Записки карандашом

Ежегодный зимний бал в школе в этот раз не прошел без внимания старшей Спеллман. Ее заинтересованность молодой учительницей отзывалась учащенными глухими ударами сердца. Зельда слишком долго жила под патриархальными устоями с мужчиной, который не смог совладать с ее характером, который запросто мог поднять руку, но лишь тогда, когда та была беззащитна и беспомощна. И ведь так поступали все мужчины в ее окружении, они считали себя выше женщин, главнее и сильнее. Но в чем заключалась их сила? В умении вовремя подогнуть под себя ведьму, заставив служить себе, непрекословно выполняя любые требования? С одной стороны, ей было жалко девушку и очень хотелось помочь сбежать от тирана, но с другой стороны она прекрасно понимала, что это ее не касается. И лишь одно слово Эль может поставить ее на место. Что может быть противнее, когда ты пытаешься кому-то помочь, а вместо этого тебя одергивают, мол, не вмешивайся, не в свое дело. Выбрав наряды, Зельда и Сабрина отправились в школу, которая уже давно распахнула свои двери для новых посетителей. Бал организовывали для детей и их родителей перед зимними каникулами, но, поскольку большинство учеников — сироты или те, чьи родители не соизволят разориться на такие мероприятия, то увидеть на балу чьих-то родственников — большая редкость. Вскоре после прихода четы Спеллман, появляется она. Будто из тени выплывает Эль, подобно златопёрой лебёдушке, изящно придерживая подол платья. Ее улыбка, мягкие белые кудри, небрежно уложенные в замысловатую прическу, украшенную нитями жемчуга, придают ей вид кроткой морской сирены, только ступившей на прибрежную твердь. Она подходит к нескольким ученикам, начинает нежный разговор, хвалит их наряды, девушек просит покружиться, одаривая каждую комплиментами, а своим выпускникам обещает медленный танец в конце вечера. — Тетя Зи, вот это мисс Аддерли. Учительница химии. Ты про нее спрашивала ведь? Она выглядит потрясающе! — с восхищением произносит Сабрина, глядя на девушку, которая медленно, но уверенно направляется в их сторону, попутно одаривая своим вниманием других учеников. — Да, необычный выбор платья. Но должна признать, алый ей к лицу. Она такая молодая, как она попала сюда? — немного скептично интересуется ведьма, смотря чуть свысока собственных лет на людей. Особенно на очаровательных оленят, таких, как мисс Аддерли. — Я знаю, что ей больше тридцати. Да, она выглядит значительно младше. Мисс Аддерли — сердце этой школы. С ее появлением все вокруг переключают внимание на нее. Ученики ее очень любят, потому что она может найти подход к каждому. А ещё она за свой счёт покупает наряды многим учащимся. Не все могут позволить себе новое платье или костюм, поэтому просят помощи у нее. А она никогда не отказывает, — Сабрина говорит это с нескрываемым восхищением и со всем уважением, какое только может выказать. — Никогда не отказывает? Очень не педагогично по отношению к детям, — Зельда чуть надменно фыркает, чем только вызывает усмешку племянницы. — О, тетя Зи, ученики… — Сабрина хотела что-то возразить, но их перебила учительница. — Добрый вечер, Сабрина. Мисс Спеллман, рада знакомству. Приятно видеть Вас в стенах нашей школы, — девушка вежливо склонила голову в знак приветствия и нежно улыбнулась. Зельда почувствовала, как от чужого нежного выражения по позвоночнику пронёсся электрический разряд, а в голове появились совершенно ненужные мысли о том, какая нежная на ощупь фарфоровая кожа девушки, похожей на самую дорогую куколку. — Мисс Аддерли, взаимно. Племянница часто о вас говорит. Да, я, к сожалению, не так часто могу выбираться к вам, у меня много работы. Вы изумительно выглядите, — с нескрываемой довольной улыбкой, произносит Зельда, не пытаясь утаить свой заинтересованный взгляд. — Благодарю. Надеюсь, вам все нравится и вы останетесь с нами до конца вечера. Мне всегда радостно видеть членов семей своих учеников, — девушка хотела было еще что-то сказать, но лишь нервно улыбнулась. — А сейчас прошу меня простить, я должна покинуть вас, но я чуть позже вернусь, — Эль вновь склонила голову и ушла в другую сторону, оставив Спеллман наедине. В противоположном углу комнаты разгневанный директор с особой строгостью отчитывал организатора мероприятия, совсем позабыв о том, что в огромном зале уже собрались сотни учеников, да и другие гости этого вечера. Он был похож на свирепствующего дракона, готового разнести здесь все вокруг. Эль, подобно самому милому и нежному существу, каких только можно было встретить в лесах Гриндейла, подплыла к нему и осторожно взяла его за руку, стараясь вмешаться в конфликт. Ей удалось за пару мгновений уладить все и увести директора танцевать. Дейв вел немного грубо и размашисто, сжимая своей огромной грубой рукой ее хрупкую талию. Он напряжённо ей что-то говорил, будто жаловался, но та в ответ лишь беззаботно смеялась и улыбалась. Это чарующий смех действовал на всех успокаивающе-приятно. Постепенно его настроение улучшилось, и к концу танца он закружил ее, прижимая к себе со всей нежностью, на какую было способно его каменное сердце. Со стороны они выглядели как обычная пара. Но это лишь на первый взгляд. Стоит взглянуть чуть глубже — и можно заметить подводные камни, о которые разбиваются все ожидания. Эль сдерживала его, контролировала, улаживая все вопросы, чтобы всем было комфортно. А Дейв действительно поддавался этому, по крайней мере на публике. Наверное, это и подкупило Зельду. Она нашла того, кто тоже очень старается, изо всех сил старается, наладить отношения, исправить ситуацию, держать все в балансе, но при этом она не казалась слабой. Ее хрупкость и безмятежность завораживала всех, включая ведьму.

***

— Госпожа Спеллман! Я прошу вас, моя жена умирает, нам нужна ваша помощь. Она совсем беспомощная, до ближайшего пункта далеко, — весь дом ведьмы всполошили яростные удары в дверь. На пороге стоял Дейв. — Жена?.. Но чем я могу вам помочь? Я не… — Зельда распахивает дверь и в спешке стала поправлять халат, чтобы хоть как-то прикрыться от зоркого мужского взгляда, нагло блуждающего по телу. Мерзкое и липкое чувство охватило ее, что было несвойственно для такой уверенной в себе женщины. — Вы поможете. Эль сказала, что вы поможете. Я прошу Вас… Просите что угодно… — за громоздким мужчиной стоял ещё один, прилично одетый, строгий, держащий на руках девушку, укутанную в одеяла. Дейв взял девушку на руки, взглянув в ее лицо с сожалением и снова посмотрел на госпожу Спеллман. — О, Ве… Боже мой. Мне ничего не нужно. Следуйте за мной. Вниз, — Зельда, сколь бы не напрягало её происходящее пришествие незнакомцев к ней, не могла отказать в помощи девушке. Они спустились вниз, обстановка мужчину напрягла, но он не посмел что-то высказать. Это был настоящий морг. В подвале. Конечно, все в округе знали, что единственный морг принадлежит сестрам Спеллман, но ранее господину директору не приходилось обращаться к ним за какими-либо услугами. — Я попрошу вас покинуть помещение. Я позову вас, когда будет необходимость. Все будет хорошо, — мягко заверила женщина, уводя мужчину из комнаты, который хотел было начать сопротивляться, но покорно выполнил просьбу. Что угодно, лишь бы с Эль всё было в порядке. Вернувшись, Зельда стала осторожно разворачивать простыни. Когда из-под вороха ненужных тряпок показалось обнажённое молодое тело, ведьма вздрогнула, совершенно не ожидая такого. — Мисс Аддерли… Что он делает с Вами? — с ужасом, произнесла Спеллман, внимательно осматривая тело. Сначала взгляд был чуть растерянным и заметно смущенным происходящим, но парой мгновений позже стал более осознанным. В уголках глаз серебром блеснули слёзы, но так и не скатились по щекам. — Это все ерунда. Зельда, я прошу Вас, я беременна. Поэтому мы обратились к вам. Пожалуйста, сохраните малыша… — Эль знала, что спастись самой значит — спасти сначала ребёнка. Остальное казалось лишь побочным действием. — Боюсь, Эль… Слишком поздно, большая кровопотеря. Я осмотрю тебя, но… — Зельда умела выключать эмоции, переключаться на работу, потому что она была профессионалом, но ее методы давно устарели. Действительно, за столько лет она не потеряла ни одного ребенка при родах, вела беременность многих известных и безызвестных дам. Но с Эль всё иначе. Хильда подоспела вовремя, взглянув на девушку с сожалением, она предложила свою помощь. Несколько уколов, чтобы адская боль отступила. — Это ведь не первый выкидыш. Бедная девочка… — покачала головой Хильда, помогая Зельде закончить. Крови так много, что казалось, вот-вот и душа покинет тело девушки. Она была очень бледна, даже несмотря на природную светлость кожи. Ее сейчас не тревожили тихие несвязные разговоры, которые ей слышались из каждого угла этой комнаты, или даже тот факт, что она сейчас лежит в морге. Она хотела сохранить ребенка, она верила в чудо. Но чудо не произошло. Утром Эль проснулась и обнаружила, что находится в чужом доме. В комнате неприятно пусто, хотя в углу комнаты стоит аккуратный трельяж, в зеркалах которого девушка еще долго рассматривала себя. — Мисс Аддерли, доброе утро, — в комнату прошла Зельда, — вчерашнее появление на пороге нашего дома было слишком… неожиданным. Мне очень жаль, я была не в силах помочь Вам, — женщина осторожно коснулась чужой бледной руки, слабо сжимая пальцы. Девушка нервно улыбнулась и посмотрела в потолок, стараясь сдержать наворачивающиеся слезы. — Вчера кто-то предположил, что это не первый раз. И вы были правы. Это второй выкидыш. Одна замершая. У нас не получается… я какая-то неправильная, — Эль мысленно называла это проклятьем, но не хотела верить в это. — Мисс Аддерли, это не так. Вы еще так молоды. Вам нужно отвлечься от этого и позаботиться о своем здоровье. Кстати, об этом… Я могу вам помочь, если вы хотите, — Зельда осторожно провела пальцами по синякам на запястье девушки, внимательно следя за чужой реакцией. — Мне очень жаль, что Вы стали свидетелем этого, но, — девушка резко убрала руку и обняла себя. — Это пустяки. У меня от любого неудачного прикосновения может появиться синяк. Госпожа Спеллман, Вам не стоит беспокоиться, — в её взгляде — буря и штиль, борящиеся за место под солнцем. Она хочет уверить саму себя в том, что всё происходящее в самом деле — просто глупость. Зельда недоверчиво взглянула на девушку, но больше ничего не сказала. В конце концов, она сделала попытку. Она хочет безоговорочно верить словам Эль, но взгляд ту выдаёт, как бы девушка ни старалась. Шрамы на теле говорят больше любых слов.