Чёрное сердце, голубые глаза

Четыре года назад       Арсений возвращался домой, где его ждала любимая жена, после долгой и очень продуктивной репетиции поздним вечером. Как же он уставал на своей работе порой, кто бы знал. Но с другой стороны — это была его работа мечты. Он с детства говорил своим родителям о том, что пойдет в актёрское и станет знаменитым. Мама на это всегда улыбалась, говорила, что у ее мальчика все получится, и всячески поддерживала сына. Отец, в свою очередь, не разделял его точку зрения. Попов старший говорил, что передаст ему компанию, и, когда Арсений подрастёт, то поменяет свои взгляды на жизнь и на профессию.       Парень повзрослел, но его цели ничуть не изменились. Наоборот, он стал более амбициозным в этом плане. Арсений практиковался в актёрском мастерстве, развивал сценическую речь и харизму. Все было хорошо за исключением проблем с отцом, который всё ещё пытался донести до своего единственного сына то, что у него уже есть планы на жизнь своего дитя. Только согласись и поставь подпись в нужном месте, не читая того, что написано мелким шрифтом. Арсению настолько надоели все эти подачки со стороны отца, что в один прекрасный день парень порвал договор прямо на глазах у своего родителя, за что получил по шее, а после этого случая особо не общался с ним.       С матерью было намного легче. Она считала, что её сын имеет право выбирать свою профессию сам, и если ему так хочется идти в актёрское, то, пожалуйста, все дороги открыты.       Нельзя сказать, что он стал знаменитым актёром. Арсений снялся всего в нескольких картинах, а точнее их было около четырёх. В одной из них ему даже дали главную роль. И тот факт, что играть ему пришлось сумасшедшего, его ничуть не смущал, даже наоборот, он с блеском справился с этой задачей. Ему хотелось сейчас поужинать и посмотреть с женой какой-нибудь фильм, чтобы отвлечься от работы. Просто было неимоверно сильное желание уткнуться носом в её приятно пахнущие волосы, прижать к себе и заснуть, так и не досмотрев фильм до конца. Семейная идиллия. Была бы…       Мужчина открыл входную дверь, кинул уже по привычке ключи на тумбочку возле входа, (при этом чуть не смахнув на пол пару вещиц), и начал стягивать с себя лёгкую ветровку, (потому что июнь июнем, а поздним вечером ещё было прохладно), и обувь.       — Родная, я дома — подал он голос, чуть громче обычного, чтобы его уж точно услышали, но в ответ отозвалась только тишина.       Может спит уже.       Попов улыбнулся, представив, как сейчас мило сопела его жена в спальне на их кровати на втором ярусе дома. Он принялся подниматься по массивной деревянной лестнице, что вела на тихий и уютный второй этаж, как вдруг эта самая тишина нарушилась. До его слуха доносились сейчас стоны, или ему показалось?       Мужчина остановился посреди пролета на лестнице, резко схватившись за деревянные перила, и еще с минуту примерно стоял на месте, не решавшись сделать и шагу назад или вперёд. В голове бьет набатом мысль о том, что стоило бы уйти прямо сейчас и вернуться только к утру, как он ей обещал. Сделать вид, что ничего не знает, в конце концов. Боже, да все что угодно, лишь бы не находиться в этом доме сейчас! Однако, все его мысли в один прекрасный момент затмили обида на пару со злостью, а мозг как будто и вовсе отключился.       Попов больше не думал, (по крайней мере здраво), просто спустился на ватных ногах вниз на кухню, постаравшись сделать это максимально тихо. Хотя, казалось бы, зачем? Его не услышали даже когда он чуть ли не закричал на весь дом. Через каких-то пару минут в его правой руке лежал нож. Арсений разглядывал лезвие под лунным светом, встав у окна и провертев его в руках довольно продолжительное время. Мысль о том, чтобы остановиться, проскакивала в его сознании многократно, но он был настолько зол и обижен, что тут же выбрасывал ее из своей головы.       Она не могла. Это не она.       Но кого ты, Арсений, пытался обмануть? Самого себя? Давай, поднимись на второй этаж и убедись в том, что она там все еще развлекается не понятно с кем.       Да, Арсений не был ангелом, и он сам это прекрасно понимал. Однако, неужели Попов настолько был плох, что его жена променяла брюнета на кого-то другого? Возможно, он слишком часто задерживался на репетициях? Но ведь только на генеральных, которые проходили примерно раз в месяц, а то и в два. А ведь бывало и такое время, когда Попов вообще нигде не снимался, и тогда старался проводить все свое свободное время с ней. В разумных пределах, конечно же. Он мало уделял ей внимания? Но ведь мужчина таскался с ней везде, куда бы та его не волочила за собой. Был бы это обычный поход по торговым центрам, очередная выставка или концерт ее любимого исполнителя.       Арсений пытался найти причину, где он проеб… что он упустил и где ошибся, но каждый раз находил себе пока еще адекватное (!) оправдание. Ладонь с новой силой сжала деревянную рукоять ножа, а мужчина уже не помнил и не осознавал, в какой именно момент он направился к спальне. Его уже не смущали стоны. Он их просто не слышал почти. Все звуки были как будто под водой. Арсений распахнул дверь из темного дерева и довольно уверенно зашел в комнату, что была выполнена в основном бордовых и черных оттенках. Конечно, увидел он ровно то, что и ожидал. Хотелось посмотреть ей в глаза и задать такое банальное «почему?», «что я сделал не так?». Но он и слова не произнёс, потому что понимал, что ответов всё равно у неё не было. А если даже и были, то его это теперь мало волновало.       Мужчина, который был явно лишним, тут же принял попытку сбежать. Но, увы и ах. Холодное лезвие резко вонзилось в его шею. Незнакомец даже среагировать никак не успел толком. Только начал корчиться от боли и кряхтеть, забрызгивая кровать кровью, которая так чётко выделялась на белой простыне даже при свете луны. Девушка же оказалась порасторопней своего партнёра. Она вскочила на ноги, бормотала под нос извинения и прочую лабуду, которую Арсений не слушал. Ему сейчас эти слова вообще никак не помогали, наоборот, только больше раздражали.       Вот так живёшь и знать не знаешь, что у тебя достаточно смелости, чтобы убить человека.       Орудие убийства выскользнуло из руки и с глухим грохотом упало на пушистый чёрный ковер рядом с кроватью. Девушка от этого тут же вздрогнула. В груди у нее с каждой секундой нарастало чувство тревоги, а все тело будто парализовало от страха перед смертью. Арсений медленно подошел к ней и прижал к себе дрожащее тело. Она тихо всхлипывала, шептала извинения и прятала нос где-то в районе его ключиц. Тот в ответ молчал, казалось, пропустив мимо ушей все, что успела наплести девушка. А слезы из карих глазок текли уже не переставая. Сперва девушка еще их смахивала, но вскоре поняла, что это было бесполезно. Плечи то и дело вздрагивали от рыданий, а ком, уже образовавшийся в горле, перекрывал воздух.       Арсений поднял руки до хрупкой шеи, обвил её, имитируя объятия, и с каждой секундой прикладывал все больше и больше силы. Сперва она сама к нему прижималась, почувствовав поддержку, возможно. Однако, осознав, в чем дело, тут же начала брыкаться в его «объятиях». Девушка ударяла кулаками по торсу, но удары были слишком слабые. Она жадно хватала воздух ртом и всё ещё не теряла надежду вырваться и сбежать. Только вот сил уже не осталось. Они были бездумно потрачены. Возможно, направь она всю свою энергию в нужное русло, осталась бы жива.       Еще одно безжизненное тело повалилось на прохладный пол, а Арсений открыл зажмуренные до этого глаза и взглянул в окно на звёздное небо. По щеке скатилась одинокая слеза, которую он тут же смахнул и принялся заметать следы содеянного. И даже несмотря на это, Попов поймал себя на мысли о том, что ему понравилось. Боже, он боялся признать то, что ему понравилось убивать людей.       Позже он рассказал родственникам и друзьям, (хоть тех было неприлично мало), что это был несчастный случай. Арсений даже красивую историю придумал на этот счёт, прекрасно осознав, что родители его жены поверят. И ведь поверили, хотя далось ему это ну уж слишком тяжело. Более того, Арсений заморочился еще и с телом. Он все сделал так, чтобы было и вправду похоже на несчастный случай. Будто бы девушка упала со стула, пока складывала вещи на самую верхнюю полку в шкафу. И слава всем богам мира, что медицинская экспертиза была либо невнимательна, либо… Либо Арсений больше и не мог никак понять, каким вообще образом те заключили, что причиной смерти являлся вывих шеи!       Те часы, когда происходило вскрытия тела, он был не то что на нервах, он вовсе не понимал, что с ним происходило. Частые перепады настроения, головные боли, и просто не покидающие чувства ярости, обиды и мести. На похоронах у него случилась истерика, и вряд ли такие эмоции можно было подделать. Ему было больно, но ничуть не совестно за то, что он совершил.       Тело мужчины Арсений закопал за своим двухэтажным коттеджем, который располагался на самой окраине города. Подумать только… Ещё неделю назад он со своей женой планировал наконец перебраться в центр, чтобы Арсению не мотаться каждый раз и не тратить слишком много времени на поездки, а сегодня он закапывал труп и думал о том, что ещё раз обязательно попробует, но не в ближайшее время. Ещё стоило бы разобраться с его эмоциональным состоянием. Слишком много навалилось разом.