что в комнате есть не только двуспальная кровать, но и вполне пригодный для сна раскладывающийся одноместный диван. Три спальных места. И альфу уже распирало от любопытства — будут ли они спать вместе...       — Ты думаешь, они будут спать на одной кровати?       Тэхен почувствовал любимый табак, поэтому даже не дернулся, когда его сзади обвили руки, которые он тут же накрыл своими большими ладонями.       — По крайней мере, у них будет шанс. Потому что даже если Джин разыграет карту со своей чувствительной к неортопедическим матрасам спиной, Юнги вполне может встать в позу, проявляя свой характер.       — И как мы узнаем, что они выберут по итогу? — Чимин задумчиво уткнулся носом в затылок Тэхена, сделав пару глубоких вдохов.       — Ты нечаянно, будто бы по-пьяни, перепутаешь двери, затем искренне раскаявшись и извинившись.       Чимин готовился кивнуть, но вместо этого начал очень картинно и при этом убедительно возмущаться, что Тэхен не мог пропустить, повернувшись к нему.       — Если я перепутаю двери, я останусь с ними, потому что, ты как врач, должен знать — в этом деле третий не лишний. Третий запасной. — Чимин многозначительно улыбался, с удовольствием наблюдая за тем, как на лице его альфы улыбка гасла. — Вот ты начал представлять. А зачем? Хотя, подожди… Я хорошо вписываюсь?       Спросив это с невозмутимым любопытством, Чимин тут же вывернулся из рук, устремившись в гостиную, прекрасно зная, что за такие смелые фантазии…       — Блять, Тэ! — Он звонко рассмеялся, когда сначала почувствовал сцепившиеся вокруг него руки, потом — попытку сделать подсечку и опрокинуть его на диван, которая сопровождалась агрессивным сопением.       Чимин ловко вывернулся из рук своего альфы, резко и крепко обняв его за шею, наугад прижавшись губами… к губам. Попал, и Тэхен решил вознаградить его за это своим умелым и качественно подвешенным языком, если бы не раздавшийся писк домофона, услышав который, Тэхен позволил себе не очень торопиться. Отдал Чимину инициативу, а сам взял его за ягодицы.       — У нас гости. — Чимин нежно пихнул Тэхена в грудь, тут же направившись на кухню.       А Тэхен направился гостей встречать. Он открыл дверь, но гости не сразу обратили на него внимание, поглощенные каким-то спором. Однако, рука Джина очень уверенно обрамляла талию омеги, скрытую под просторной белой футболкой. Тэхен не торопился встревать, но Джин всё же его заметил.       — Хотел сделать вид, что никого нет дома? — Альфа удивленно поднял брови, пока Тэхен только улыбался, сцепив на груди руки. — Мы войдем? Или какой план?       — Привет, Юнги. — Тэхен протянул омеге руку, которую тот, ответив на приветствие, пожал. Пока рука Джина на его талии чуть больше сжалась. — Проходите.       — Привет, Юнги. Конечно. — Джин протолкнул омегу в квартиру, неодобрительно качая головой. — А как же Добрый вечер, господин Ким?       — Добрый вечер, господин Ким. — Тэхен слишком почтительно склонил голову, затем протянув альфе руку, на которую тот смотрел как будто с недоумением, затем всё же ее пожав. — Рад видеть.       Джин быстро разулся, наблюдая за Юнги, который направился в гостиную слишком уверенно для своего первого посещения, но причина такого самоуправства стала понятна почти сразу — он увидел Чимина, который поспешил его поприветствовать. И Джин сразу понял, что они успели сблизиться.       — Доктор Ким! — А теперь Чимин приветствовал крепким рукопожатием Джина. — Проходите.       Он гостеприимно приглашал всех гостей пройти, и на этот раз Юнги, который, возможно, всё же чувствовал смущение на новом месте, сам сделал шаг к Джину, с любопытством оглядывающемуся. Омега тоже осматривался, чего-то ожидая. И дождался, ощутив на себе руку. Это становилось привычно и вселяло какое-то непонятное чувство уверенности и защищенности. Непонятное, потому что на них явно не собирались нападать.       — Чимин, скажи мне по секрету — кем нужно работать, чтобы заполучить такие апартаменты? — В голосе Джина слышалось восхищение, пока Тэхен подошел к своему альфе и обнял его со спины за плечи.       — Банковская сфера. Рынок ценных бумаг…       — Он очень хорошо умеет торговаться. — Тэхен самодовольно улыбнулся, когда Чимин ласково, заведя руку за спину, ущипнул его за бок. — И умнее меня.       — Ну, это несложно. — Джин продолжал оглядываться, и улыбка тронула его губы только тогда, когда его с любопытством и даже восхищением блуждающий взгляд наткнулся на Тэхена. — Не принимай на свой счет.       — Он умнее и тебя.       — Ну, судя по его недвижимости, я склонен с этим согласиться. — Джин задумчиво кивал, пока Юнги вовсе, казалось, задержал дыхание.       Это была роскошь. И дело было даже не в каком-то по-дорогому вычурном интерьере — в пространстве. Здесь было много места, а любой, кто сталкивался с ипотекой, знал, что истинная роскошь — в лишних квадратных метрах.       — Если вы закончили флиртовать друг с другом… — Чимин выскользнул из рук Тэхена, направившись в известном только ему направлении, успев прихватить за локоть Юнги. — Я покажу вам вашу комнату и примыкающую к ней ванную.       — У гостей даже ванная своя? — Юнги покорно следовал за альфой. — Это чтобы лишний раз с ними не встречаться?       Чимин что-то отвечал, но Джин не успел расслышать, обратив внимание на сделавшего шаг к нему Тэхена.       — Там, если что, есть диван. Не помню, говорил ли я тебе.       — Это для омеги. Мы с моей великолепной комплекцией наверняка на нем не поместимся. — Джин улыбался.       — Он раскладывается.       — И, догадываюсь, не имеет ортопедическую конструкцию. — Джин поджал губы. — Мы не подружимся.       Тэхен смотрел на него прямо, а затем неожиданно звонко рассмеялся, позволив себе взять Джина за локоть, вежливо и учтиво направляя в ту же сторону, в которой скрылся его альфа.       — Ты очень предсказуемый.       — Предсказуемый значит надежный. — Джин удачно выдернул из недостаточно крепкого хвата локоть, затем его отставив, приглашая Тэхена сменить положение руки. — Мне больше нравится вести.       — Знаешь, о чем я иногда размышляю? — Тэхен переплел их руки как полагалось по правилам этикета. — Ты любишь контроль или нуждаешься в нем? Потому что во втором случае, это повод обратиться ко мне.       — Только если бесплатно, потому что я планирую заменить кухонный гарнитур, а ты очень дорогой доктор.       Когда они вошли в гостевую спальню, сразу стал слышен оживленный разговор, а затем из другой двери появились те, кто этот разговор разговаривали, казалось, полностью им поглощенные.       — Юнги, ты спишь на диване. Чимин сказал тебе?       Джин громко и четко обратил на себя внимание, и Чимин с Юнги первым делом смогли заметить, как… учтиво и вежливо альфы держались друг за друга.       — Слабак. — Джин самодовольно улыбнулся, когда под убедительным взглядом Чимина, Тэхен его отпустил, сделав шаг в сторону. А Юнги, о чем-то задумавшись, не сразу опустил глаза, до этого посмотрев на Джина. — Так ты согласен?       — С тем, что ты спишь на диване? Да. — Юнги уверенно кивнул, подойдя к кровати. — А мне придется спать здесь.       — Господин Мин, я не говорил тебе, но у меня очень тонкая скелетная организация — если я буду спать на диване, с утра меня придется смазывать и разгибать. — Джин тоже теперь подошел к кровати, пока Чимин сделал шаг к Тэхену.       — Ты экстрасенс? Я чего-то не знаю? — Он говорил шепотом, пока Тэхен только самодовольно улыбался.       — Просто я успел его узнать чуть больше, чем он думает. — Тэхен посмотрел на Чимина, который не знал, что делать в первую очередь: ревновать или восхищаться. — Профессиональная наблюдательность. В нашей работе нужно уметь читать между строк.       — И часто ты читаешь между строк жалобы на отсутствие в спальне второго ортопедического матраса? — Чимин с подозрением прищурился. — У вас всё-таки что-то было?       — Да. — Тэхен кивнул. — Один на двоих увлекательный образовательный опыт.       — Они не подерутся? — Чимин теперь с любопытством наблюдал за разворачивающейся у них на глазах дискуссией.       — Думаю, они решат этот конфликт другим способом. — Тэхен многозначительно улыбнулся, затем вытянув шею. — Мойте ручки и за стол.       Оба хозяина вышли из комнаты, пока Юнги скрестил на груди руки, которые успел помыть до этого.       — Вопрос решенный. — Джин наугад направился в ту дверь, откуда до этого заметил появление в комнате Юнги.       — Я не собираюсь уступать. — И омега не собирался идти в ванную, повысив громкость голоса. — Но собираюсь спать в кровати.       — Посмотрим. — Джин пытался заглушить льющуюся воду. — Здесь одно полотенце, так что нам придется принимать душ вместе.       — Ты надеешься меня смутить, после того, что между нами было?.. — Юнги закатил глаза.       — Нет, я надеюсь, что мы примем душ вместе. — Альфа, подойдя к омеге, очень мечтательно улыбался, пока омега смотрел на него… с подозрением, из-за чего улыбка на лице Джина начала стремительно превращаться в самодовольную. — Как в старые добрые времена.       — Может, мне нужно было взять с собой таблетку? — Юнги в сомнении прищурился, смотря на Джина. — Ты слишком упорствуешь, чтобы спать со мной.       — Это дело принципа. — Альфа гордо задрал подбородок, затем ловко прихватив омегу за плечи и развернув к выходу. — Нас ждут.       Что-то в этом было. Точнее… В Юнги не было таблетки, но откуда-то появились желания. Желание. Заснуть с Джином под одним одеялом. Что-то из разряда поиграть, сидя у него на коленках, но теперь Юнги почему-то не испытывал по этому поводу негативных эмоций. Интересно, почему?..

* * *

      Сценарий был хорошо известен: сначала все сидят на кухне, на стульях, напротив тарелок и, в перерывах между закусками и наполнением стаканов (у Тэхена был бокал, в который Чимин лично подливал ему красное сухое), обсуждают свои биографии. Вместе с тем, как повышается концентрация паров этила в крови, повышается градус обсуждаемых тем. Если до этого на повестке были первые серьезные научные работы двух докторов Кимов, исторический для господина Пака контракт, прибавивший к его ежеквартальной прибыли два нуля, и творческие победы и вдохновение Юнги, которое позволило ему достаточно быстро взобраться на музыкальный Олимп, то теперь…       — Мы познакомились в клубе, в котором Пак Чимин намеревался найти себе приключение, а я — тренировал насмотренность, наблюдая за естественными потребностями половозрелых людей. — Тэхен облокачивался на плечо Чимина, который устроил его у себя под боком, для сохранности обняв за плечи.       После ужина, они расположились в гостиной и в очень неформальной обстановке, вокруг низкого кофейного столика, на котором остался только минимальный набор закусок (поместившийся на одну тарелку), приконченная на три четверти бутылка виски, бутылка вина и лед. И пока хозяева непринужденно расселись на одной части дивана, Юнги и Джин заняли другую, рассчитанную на двоих и находящуюся перпендикулярно к остальному мягкому гарнитуру. Альфа сидел, закинув нога на ногу, пока омега позволил себе забраться на диван с ногами, прижимаясь к мягкой спинке и положив на колени руки, в одной из которых был стакан.       — Ты проводил полевые исследования? — Джин удивленно поднял брови, двумя руками держа стакан с первоклассными виски, которым Чимин уже пообещал пополнить его коллекцию.       — Можно сказать и так. Просто мне не нравится сама идея ходить в клуб только для того, чтобы найти себе запах и компанию по вкусу. Но я всё-таки нашел. — Тэхен повернул к Чимину голову, смотря на него влюбленным глазами, пока Чимин прижал к губам стакан, сделав глоток. Тэхен тут же потянулся к тарелке с рыбным сашими, подцепив с него кусочек лосося и самостоятельно положив его в пухлые, блестящие губы, которые затем растянулись в улыбке. Это был оригинальный способ закусывания — свежая рыба не перебивала, а лишь смягчала насыщенный вкус элитного алкоголя. — Вообще, я изначально обратил внимание на то, как лихо он отплясывал и даже принял его за омегу. А потом случайно с ним столкнулся, чуть на задохнулся от крепкого табака и не описался от страха и прямого, тяжелого взгляда, которым Чим сразу заподозрил во мне соперника.       — Ну, ты выглядел так, как будто должен был выбирать первым на этом празднике жизни, и никто не собирался тебе перечить. — Чимин закатил глаза, затем посмотрев на Джина и остановив взгляд на Юнги. — Я понятия не имел на тот момент, во что это выльется, но спустя несколько минут моя компания и его компания уже плясали и пили вместе.       — То есть, всё началось вполне невинно. — Джин облокачивался на мягкий подлокотник, с задумчивым любопытством переводя взгляд с альфы на альфу. — С дружбы?       — У меня нет. — Тэхен отрицательно покачал головой. — Ты догадывался, что меня всегда привлекали мужчины-альфы как идея, поэтому я сразу положил глаз… на его сочную задницу, уверившись, что вполне смогу соседствовать с его табаком.       — А вот у меня до этого были только девочки, поэтому я с Тэ захотел подружиться, но всё равно каждый раз возвращался к мысли, что он слишком красив. — Чимин мечтательно улыбался, затем переведя на своего альфу полный невыразимого восхищения взгляд. — И я до сих пор не могу перестать об этом думать.       — Если вы не перестанете, у меня лицо треснет от умиления. — Юнги закатил глаза, затем украдкой посмотрев на Джина, который внимательно следил за альфами, решившими быстренько разделить на двоих чувственно-романтический момент.       — Можешь не завидовать — у тебя, наверняка, в скором времени случится что-то похожее, а может, даже лучше. — Тэхен ободряюще улыбался, прижавшись щекой к груди Чимина, затем переведя многозначительный взгляд на Джина. — Да, доктор?       — А как вы поняли, что готовы попробовать что-то большее? — Доктор, кажется, не обратил внимание на вопрос и замечание.       — Мы… поспорили. Вот на этом диване, когда смотрели какой-то фильм и пили пиво. — Чимин посмотрел на Тэхена, который отвлекся от задумчивого изучения Джина, переведя на него взгляд.       — Точно. — Тэхен кивнул. — Как сейчас помню…       — И что, по-твоему, он должен был делать в этой ситуации? — Чимин возмущенно округлил глаза, подвинувшись ближе к краю дивана и развернувшись к Тэхену, который оторвался от подушек.       — Сказать честно. — Тэхен пожал плечами. — Она могла бы избежать этой драмы.       — Сказать честно, что мечтает завести ребенка от одного, а вынуждена жить с другим, который так к ней добр и… Ну не знаю… — Чимин с сомнением посмотрел на экран, на котором шли финальные титры.       — У этой ситуации только два развития событий. — Тэхен поднял руку, начав загибать пальцы, на которых Чимин задержал взгляд, затем кивнув. — Первый: страдает она, и не страдает он. Второй: страдает он, и не страдает она. Всё, третьего не дано. Но по итогу, если бы она призналась, он бы пострадал, пострадал, а потом смог бы найти человека, который бы на самом деле его любил, уважал…       — Не знаю, мне кажется, так бывает только в кино. Если бы все были такие сознательные и честные… Хотя, здесь другое — попробуй сказать человеку, который вытащил тебя из дерьма Я тебя не люблю — нахуй пошел. — Чимин покачал головой.       — Вот как раз такое… — Тэхен показал в сторону телевизора. — Бывает только в фильмах. Чтобы добавить драму и максимально оттянуть концовку.       — То есть, ты бы легко признался? — Чимин с подозрением прищурился.       — Я бы не оказался в такой ситуации. — Тэхен снисходительно улыбнулся, пока Чимин закатил глаза.       — Разумеется, самый простой ответ. Но только то, что ты даже гипотетически не можешь забеременеть, не может тебе гарантировать, что ты не будешь любить одного, а жить с другим. — Чимин резко осекся. — С другой.       — Это правда. — Тэхен кивнул, при этом сосредоточенно смотря на Чимина, который зачем-то теперь прятал глаза на мягкой обивке дивана, по которой стал водить пальцами. — Но в моем случае более вероятен вариант живу один, пока люблю другого.       — Или другую. — Чимин кивнул.       — Без или.       — Слишком смелый эксперимент для меня. — Чимин поднял на Тэхена наполненные сомнениями глаза, затем улыбнувшись. — Там осталось еще немного курицы. Будешь?       Не дожидаясь ответа, как будто уже решив, что только его согласия будет достаточно, альфа поднялся, оставив после себя волнующий терпкий шлейф из вишневого табака. Как будто табачный лист вымочили с вишневом соке, затем просушив и подпалив. Горько, терпко, но при этом ягодная сладость ощущалась на языке. Слишком сладко для случившейся дискуссии, что могло значить только одно.       — У тебя есть кола или что-то газированное — я уже не могу пить пиво. — Тэхен уверенно поднялся, достаточно повысив громкость голоса, чтобы Чимин, который возился у открытого духового шкафа, выпрямился, озадаченно на него посмотрев.       — Ты надеешься задержаться здесь?       — Честно сказать, я надеялся остаться. — Тэхен чуть повернул голову, изображая очень искреннее сомнение, перемешанное с надеждой получить разрешение, и Чимин засмеялся.       — Вот это наглость.       — Мне просто нравится проводить с тобой время. — Тэхен улыбался так же мягко, как звучал его бархатный и теперь шелестящий, в любой моменты готовый перейти на чувственный шепот голос.       Он сделал шаг к Чимину, который замер с железными щипцами в руках.       — Ты будешь кушать?       — Нет. — Тэхен отрицательно помотал головой, и Чимин невольно засмотрелся на его задорно рассыпавшиеся каштановые локоны. Пушистые. В них хотелось запустить руку и посмотреть, как альфа будет закатывать глаза от удовольствия. Он часто так делал.       — В таком случае… — Чимин закрыл духовку и отложил щипцы, сделав пару шагов в сторону холодильника. — Я поищу что-то для тебя.       — Я помогу.       Тэхен кивнул, хотя другой альфа не мог видеть его выражение лица, открыв холодильник. Тэхен подошел к нему совсем близко, собираясь выглядывать из-за плеча, на самом деле просто ближе подобравшись к… Это будет решающий момент, и даже если Чимин в этот самый момент будет драться и материться, именно теперь его тело даст ответ на то, был ли у Тэхена шанс. Они были близки, но одно дело — близость духовная, и совсем другое — физическая, в которой у Чимина не было опыта. Но его запах продолжал кружить голову. И Тэхен понял, что всё было не так плохо, когда, будто бы рассеянно переминаясь с ноги на ногу, Чимин прислонился плечом к его плечу, затем больше распахнул дверцу холодильника, которую собирался изучить. Он повернулся, и теперь его лопатки касались груди Тэхена, заставив сердце от этого замереть. Это было невольное движение, но…       — Руку убери. — Чимин, несмотря на свой звенящий трембр, звучал грозно, но его запах продолжал пьянить, а не пытался удушить, при том, что Тэхен знал его токсичный потенциал. И его рука сжалась увереннее. — Я не шучу.       Чимин разжал его пальцы, которые ухватились за его руку. Тэхен потянул его к себе, захлопнув холодильник и чуть толкнув альфу от себя, прислонив его к закрывшейся дверце спиной.       — Что? — Чимин поджал свои сладкие губы, смотря на Тэхена из-под нахмуренных бровей. — Ты сейчас похож на горячую хрустящую булку. С лавандой.       — А ты — на самую роскошную самокрутку из самого роскошного табака, который мне никогда не придется раскурить, но можно вдохнуть полной грудью. Безопасно.       Чимин смотрел на Тэхена прямо, убедительно прямо. Так, что Тэхен не стремился сокращать дистанцию и оказывать давление, на самом деле опасаясь за свою сохранность.       — Я сравнил тебя с булкой, а ты меня — с косяком. — Чимин фыркнул. — Шик.       — Потому что у меня голова от тебя кругом. — Тэхен улыбнулся, и в этой улыбке была неожиданная, необъяснимая и чарующую мягкость. Трепетная. Такая, что Чимин покраснел.       — Нет. — Чимин покачал головой, насупившись. — Дай пройти.       — Я не держу. — Тэхен развел по сторонам руки, но даже не сдвинулся, когда Чимин сделал шаг. — Я чувствую, что ты хочешь другого.       — Я чувствую, что ты теперь пытаешься на меня давить, а мне это очень не нравится. — Агрессия в голосе выдавала волнение.       — Можешь давить ты — я не против. И не претендую только на активную роль — рядом с тобой мне будет нужно всё, без стереотипов.       Прозвучало слишком многозначительно, как будто Тэхен теперь знал, в чем сомневался Чимин, уже давно заподозривший неладное.       — Будешь давить? — Тэхен сделал шаг, ощутив уперевшиеся в его живот ладони. Остановился. И ладони волшебным образом переместились на его талию.       — Ничего не знаю. — Чимин покачал головой, затем поднял глаза. — Если сомневаешься, лучше не пробовать, или наоборот?       — Смотря, в чем сомневаешься. — Тэхен пожал плечами, положив руки на плечи Чимина, подобравшись к шее. — Если в своем желании — лучше не пробовать. Если в результате — лучше попробовать. Мало ли…       — Почему мне кажется, что ты всё это спланировал заранее? — Чимина терзали смутные сомнения, которые стали очевиднее, когда Тэхен улыбнулся. — Гребаный сексотерапевт!       — Мне нравится, как это звучит. — Тэхен чуть сжал пальцы на шее Чимина, потянув его к своим губам. — Блять.       У альфы были маленькие руки, но, как оказалось, очень цепкие пальцы, которые легко пробрались к его ребрам, болезненно вдавившись в кожу.       — Ты думаешь, всё так просто?       Тэхен сморщился, пока маленькие пальчики продолжали его пытать, а потом выдохнул.       — Надеюсь… нет.       Пальцы разжались, а подбородок Чимина приподнялся, подставляя альфе его губы. Как в сказке или в самых смелых фантазиях, и Тэхен на этот раз мягко и деликатно обрамил его лицо своими большими ладонями, приникнув к губам. Мягче и слаще, чем он предполагал. Вкуснее, чем пробовал до этого. Чимин сначала был нерешителен, но потом сильнее прижался к Тэхену, приоткрыв губы, чтобы впустить язык, при этом утопая в лавандовой сладости, будто разогретые на солнце цветки кто-то присыпал сахарной пудрой. Голова кружилась.       — Мы еще поговорим об этом. — Тэхен прислонился ко лбу Чимина, невольно из-за близости вдыхая его взволнованные выдохи. — У нас много времени, чтобы решиться. Но я уже готов сделать всё, чтобы мы продолжали… так же хорошо понимать друг друга.       — В итоге, нам понадобилось чуть больше месяца, чтобы съехаться. — Чимин с обожанием посмотрел на Тэхена, который, не стесняясь, с особой нежностью поцеловал его, затем переведя взгляд на Юнги и Джина.       Которые сменили положение. Альфа подвинулся ближе к спинке дивана, и теперь омега опирался не на подушки, а на его плечо, удобно устроившись под боком у Джина, который покровительственно обнимал его.       — Замечательная история. — Джин улыбнулся, подняв стакан. — За вас.       Все сделали по глотку, и Тэхен не спускал с Джина задумчивый взгляд, который недвусмысленно дополнял хитрой улыбкой.       — Теперь ваша очередь.       — Что ты хочешь услышать? — Джина, кажется, нисколько не смущало это пристальное внимание, в то время как Юнги дернулся, чтобы чуть отодвинуться, поняв, как это выглядело со стороны, но Джин остановил это неловкое и неуверенное поползновение.       — Как вы нашли… общий язык. — Тэхен подставил свой бокал, который сосредоточенный Чимин, теперь занимающийся разливанием спиртных напитков, наполнил вином, затем подлив во все остальные стаканы немного виски, с помощью щипцов добавив лед.       — Если бы я не смог найти общий язык со своим пациентом, я бы перестал считать себя хорошим врачом.       — Ты теперь обнимаешь своего пациента, потому что это часть его терапии? — Тэхен улыбался, заметив, как Юнги покраснел, при этом сурово поджав губы.       — Да. И если ты думаешь, что тебе удастся меня вывести на какое-то откровение — Юнги всё прекрасно знает относительно того, почему я себя так веду. Да? — Джин повернулся к Юнги, который посмотрел на него.       — Разумеется. — Омега кивнул, повернувшись к Тэхену. — Альтернативный способ лечения для моей нестандартной проблемы. И возможность для Джина узнать больше о своих… половых возможностях. — Юнги посмотрел на Джина. — Правильно?       — Точно. — Джин улыбнулся самым довольным образом, заметив на лице Тэхена недоумение.       — И поэтому ты его обхаживаешь. Потому что вы лечитесь и экспериментируете. — Лавандовый альфа ухмыльнулся, задержав на своем лице хитрую улыбку.       — Я его обхаживаю, потому что мне приятно это делать.       — Потому что в процессе взаимно приятного сексуального взаимодействия появляется ощущение близости, не только обусловленной естественными желаниями и потребностями, но и ментальной. А это значит…       — Это значит, Ким Тэхен, что ни один уважающий себя ученый, который ставит контролируемый эксперимент, не станет делать выводы до его окончания, сколько бы новых вводных не появилось в процессе осуществления запланированной и разработанной в соответствии с целями процедуры. — Джин вежливо улыбнулся. — Всё остальное — спекуляции, не имеющие под собой никаких объективных оснований.       — Цель эксперимента — доказать, что однажды я был прав? Когда говорил, что сексуальные инстинкты контролируются не только эндокринной, но и центральной нервной системой, отвечающей за осуществление мыслительной деятельности, которая оказывает непосредственное влияние на наши половые предпочтения и на физиологическом уровне объясняет эмоции.       — Возможно. — Джин сохранял полную невозмутимость. Даже в тот момент, когда Юнги чуть больше к нему развернулся. — Я не могу исключать никакие варианты. Честно сказать, я рассматриваю, одним глазом, разумеется, полуприкрытым, все возможности, в том числе, летальный исход.       — Мой? — Юнги удивленно округлил глаза.       — Ты сам говорил мне, что каждый раз рискуешь откинуться от сердечного приступа. Я врач, и знаю вероятности… — Джин широко улыбнулся. — Я не дам тебе умереть, потому что умею оказывать первую помощь и знаком с процедурой реанимации.       — Заебись. — Омега закатил глаза. — Какие еще вероятности ты рассматриваешь?       — Ну… — Джин задумчиво смотрел прямо перед собой. — Что я влюблюсь, и к моменту, когда ты вернешь запах, решусь предложить тебе быть вместе.       — Ха-ха-ха. — Юнги вздохнул. — Очень смешно.       — Возможно даже вариант, при котором твой запах мне не понравится, но моя центральная нервная система настолько привыкнет вырабатывать соответствующий ответ на твое присутствие, приучив мою эндокринную систему… Что я забуду обо всем и всё равно предложу тебе жить вместе.       — О! Это звучит, как интеллектуальное признание в любви. — Чимин внимательно смотрел на Джина. — Повторишь? Хочу записать и выучить, чтобы как-нибудь поразить своего доктора. Правда… — Альфа в сомнении посмотрел на Тэхена. — Звучит, конечно, не слишком романтично, не находишь?       — Потому что доктор Ким выносит романтику за скобки своего жизненного опыта, справедливо полагая, что в рамках любого научного наблюдения или эксперимента, который и составляет его жизнь, эмоциональная составляющая является погрешностью, а не условием или результатом.       — Как я уже говорил, я готов к любому итогу и любым выводам. И, возможно, мой опыт просто недостаточен, чтобы я мог рассуждать теми же категориями, что и ты. — Джин сделал глоток, взяв паузу.       — Мне кажется, или нам с Чимом нужно начать конспектировать? — Юнги с подозрением переводил свой взгляд с одного доктора на другого, затем резко поднявшись. Настолько, что Джин не успел сориентироваться. — Хочется попить. Кто-то…       — Я! — Чимин поднялся. — Хочется запить. Но… — Альфа посмотрел на Тэхена. — Опасно оставлять их наедине. Вдруг, в процессе драки, совершат какое-то научное открытие?       — Думаешь, до драки дойдет? — Юнги изобразил сомнение, пока Чимин, ловко обойдя столик, поравнялся с ним, выразительно ухмыльнувшись.       — Любой уважающий себя ученый знает, что свою точку зрения нужно защищать не аргументами, а кулаками — так надежнее. Так что, я ничему не удивлюсь.       Чимин взял Юнги за плечи, потянув на кухню, пока Джин своим немигающим взглядом пытался проделать в спине омеги лишнее отверстие.       — У него нет запаха, но ты при этом проявляешь естественные паттерны полового поведения. — Тэхен улыбался, смотря на Джина над бокалом. — Обхаживаешь его. Это очень заметно.       — Поделюсь с тобой как с ученым. — Джин облокотился на колени, уперев взгляд в Тэхена, который повторил его позу. — Мой мозг зацепился за запах его геля для душа, которым он пользуется на регулярной основе. Он смог найти запах, к которому пытается пристроить соответствующий естественный ответ. И именно поэтому во время эрекции у меня выделяется смазка.       — Замечательно. Как ты это объяснил?       — Компенсаторная функция. У меня было невинное сексуальное взаимодействие с Юнги, которое, как я считаю, стало условием того, почему при приеме препарата он связывает со мной свои сексуальные желания. Эмоциональный подтекст, связанный с первым ярким опытом, который затем на регулярной основе подкреплялся нашим общением. — Джин своим прямым, не отрывающимся от Тэхена взглядом (даже во время того, как он прикладывался к стакану) демонстрировал уверенность, пока второй альфа только ухмыльнулся.       — Мне кажется, ты перебарщиваешь, когда называешь симпатию тривиальной компенсаторной функцией. Или влюбленность, но я не буду судить здесь степень твоих чувств.       — Понимаешь, Ким Тэхен… — Джин был серьезен. — Чувства — это очень специфично, ориентировано на одну конкретную личностью, которую невозможно заменить. Я не уверен, что если бы на месте Юнги в этих условиях был кто-то другой, я не повел бы себя также. Разумеется, с сохранением для этого кого-то другого той же внешней привлекательности, которую демонстрирует в моих глазах этот омега. — Джин задумался. — Это значит, что я также не уверен в том, что если бы встретился с Юнги в других условиях, результат был бы таким же. А при наличии чувств, результат будет один, потому что он завязан только на своем объекте, игнорируя остальное. Со своими погрешностями, но в большинстве своем.       — Слишком много интеллектуальной работы. Ты пытаешься усложнить простые в своем основании вещи, добавив им кучу условий и если. А знаешь почему? — Тэхен внимательно смотрел на Джина, переведя взгляд в сторону кухни, заметив, что Чимин и Юнги теперь что-то оживленно обсуждали. — Неизвестность. Ты не привык полагаться на сознание в вопросах, касающихся взаимоотношения полов. Берешь от жизни и природы всё, полагаясь на инстинкты — я не могу тебя осуждать. Но теперь ты столкнулся с другой реальностью, которую пытаешься уложить в привычные рамки. У тебя один единственный испытуемый. Возможно, если уж ты взялся за эксперименты, нужно расширить их ассортимент. — Тэхен поднял руку, видя готовность возразить. — Да, омегу без запаха найти трудно, но ради эксперимента можно применять подавители, не рискуя навредить здоровью. Еще хотя бы двоих. Чтобы проверить, будет ли у тебя выделятся смазка при эрекции.       — Помимо моих экспериментов, и это главное… Юнги в первую очередь — мой пациент, и я должен быть сосредоточен на нем. Остальное… Ты прав, наверное, но я не настолько заинтересован, чтобы так заебываться с испытуемыми и прочим. В конце концов, моя энергия будет тратиться на всё это, а я смогу найти для нее другое применение.       — Справедливо. Но ты ведь можешь подобрать подходящих кандидатов для Юнги. — Тэхен невинно улыбался. — Если у вас сексуальная терапия. Уверен, что можно найти добровольцев, которые будут ему приятны и при этом смогут помочь в осуществлении желаний. Которые теперь он, наверняка, сможет испытывать не только по отношению к тебе. Ты этот ларчик открыл, а всё остальное…       — Ты так уверен в этом? — Джин не мог скрыть свои эмоции в этот момент, и Тэхен, который уже получил то, что хотел, кивнул. — Какой же ты психолог, если выносишь за скобки эмоциональный комфорт моего пациента, который… — Джин вспомнил о том, как отвадил от Юнги другую альфу. — Для достижения результата должен доверять и не испытывать дискомфорт.       — Ты не даешь ему выбор. Потому что не хочешь, чтобы на твоем месте был кто-то другой. Это тоже компенсаторная функция? — Тэхен продолжал улыбаться, и Джин улыбнулся в ответ.       — Он ведет себя как омега, а я веду себя как альфа. Ролевая игра. А ты знаешь, что альфа не сможет допустить к своему омеге никого другого, и омега должен об этом хотя бы догадываться. Чем отчетливее он будет чувствовать себя рядом со мной омегой, в соответствии с естественными ролями, тем больше вероятность, что он станет омегой в физиологическом смысле. Всё просто.       — Ролевая игра. — Тэхен кивнул. — А Юнги знает?       — Знает. — Джин спокойно улыбнулся. — Твоя проблема в том, что ты подгоняешь условия под ответ, а должно быть наоборот.       — Как и ты, Джинни. Как и ты. И наша разница в том, что я уверен в том, что чувства без запаха возможны, а ты — в обратном. Но у нас одинаковые методы, потому что… — Тэхен усмехнулся. — Называть симпатию компенсаторной функцией… Эта функция возникает на основании симпатии, а не является ее причиной.       — Ты прав. — Джин пожал плечами. — Абсолютно. Значит, есть симпатия.       Тэхен сразу заподозрил подвох.       — И до чего вы договорились? — Чимин с подозрением переводил взгляд с альфы на альфу.       — До того, что Юнги будет спать в кровати. — Джин улыбался, заметив удивление Юнги. — Как и я.       — Смелое заявление. — Омега хмыкнул, пытаясь скрыть волнение.       — Но мы будем спать в разных кроватях.       — Ай, ну что за детский сад, Джин! — Тэхен запрокинул голову, пока Чимин находился в недоумении, а Юнги смотрел на Джина со смесью растерянности и подозрений.       — Успокойся, Тэ. Я изначально не планировал оставаться на ночь. Мне просто нравилось препираться с Юнги.       — Ну… — Юнги вдохнул и выдохнул, усевшись на диван, но только ближе к Тэхену. — Мне больше достанется.       Вечер продолжился как ни в чем не бывало и закончился около двух часов ночи, когда Чимин с Тэхеном, на правах хозяев, организовывали для Джина такси, пока Юнги сидел в гостиной, смотря на вторую бутылку виски, которую они приговорили на половину. Голова немного кружилась и, скорее всего, ноги, если он поднимется, слушаться не будут. Или будут, но понесут его не по месту назначения, а куда-то в другом направлении. Он был разочарован. Это было ясно и понятно. Хотя, Джин на самом деле ни разу не сказал ему, что планирует остаться... Стоп! Они же приехали сюда на его машине! Какого черта он взял свою машину, если не планировал остаться, проспаться, а затем уехать на ней домой?!       — Ну, господин Мин, спасибо за вечер. — Джин появился в гостиной, направившись к Юнги, чтобы попрощаться.       — Ты обманщик, доктор Ким. — Юнги сказал это достаточно громко, чтобы Тэхен и Чимин, суетящиеся в прихожей, откликнулись. — Мы приехали сюда на твоей машине, и если бы ты на самом деле не собирался оставаться, ты бы наверняка предпочел такси. Чтобы потом не возвращаться сюда, чтобы забрать тачку. — Юнги поднялся, сразу примерившись к новому состоянию вестибулярного аппарата — он стоял на ногах лучше, чем предполагал. Однако со способностью трезво мыслить он явно успел покончить, теперь полагаясь на что-то другое. — И если тебе так вдруг стала неприятна перспектива спать со мной, домой поеду я. Тем более, как я понял, вы уже вызвали такси.       — Эээ… — Чимин пытался сообразить, что только что произошло, пока на телефон Тэхена, который он сжимал в руке, пришло уведомление о том, что машина подана. — Я провожу.       Это была немая сцена. Главное, всё произошло настолько быстро, что Джин даже не смог ничего сделать, одумавшись лишь в тот момент, когда захлопнулась дверь.       — Ну, доктор Ким. — Тэхен ободряюще сжал плечо своего коллеги. — Это называется Переиграл и уничтожил. Не ровен час, он сам заговорит о том, чтобы найти себе другого партнера для экспериментов.       — В этом случае, он также найдет себе другого лечащего врача.