Лагерь потерянных детей.

Солнце пробивалось через тучи. Оно падало лучами на прохожих, машины и забегало в окна высоток. Уэнсдей лениво перевернулась в кровати и накрылась одеялом с головой. Солнце пыталось добраться и до нее, но девушка всячески убегала от него. В окно задувал прохладный ветер, он обдувал торчащие из под одеяла пальцы, заставляя девушку сжимать ладони в кулаки. В квартире приятно пахло. Приятно, но по чужому. Девушка подняла голову с подушки и слепо схватилась за будильник на тумбе. На циферблате 11:45. Девушку словно током ударило. Она резко встала и голова закружилась. Ощущение, словно она пол ночи провела в клубе, но нет, она просто переспала. Обычно она просыпалась в девять или десять. А тут почти двенадцать. На кухне кто-то шуршал. А Уэнсдей взглянула на себя в зеркальце, что стояло на столе. Она всю ночь проспала в уличной одежде. Домашняя одежда аккуратно сложена на стуле. Белая футболка и шорты тут же оказались на сонном теле. Аддамс потянулась, выглянула в окно и вышла из комнаты. В нос ударил аромат ванили и… жаренных яиц? Горький кофе и сладкий, не знакомый аромат. - Доброе утро. - Блондинка стояла у плиты, аккуратно переворачивая яйцо в сковороде. - Доброе… - Уэнсдей пару секунд переводила темные глаза с еды на девушку и обратно. - Что ты… делаешь? - Готовлю? - Она развернулась и улыбнулась. - Я сбегала в магазин. Твой холодильник… немного пуст. Еще не успела разобрать все, уж больно проголодалась. Я на тебя тоже готовлю, если ты конечно любишь такое. На столе стояла пара тарелок, возле девушки, уже всеми забытый тостер, лампочка которого ярка горела. Пакет с продуктами стоял на стуле. Окно открыто, пропуская в помещение приятный воздух. Энид кружилась у плиты в чужой футболке и шортах, с вилкой в руках. Она читала что-то на пакете, затем отставила его и отключила плиту. Включила чайник и достала две тарелки. На подоконнике стояло два стакана с кофе. Уэнсдей лениво обошла стол и села на стул возле окна. - Достань сыр из пакета, пожалуйста. - Энид облизнула ложку и кинула ее в раковину. Взяв сыр, она аккуратно порезала его на тонкие ломтики и положила на, только что выпрыгнувший из тостера, хлеб. На хлеб легли огурцы, кружочек помидора и вновь сыр. Девушка уложила пару тостов на тарелку и отправила в микроволновку. - Откуда ты знаешь такие… рецепты? - Уэнсдей наблюдала в окно за утренним Нью-Йорком. Точнее, уже дневным. Ветер куда-то гнал тучи, люди перебегали через пешеходные переходы, толкались плечами. Пусть на календаре и суббота, улицы были полны с самого утра. - Когда живешь одна, научишься готовить деликатесы и не только. - Она вынула тарелку с тостами и поставила на стол. Запах сыра наполнил комнату. Он мешался с ароматом горячего кофе и сводил с ума. - Знаешь… когда надоедает есть одну лапшу и фас-фуд. Йоко например, до сих пор заказывает еду. Девушка поставила кофе на стол, затем положила нож в раковину, вымыла руки и взяла тарелку с салатом. Уэнсдей наблюдала, как ее, вечно пустой стол, наполнялся едой. Тосты, кофе, салат и даже печенье. Девушка наблюдала за светлым лицом. Розовые губы в улыбке, а голубые глаза блестят. - Приятного аппетита? - Энид взяла в руки вилку и наколола на нее огурец. - А? - Девушка оторвалась от светлых волос. - Да… да, спасибо. Она неуверенно взяла в руки тост и надкусила. Соленый сыр и горький кофе. Интересное сочетание. Девушка наблюдала, как голубые глаза разглядывали вид из окна. - Когда поедем за телефоном? - Брюнетка отодвинула пустую тарелку. - А? - Энид растерянно взглянула на девушку. - Я… не знаю. Хоть сейчас? Ей было до жути не удобно. Пусть она и понимала, что Уэнсдей виновна в том, что ее телефон теперь лежит кирпичом в ящике. Но от одной мысли о том, что девушка купит ей такую дорогую вещь, хотелось исчезнуть. Уэнсдей кивнула, встала из-за стола, проглотила последний глоток кофе и закрылась в ванной. Зубная щетка, пенка для умывание и теплое полотенце на щеках. Аддамс облокотилась руками о раковину и уставилась на себя в зеркало. Черные глаза смотрели на нее в ответ. Она отвернулась, открыла дверь и вышла в прохладный коридор. Энид уже стояла в своей одежде у выхода. - Зачем ты надела эту рубашку? Кинь ее в стирку. - Ну… мне же нужно в чем то возвращаться домой? - Кинь в стирку. Приедем, уже простирается. - Она заглянула в большой шкаф с одеждой. Вынула от туда брюки, футболку и носки. Закинув одежду на плечо, она вышла из комнаты и замерла. Энид вышла из ванной без рубашки. Белый лифчик прилегал к ее коже, лямка закрутилась и девушка поправила ее. Волосы спадали на оголенные плечи, щекотали кожу. - Ты знаешь… где одежда. - Уэнсдей заперлась в комнате и кинув вещи на кровать, подошла к окну. Так странно. Словно она никогда не видела девушек в нижнем белье. Но сейчас было по другому. Сейчас хотелось, что бы люди исчезли оставив только их. Хотелось просто смотреть, провести по плечам руками. Девушка отошла от окна, выдохнула и сняла с себя футболку. Жить почти в центре, было удобно. Все под рукой. Поверни и вот тебе пекарня, пройди чуть вперед и увидишь магазин одежды. Через дорогу уже и техника, чуть дальше кафе. Девушки вошли в магазин и Энид растерялась еще сильнее. - Выбирай. - Аддамс пожала плечами и сама подошла к витрине с наручными часами. - Подожди… а цена, или… - Она стиснула ладони в кулаки. - Марка… Уэнсдей отвлеклась от черных часов и слегка склонила голову. Черные глаза прошлись по девушке снизу вверх и Энид клянется, губы на секунду исказились в улыбке. - Все, что пожелаешь. - Уэнсдей пожала плечами и вернулась к часам. Энид еще около получаса ходила от витрины в витрине, загибала пальцы думала о чем-то. Уэнсдей же перешла к наушникам, перебирая коробки в руках. - Я выбрала. - Тихо, почти без слышно. - Молодец. - Уэнсдей повернулась к ней и взглянула на коробку в руках. - Хороший выбор. - С каких пор ты разбираешься в технике? - Энид обратила внимание на наушники в чужих руках. - В Нью-Йорке невозможно прожить без техники. - Она пожала плечами. - И оказалось, на ноутбуке печатать гораздо удобнее чем на печатной машинке. - Печатной машинке? - Девушка выгнула бровь. - Стой, ты печатала на печатной машинке?! Девушка лишь кивнула и подошла к кассе. Указав на часы, один из мужчин подошел к витрине. Уэнсдей положила на стол телефон и наушники. Когда оплата была завершена, девушки молча вышли из магазина. Солнце спряталось за тучами, кожа покрылась мурашками от ветра. Машины с сумасшедшей скоростью проезжали мимо них. А они все молчали. Только почти у самого дома. Энид наконец-то подняла глаза. - Спасибо… - Прошептала она сжимая коробку в руках. Уэнсдей обернулась. - За что? - За телефон, конечно же! Девушка пожала плечами. - Я должна была его купить. Теперь моя совесть пуста. Она вынула ключи из кармана и открыла дверь. Лестничный пролет был пустым и темным. Кнопка лифта загорелась зеленым, когда девушка нажала на нее. - А моя не очень. - Энид опустила глаза. - Это очень дорого. - Перестань, Энид. - Аддамс прикусила губу, а затем взглянула на нее. - Считай, это не только за разбитый телефон. Это еще и за тетрадь, что ты мне вернула. - Это было очень давно! - Не важно когда это было. - Лифт остановился на этаже и шаги эхом разнеслись по коридору. - Тетрадь была мне так же важна, как тебе телефон. Тебя уже обыскались, я уверена. В квартире было тихо. Стиральная машинка стояла на месте. Уэнсдей вынула рубашку и повесила ее на сушилку. Зайдя в комнату, она увидела, как девушка склонилась над коробкой с телефоном и рассматривает содержимое. Уэнсдей стянула футболку и надела домашнюю. Затем пустила руки под одежду и скинула лифчик. Брюки сменились на шорты, а блондинка продолжала рассматривать уже включенный телефон. Рядом лежал ее старый, с трещиной и выключенный. Стоило девушки вставить сим карту, как телефон завибрировал от сотни смс. Энид сидела на кровати, разглядывая напуганные глаза девушки. Видимо ее действительно искали. - Пятьсот сорок восемь сообщений от Йоко… - Энид взглянула на девушку и засмеялась. - Тридцать один пропущенный от матери. И по мелочи от друзей. Уэнсдей усмехнулась и откинула упаковку от часов. - Вот это дружба. - Да, Йоко замечательная. - Энид встала со стула. - Я позвоню ей и… матери тоже. И скрылась за дверью. А Уэнсдей с облегчением выдохнула. Сложила вещи на свободной полке и включила ноутбук, положив его на колени. Пальцы забегали по клавиатуре, пока в новых наушниках играла тихая музыка. Она почувствовала запах пыли и выглянула в окно, по стеклу скатывались капли. Уэнсдей тяжело выдохнула и вернулась к работе. На почте сотня не просмотренных смс, от читателей и не только. Она била пальцами по кнопкам, отвечая на каждое сообщение. Ее пунктуальность просто не давала пропустить хоть одно. Аддамс ощущала как на улице темнело, а в наушниках сменилась уже девятая песня. Энид вернулась в комнату, когда девушка уже сбилась со счета музыки, а на все сообщения уже были ответы. Она почувствовала чужое присутствие на своей спине. Чужие глаза явно прилипли к ней. Когда Уэнсдей обернулась, девушка смотрела на нее. Наушники выпали из ушей. - И давно ты тут стоишь? - Достаточно. - Тихий всхлип и Уэнсдей отложила ноутбук. - Ты красиво выглядишь, когда сосредоточена. - Что случилось? В уголках голубых глаз стояли слезы. Сырые следы проходились по щекам, а тихие всхлипы заставляли сердце вздрагивать. Энид отвела глаза и стиснула пальцы. - Ничего. - Врать так и не научилась. - Аддамс покачала головой и опустила крышку ноутбука, и повторила более громко и четко: - Энид, что случилось? Блондинка опустила взгляд в пол и медленно подошла к кровати. Матрас примялся под ней. Девушка стиснула белое одеяло в ладонях, словно хотела разорвать его на куски. Уэнсдей молчала, ждала. - Я же говорила, мать убьет меня когда узнает, что случилось с телефоном. - Выплюнула она задыхаясь. Слезы скатились по щекам и упали на одеяло. - Ты же сказала, что у тебя теперь новый? - Сказала. - И? - «Вот еще людей в неудобное положение ставишь. У самой руки не из того места, а незнакомые люди ей телефоны покупают». Это цитата. - Энид вытерла слезы рукой. - Но мы не незнакомцы. - Аддамс положила руку на теплое плечо и слегка сжала. - Думаешь ей не все равно? Уэнсдей выдохнула. Казалось, она рушила свою непробиваемую стену. Руки легли на чужую спину и прижали к себе. Аддамс видела, как стена рушится на осколки. Они глухо падают на пол, раскалываясь на еще более мелкие. Резко стало так тепло. Она почувствовала выдох в свою шею и прижалась сильнее. Казалось, этой ей сейчас нужен кто-то, а не Энид. Но блондинка вжалась в нее, стиснув руками домашнюю футболку. Уэнсдей поняла, что Энид больше не пахнет ягодами. От девушки пахло ванилью, сладкой и приятной. Она уткнулась в чужое плечо, вдыхая аромат. - Знаешь… я думала меня это отпустило. - Энид провела носом по теплой коже. - Что отпустило? - Эта глупая влюбленность в тебя. Дождь барабанил по окну в такт ее сердцу. Так же бешено и громко. Руки задрожали и сильнее стиснули ткань своей футболки на чужом теле. Энид дышала ей в шею, она чувствовала сбитое дыхание и слезы. - Влюбленность? - На выдохе. - Я так рада, что снова тебя встретила. - Словно и не слышала ее. - Я так долго пыталась забыть тебя! - Мы даже двух недель рядом не провели. - Пожала плечами девушка, словно это должно было быть оправданием. Она сама до сих пор рисовала в голове образ блондинки, вспоминая ее голос и блестящие глаза. Это было так необычно, влюбится в кого-то. - Вот именно! - Выкрикнула она, разбивая тишину комнаты. - А ты въелась в память, словно… словно запах от алкоголя в ткань одежды. - Как странный пример. - Усмехнулась девушка и положила ладонь на чужую голову. Приятно. Девушку разрывало на части. Хотелось замолчать на вечность и сказать так много. Но она молчала. Тихо гладила девушку по голове, путалась в волосах, дышала в плечо. Энид наклонилась к кровати, потянула девушку за собой и упала на чужую подушку. Она крепче схватилась за чужую футболку, вжалась так близко, словно пыталась впитаться в девушку. - Энид… - Нервный выдох. А затем вдох, когда чужие пальцы зацепили грудь и легли на плечи. - Какая ты теплая… - Кончик носа касался шеи, поднимался выше, по щеке и столкнулся с чужим кончиком. - Энид. - Это все, что ты можешь говорить? - Улыбнулась она и прижалась своим лбом к чужому. - Мое имя? - Нет. И задохнулась, когда почувствовала дыхание на своих губах. Она нервно сжала чужие плечи, когда теплые губы трепетно коснулись ее. Энид аккуратно убрала темную прядь за ухо и сердце Уэнсдей на секунду замерло. Аддамс уже не чувствовала сквозняка, что гулял по комнате. Ни беспокойства, ни страха. Она просто целовала в ответ, притягивая девушку к себе ближе. Это не было похоже на тот поцелуй в больнице. Тот был быстрым, по детски глупым. Этот же был совсем другим. Казалось, Энид использовала поцелуй вместо слов, хотела высказать этим все. Ноги казались ватными, пусть они и лежали на кровати. Уэнсдей опустила руки, не в силах больше цепляться за чужое тело. - Энид… - Голос дрожал, а ей хотелось кричать от того, что она чувствовала. - Pazza... Блондинка опустилась поцелуями к шее. Оставила пару укусов на тонкой коже и пошла ниже. Уткнувшись в футболку, девушка лишь одним взглядом голубых глаз спросила разрешения. И получив его, она села на чужие бедра, стягивая мешающуюся одежду. Энид обвела взглядом голое тело, а затем опустилась, провела языком по плоскому животу и улыбнулась, услышав стон. Телефон на столе завибрировал, оповещая о звонке, но Энид не обратила на него внимания и накрыла чужие губы своими. Уэнсдей потянула футболку на себя, молча прося снять ее. И Энид послушалась. Футболка упала на пол и девушка осталась лишь в белом лифчике. Тонкие пальцы потянулись к застежке и белье скатилось по горячим плечам. Уэнсдей обвила шею девушки руками, пока мягкие губы гуляли по ее груди, цепляя языком чувствительные места. Брюнетка рвано выдохнула, когда теплые губы накрыли сосок. Девушка уткнулась носом в светлые волосы, и закатила глаза, когда Энид провела руками по бедрам, цепляясь за края шорт. Дождь барабанил по окнам, перебивая рваные выдохи и тихий шепот. Солнце давно скрылось и луна сменила ее. Прохладный ветер обдувал горячие тела, вызывая приятный контраст. Уэнсдей цеплялась за чужое тело, словно за спасательный круг. Казалось, она боялась, что если отпустит, то Энид исчезнет. Но блондинка не собиралась уходить. Она целовала горячую кожу, оставляя укусы по пути. Ноготки щекотали бедра, цепляясь за шорты, изредка проникая под них, но затем возвращаясь. Уэнсдей в этот момент сжимала волосы у самых корней, словно умоляя прекратить дразнить. Но Энид не слушала, продолжала оставлять укусы на коже. Проникая тонкими пальцами под ткань.