Лагерь потерянных детей.

Шумно. Ее предупреждали об этом. Говорили о том, что Нью-Йорк не умеет быть тихим. Ночью улицы переливаются неоном, днем — солнцем. А если пасмурно, то стоят черно-белой вырезкой из газеты. Девушка перешла дорогу и свернула влево. Ее белые кеды оставались такими же светлыми не смотря на сырую дорогу. Запах мокрого асфальта заставлял жить. В руке сжат стаканчик кофе. Она так часто забегает в кофейню возле дома, что девушка за кассой уже машет ей, стоит Уэнсдей показаться за окном. Девушка кивает при входе, уже на автомате говорит о том, что все в порядке. А рыжая девушка за кассой как обычно протягивает ей два дополнительных сахара с собой, на случай, вдруг у Уэнсдей упадет настроение. Аддамс вновь переходит дорогу, теперь поворачивает на право и прямо по дороге. На наручных часах 9:46. Ей нужно прибыть на место в десять, а к одиннадцати начнут собираться люди. Презентация ее новой книги пройдет удачно, как обычно. Эта книга стоила ей многого. И дело не в деньгах или времени. Дело в том, что внутри. Водить пальцами по старым, в пепле, страницам тетради, было больно. Вспоминать то, что она ощущала в то время, еще больнее. Она изменила свое имя, изменила имена всех, кто был в ее жизни в тот момент. Изменила имя девушки, запах которой ей до сих пор мерещится среди прохожих. А подпись позади книги «основано на реальных событиях», сделало книгу популярной еще до того, как она появилась на полках в книжных магазинах. Люди не поверят, что каждую страницу этой книги, девушка переживала сама, в свои пятнадцать. Они не верят ни в оборотней, ни в монстров, что сожгли лагерь. А она верит. Она видела. - Здравствуй, Уэнсдей! - Поздоровался парень шатен и провел ее к нужному месту. - У нас все готово? - Строго, как обычно. - Да! - Он улыбнулся. - Осталось только… разложить книги, дать тебе ручку и посадить на диван. Когда через час помещение наполнилось людьми, девушка нервно сжала свою рубашку. Это уже третья презентация, но ей до сих пор хотелось исчезнуть. Ощущать сотни взглядов, смотреть на улыбки, но не улыбаться в ответ. Просто потому что она не умеет. Она брала книги, открывала, расписывалась и отдавала назад в руки. Подпись за подписью. Люди слушали ее, а Уэнсдей старалась ответить на все. Ее хвалили, она сухо говорила спасибо, просто потому что не умела по другому. Парень шатен разносил угощения. Взрослые и подростки сидели за столиками, слушали молодого писателя. - Есть ли у вас идеи для новой книги? - Думаю, да. - Ответила Аддамс и сложила руки на коленях. - Когда будет новая книга? - Спросила девушка из толпы. - Думаю, через год. Не раньше. - Ваша книга действительно на реальных событиях? - Да. В помещении играла приятная музыка, что помогала отвлекаться. - Но ведь такого не может быть! - Произнес мужчина, что стоял почти в самом углу. - Съездите в лагерь «Невермор». - Кивнула девушка самой себе. - Он разрушен, уже как восемь лет! В помещении зашептались. - В моей книге в подробностях описано, почему он разрушен. - Уэнсдей отпила чай из белой кружки. - Выдумки! - Выкрикнул кто-то из толпы. - Ни разу. Лишь к пяти вечера, помещение осталось пустым. Аддамс сидела на диване с прикрытыми глазами. Давно она так сильно не хотела спать. Девушку толкнули в плечо и она приоткрыла глаза. Парень шатен улыбнулся ей, и явно что-то говорил. Но Уэнсдей понадобилось время, что бы услышать его. - Прости. Что? - Нам пора закрываться, Уэнсдей. - Он сложил руки за спиной. - Ах, да, прости. - Она встала с дивана и покачнулась. Недопитый чай стоял на столике возле нее. Кто-то из рабочих подхватил его и унес в неизвестном направлении. Уэнсдей всех поблагодарила и попрощавшись, вышла на улицу. Прохладный воздух тут же окутал ее, но прохлада не дала бодрости. Девушка все так же сонно огляделась и отправилась в сторону дома. Девушка села на автобус и выглянула в окно. В наушниках тихо играет музыка, пос стеклу скатывают капли дождя. Небо почернело. В животе чувство тяжелой пустоты. Противно до тошноты. С утра до шести вечера продержаться на кофе и пары кружке чая, то еще испытание. Уэнсдей вышла под дождь и быстрыми шагами отправилась в родную кофейню. - Уэнсдей, как прошла встреча!? - Рыжеволосая ярко ей улыбнулась. - Отлично. - Они кивнула головой. - Ты сегодня рано. - Девушка оглядела полупустое кафе и обернулась на парня, что указал куда-то. - Я голодна. - Девушка пожала плечами. - А холодильник, как обычно? Пуст? Уэнсдей от чего-то стало не по себе. То ли от того, что девушка права. То ли от того, что так хорошо ее знает. - Эх, Уэнсдей. Так и помереть не долго! - Парень в белой рубашке подошел сбоку. На его фартуке был логотип кофейни. - Вот тебе совет! Заведи парня. Он хотя бы будет контролировать, что ты не умрешь от голода. Уэнсдей оглядела его и тяжело выдохнула. Она никогда не любила этого паренька с волосами, что вечно заплетены в глупый хвост. Рыжая девушка покачала головой. - Иди отсюда, советчик. - Она указала в глубину помещения. - Тебя посетители ждут. Парнишка разочарованно оглядел подругу, взял в руки блокнот и отправился к гостям. - Так, что будешь? - Спросила девушка. - Как обычно. - Уэнсдей вынула из кармана карту. Она с грустью взглянула на девушку, кивнула и удалилась. Через пару минут, девушка получила свой горячий бутерброд и горячий шоколад. Странное сочетание, но девушке нравилось сочетание соленого хлеба и сладкого шоколада. Девушка развернулась, но столкнулась с человеком перед собой. Крышка соскочила со стаканчика и напиток вылился на незнакомого человека. Телефон упал на пол и с громким стуком отключился. - Простите. - Совсем безэмоционально. Черные глаза взглянули на облитую чужую белую футболку, затем перевела глаза на упавший, такой же чужой, телефон. Уэнсдей подняла глаза и замерла. Голубые глаза нервно перебегали с девушки на телефон. Незнакомка нервно завела руки за спину. Что сказать? «Все в порядке?» Нет. Ее телефон лежит экраном вниз, на новой футболке огромное пятно от горячего шоколада. А телу больно от кипятка. Но брюнетку не так волновало то, что она сделала, чем то, кто перед ней. - Не думала, что при нашей встрече, ты обольешь меня шоколадом и разобьешь мой телефон. Такая знакомая улыбка расплылась на лице блондинки. Уэнсдей подивилась слюной. В первые пару секунд она была уверена — совпадение. Но нет. Теперь она уверена в обратном. - Что случилось? - Парень с голубыми волосами вышел из-за двери со шваброй и подошел к месту «преступления». - Уэнсдей, ты как так? Он усмехнулся и аккуратно вытер напиток с пола, поднял телефон и передал его девушке. Блондинка попыталась его включить, но тот не отозвался. - Черт, родители будут волноваться… Уэнсдей оглядела помещение, без лишних слов схватила девушку за руку и вывела из кофейни. А дождь на улице совсем разбушевался. Они встали под навесом и Аддамс убрала руку из кармана, вынула свой телефон и протянула девушке. - Напиши с моего. - Она пожала плечами. - Или позвони. Девушка кивнула, набрала номер и слегка отошла, поднеся телефон к уху. - Да мам, да, это я. Он… нет, мой разрядился. Это… нет-нет, все хорошо! Я почти у дома… Уэнсдей наблюдала, как девушка пыталась оправдаться перед матерью. А она все такая же. В белой футболке, что теперь была облита шоколадом, и ярких штанах, от которых так и веяло теплом. В одной лишь футболке. А на улице так прохладно. - Спасибо, Уэнсдей. - Энид улыбнулась и у девушки что-то взлетело в животе. - Ты обманула мать. - Девушка убрала телефон в карман брюк, сняла кожаную куртку и накинула на девушку. - Что ты… - Энид попыталась снять куртку, но девушка резко застегнула ее. - Зачем обманула? - Повторила брюнетка. - Ей легче сказать, что разрядился. Чем объяснять, где и как я его разбила. А потом выслушивать, что я не ценю вещи. - Но ведь это я виновата. - А ты попробуй ей объяснить это. - Блондинка усмехнулась. - Давай, попробую. - Уэнс… это было образно. Внутри щекотно. Какое странное ощущение, она еще никогда этого не чувствовала. Стоило блондинке произнести «Уэнс», как у девушки задрожали колени. Она сама придумала эту короткую форму ее имени, никто так ее больше никогда не называл. И она говорила это так нежно и заботливо, словно вкладывала в это слово все, что только могла. - Пойдем, я дам тебе одежду. - Что? Нет-нет. Я… я доеду до дома и… - До дома? - Уэнсдей обернулась. - Я должна купить тебе телефон. Блондинка на секунду замерла, не понимая, что ей делать. - Нет! Я сама налетела, ты тут не при чем! - Энид, я не спрашивала твоего разрешения. - Девушка подошла к ней впритык и взглянула снизу вверх. - Идем. И развернувшись, просто пошла вперед. Она шла по тротуару, а сотня машин освещали ее. Блондинка молча шла за ней. От куртки приятно пахло стойкими духами. Энид уткнулась носом в воротник. На улице апрель, но вечера были холоднее, казалось бы, чем зимой. - Как давно ты в Нью-Йорке? - Энид все же сравнялась с ней. - Пять лет. - Она пожала плечами и достала из кармана ключи. - Приезжала учиться? - Да. - Я тоже… вместе с Йоко. - Она слегка приуныла. - Йоко тоже здесь? - Да, но у нее много дел, поэтому мы стали реже видеться. - Энид убрала руки в теплые карманы. - Мне здесь одиноко. - Почему не уедешь? - А куда? Здесь хотя бы работа есть и платят много. - И кем ты работаешь? - Она остановилась возле двери. - Пока что официанткой в одном из ресторанчиков неподалеку. - Девушка почесала затылок. - Ты хотя бы нашла себя… книги пишешь. - Откуда ты знаешь? Они шли по лестнице все выше. Квартира «№35» открылась перед ними. Девушка вставила в нее ключ. - Я вообще то частенько захожу в книжные магазины. Как я могла не обратить внимания на новинки? Твое имя очень ярко написано на обложках твоих книг. - Она прошла внутрь и вдохнула странный домашний аромат квартиры. - Кстати, с каких пор я Джин? Уэнсдей поставила обувь у стены и повернулась к девушке. От чего-то стало неловко. Она была к тому, что где-нибудь далеко, Энид увидит книгу, прочтет. Но Уэнсдей никогда об этом не услышит и не узнает. Но получилось иначе. - Читала значит. - Читала. - Блондинка кивнула. - Я тогда все думала… зачем ты что-то пишешь в тетраде. Ты планировала писать книгу уже тогда? Уэнсдей пала на кровать и устало выдохнула. - Да. Энид присела рядом с ней. В комнате свежо и прохладно, из-за открытого окна. Кровать аккуратно заправлена. На столе ноутбук и стаканчик с карандашами и ручками. На полу большой горшок с цветком, что придает комнате приятный аромат. - Магазины уже закрыты, давай сходим завтра? - Сонно произнесла Уэнсдей, переворачиваясь на бок. - Эй, не засыпай, Уэнс… - Ты торопишься домой? - Она потерла глаза и посмотрела на блондинку. Что все еще была одета в футболку с темным пятном. - Нет… наверное нет. - Гардеробная в соседней комнате, если тебе нужна одежда. Там есть диван, можешь поспать там. В общем то, где угодно. - Она сонно махнула рукой. Энид наблюдала, как темные ресницы слегка подергиваются. Девушка заснула прямо в уличной одежде. Блондинка погасила свет и комнату освещали лишь яркие фонари города. Она аккуратно накрыла девушку краем одеяла, убрала темную прядь с лица и вышла из комнаты, прикрыв дверь. Вид из квартиры Уэнсдей открывался отличный. Это было красиво, до одурения. Энид открыла большой шкаф в соседней комнате и… не удивилась разнообразию цветовой гаммы. Все оттенки черного и белого. Светло-серые вещи висели в самом углу, чуть более темные лежали на полке. Девушка достала с самой верхней полки широкую черную футболку и надела ее. Сняв жаркие брюки, девушка натянула чужие шорты. Пройдя в носках на кухню, она открыла холодильник и удивилась. Коробка молока, одинокая шоколадка, пара яиц и сыр. Хлеб лежал в полке стола. Крупа в ящике и коробка с чаем. Энид навела себе чаю в большой кружке, выключила свет и села на стул, повернувшись к окну. По ногам дуло сквозняком. Энид слышала шум машин а на лице от чего-то играла улыбка. Горячий чай обжигал горло и она до сих пор ощущала на своей коже чужие духи от кожаной куртки.