Отблеск кровавой луны в лепестках камелии

С восходом солнца утренняя дымка стала потихоньку рассеиваться и вскоре горячие лучи восточного солнца начали обжигать покатые крыши маленьких домиков и танцевать на водной глади Токийской бухты и, пересекающей город несколькими руслами, реки Кан. Кейджи проснулся от слепящего солнца, отражавшегося в том, что осталось от окна соседнего дома. Голова всё ещё гудела, а левая рука опухла и ныла. Парень шумно вдохнул и потянулся пальцами к переносице. — Доброе утро! — раздалось откуда-то сверху. Кейджи развернулся и поднял глаза. Девушка сидела на краю той самой плиты, за которую они успели спрятаться перед взрывом. — Доброе… — тихо протянул юноша, морщась от боли. — Как себя чувствуешь? — в её тоне было не столько сочувствие, сколько желание решить проблему. Судя по всему она плохо спала этой ночью, отвлёкшись на размышления. — Полагаю, неплохо для потерпевшего крушение, — Акааши сам не ожидал, что сможет произнести нечто большее, чем просто «плохо». — Встать сможешь? — девушка спрыгнула с плиты и опустилась рядом. Кейджи кивнул и привстал, опираясь на плиту позади себя. Кошка аккуратно подхватила его за плечо, когда тот полностью выпрямился, но пошатнулся назад. — Нужно отвести тебя в больницу. Я перевязала рану, но лучше будет, если тебя осмотрит врач. Судя по отёку у тебя может быть перелом. — А разве ты не врач? — юноша, до этого смотревший в пол из-за головокружения наконец смог поднять голову и посмотреть девушке в глаза. Картинка всё ещё расплывалась, но теперь, в свете утренних лучей, он мог тщательнее рассмотреть её. Взгляд жёлтых глаз завораживал и пугал одновременно. Ростом она была чуть ниже самого Акааши. Чёрные волосы с прядями седины были заплетены в простую длинную косу. Но белые локоны, скрытые чёрной копной совсем не старили девушку. На вид ей было около 20, хотя из-за тёмных кругов под глазами и общей усталости издалека она могла показаться чуть старше. — Нет, я всего лишь полевой медик, могу оказать только первую помощь, — она продолжала смотреть Кейджи прямо в душу, но теперь взгляд был намного теплее, чем вчера. — Лучше поторопиться. Есть хочешь? Акааши опомнился. — Нет, всё…нормально, — его сильно тошнило, так что ни о какой еде речи не шло, по крайней мере пока. — Тогда идём, — девушка слегка улыбнулась и, развернувшись, пошла в сторону уцелевшей части района. Кейджи пошёл следом, опустив голову, разглядывая ландшафт под ногами, стараясь не оступиться и снова погрузился в свои мысли. Конечно пыли и грязи на дороге было не так много, но проход осложняли обломки кирпичей, черепицы и куски бетонных плит, разбросанные по всей местности. В голове стали закрадываться смутные сомнения о том, что стало причиной этому. Конечно взрывы на производстве случались не часто, но в случае утечки топлива или перегрева, последствия могли быть ужасающими. В Фукуродани тоже случались аварии, последняя из которых произошла на руднике. По счастью жилых зданий вокруг не было, но и без них жертв оказалось много. Кейджи попытался отмахнуться от этих мыслей и сосредоточился на идущей впереди девушке. На ней были высокие узкие сапоги с ремешками и толстой рифлёной подошвой, простые тёмные брюки, заправленные в эти самые сапоги, изрядно выцветшая красная рубашка и чуть более яркий красный жилет, заправленный под коричневый корсет с поясной сумкой, лёгкая тёмная накидка и перекинутая через плечо маленькая медицинская сумка. Она двигалась очень осторожно, проверяя не шатаются ли обломки под ногами и, периодически, осматриваясь по сторонам. — Постой! — вдруг выпалил юноша, остановившись. — В чём дело? Что-то болит? — девушка тоже остановилась и развернулась. На этот раз в тоне голоса и глазах отчётливо читалось беспокойство. — Я ведь так и не поблагодарил тебя…и даже имени твоего не знаю… — Акааши всё ещё туго соображал, слишком много информации сваливалось на него без перерывов, но он был полон решимости по крайней мере постараться всё понять и осмыслить. И для начала неплохо было бы наладить контакт с новой знакомой. Немного подумав, девушка ответила: — Акира. — Просто Акира? — удивился Кейджи. — Угу, — кивнула девушка. Он немного замялся, но ответил: — Акааши. Акааши Кейджи, — он не знал, стоит ли называть свою фамилию. С другой стороны было бы невежливо назвать только имя, к тому же вряд ли много кто за пределами Фукуродани знает чей он сын. Акира лишь слегка улыбнулась. — Идём, Акааши Кейджи, — с этими словами она развернулась и пошла дальше пробираться сквозь развалины, — Осталось совсем немного. Миновав последнее разрушенное здание, они оказались на оживлённой улочке. Было около 8 или 9 утра, и на улице уже во всю кипела жизнь. Хотя людей всё-таки было не очень много по меркам Большого Токио. И всё же их было достаточно, чтобы на пешеходной дорожке стало тесно. Кейджи держался за больную руку и старался не отставать. Вокруг было столько всего нового, что кажется, голова закружилась ещё сильнее. Он вырос в отдалении от крупных городов Фукуродани, в тихом поместье на краю скалы, среди сосновой рощи. Самое большое скопление людей в жизни Акааши было в академии на экзамене, когда 1,500 студентов собирались в главном зале и ждали каждый своей очереди. Но то было просторное помещение. А здесь — узкие тесные улочки. Побродив около получаса между домами, они наконец добрались до здания старого военного госпиталя, переоборудованного ныне под гражданскую больницу. В приёмном отделении с самого утра толпилось много народу разных возрастов: молодые, пожилые, мамы с детьми и просто дети. Все стояли в очередях, на стойку регистрации ли, к врачу или в ожидании лекарств. Акира повела паренька сразу в крыло интенсивной терапии, минуя стойку регистрации и очереди, но на удивление никто не возмущался. — Ты здесь работаешь? — набравшись смелости спросил Акааши. — Можно и так сказать, — не оборачиваясь ответила Акира. — Сюда, — указала она, проходя в кабинет и удерживая за собой дверь. В кабинете было несколько медсестёр, готовящих инвентарь, и по всей видимости врач, заполнявшая бумаги. — Приём ещё не начался, выйдите отсюда, — с раздражением проговорила врач, не отрываясь от медицинского журнала. — Возможно найдётся минутка для старого друга, — с нескрываемой радостью начала Кошка. — Акира? — женщина наконец оторвала взгляд от бумаг. — Давно тебя здесь не было. — Занималась отделением на 14-м лучевом. — Слышала, там обыски проходили, — возвращаясь к бумагам проговорила женщина. — Если бы только они, — печально вздохнула Акира. — Тебя Амаэ искала, — женщина протёрла очки и снова посмотрела на Акиру. — Можешь передать, что я в жива и здорова, — как ни в чём ни бывало заулыбалась девушка. — Я не связист, к тому же тебя хотели видеть лично, — чуть строже заметила женщина откладывая бумаги в сторону. — Знаю, — выдохнула Акира, — Свяжусь с ней как только закончу с неотложенными делами. Врач понимающе кивнула и перевела взгляд на Кейджи. — А это… — не успела она договорить. — Да, — строго сказала девушка. — Если его здесь застанут — у всех нас будут очень большие проблемы. — Знаю, поэтому и пришла к тебе, — не сказать, что Акира занервничала, но её тон стал более тревожным. — Осмотри его побыстрее, и мы сразу же уйдём. Женщина глубоко вздохнула в стала со стула. — Только из уважения к тебе. — Я это ценю. Повисла небольшая неловкая пауза. Женщина ещё раз глубоко вздохнула, осмотрела комнату и жестом показала Акааши сесть на кушетку рядом. Юноша кивнул, снял куртку и камзол и положил рядом с собой. Акира же осталась стоять у входа и облокотилась на дверной косяк. Врач задрала рукав и осмотрела больную руку. — Повязка наложена хорошо, но лучше зафиксировать плотнее, — с этими словами она принялась разматывать бинт. Кейджи пожмурился от боли. Рука ныла и до этого, но всё это время его отвлекали собственные мысли или окружающие предметы. А теперь неприятные ощущение усилились медицинскими манипуляциями. — Что случилось? Где травму получил? — не отвлекаясь от дела спросила женщина. — Попал в аварию… Женщина посмотрела сначала на Кейджи, затем на Акиру. — Это долгая история, — сказала девушка. Врач снова осмотрела руку, но невооружённым взглядом определить было сложно. Она подозвала одну из медсестёр сказала сопроводить юношу на электромагнитографию. Незнакомое слово и таящаяся за этим процедура смутили Кейджи, но выхода не было и пришлось проследовать в соседнюю комнату, где стояло большое непонятное приспособление. Медсестра попросила положить руку на стол и наклонила приспособление похожее на большой плафон поближе. Кейджи закрыл глаза, но когда медсестра нажала на кнопку, ожидаемой вспышки не последовало. Через несколько минут снимок был распечатан и передан врачу. — Небольшая трещина. Смещения нет. Повезло тебе. — сказала женщина присаживаясь рядом на стул и доставая из ящика свежие бинты. — Это не опасно? — осторожно уточнил Акааши. — Поболит немного и пройдёт. Пару недель пропьёшь лекарства, поделаешь зарядку и будешь как новенький. Кейджи еле заметно кивнул и снова опустил голову. Женщина нанесла на небольшое образовавшееся рассечение лекарственную мазь, перевязала руку тугой фиксирующей повязкой и отправила медсестру за таблетками. Кейджи продолжал сидеть с опущенной головой, и врач заподозрила неладное. - Чего ты так сидишь? Больниц боишься? - Нет...Голова болит. И тошнота никак не проходит, - всё так же носом в пол отвечал Кейджи. Женщина тут же подняла его за лицо, отодвинула нижнее веко, посмотрела на зрачки и осмотрела голову на предмет повреждений. - Святые угодники, да у тебя же травма головы! - воскликнула женщина и, злобно посмотрев на Акиру, перевела взгляд обратно на паренька. - Рвота была? Боли? Головокружение? Оглушение? Потеря памяти? Потеря создания? - Нет, не было...Боль есть, голова...кружится, но не сильно...память...не знаю, - запинаясь произнёс Акааши. - И как ты это проморгала. Ещё и на ногах перенёс...Ужас один. В общем так, 3-4 дня постельный режим и лекарства, потом посмотрим. Всё поняла? Акира стыдливо опустила глаза вниз. Она знала, что травма головы была вполне вероятна, но что она могла сделать в той ситуации? И всё же она чувствовала себя виноватой, за то, что заставила его идти пешком, хоть другого варианта у них и не было. Женщина дала Акааши выпить несколько таблеток, завернула оставшиеся в узелок, посмотрела на Акиру и тяжело вздохнула. Та поняла всё без слов. Нужно было найти место, где никто не побеспокоил бы их хотя-бы три дня. К счастью такое место было в паре кварталов от госпиталя. Кейджи и Акира поблагодарили врача и направились в сторону выхода из больницы. Вопросов с каждой минутой становилось всё больше, но Акааши решил подождать до того момента, когда хотя-бы перестанет постоянно думать о тошноте и боли. Два квартала до маленькой двухэтажной гостиницы они прошли в полной тишине. Наконец здание показалось из-за торговых прилавков. Акира попросила выдать самую тихую комнату с окном во внутренний двор. - На какое имя комната? - спросила девушка, сидящая за стойкой. -...На моё, - немного подумав ответила Акира. Девушка что-то записала в книгу учёта и выдала ключи. - Пойдём, - позвала Акира, направляясь в сторону лестницы. - Постой, у меня нет с собой денег, - возразил Кейджи. Акира усмехнулась и поднялась на второй этаж. Парень последовал за ней, время от времени придерживаясь за поручни. Комната оказалась не очень просторной, но и не слишком маленькой. Посередине стояла заправленная кровать, а в углу под окном маленькая тумбочка с чашкой и салфеткой. - Отдохни пока, я скоро вернусь. - сказала Акира и заперла дверь, оставив Кейджи а комнате. Он, не долго думая, снял обувь и куртку, переложил лишние вещи из карманов на тумбочку и прилёг на кровать. Хотя времени с момента пробуждения прошло не так много, сон настиг юношу практически мгновенно, и Акааши снова провалился в тёмный омут сновидений.